111
24 февраля 2023 г., 23:32
— Я всё понимаю, — Пэй Мин кивнул, неотрывно следя за видом из окна.
— Мы не будем открыто тебя увольнять, но из эфиров снимем, — серьёзный тон голоса человека в его телефоне диктовал ему плохие новости, но было понятно, что ему на самом деле жаль говорить это. — Но Бога ради, пожалуйста, не усугубляй ситуацию! Они взяли здание в окружение, у нас уже нет уверенности, что завтра у нас будет еда, плюс ещё оказалось, что в этот день проводили съёмки той передачи с приглашённым доктором, и среди зрителей в студии оказались четыре беременные женщины, и мы не можем договориться, чтобы выпустили хотя бы их и людей с хроническими заболеваниями.
— Они не могут так поступать, — Пэй Мин нахмурился. — Они же не террористы, а военные.
— Вот именно, но никто не собирается вести переговоры, они просто закрыли все входы и выходы… Некоторые люди уже думают о том, чтобы спрыгивать из окон, потому что после начала этого протеста цены в кафетерии взлетели, всю воду и еду из автоматов сразу же скупили, а запасов на офисных кухнях было не так много, потому что мы всегда покупаем свежее. Я понимаю, что они хотят только твоего увольнения и публичных извинений, но и рисковать людьми мы не можем, ты же понимаешь?
— Да, — он опустил голову, изучая тапки на ногах. — Я постараюсь что-то придумать.
— Только не говори мне, что ты продолжишь их обвинять! У нас военное положение, военные решают, кому, как не тебе об этом знать?! Они же могут тебя просто убить!
— Не психуй, — Пэй Мин покачал головой. — У меня есть убеждения, которым я буду следовать. Более того, они нарушают закон, я действую согласно своему праву на свободу слова, а они не выпускают из здания беременных, но ты продолжаешь прогибаться под их требования! И я понимаю, что ты делаешь это ради компании и людей, но дай мне время, мне нужно всё обдумать, я постараюсь найти выход из ситуации.
Ю Лан выключила телевизор, став невольным слушателем разговора Пэй Мина. Она только что смотрела репортаж, в котором журналисты HOB освещали положение дел вокруг здания — несколько сотен людей в военной форме окружили здание, жгли шины и даже палатки разбили. И, конечно же, их основным требованием было, чтобы Пэй Мин был уволен и принёс публичные извинения, чтобы навсегда исчез из инфопространства. И она чувствовала, что здесь что-то не так, она догадывалась, что он знает больше, чем признаёт, и что ситуация становится сложнее, несмотря на то, что после её освобождения все вокруг надеялись, что всё устаканится.
Хорошо, что хоть Веики не была подвержена этому стрессу, она даже не слышала этого разговора, лишь спала, уложив голову ей на колени, и была единственной радостью в этой ситуации.
Пэй Мин, когда ему позвонил Се Лянь, и сообщил про военных, сразу же почувствовал что что-то не так. И он был рад, что Се Лянь не был внутри здания, когда его взяли в захват. Конечно же, внутри оставалось слишком много людей, которых он знает, даже Пэй Су и Линвэнь, которая так и не успела попасть на экономический форум. Однако он очень не хотел затыкаться и молчать, он всегда находил возможности гнуть свою линию. И если раньше коррупционные скандалы могли бы и потерпеть, могли бы и смягчиться из-за того, что он мог бы проявить хоть немного сострадания, то сейчас вопрос заключался в жизни и смерти, он не может дать слабину, но при этом не видит ни одного выхода из ситуации, чтобы смягчить положение и продолжить делать то, что должен.
И был только один человек, который уже не раз доказывал свою компетентность и изворотливость в таких вопросах, тот человек, которому он верил и мог на него рассчитывать. Но его голос показался отнюдь не самым уверенным, наоборот, снова уставшим.
— Всё нормально? — переспросил Пэй Мин.
— Да… Как-то всё сложно, не важно. У вас что-то случилось?
— А ты новости так и не смотришь?
— Мне и без новостей тут весело, — он усмехнулся.
— Военные, которых ты видел, взяли здание канала в окружение, никого не впускают и не выпускают, хотят моей отставки и публичных извинений. Я только что говорил с одним из председателей, говорят, что в тот день как раз снимали медицинскую передачу о детях, и среди гостей в студии было несколько беременных женщин, их тоже не разрешили выпустить. Ни еды, ни воды, ничего.
— И это всё делают военные?! И министерство ни слова не говорит? А император?
— Никаких официальных комментариев. Я не хочу прекращать свою работу, даже если придётся уволиться, я не стану молчать о происходящем, но и просто так людей оставить я не могу, я не буду извиняться за то, что делаю всё правильно.
— Я понимаю вас… А обстановка у верхушки канала какая? Как они настроены? Будут увольнять?
— Пока выключили меня из эфира и перестанут рекомендовать мои проекты на сайте, но увольнять пока не хотят, надеются на компромисс.
— Понятно, — Се Лянь вздохнул. — Понять не могу, почему они так в это вцепились… Неужели всё это приказ свыше? Почему они не тратят такие ресурсы на то, чтобы защищать страну, а вместо этого занимаются пустой тратой времени? Небось ещё обеспечивают им еду на месте, да?
— Да, к слову, я уже сказал, что продовольствия нет. Они не пропускают машины с товарами, которые компания закупает для сотрудников, в том числе еду. А люди сразу поддались панике, всё поскупали из автоматов, так что ситуация отнюдь не самая лучшая.
— У меня чувство, что всё это является своеобразным звоночком, что дальше будет только хуже…
— У тебя тоже что-то происходит?
— Много чего… Ну, во-первых, Жое её полковник дал наводку на одну больницу, где, как вы и говорили, втайне держат раненых военных. Она нашла там своих друга и парня, они оба в коме, и мы организовываем для них «похищение», чтобы перевезти их в нашу больницу.
— Какой полковник?
— Ну, тот который занимается её обучением, она сказала, что он выбрал её и ещё нескольких мужчин, и тренирует их отдельно от всей группы.
— Ты знаешь его имя?
— Его фамилия, кажется, Инь, если я не ошибаюсь. Жое сказала, что его понизили в должности, что она слышала такие разговоры.
— Мне его поведение кажется странным, — Пэй Мин нахмурился. — Если он обладает такими знаниями, значит, он достаточно близок к верхушке военной структуры, тогда зачем ему сдавать их?
— Ну, он не совсем их сдал, а лишь ей помог. Она сказала, что не знает, на что он рассчитывал, но он просто дал ей визитку с адресом больницы, дальше она сделала всё сама, они с её людьми продумали план, и им удалось найти то, что было нужно.
— И всё равно… Я попробую поискать про него информацию, — Пэй Мин вздохнул. — Что-то ещё?
— Немного прояснилась ситуация… Вернее, теперь я знаю, почему за головой Хуа Чэна была такая охота. Оказалось, что он вёл собственное расследование и ему удалось узнать, что абсолютно все советники связаны с Цзюнь У, и что они заключили с ним сделку — они его вытаскивают и помогают сбежать из страны, а он с ними делится своими сбережениями.
— Ты про те тайники?
— Да. Кажется, в тот момент мы как раз начали подозревать, что его прихвостни всё ещё имеют с ним связь, поэтому они больше не могли видеться, как раньше, чтобы не вызывать подозрения. Но что самое интересное, он сделал для них шифр с координатами всех тайников, но этот шифр украл Хуа Чэн, и теперь у них нет возможности получить ещё один шифр, а господин Цзюнь У думает, что они его просто пытаются кинуть, поэтому он иногда идёт мне на уступки, и именно из-за этого он дал мне координаты одной из точек.
— Так, стой! Этот человек похитил шифр? И он сейчас у тебя?
— Да, он передо мной, более того, он уже начал расшифровку, и одна из точек, что он расшифровал — это та самая заначка, которую мы уже открыли. Я как раз сейчас собираюсь заняться расшифровкой, он оставил подсказки, как это сделать.
— Так это получается… Им же нужны были эти тайники да? Ты сможешь закончить всю эту дичь, когда вскроешь тайники, да?
— Технически, это всё, что им было нужно, и я смогу провести сделку. Но здесь заиграла другая ниточка, которую я забросил.
— И какая же?
— Император попросил меня о конфиденциальной встрече.
— Это ловушка. Очевидно, что он хочет прибрать тебя к рукам!
— Я тоже так подумал сначала, но у меня есть ресурсы ему противостоять. Даже если он захочет меня арестовать, он не будет знать, что со мной будут люди, хоть мы и договорились о встрече два на одного.
— Он будет с охраной?
— Я буду с Жое.
— Это слишком рискованно для вас…
— Я понимаю эти опасения, но я не дам ему действовать наперекор мне.
— Я понимаю, просто будь осторожен, ему проще схватить тебя и сделать козлом отпущения, чем действительно поверить, что его приближённые абсолютным большинством против него. Так же как и императору Саико, у него тоже язык не повернётся признать, что Фухай в чём-то виноват.
— К слову, о Японии. Что-то удалось узнать с тем визитом?
— Ага, это будет представительница семьи Саико, и это точно.
— Часть семьи или…
— Часть семьи. Может, дочка или племянница, не знаю, но я постараюсь попасть на приём в резиденцию.
— Будет организован приём?
