Кусочек Тома

Крестраж может вести некую квази-жизнь, подчиняя себе души людей, находящиеся в непосредственной близости от него. При этом имеется в виду не только близость физическая, но и эмоциональная. Цель подчинения в первую очередь — выживание крестража и защита доверенной ему части души. Однако иногда крестраж может попытаться воплотить в жизнь некоторые идеи того мага, который его создал. (Гарри Поттер вики)

В конце августа дождь заливал все окрестности Уилтшира. Цветы в саду Нарцисы Малфой уж начали вянуть, но осень, отвоевав кусочек у лета, решила похозяйничать. Теперь свежесть приятно обволакивала благоухающий сад. Околоосенний воздух завораживал, заставлял вдыхать полной грудью до головокружения. Драко Малфой жадно втягивал в себя последождевой аромат последнего дня августа. Он не был рад и не был расстроен, но все же странное чувство скручивало живот, заставляя пинать кусты цветов по пути из сада в дом. В это время семейство готовилось к отправке старшего сына в Хогвартс. Юному волшебнику предстояло вернуться в школу уже в качестве второкурсника. Драко решил попрощаться с сестрой. Мало кто знал о том, что у четы Малфой был второй ребенок. Еще бы – долгожданная девочка, сложная беременность и роды, а потом... у Литы Малфой ни разу не проявилось волшебство. После смерти Темного Лорда у Люциуса с Нарциссой получилось наладить семейную жизнь, зачать еще одного ребенка. Это было редкостью и непозволительной роскошью, которую им подарила сама госпожа судьба. Время шло, Лита уже научилась ходить, разговарить, но волшебство ни разу не проявилось. Она была замечательным и умным ребенком. Драко говорил, что она обязательно превзойдет Грейнджер в Хогвартсе, а потом замалкивал, когда встречался глазами с отцом. Иногда ее вопросы удивляли отца. Он начинал с ней беседовать, рассказывать об их старинном роде и в конце-концов все сводилось к волшебству. Тогда Люциус становился холоден к своей дочери. Он всегда высмеивал магглов, сквибов и прочую шелуху. Теперь ему было трудно смотреть на собственную дочь, в которой не было ни капли магии. Нарцисса заботилась о девочке, стараясь восполнить нехватку отцовской любви. Так начались ссоры некогда слаженной четы Малфой. С пяти лет Литу водили к специалистам, конечно же под строжайшим секретом, но они не смогли определить никакой причины задержки магии. Родители всячески скрывали ее от общественности. И конечно же они не могли взять ее на Кингс-Кросс. Лита была в своей комнате в полном одиночестве. Драко решил сам зайти к ней, ведь она не спустилась в холл проводить его. При отце Драко холодно относился к Лите. Но проводить целое лето в Мэноре было скучно. Иногда он играл с ней. Втайне он даже сам пытался научить ее колдовать, но ничего из этого не вышло. Лита была расстроена, но благодарна ему. В школе всю свою злость он срывал на грязнокровке Грейнджер. Почему таким, как она – убогим и грязным магглам, достается волшебство? А его сестре – нет? Может магглы забирают волшебство у них, чистокровных? Ему было трудно переживать эту ситуацию. Не став продолжать спор в голове, Драко легонько постучал в дверь, но ответа не последовало. – Лита, я ведь уеду до самого Рождества, – негромко сказал брат, входя в комнату. – Я не хочу, чтобы ты уезжал, Драко. Снова начнутся эти походы к докторам. Они меня замучали! Еще я... Пусть, – решил Драко, обнимая сестру. В Хогвартсе он снова станет решительным и беспощадным ко всем, но сейчас он нужен был ей. – Ну, хватит, – прервал он смущенно, потом вдруг вспомнил. – Ты не брала какой-то черный дневник? Отец уже два дня его ищет. Он рассержен, – добавил Драко. Лита отрицательно покачала головой, вытирая капли слез с щеки. Дети услышали звук приближающихся шагов. – Пока, Драко, – прошептала Лита. – Пойдем, сын, иначе опоздаешь на поезд, – сказал Люциус, входя в комнату. А ты, – он обратился к девочке, – останешься дома. Добби присмотрит за тобой. Драко в последний раз посмотрел на Литу. Она помахала ему своей маленькой ручкой и отвернулась. Ему было жаль ее, правда. Нарцисса уже ждала их у парадной лестницы. Она разрывалась между тем, чтобы остаться с дочкой и проводить сына на поезд. Но в этот раз решал Люциус. Впрочем, как и во многом. Семья покинула поместье, оставив после себя оглушительную тишину. По коридорам гулял сквозняк, будто шаловливое привидение. Ветер за окном подвывал ему в ответ. На кухне трудились домовики, но их совсем не было слышно. Лита как никогда почувствовала одиночество. Ей остро захотелось написать ему. Она немного боялась этого мальчика, особенно его глаз, но больше ей не с кем было общаться. Она нашла странного друга в этом дневнике. С Томом Лита познакомилась недавно. Две недели назад к Драко приехали школьные друзья, и девочке было велено не показываться им на глаза. Решив, что в этой части замка ее никто не увидит, Лита вышла из комнаты и направилась в ту часть, где раньше не была. Четвертый, мансардный этаж таил в себе множество тайн. Там она нашла несколько коробок со старыми вещами. Отец не говорил ей, что нельзя трогать эти предметы, а значит она может посмотреть что там находится, – рассуждала девочка, открывая коробку. Так Лита нашла этот дневник. Сначала любопытная особа даже не обратила внимание на него, но затем ей жутко захотелось взять его. Как в тумане она протянула руку к вещице. Он выглядел старым, но внутри ничего не было написано. По уголкам обложки были золотые наконечники. Лита любила собирать разные вещицы и прятать их. Она положила дневник в карман платья и осторожно принесла в комнату. У нее был тайник – особое место в стене за деревянным перекрытием. Нашла она его совершенно случайно, когда они с Драко сломали это место в стене. Тогда Драко починил все и забыл об этом, но Лита приловчилась пользоваться выемкой для своих личных целей. А после появления дневника и Том захотел воспользоваться им. Лите удалось собрать все вещи, которые он просил. Она подошла к стене, нащупала выступ и отодвинула деревянную доску. В выемке находилась желанная вещь. Вдруг раздался треск и появился Добби. Самый любимый из их домовых эльфов. Но сейчас он ее ужасно напугал; она быстро отскочила от своего тайного места. – Госпожа, вы не проголодались? Мне велено за вами присмотреть, – огромные глаза эльфа проследили за движением девочки. – Добби... я пока не голодна. Оставишь меня? – Как скажете, мисс, – с щелчком пальцев он растворился в воздухе. Переведя дух, Лита, наконец, вытащила дневник и написала Тому. – Привет. Она долго всматривалась в пожелтевший от времени лист, но Том почему-то не отвечал. Расстроившись, она собралась закрыть тетрадь из-за вредности друга, но вдруг появилась надпись, увидев которую, Лита очень испугалась. Да, этот мальчик брал ее в путешествия