— Мг, в главной резиденции семьи Саико в Китае, в основном здесь будут японские послы, охрана и, как я понял, императору Ло также отправили приглашение. Думаю, обе семьи собираются о чём-то договориться, что это не просто поездка, чтобы размяться.
— Вам удастся попасть туда?
— Думаю, это представляется возможным, — его тон звучал достаточно загадочно, ведь на самом деле он уже получил приглашение и пропуск на территорию резиденции.
— Остаётся только надеяться, что идея выгорит и будет стоить таких усилий, — Се Лянь, как слышалось Пэй Мину, наконец расслабился и даже вздохнул, что, конечно, не могло не радовать, ведь Пэй Мин всегда плохо и с осторожностью относился к переработкам его младших коллег и подчинённых, а сейчас было даже сложно себе вообразить, сколько он вынужден работать.
— Я питаю на это самые большие надежды, есть шанс урвать эксклюзив и отвлечь людей, — Пэй Мин снова вернулся мыслями в офис, отчего лишь едва заметно вздохнул.
— У меня есть идея, как можно помочь офису продолжать вещание, и в перспективе улучшить вашу репутацию у людей.
— За этим я сюда и звонил! — заявил Пэй Мин.
— Хах, ну, я могу это организовать, — заявил Се Лянь.
— Что именно ты собираешься сделать?
— Можно будет подключить ещё работу нескольких благотворительных фондов и доставлять провизию и все нужные вещи вертолётом прямо на здание офиса, это также позволит эвакуировать всех, кто там быть не должен.
— Ты обладаешь такими ресурсами? Вертолёты будешь брать в аренду?
— У нас есть около десяти, и пилоты тоже имеются. Единственное, о чём я бы попросил, так это чтобы кто-то из руководителей собрал список необходимых вещей, которые нужны, и чтобы предупредили заранее, сколько человек нужно эвакуировать сегодня вечером.
— Ты сможешь сделать это прямо сегодня?! — Пэй Мин удивлённо моргнул.
— Думаю, проблем не возникнет, — Се Лянь пожал плечами. — Вы сможете выступать пока что посредником между нами и каналом?
— Да, без проблем.
— Тогда буду ждать списки, — Се Лянь бодро поднялся со своего места, готовый почти к любым свершениям.
Отложив свой телефон, он ещё раз осмотрел стол в попытке понять, принёс ли Мин И уголовный кодекс, однако книги здесь ещё не было. Именно поэтому он принял решение не терять время зря, отправляясь на первый этаж, чтобы удалить некоторые вопросы касаемо вертолётов. Так как Хуалин и Жое не было рядом, его сопровождала Тан, чтобы в любой момент подсказать или выполнить поручение. Более того, у неё сейчас не было каких-либо заданий, так что прогулка была ей в радость.
— Как проходят твои тренировки? — Тан подняла взгляд вверх.
— А, всё отлично, — Се Лянь кивнул.
— Они не очень расстроились, что ты выступаешь вместо Жое?
— Думаю, расстроились, но не настолько сильно, чтобы это мешало, — он улыбнулся. — Раньше я иногда тренировал их, и некоторые из них называли меня шифу, так что, думаю, всё будет хорошо.
— Правда? Я иногда чувствую себя неуютно, когда сталкиваюсь с информацией о том, что здесь происходило, пока меня тут не было, ну, весь прошлый год. Казалось, всё было хорошо до войны, но, как выяснилось сейчас, весь год был полон различных приключений, да?
— Немного, всё было как-то… Спокойнее. Нет, спокойно не было, потому что мы всё время встревали, и в тот момент казалось, что мы в безысходном и опасном положении. Но сейчас я понимаю, что это были невинные детские шалости, по сравнению с тем, что происходит сейчас. И я надеюсь, что через год всё это не покажется пустяком.
— Вот уж точно, — Тан нервно улыбнулась. — Так тебя интересуют вертолёты, да? Я слышала разговор.
— Да, нужно будет ежедневно доставлять кое-какие вещи на здание телеканала HOB.
— Когда список появится, я займусь его реализацией.
— Это бы очень помогло, спасибо, — Се Лянь улыбнулся.
— Ты всегда нас благодаришь, — будто невзначай сообщила девушка.
— М? Ну, ты ведь облегчаешь мои заботы?
— Но это моя работа, я за неё деньги получаю.
— Мне казалось, что мы не просто коллеги, — Се Лянь изучающе осмотрел лицо девушки, пытаясь найти в нём подтверждение, что и она придерживается такой же мысли.
— Это просто сложно. Ты и господин Хуа… Вы просто… Не знаю, как сказать, немного похожи? В плане управления. Он, конечно, чаще принимает решение сносить бошки, но… Кое-что у вас общее есть, и иногда сложно реагировать правильно. Он обычно не заморачиваться такими вещами, как благодарность, если речь идёт о работе. Иногда он благодарит, если я делаю что-то внеплановое или то, что не входит в мои обязанности, так что…
— Ну, это его… Характер? Мне кажется, он такой со всеми окружающими, отрешённый, и тот, кто не даст другим нести свою ношу, да?
— Да, но, знаешь, мне нравится атмосфера между нами всеми сейчас, господин Хуа не любитель вот так работать всем вместе. Черри тоже здесь нравится, в Чжэцзяне она немного мне помогала с небольшими заданиями, и обычно ей было скучно, а здесь она действительно чувствует себя комфортно и уверенно. Думаю, я имею в виду, что ты отлично справляешься, и хорошо подходишь на эту роль.
— Мне кажется, что я… Могу быть слишком мягким, не знаю.
— О, ты не знаешь, каким был глава Ченг! Мне довелось решать с ним конфликт — ему на всё было плевать, любые нормы морали и приличия! Он, знаешь, мог просто убить человека, который хотя бы на день просрочил платёж по займу. Когда господин Хуа встал на его место, я переживала, что он будет таким же деспотом, потому что именно упёртость главы Ченга допустила раскол Триады. Но господин Хуа оказался в меру строгим, конечно, он профессионал, но я имею в виду, что он чаще прибегает к компромиссам, как и ты. Я не считаю, что это слабость и недостаток. Нельзя быть тираном или сопляком, и ты ни к чему из этого не относишься.
— Знаешь, когда я был даже младше тебя, лет с тринадцати, я с пеной у рта обещал, что как только прийду к власти, сотру Триаду с лица земли, чего бы мне это ни стоило. А сейчас… Вот он я, здесь.
— Ты отлично вписываешься, я считаю.
— Господин Хуа сказал также, — Се Лянь вздохнул, явно не соглашаясь ни с Сань Ланом, ни с Тан.
— Может, когда-то, через лет десять ты это поймёшь, — Тан пожала плечами. — Я попробую узнать, где Лео.
— Лео?
— Ну, он у нас отвечает за поставки товара, и заведует транспортом, — объяснила Тан. — И ещё он держит руку на пульсе, что касается положения дел Триады в других странах.
— Достаточно широкий спектр обязанностей.
— У него много подчинённых, он такой же задрот, как и Мин И, только наглухо отбитый, и Хуалин его страшно ненавидит.
— Это место живее, чем мне казалось ранее, — Се Лянь усмехнулся, вышагивая за Тан.
Обычно он был на этажах повыше, но так как Мин И контролировал отправку нескольких групп к больнице Донхуа, Лео спустился вниз, чтобы также проконтролировать всё.
Ранее Се Лянь ни разу с ним не пересекался, хотя его лицо показалось ему знакомым. Мужчина представлял из себя типичного хикана, который сидит в своём кабинете сутками, просматривая аниме — неухоженные чёрные волосы, собранные в небрежный хвост, странные очки, мешковатая одежда, синяки под глазами. Однако его взгляд оказался бодрым и очень проницательным.
Мин И только издали наблюдал за тем, как Лео подбирает автомобили для групп, но стоило ему заметить, что Се Лянь тоже здесь, он решил уйти, чтобы продолжить выполнение своих задач. Лео не сразу заметил новых гостей, вместо этого достаточно долго с кем-то беседовал, стоя к ним спиной. И лишь когда механик выглянул из-за машины, чтобы что-то ответить, а после внезапно заметил Се Ляня, Лео оглянулся, чтобы взглянуть на них.
— Привет, Лео, как всё продвигается? — Тан начала разговор самостоятельно, так как знала, насколько болючей занозой в заднице Лео иногда бывает.
— Всё нормально, отправил своих лучших ласточек на помощь принцессе, — казалось, такая кличка Жое ему не совсем была по душе.
— Ты сейчас занят? Есть пара вопросов, — Тан подошла ближе. — Нужны вертолёты.
— Нафига? — он удивлённо вскинул брови.
— Доставлять грузы.
— Куда?
— На здание канала HOB, — Тан созналась явно того не желая.
— И зачем? Не достаточно того, что эти черти обсирают Триаду? А мы их кормить должны?
— Позволь мне напомнить, что Триада совсем не пострадала из-за этих действий, и это первое, — в разговор вступил Се Лянь. — Во-вторых, журналист, о котором речь, был вынужден говорить ложь, так как его шантажировали, сейчас ситуация исправлена и он снова вернулся к своей работе.
— И зачем нам поддерживать мразей, которые так легко поддаются на провокации? — Лео выглядел спокойно, но, миновав Тан, направился прямиком к главе Триады. — Кроме того, они выедали нам мозги годами, за что им помогать? Это очень понизит уровень доверия, если уж на то пошло.
— Я не спрашивал совета или, более того, разрешения. Через Тан я сказал, что мне нужны вертолёты. Они в дееспособном состоянии? Пилоты готовы выполнять мои приказы? — спокойное хладнокровие в глазах и голосе принца отдавалось так обжигающе, что даже Тан удивилась.
— Хех, — мужчина усмехнулся, оборачиваясь к механику. — Ты был прав.
Он подошёл ближе к машине, достав из кармана бумажник, он отдал деньги, которые проиграл, и только после вернулся, и уже в этот раз выглядел более добродушно.
— Расслабься, это всего лишь спор, — он спрятал руки в карманы. — Ну, так что там по вертолётам?
— Ежедневные полёты, возможно, по нескольку раз, зависит от списка провизии, — Се Лянь спокойно выдохнул, стоило ситуации разрешится самой.
— Что, реально на канал? — он вздохнул явно недовольно, но истинные причины показывать не стал. — Окей, грузы будем везти отсюда?
— Да, — Се Лянь кивнул. — Ещё придётся эвакуировать людей, пока не знаю, сколько, позже будет известно.
— То есть, пассажирские вертолёты тоже должны быть… — он почесал растрёпанную жиденькую бородку.
— С этим есть проблемы?
— Да вроде нет, просто в пассажирских вертолётах не выйдет перевезти много товара, так что в одну сторону лететь впустую, окей, не суть, — снова вернув руки в карманы, он уставился в Се Ляня. — Ещё что-то?
— Всё.
— Сколько это будет продолжаться?
— Пока здание канала снова не будет в безопасности, — Се Лянь пожал плечами.
— Мы должны афишировать, что именно Триада занимается этим? — поинтересовалась Тан, часто отвлекаясь на переписку в своём телефоне.
— Нет, — Се Лянь коротко махнул головой. — Возможно, позже, но точно не сейчас. Им нужно прямо сейчас держать людей постоянно в тонусе, так что они придумали этот трюк с недовольством военных, им было нужно связать господина Пэя с Триадой, и если сейчас вскроется, что мы помогали, у нас у всех могут быть проблемы, и ты, — он посмотрел на Тан, как на единственную в комнате, кто был в курсе всех переговоров, — знаешь об этом.
— Конечно, — она кивнула.
— Ясно, когда вылетаем?
— Сегодня, не думаю, что позже восьми, — Се Лянь отвлёкся на свой телефон.
Пэй Мин переслал списки необходимого товара из других чатов, даже предложил собственную помощь, а после отправил несколько коротких видео, рекомендуя их к просмотру.
— Мне прислали списки, я перешлю их тебе, — заявил Се Лянь, бросая короткий взгляд на девушку. — Сегодня эвакуировать нужно пятнадцать человек, пять из них нуждаются в осмотре врачом, это беременные женщины, так что их нужно доставить в нашу больницу.
— А остальных?
— Почему бы не использовать парк для высадки? — спросила Тан. — Есть место, люди разбегутся.
— Мне кажется, что их всех сначала нужно осмотреть в больнице, на всякий случай.
— Значит, все в больницу? — Лео решил убедиться окончательно.
— Да, — Се Лянь кивнул.
— Ладно, ждём товар и отправляемся, — он громко хлопнул в ладоши, удаляясь вглубь гаража.
— Много товара, — Тан изучала списки.
— Если это что-то не критическое, я думаю, можно будет доставить это чуть позже.
— Да, окей!
***
— Поверить не могу, что план действительно сработал, — О Ян вышагивал рядом, осматриваясь по сторонам. — У меня было предчувствие на этот счёт, — Жое пожала плечами. — Предчувствие, что мы найдём именно его? — переспросил Сан. — Ну, не совсем, — Жое остановилась около стойки дежурного, взглядом ища знакомые имена в списке расположения пациентов. — Я имею в виду, что я чувствовала, что эта наводка может быть очень ценной, и деньги всё равно бы пригодились, даже если бы там не было Эмина и Люй Пина, там могла быть какая-то ценная информация, которую можно было бы купить. — Остаётся пока только ждать полного обследования, чтобы знать, какие риски, — О Ян с сожалением смотрел на Жое. Теперь, когда они все знали об их отношениях с Эмином, её реакция казалась вполне оправданной. Когда она плакала, ещё находясь в Дунхуа, они не могли себе найти места, как и в любой момент, когда видели, что она чем-то расстроена. Теперь же она выглядела безжизненно, словно была готова ко всему. — Госпожа Лянь? — рядом послышался голос девушки, отчего все они были вынуждены остановится. — А, госпожа Сон, — Цзыи спокойно выдохнула, наблюдая за девушкой в белом халате. — Вы кого-то проведываете? — Третья и четвёртые палаты, — ответила Жое. — О, вот как, боюсь, для первого посещения нужно заполнить кое-какие бумаги, так как оба пациента без сознания. — Да? — Жое бросила взгляд на Сана и О Яна, слыша об этом впервые. — Я ни разу не слышала о таком. — Когда пациенты без сознания, нужно оставить о себе кое-какую информацию в соображениях безопасности. — Ординатор Сон? — позади послышался мужской голос постарше, приближающийся доктор похлопал её по плечу и низко поклонился Жое. — Всё нормально, этот человек, и те, что будут с ней, не должны проверяться. — Но правила… — Ординатор Сон, пожалуйста, закройте на это глаза, ладно? Я уверен, что госпоже Лянь меньше всего хочется заниматься бюрократией. Девушка с тёмными волосами всё же не была в восторге от просьбы, но лишь кивнула, а после удалилась, словно ничего и не произошло. — Прошу прощения, ординатор Сон только недавно устроилась к нам на работу, ей предстоит многому научится. — Так подобные правила действительно существуют? — Мг, на самом деле, так как мы являемся лучшей больницей в городе, как минимум, здесь лечатся очень многие люди из высшего общества, включая в себя не только представителей шоу-бизнеса, но и политиков и бизнесменов. Когда человек просто болен и находится в сознании, у него спрашивают, хотел бы он принять кого-то из тех, кто пришёл к нему. Но если человек без сознания, он не может решить, а мы не можем следить за действиями человека внутри палаты. — Но если что-то случится, разве там нет камер или подобного? — Есть, но в таком случае у нас больше шансов. Вы себе представить не можете, сколько раз бывали случаи, как люди просто пытались убивать своих родственников в коме, ради получения наживы. Это система безопасности, и я не могу знать всех тонкостей, но после внедрения этой системы нам удалось предотвратить множество убийств. Более того, кто-то же должен понести ответственность за случившееся, и некоторые считают, что могут просто скинуть всё это на нас. — Понятно, — Жое обессиленно кивнула. — Но я не хочу, чтобы к обоим пациентам пускали кого-то, кроме меня и тех людей, которым я разрешу тут находиться. — Я позволю вам это в качестве исключения из правил, так как понимаю, насколько это важно для вас, госпожа Лянь, — мужчина кивнул. — Так как продвигается обследование? — Боюсь, пока рано о чём-то судить, мы проводим полное обследование, на это уйдёт много времени. — Я надеюсь, им не приходится ожидать очереди? — Ни в коем случае! — заявил мужчина. — Мы уже провели бо́льшую половину необходимых обследований, я думаю, к вечеру я смогу предоставить вам информацию об их состоянии. — Спасибо, — Жое кивнула. — Я буду ждать здесь. — Конечно, — мужчина улыбнулся. Он указал на комнату ожидания, в которой был даже бар и бильярд, предложив расположиться там, а после отправился заниматься своими врачебными обязанностями. Послушавшись рекомендации, они втроём расположились в достаточно роскошном помещении. О Ян и Сан сразу же увлеклись бильярдом, тогда как Жое уселась в кресло, желая хоть немного отдохнуть, после несколько часов нервотрёпки. Самое худшее точно позади. Сначала ей пришлось сидеть в машине, ожидая, когда на подземную парковку прибудут две скорые и люди для захвата, благо, там был грузовой лифт, который позволил без проблем перевезти две кровати с аппаратами. Она переживала, что медсестра даст заднюю, и что кто-то сможет им помешать, однако, казалось, всё прошло благополучно. Однако ей это не помешало несколько часов в ожидании съедать себя в бессмысленном волнении. После, когда и Эмина и Люй Пина удалось перехватить, казалось, можно было выдохнуть, но осталась, может, самая серьёзная задача — позвонить госпоже Фэн и объяснить ей ситуацию, признаться в том, что она врала ей последние несколько недель, когда говорила, что поддерживает с ним связь. Этот разговор прошёл достаточно сложно для Жое. Конечно же, она ни разу не пыталась её обвинить, но ей было сложно смириться с этой мыслью, что её собственный сын в таком состоянии. Ожидаемо, она уже едет в Пекин, и Жое всё ещё переживала, чтобы с ней всё было хорошо. Ей оставалось только ждать, но она не могла просто сидеть, не могла не думать ни о чём. И ребята старались не отвлекать её, потому что хорошо понимали, что ей необходимо спокойствие. Кроме того, возможно, ей оставался небольшой и неприятный разговор с папой, так как она не посоветовалась с ним, прежде чем начать делать что-либо. И ей хотелось бы настроиться на неприятный разговор, однако он не дал ей времени, написав ей короткое сообщение, что хочет поговорить. — Да, — как только гудки прервались, она опустила голову на подушку дивана. — Как ты? — Я не знаю, — честно призналась Жое. — Жду, к вечеру приедет госпожа Фэн, и врач обещал закончить обследования к тому времени. — Так сейчас ты отдыхаешь? — Это сложно назвать отдыхом, — девушка вздохнула. — Если бы у меня была возможность приехать в Триаду, я бы заняла голову тренировками. — Знаешь, я могу предложить тебе кое-какое приключение, может, это тебя отвлечёт? — Какое? — Император Ло попросил о встрече, мне нужна охрана. — Охрана? Ты будешь встречаться с ним… Ну, как глава Триады, да? — Мг, встреча через час. Что скажешь, сможешь съездить со мной? — Хорошо, — она улыбнулась, отчасти радуясь, что никакой ругани не было, и что он просто предложил ей отвлечься так, как ей бы того хотелось. Оставив О Яну подробные инструкции о том, что делать, если госпожа Фэн приедет раньше, Жое с Саном отправилась на встречу с Се Лянем.Ей всё ещё было нежелательно появляться в районе Химер, поэтому точка встречи была назначена в центре города. Чтобы не привлекать лишнего внимания, Се Лянь попросил использовать аккуратного вида фургон, так что Жое даже смогла переодеться в свою одежду на месте. Её очень удивило то, что Се Лянь попросил её быть во всеоружии, ей даже нужно было натянуть балаклаву, как и ему самому, на случай, если это ловушка.
До встречи оставалось всего ничего, но Се Лянь хорошо знал, что вокруг периметра этого заброшенного склада находятся его люди, чтобы дать ему уверенность, что император не замыслил ничего против. Помимо этого, особенное внимание он уделил записывающим устройствам внутри здания — все помещения прошерстили несколько раз. Оставался лишь один страх, что сам император Ло будет иметь при себе камеру или диктофон. В силу ситуации и обстоятельств, Жое очень переживала о том, что случится. Но Се Лянь чувствовал себя спокойно и уверенно, хоть это ничем не помогало его дочке. — А если он даже не приедет и нас просто загребут? — Поэтому мы сидим в машине, — Се Лянь пожал плечами. — Если приедут другие люди, или если он будет с охраной, мы сразу же уезжаем. — И всё равно у меня плохое предчувствие! — заявила она, хмурясь. Се Лянь аккуратно погладил её по голове, спокойно смотря ей в глаза, прекрасно понимая, насколько ей сложно сейчас. — Всё будет хорошо. — Ты и в прошлый раз так говорил, — Жое поджала губы. — Но мы говорили о его смерти, ты знаешь, что он жив, а если его сердце бьётся, значит, шансы очень весомые. — Я на это надеюсь, правда, — Жое кивнула, поддаваясь обьятьям. — Просто сложно это принять, сложно будет говорить с его мамой об этом, она приедет уже вечером, а ещё вечером будут новости про его состояние. Плюс ко всему, нужно как-то придумать, как связаться с родственниками Люй Пина. — Тебе не нужно делать всё это сейчас, — Се Лянь позволял ей лежать у себе на плече, мягко поглаживая её волосы, давая ей отдохнуть. — Всё будет хорошо, вот увидишь, — поцеловав её в макушку, Се Лянь и сам невольно стал успокаиваться. — Мы с тобой вместе сделаем всё правильно, всё будет хорошо, и скоро всё это закончится, я обещаю. Жое на секунду отстранилась от Се Ляня, внимательно смотря в его удивлённые глаза. Она едва заметно улыбнулась, спрашивая: — Я сделаю всё, чтобы шиди вернулся домой, и тогда всё и правда встанет на свои места. — Давай тогда вместе постараемся? — улыбнувшись, Се Лянь потрепал дочь за щёчку, расслабленно выдыхая. — Приём, — хриплый голос из динамика рации прервал их разговор. — Объект движется к месту назначения, количество людей уточнить невозможно. — Третья группа, у входа рассмотрите салон автомобиля, когда он выйдет, — Се Лянь приложил рацию к губам. — Вторая группа, оцепить крышу и держать под наблюдением все направления, первая и четвёртые группы, продолжать патрулирование. Услышав короткое соглашение, он выключил рацию, снова поворачиваясь к Жое. Они понимали, что с минуты на минуту император будет здесь, и от того, выполнит ли он требования, будет зависеть, что будет с ними дальше. Сидя на заднем сидении, они с интересом наблюдали за автомобилем, который в темноте подъезжал к старому амбару. Фары отключились, свет внутри салона погас, и из машины вышел высокий мужчина. — Группа три, салон чист, — голос в рации подал надежду. — Группа два, позиции заняли. — Группа четыре, пеший патруль, чисто. — Группа один, дороги пустые. — Принял, — Се Лянь на секунду поднял к губам рацию. Мужчина вошёл внутрь амбара и Се Лянь снова обернулся к Жое, чтобы убедиться, что она в порядке, и сможет выполнить задачу, которая перед ней стоит. Она только сжала в руках свою балаклаву и слегка улыбнулась, заявляя, что ей необходимо размяться. Девушка вышла из машины первой, прекрасно зная, в чём состоит её работа. Надев на голову балаклаву, она поправила шлейку автомата, висящего через плечо. Её тёмная одежда отлично сливалась с окружением глубокого леса, и всё равно она старалась не издавать лишних звуков. Триада заранее подготовила место встречи, всё внутри было чистым и тёмным, лишь одна лампочка, висящая с потолка, давала один единственный яркий луч света. Войдя внутрь, Жое заметила мужскую фигуру в кольце яркого света, очевидно, он услышал её, но различить её фигуру не смог до тех пор, пока она не остановилась напротив, едва ли будучи в досягаемости света. Её персона привлекла должное внимание, мужчина напрягся, пытаясь её рассмотреть, однако не сразу решился говорить с ней. Он переживал, что это лишь ловушка, чтобы его убить, и сколько бы он ни пытался себя успокоить словами Се Ляня о том, что ему не нужно придумывать что-либо, чтобы его убить, он всё равно нервничал. — Он сказал, что здесь будут только те, кого я знаю, — заявил мужчина, обращаясь к «незнакомому» силуэту. — Вы меня знаете, Ваше Величество, — уверенно заявила Жое, смакуя его выражение лица, когда он наконец понял, кто перед ним, что в её руках автомат, а лицо скрыто плотной тканью. Однако он не успел что-либо сказать, услышав металлический хлопок от закрывшейся двери. Размеренные, но уверенные шаги эхом расходились по комнате, так что он решил молчать. Судя по звуку, вошёл один человек, и он надеялся, что это Се Лянь. Появившийся перед ним мужчина пересёк линию света, будто был готов к диалогу на равных. В нём было сложно узнать принца, так как его лицо также было скрыто маской, однако у него не было причин сомневаться, особенно после того, как Се Лянь всё же заговорил. — У меня не так много времени, поэтому было бы лучше, если бы вы перешли сразу к делу, — его спокойный и уверенный голос эхом отдался по комнате, отскакивая от стен, отчего он даже звучал ещё более устрашающе, чем он пытался показать. — Знаешь, я… Никак не могу понять, почему это происходит? Что такого произошло, что всё окружение стало таким? Я знаю, насколько сильно ты ненавидел Триаду раньше, она принесла тебе столько боли из-за Цзюнь У! — Я же сказал, что не собираюсь оправдываться и что-либо объяснять. — Тебе придётся это сделать, — мужчина пожал плечами. — Я правда хочу понять, что происходит. — А вы готовы? — Се Лянь слегка наклонил голову вправо, неотрывно следя за тем, как мужчина напротив выпрямился. — Всё, что происходит сейчас в стране, включая войну, вина только вашей безалаберности, и до тех пор, пока вы хотя бы мысленно не примете эту истину, думаю, всё это бесполезно — разговаривать, уговаривать, просить. — По-твоему, прекращение войны — лишь дело переговоров? По-твоему, всё это так легко решить? Твой отец добился значительных результатов и был инициатором объединения всей Азии, и ты смеешь говорить такие вещи? Ты никогда не управлял целой страной, и тебе никогда не узнать ничего о том грузе, который возлагается на меня каждый день, и ответственность также! По-твоему, достаточно выйти на поле боя и попросить мира? — По-моему, достаточно хотя бы раз дать ответ, — Се Лянь хмыкнул, припоминая, что вся мощь Китая так и стоит на месте, и, несмотря на все угрозы и опасность, никто из генерального командования не отдал ни единого приказа, чтобы даже поражать военные цели противника. — Не спорю, что это сложно. Не спорю, что никогда не держал той власти в руках, что есть сейчас у вас. Но я хотя бы не даю пудрить себе мозги десятку недоумков, не верю им в слепоте, и не удивляюсь потом, почему мои праведные намерения никогда не работают! Потому что именно ваша слабость позволила этим ублюдкам рулить тем, что происходит со страной, и ваша же слабость продолжает оправдывать их и закрывать глаза на очевидные проблемы, не так ли? Когда я озвучил опасения, что к господину Цзюнь У кто-то приходит, пытаясь его освободить, с того момента вы хоть что-нибудь сделали? — Это лишь слова, нет доказательств, что это мои советники. — Это были слова Цзюнь У! Он признал, что ему помогают, этого было недостаточно? Знаете, иногда я замысливаюсь о том, действительно ли вы такой глупый? Может, на самом деле вы с ними заодно? И у вас просто такая роль — придворного шута, который выпрыгивает из табакерки, чтобы помахать пальчиком. Тут одно из двух — либо вы идиот и действительно не видите, как они управляют вами, либо вы заодно с ними. — А ты, конечно же, один единственный видишь проблему, да? — Я? Нет, конечно же, я не один так считаю. Жое, например, что ты думаешь об этом? — Се Лянь сложил руки за спиной, чуть наклоняясь назад, чтобы посмотреть на дочь. — Я не хочу думать, что он с ними заодно, — она пожала плечами, держа в руках свой автомат. — Так что я склонна к выводу, что он придурок и ты зря теряешь время, пытаясь снять с него розовые очки. — Это её мнение, — Се Лянь улыбнулся, снова поворачиваясь к императору. — А я напоминаю, что времени у меня мало, что меня не интересуют чьи-либо оправдания. А, главное, вы решились на эту встречу по какой-то причине. Так что, если у вас ещё остались какие-то вопросы или обвинения, или вам там… Что? Ну, может, надо как-то вылить на меня свою злость, сказать, что я разочарование династии, то давайте уже поскорее, в отличии от императора, у главы Триады всегда полно работы. — Допустим, ты прав, — стерпев любые оскорбления, он старался держать лицо, даже не взирая на то, что Жое так и прыснула со смеху, повторяя за ним его «допустим». — Что ты собираешься делать? Я знаю, что ты рассказал мне правду не просто так. — Всё зависит от того, насколько вы готовы открыть глаза и взглянуть на своё окружение трезво. — Например? — Ну, к примеру, если вы не готовы, то мне тут больше делать нечего, и я пойду заниматься действительно важными для страны делами. А если вы хотя бы на миллиметр собираетесь открыть глаза и осмелеть, чтобы честно увидеть обстановку, тогда, может, я и подумаю о том, чтобы помочь вам убрать мусор. — Хорошо, — он кивнул. — Что хорошего? — Се Лянь спрятал руки в карманы, с интересом наблюдая за императором. — Я согласен на твои условия, — он решительно кивнул. — Я… Я понимаю, что кто-то из них что-то замышляет. — Все они что-то замышляют, — Се Лянь только поправил его. — И что? — У тебя есть какие-то конкретные подозрения на их счёт? Я хочу убрать их, если именно они виноваты в том, что происходит. — Вы ждёте, что я расскажу вам, почему так плохо говорю о ваших советниках? Ладно, вкратце пробегусь по истории последних месяцев. У меня есть основания полагать, что все они были связаны с господином Цзюнь У, и до того, как мы узнали, что кто-то ему помогает, он передал им шифр, в надежде, что они получат деньги и смогут его достать, но этот шифр чудесным образом пропал, а после пошли слухи, что советники встречаются с Цзюнь У, поэтому они не могли снова встретиться с ним, чтобы начать всё заново. Но они узнали, кто именно встал у них на пути, поэтому подстроили его смерть. Эти люди также похитили женщину, с целью шантажировать господина Пэя, отчего он и начал лить грязь на Триаду, они шантажировали меня, чтобы я передал деньги индусам в порту, чтобы я освободил Санджи Деви, и ещё много-много всяких вещей, чтобы поддержать миф о том, что Триада виновата в войне. Нам удалось освободить ту женщину из плена, к счастью, она и её дочка в полном порядке. Все эти люди жаждут одного — денег, которые раньше принадлежали господину Цзюнь У. И у меня есть смелое предположение о том, что эта война была начата только из-за того, что их первый план не сработал. — Что? Война? Война началась из-за того, что что-то там в Триаде не получилось?! — император выглядел достаточно иронично. — Сами посмотрите по хронологии. Когда «умер» глава Триады, когда вы подозревали, что начнутся массовые беспорядки? Война началась лишь небольшое время спустя. Нас шантажом вынуждали поддерживать новости о войне собственными действиями. Более того, почему же военное командование не даёт приказов на поражение военных целей? Складов, мест, где размещаются солдаты, ангаров? — Потому что в войне не обязательно глушить ракетами, чтобы выиграть! — И что же они делают, чтобы выиграть? Каков гениальный план? — с сарказмом поинтересовался принц. — Территории Китая регулярно обстреливают, уже есть погибшие военные, и мирные, а командование помнит про гуманность и считает, что у нас ещё недостаточно причин для малейшего ответа? Хорошо, тогда сколько ракет было сбито нашим ПВО? Почему раненных солдат лечат не в ближайших городах, а в больницах Шанхая и Пекина, причём все контракты держатся в строжайшем секрете? Китай — самая влиятельная страна в Азии не только в экономическом плане, но и в военном, и никто даже не думает о том, чтобы дать достойный ответ? Я не говорю по городам бомбить, я говорю про законные военные цели. Расскажите мне об этих планах, мне действительно интересно услышать оправдания, которые вам в голову вложили советники и генералы. — Сейчас действует военное положение, я не могу просто влезать в эти вопросы. — А нахер нам тогда император, если он не может даже проконтролировать то, что делают его подчинённые? Вы там что, для красоты сидите? Да откройте же вы глаза! Они все вас обманывают, они делают это, чтобы почва стала благоприятной, чтобы вытащить господина Цзюнь У, чтобы люди не думали про него, чтобы были напуганы. Почему они так зациклилась на господине Пэе? Вы вообще в курсе, что они взяли здание канала в окружение, и не выпускают оттуда даже беременных? И всё это из-за того, что господин Пэй посмел высказать сомнения по поводу тайных контрактов с больницами, видите ли, не время сейчас задавать вопросы, у военных должно быть достаточно места и возможностей для всех их действий. — Сейчас действительно не время расшатывать обстановку… — Не время сейчас триста военных содержать в центре Пекина, когда в стране война и нужно защищаться! Не время беременных и больных не выпускать, не время сейчас блокировать несколько сотен людей, чтобы они сидели без еды и воды. Военные здесь нужны, чтобы нас защищать, а не чтобы приходить и мстить за то, что кто-то вскрывает их скверные проступки! Если обычные рядовые, которые там стоят под каналом, продолжают там быть, зная, что они подвергают стольких людей опасности и смерти, и их это ничуть не смущает, то что тогда происходит в головах командования?! Вы вообще в своём уме, когда говорите мне, что вы не можете это контролировать? Если вы не можете, тогда убирайтесь вон с престола, а напоследок разрушьте эту систему полностью, пусть больше не будет никаких императоров, или сделайте как в Японии, если вы так ограничены! В военное время мой отец лично уладил конфликт с Индией. В военное время он создал площадку для противостояния Северной Корее, и никакие советники ему не вкладывали в голову мысли, что он не может этого делать, потому что он по-настоящему хотел безопасности для Китая и Азии в целом! Все проблемы с Индией начались не после его смерти, нет, Индия — не идиоты, у них были контракты с отцом, и только от его смерти они не аннулировались. Проблемы пришли, когда ваши советники начали «помогать» вам встать ровно на ноги, ощутить власть, тогда и случился Тибетский кризис, и, знаете, что? Я был там, я был контрактником, и я знаю, что никто не сопротивлялся, когда мы вошли в Тибет, там не было военных. А ещё я знаю, что Китай и Индия договорились не убивать друг друга, когда мы уходили. Во время всех войн так происходит, вы не подскажете? Или советники не выдали вам методичку, чтобы вы могли ответить на такие вопросы? Жое позади только устало вздохнула, сжимая в руках рукоятку автомата, ведь действительно считала, что они зря тратят время, и можно было бы просто уйти, но Се Лянь почему-то продолжал играть. — Нечего сказать? Тогда я перейду к конкретике. У меня есть доказательство причастности к этому всему ваших советников. Ну, как? Готовы? — он с вызовом смотрел на мужчину впереди. — Хорошо, помните, я упоминал женщину, которую похитили, чтобы шантажировать господина Пэя? Я также сказал, что мы её освободили. А вместе с ней нам удалось взять в заложники людей, которые её охраняли. Угадайте, с кем у них был контракт через охранную службу? Ну-же, вариантов всего десять, столько, сколько и советников! — Понятия не имею, — он поджал губы в нерешительности. — Все они были частью охраны господина Гона. — Это какое-то… — Недоразумение? Что ж, может быть. Но они не единственные, кто нам попался. В тот раз нам просто сопутствовала удача! Представляете, оказалось, что внебрачный сын Гона, Шэн, тоже был там! — его наигранно радостный тон слегка пугал, но он и не думал останавливаться. — И, знаете, что? Женщина, которая была в плену несколько недель, сказала, что он не один раз приходил к ней, но отказался ей помочь сбежать, так как он не мог пойти против решения своего отца. Ну как? Достаточно убедительно? Или нужно ещё что-то? Если нужно, я могу продолжить ещё немного. Знаете, откуда мы взяли наводку на то место, где держали ту женщину? Ни за что не догадаетесь! Внук господина Чжана был очень мил, и согласился нам помочь. И в этот раз я говорю не без оснований, в этот раз у меня есть доказательства и я могу подтвердить собственные слова. Мужчина напротив, казалось, пришёл в ужас, собирая все выброшенные на него детали пазлов воедино, в картинку, которую он мог бы понять и осязать. Се Лянь же терпеливо ждал хоть чего-то, он был уверен в собственной правоте, ведь он делает одолжение императору, с его помощью или без, Се Лянь уже может звонить советникам, отдавать им деньги и получить Сань Лана обратно. Он не теряет вообще ничего, кроме времени. — Знаете, от вашего осознания и любого решения ничего не зависит. У меня уже есть то, что им необходимо, и я получу обратно то, что я хочу. Вопрос лишь в том, захотите ли вы своими глазами увидеть предателей, чтобы избавиться от них? — Почему тогда, раз ты имеешь возможность с ними торговать, ты пришёл сюда? — спросил господин Ло так спокойно, что, казалось, он действительно готов встать на их сторону. — Потому что я хотел помочь вам стать настоящим императором, достойным своего места, а не посмешищем для всего народа, каким они вас выставляют. Теперь, когда у вас есть достаточные доказательства и факты, что вы скажете на все мои предположения? — Я... признаюсь, я не хочу допускать мысли о том, что всё это правда, но… Я также понимаю, что так вполне может быть, и я действительно позволил им это, я дал им возможность принимать решения, пока они помогали мне освоится в своей роли, ты прав, они советники, они не должны были принимать эти решения. — И на что вы готовы пойти, чтобы убрать их? — Каков твой план? Я поддержу тебя в этом, если в итоге получу весомые доказательства их виновности. — Что именно вы имеете в виду? — Я хочу, чтобы они попались на горячем, чтобы я мог просто их убрать и ни у кого не возникло вопросов об этом. Он не знал, что должен делать, но решительности ему было не занимать. Принц был доволен результатом, так как план у него действительно имелся. — Речь о миллиардах, они будут присутствовать на сделке лично. Всё, что мне необходимо — устроить приём, куда бы были приглашены все люди из вашего окружения. — И что ты планируешь делать? — Я планирую там быть, — он улыбнулся спокойно и размеренно. — Позвольте мне взять всю грязную работу на себя. Когда план будет разработан, я скажу, что именно от вас будет нужно, чтобы вы получили все доказательства. Идёт? — Нужен только приём? Пока что. — Да, и я должен быть там вместе со своей дочкой, но так, чтобы об этом никто не знал. Никто заранее не должен знать, что мы получили приглашение. — Хорошо, я устрою это, — смиренное послушание в его тоне соревновались с гордостью, которую задели, и непониманием, ведь он пошёл на то, на что бы никогда не согласился — сотрудничество с Триадой. И принц ведь был таким же! Он столько раз слышал о том, что Его Величество, а также его сын множество раз пытались бороться с Триадой, он знал, что сам Се Лянь выступал с интересными предложениями, чтобы побороть коррупцию. Когда семья Ло стала представлять императорскую династию, им рассказали буквально обо всех деятелях семьи, в том числе и о династии Сяньлэ, так что он был наслышан, он даже видел некоторые наброски и схемы, которые рисовал принц в попытках прекратить существование Триады. Именно поэтому в голове императора никак не могло уложится два образа — тот, что рисовал он сам, и тот, который он видел прямо сейчас. И это были два разных человека. Так как все обсуждения были завершены, принц и его дочка собирались уйти первыми, однако господин Ло снова подал голос, заставляя обоих обернутся с нескрываемым удивлением. — Так почему ты сделал этот выбор? Почему ты стал главой Триады? — Вам обязательно знать ответы на все вопросы? — Се Лянь пожал плечами, необъяснимо ностальгируя из-за его поведения. — Что могло случится такого, чтобы ты принял это решение? Ты даже не боишься последствий. Что-то же должно было заставить тебя. — А, — Се Лянь хихикнул, словно до него только дошло. — Вы ищете причины меня оправдывать? Понимаю, но оно того не стоит. Будет лучше, если я останусь врагом, до уровня которого вам пришлось опуститься ради безопасности. — Ты заинтересован в прекращении войны, кажется, больше, чем кто-либо ещё. Ты не такой плохой, каким хочешь показаться. Жое нервно вздохнула, так как ей надоели эти трепания ни о чём. Да, она была полностью согласна с тем, что её дагэ не такой плохой. Но это лишь потому, что она сама была хуже его и уже была почти готова взять разговор под личный контроль. — Слушайте, я понимаю всё это, но вам и правда не следует в это влезать. Война — побочная реакция того, что происходит, и мне действительно нужно всё это прекратить, вот и всё. Никакой высшей цели, никакого благородства. Всё, что мне нужно — забрать то, что принадлежит мне, и что у меня отобрали. — Речь о чём-то материальном? — Материальном, но это не деньги. Речь о человеке, который всё ещё находится в плену у этих людей. — Ты говорил о главе Триады, убийство которого подстроили. Это он? Ты хочешь вернуть его? — Мг, минималистично, да? Никаких целей по захвату власти. — Я имею в виду, что… Это всё ещё не укладывается в моей голове, в это сложно поверить. Почему так важно его вернуть? Чем он так отличается от Цзюнь У? Они оба были главами Триады, они оба управляли преступностью, так в чём же разница? — Хм, ну, наверное, в том, что господин Цзюнь У пытался меня убить? Он убил мою семью и близких мне людей, его действия привели к тому, что пострадали сотни людей, которые мне близки. — От действий второго главы Триады разве не пострадали люди? Они все преступники, не так ли? — Так, — Се Лянь кивнул, полностью оборачиваясь к мужчине. — Только человек, которого я должен вернуть, был единственным, кто был рядом со мной, когда все люди вокруг кричали, что я убийца и сын преступника. Он верил мне без причин, он поддерживал меня, и защищал множество раз, иногда, даже сам того не зная. В тот момент, когда вы, господин Ло, якобы хотели со мной связаться, но не смогли из-за скандала, ему это не помешало быть рядом со мной, стать моей опорой и тем человеком, на кого я могу рассчитывать. Мужчина напротив опустил голову, о чём-то размышляя, словно старался уложить все кубики на свои места, чтобы хоть немного понять происходящее. — Вы ожидали, что после его смерти Триада сойдёт с ума, устроит бои и станет ещё более опасной. Ваши советники не просто ожидали этого, они на это рассчитывали, чтобы легко получить то, что украл у них прошлый глава Триады. И если бы я не пришёл туда и не поклялся жизнью, что буду защищать Триаду, так бы и случилось. Я был ключом вашего спокойствия, и причиной, почему советники были вынуждены расшатывать обстановку вокруг. Знаете, какое было моё последнее решение, как главы Триады? — Какое? — Я организовал и проспонсировал доставку продовольствия на канал HOB, а также эвакуацию тех женщин, и ещё нескольких человек, и я буду заботиться о том, чтобы канал продолжал функционировать, пока военные будут держать их взаперти. В то время, когда никто из представителей власти не может решить проблему, я являюсь тем, кто действительно делает хоть что-то, кроме пожимания плечами и разводом рук в разные стороны. — Ты сам просил меня не обелять тебя, не так ли? — Я веду не к этому. Я имею в виду лишь один вопрос: я являюсь злодеем в этой истории? Се Лянь сделал паузу, будто и сам обдумывал собственный вопрос, однако никто не решался отвечать однозначно. — Это риторический вопрос. Я и сам не знаю ответа, но… Если когда-нибудь я пойму, что на самом деле я был положительным героем, я буду просто рад этому. Но если я пойму, что всё это время был злодеем, то приду в настоящий восторг. В любом случае я не буду жалеть о произошедшем. Потому что это просто я, всего лишь. Моё самое сильное оружие — быть собой, вот и всё.***
— Долго ждал? — Чорин положила свою сумку на стул подальше, усаживаясь напротив Ана. — Нет, только что пришёл, — он пожал плечами, чуть улыбаясь. — Ну, так что у тебя? Что за срочность, почему нельзя было по телефону это обсудить? — Во-первых, нужно было отметить, что тебе дали должность. Во-вторых, у меня есть хорошие новости. — Ты узнала что-то о Шэнли? — Эм, не совсем. Я поговорила с той девушкой, она показалась мне искренней, если честно, ну и она сказала, что ей показалось, что он раньше был как-то связан с некоторыми бандами, когда ещё работал в клубах. — Это всё равно может помочь, — Ан вздохнул, может, потому что надеялся, что она принесёт с собой более серьёзные новости. — Так, что там у тебя? — А, ну, мы с той девушкой уже собирались прощаться, и тут внезапно к ней подошла другая девушка, она сбила меня с толку, потому что сразу мне напомнила Черин. Но, представляешь, это она и была! Ан широко раскрыл глаза в недоумении, хоть и допускал мысль, что что-то тут не так, и что Чорин могла ошибиться. — Она боялась со мной говорить, представляешь? Она думала, что я верну её домой, но нам всё же удалось поговорить. Подумать только, она жива! Я не могу в это поверить! — Звучит очень… Странно? — Вот именно! Я до сих пор в таком шоке и не могу в это поверить. Но это она, точно она. — Я очень рад, что она здесь, правда, будто ты чувствовала, поэтому так часто о ней говорила в последнее время, — Ан едва заметно улыбнулся. — Но она попросила, чтобы я никому не говорила о ней, так что я надеюсь, что и ты будешь молчать об этом. — Конечно, можешь на меня рассчитывать. — Мы с ней договорились встретиться, так что я невероятно рада! Ан тоже улыбался, с интересом изучая её эмоции. Он не видел раньше, чтобы она была так счастлива, скорее, она всегда была слишком организованной и собранной, чтобы просто веселиться. Но сейчас улыбка не сходила с её лица, сейчас она сияла, и это непременно стоило запомнить. Хоть и не удалось ничего узнать про Шэнли, но он был рад, что хоть это разрешилось. На самом деле, когда в тот раз он заметил, что на торжество его родителей не пришла Черин, он подумал, что её могли наказать, так как Чорин иногда рассказывала о том, что происходит у них дома. И для него было настоящим потрясением, когда её родители признали, что она мертва, что организовали для неё похороны. В своё время её смерть была наглядным примером для всех детей в их окружении — вот что бывает, если не слушать родителей и связываться с падалью из бедняков. А сейчас осознать, что она действительно жива, и она в порядке, что она просто жила все эти годы, оказалось сложным. Да, он безумно рад, что это так осчастливило Чорин, однако в голове эта мысль никак не могла обрести покой. — Так что у тебя с работой? Когда начинаешь? — А? — мужчина вскинул брови, заметив, что отвлёкся. — Завтра, уже завтра начинаю, пока что буду учиться, в мою работу будет входить общение с клиентами по поводу рекламных кампаний, и заключение контракта. — А компания занимается какого рода рекламой? — Большая реклама, в том числе и телевидение. — Звучит очень классно, — Чорин закивала. — Как твоя мама? — Та… Обычно уже, — он пожал плечами. — С твоей мамой общается и пьёт, даже не ест. Устал уже с ней спорить. — Где она берёт деньги на алкоголь? Твой отец что-то ей даёт? — Нет, но он отдал все её побрякушки, одежду и косметику, сказал, что ему этот хлам не нужен. Я думаю, что она сдаёт украшения в магазины, ну или в ломбард. — Мда, когда-нибудь они закончатся и пить будет больше не на что. Может, отправить её лечиться? — Ты думаешь, она захочет? Она будет кричать, что я пытаюсь от неё избавиться, — Ан тяжело вздохнул. — А говорить об этом отцу мне стыдно. — Почему? — Не знаю… Она ему доставила уйму проблем, я думаю, если я ему расскажу, то и она в восторге не будет. — Ну, знаешь, ты не обязан за ней присматривать. Она взрослая и самостоятельная женщина, и если она не может взять себя в руки, то это лишь её проблема. Ей нужна помощь, и уже не важно, кто именно её ей даст. — Ты думаешь, что мне стоит поговорить с папой? — Да, — она кивнула, внимательно смотря ему в глаза. — Нет, ну… А что ещё делать? Чем ты можешь ей помочь? Более того, он же её не прям ненавидит, да? Он отдал ей украшения и всякие такие вещи, мог бы просто выкинуть и сжечь. Да, я бы поступила на его месте иначе, будь передо мной выбор… Я про развод, если что. Но мне не кажется, что он прямо изверг, который вас теперь ненавидит. Попробовать стоит. — Может, ты и права, — он снова вздохнул, но уже выпрямляясь. — Попробую ему позвонить, может, узнаю что-то о поисках Шэнли. — Мне правда жаль, что не удалось узнать ничего важного о нём, прости, — Чорин с сожалением смотрела на него, но он лишь отмахнулся. — Всё нормально, сама же в каком положении, всё через задницу, можем пока только жаловаться. — И правда, — она грустно улыбнулась, отвлекаясь на свою чашку кофе. Услышав противный звук, она повернулась в сторону сумки, переживая, что забыла оставить пейджер на работе, однако это оказался её телефон, на экране которого красовался вызов на фоне фотографии, где её обнимает мама. Ан понимающе ничего не говорил, только откинулся на спинку кресла, а после отвернулся в сторону, словно и не слушал. — Ну, уже перестала злиться? — уставший голос по ту сторону удивил Чорин. — Возвращайся домой, не веди себя как малолетка. — Я не вернусь, — Чорин поджала губы, стараясь говорить потише. — Но ты не можешь не вернуться! Ты себе представляешь, как ты подставляешь нас с отцом?! — Если вам будет проще, скажите, что я умерла. Однажды такое уже сработало. — Чорин! — крикнула женщина. — Что, мама? — спокойно ответила девушка. — Перестань нести чушь! Ты доставляешь нам с отцом проблемы своими выходками. Император организовывает приём, и мы не можем пойти одни, все семьи пригласили! — Мам, я же сказала, что я не вернусь домой, у меня полно работы, я учусь, и я не хочу приходить туда снова. — Хорошо, раз так, раз ты не хочешь увидеть собственную мать! И если тебе действительно хорошо там, не зная, что происходит дома, тогда ладно. Давай договоримся? — Договоримся о чём? — Сколько стоит час твоего времени? — Ты шутишь что-ли? — Нет, говори, сколько стоит твоё время. Я буду платить тебе за то, чтобы ты выходила с нами на приёмах, я буду покупать тебе одежду и украшения, и буду платить. Сколько? — Вы там с ума посходили?! — Моя дочь слишком занята, чтобы мне помочь, потому что у неё работа. Я предлагаю тебе работу, ну так что? — Мам, ты вообще себя слышишь? — Слышу, а ты себя? Ты так подставляешь нас, ставишь в такое ужасное положение, — ругалась женщина, даже не имея возможности увидеть, как закатываются глаза её дочери. — Я говорю вполне серьёзно. Если у меня нет возможности уговорить тебя вернуться хотя бы на приём, то я найму тебя. Я заплачу тебе сто тысяч в час, включая дорогу, в следующую субботу в шесть часов начнётся приём, на месте нужно быть в половине пятого, одежду и аксессуары я пришлю курьером в твою больницу. Косметика и духи нужны? Хотя… Зачем я спрашиваю, ты же ничего с собой не взяла. Мы будем на приёме до девяти, после ты тоже можешь уехать, тебя отвезут. Тебя всё устраивает? — Мам, ну… — Чорин разрывалась между собой и матерью. — Ну это бред, ну? — Так ты согласна? Деньги я могу переслать прямо сейчас. Я очень надеюсь, что ты согласишься. Если тебе нужно больше, то я заплачу больше. — Не нужно больше, мама… — Хорошо, тогда я сейчас отправлю тебе деньги, будь хорошей девочкой, и подготовься к субботе. Чорин ещё несколько секунд держала телефон у уха, просто не веря, что это случилось. Отведя телефон, чтобы взглянуть на время, она удивлённо распахнула глаза, заметив, как ей пришло сообщение из банка, где говорилось о начислении восьмиста тысяч на её личный счёт. — Боже, ну... что теперь делать? — её расстерянность была настолько заметна, что Ан мог даже увидел, как белястят её глаза из-за слезинок. — Что случилось? — Она позвонила и сказала, что я позорю их, если не возвращаюсь домой, сказала, что я должна присутствовать вместе с ними на приёме в следующую субботу. Сказала, что нанимает меня за сто тысяч в час и уже отправила деньги, — красивое лицо ничуть не исказилось из-за слёз, она только вытерла слёзы салфеткой, не позволяя себе плакать сильнее. — Ты не хочешь идти с ними? Ты настолько… Злишься на них? — Ан протянул руку, чтобы взять её ладонь. — Я не… Она позвонила не для того, чтобы меня вернуть. Ей неинтересно, что со мной. Совсем. Она позвонила, чтобы сказать, что я доставляю им проблемы, понимаешь? Она хотела вернуть домой не свою дочку, а дочку, которая просто будет рядом, чтобы им не задавали лишних вопросов. Теперь я понимаю, каково это быть Черин! Ей не нужна ни я, ни Черин, просто нужно, чтобы статус семьи поддержался, я будто аксессуар к её сумочке! — Ты же знаешь, что это не так на самом деле. — Не оправдывай её, Ан! — она не могла поверить, что он пытается её выгораживать. — Я не это имею в виду. Ты не аксессуар к её сумке, я хотел сказать, что ты не такая, какой тебя видят твои родители, ты классная, самостоятельная, очень умная и безумно красивая, очень способная и усердная. И ты заслуживаешь, чтобы тебя любили за то, какая ты есть на самом деле. Я хочу сказать, что… Наверное, что я переживаю, чтобы ты так о себе не думала. Ну, чтобы ты не приняла её слова и поведение за правду. Пожалуйста, не дай тебя убедить в этом, ладно? — Хорошо, — она тихо опустила взгляд, хлюпая носом настолько очаровательно, что он не выдержал, и всё же улыбнулся. — Обещаешь? — Да, — она звучала чуть обижено. — Знаешь, ты отличная дочка, только они виноваты в том, что не видят этого. Мне бы хотелось, чтобы у меня такая дочь, как ты. — И почему мне кажется, что это флирт? — она чуть нахмурилась, смотря на него из-под влажных ресниц. — Не знаю, — он весело пожал плечами. — Я просто не могу удержаться. Ну а что мне ещё остаётся? Ты такая милая, ты же не видишь этого со стороны! — Я не милая. — Хорошо, ладно, — он поднял руки. — Но, правда, что ещё мне остаётся? Жить у меня ты не хочешь, трубку, когда я звоню, ты не поднимаешь, но когда я тебя целую ты меня не отталкиваешь! У меня надежда вообще есть? — Боже, Ан, — Чорин будто и забыла, что плакала всего минуту назад, закрыла лицо руками, чтобы скрыть, как она покраснела. — Что? Что уже не так? Почему ты не относишься ко мне серьёзно? Я же нормально выгляжу, я умный, самостоятельный, я тебе по крайней мере не противен. Ну, да, просрал наследство, но и ты-то не лучше. — Перестань, — Чорин едва заметно улыбнулась. — Я уже всё перепробовал, но ты меня оставляешь ни с чем. Осталось только говорить напрямую, и ты же знаешь, что это значит? Я, конечно же, понимаю, что сейчас, может, не лучший момент для нас, но я всё равно предлагаю тебе встречаться. Только по-честному, и не потому, что так сказали родители. По-настоящему, как все парни и девушки. Потом женимся и заведём детей, чтобы наши родители локти кусали! — Ты это всё говоришь на самом деле? Или опять клоунаду устроил, чтобы я не плакала? — Я серьёзен как никогда! Я могу встать на колено, если ты хочешь, только у меня нет кольца, — заявил он, а после всё же улыбнулся, замечая, что она всё ещё краснеет, но уже хотя бы улыбается. — Я вполне серьёзно. Давай встречаться?***
— Эй, Чорин, ты чего такая довольная?! — рядом замаячила голубоволосая девчушка, которую всё ещё было так непривычно видеть. — А, это ты, — она указала на диванчик напротив. — Как ты? — А, всё нормально, — Черин уселась напротив, откладывая свой рюкзак. — В последнее время много работаем. А ты? Как у тебя дела? — Да, тоже всё хорошо. Мама вчера позвонила, — Чорин выдохнула, и только после пересказал суть их разговора, а затем с опаской посмотрела на сестру. — Как ты к этому относишься? — К чему? — Ну, что я тут с тобой, но на самом деле помогаю родителям. — У них же и правда будут проблемы, если тебя не будет рядом, я не могу на это повлиять. — Но ты… Ты не считаешь это предательством или… — Нет, конечно. По крайней мере, пока кто-то из вас жив, они вправе просить тебя о помощи. Если ты думаешь, что я буду злиться, то нет, не буду. — Ладно, — Чорин опустила глаза ненадолго. — Но, знаешь. Она позвонила мне и… Ей было нужно, чтобы я просто поддержала семейные отношения перед другими, и меня это так расстроило вчера. Ей нужна была не я, да? И я впервые ощутила себя в твоей шкуре, и это было омерзительно. — Может, тебе стоит подумать о том, чтобы и свою смерть подстроить? — с улыбкой спросила Черин. — Ну уж нет, — Чорин засмеялась. — Знаешь, Ан предложил мне встречаться. — Правда?! По-настоящему? — глаза Черин выдавали весь восторг, который она испытывала. — И что? Ты же согласилась, да? Вы будете жить вместе? — Да, я… У нас сегодня первое официальное свидание. — Вау, это так круто! У меня всё ещё не было свиданий. — У меня тоже, настоящих точно… Так что я немного переживаю. — О, ну… Я не знаю, что тебе посоветовать, — Черин пожала плечами, смотря куда-то за спину. — Эй, Жое! — Что? — голос из-за стойки звучал как-то устало. — А можешь нам помочь? — Мг, кофе вам доделаю. — Ты позвала госпожу Лянь? Зачем? - Чорин наклонилась к сестре, понизив голос до шёпота. — Ну, у неё есть парень, она могла бы дать совет, — Черин искренне на поняла такой опаски. Жое и правда появилась рядом спустя всего минутку. Переставляя с подноса две чашки кофе и десерт, она с улыбкой смотрела на Черин, будто ожидала чего-то. — У меня есть вопрос. — Давай, — девушка кивнула. — А что надо делать на первом свидании? — В каком…? Ты идёшь на свидание? С кем? Тан знает? — Да не я! Чорин, — она указала на сестру, готовую провалиться под землю от стыда. — А, ну… Всё зависит от того, знаком ли вам этот человек…? — Жое было точно также неловко. — Почему вы обращаетесь друг к другу на вы? — Черин нахмурилась. — Ах, ну… Цзыи? — неуверенно начала Чорин. — Мы знакомы с детства, и по правде говоря были помолвлены несколько лет, но сейчас начали отношения серьёзно. — А, вот как, — Жое кивнула. — Ну, если вы знакомы столько лет, то я не думаю, что стоит вести себя как-то иначе. Я думаю, он это заметит, если ты начнёшь следовать какому-то образу. — А на первом свидании можно целоваться? — с интересом спросила Черин. — Можно, наверное… — Наверное?! Почему вы обе так любите это слово? — Ну, я имею в виду, что… Ну, если ты знаешь этого парня столько лет, то можно так сделать, но если это незнакомец, которого ты знаешь час, то я бы не спешила. — А с Эмином ты целовалась на первом свидании? — Черин, — позвала девушка, призывая её прекратить. — Нет, мне было неловко, поэтому я попросила немного подождать, так что он целовал меня только в щёчку. — А как он узнал, что ты уже не стесняешься? — Я потом сама его поцеловала. — По-настоящему?! — Черин восхищённо посмотрела на свою подругу. — Вау! Это так мило! Из-за её реакции Чорин и Цзыи обе чуть покраснели, но никак комментировать её восторг не стали. — Но если вы были помолвлены несколько лет, неужели за всё это время вы ни разу не целовались? — Это был договор, мы иногда вместе отдыхали или просто проводили время, но до такого не доходило, поэтому мне до жути неловко. Плюс к этому, ему же совсем не неловко, он нормально себя чувствует, и мне кажется, что я буду тормозить нас своим страхом. — Для тебя отношения должны быть комфортными. Ну типа, я думаю, что идти на уступки правильно, но если ты всё время будешь делать всё, как он хочет, то ты просто станешь его второй маман. Если тебе неловко что-то делать, то ты можешь об этом сказать, если он нормальный, то не стал бы реагировать как-то неправильно. — Ан очень хороший! — заявила Черин. — Он всегда к ней хорошо относился, и не разрешал про неё плохо шутить другим парням. — Тогда, я думаю, он даже может счесть это умилительным, — Жое пожала плечами, смотря на Чорин. — Вы можете держаться за ручки, — Черри звучала так живо и восторженно, словно она устраивала собственное свидание. — А куда вы пойдёте? — В кино, а потом… Не знаю, наверное, погуляем в парке. — Если он проведёт тебя домой, то ты можешь поцеловать его в щёчку, так в фильмах делают. Но только если он хорошо себя будет вести на свидании! — Ладно-ладно, — Чорин улыбнулась. — Спасибо, мне стало немного спокойнее. — Обязательно расскажешь, как всё прошло, хорошо? Только вот Тан сегодня попросила ей помочь, так что она весь вечер и полночи будет рядом со мной, — Черри расстроенно вздохнула. — Я напишу тебе смс-ку, как приеду в больницу. — У тебя ночная смена? — Жое удивлённо моргнула. — А, ну… Так вышло, что я пока живу в общежитии для сотрудников, — было неловко упоминать такие детали в разговоре с Цзыи. — Вот как? Я сегодня ночью буду рядом с Эмином, госпоже Фэн нужно отдохнуть, так что мы могли бы встретиться. Тан же не станет ничего подозревать, если ты будешь говорить со мной? — Цзыи, ты лучшая! — Черри радостно её обняла, качаясь из стороны в сторону. — Ну, хватит, — Жое улыбнулась. — Мне уже пора, ещё куча работы. Я чуть позже принесу вам новый тортик попробовать. Попрощавшись с девушками, Жое оставила их одних. По правде говоря, заданий на сегодня совсем не было, лишь пара звонков поставщикам, но и с этим она управилась быстро. Пополняя запасы расходников на стойке, она невольно наблюдала за тем, как протекает разговор Черин и Чорин, чуть переживая, так как Черри казалась такой оживлённой, будто совсем ничего не скрывала и рассказывала всё, что знала. И это настораживало, потому что Чорин смышлёная девушка, она связана с семьёй Шэна, и никому здесь не нужно было, чтобы она имела возможность сложить два плюс два. Да, она сейчас ничего не вынюхивала, не пыталась о чём-то узнать, но Цзыи уже усвоила одну истину — если есть предчувствие, ему нужно доверять. Вскоре Чорин ушла, составляя Черри одну. Она лишь оставила после себя ещё одну благодарность и хороший отзыв о десерте. И Черри оказалась такой же оживлённой, щебеча что-то о тортике и о том, что кофе, который делает Жое, менее горький. — Черри, мне нужно с тобой поговорить. — М, что? — Про Чорин. — Что-то не так? — Не совсем. Я просто хочу тебя предупредить, — Жое наклонилась немного ближе, чтобы понизить тон голоса. — Пожалуйста, фильтруй, что ты ей рассказываешь. Она изначально сюда пришла вынюхивать информацию, и мне этого не нужно. — Жое, она ведь не с ними заодно! — Может и так, но я не собираюсь слепо ей верить. Я просто ставлю тебя перед фактом — если у неё будет инфомарция, и если она будет составлять хоть малейшую угрозу мне или моему папе, я её уберу. — Уберёшь? — Черри широко раскрыла глаза. — Да, я убью её, и мне плевать, какие у неё намерения. Если она будет мешать Триаде, мне придётся это сделать. — Но она моя сестра! — заявила девушка, не желая сдаваться. — И у тебя всё ещё есть возможность уберечь её от такой участи. Но ты должна понимать, что после моего предупреждения, если ты всё же ляпнешь что-то, я буду рассматривать это как предательство Триады. Надеюсь, ты помнишь, какое тебя ждёт наказание? — Смерть? — Именно. Так что следи за тем, что ты ей говоришь, если ты не хочешь увидеть, как всё закончится. Не нужно вынуждать меня идти на крайние меры.
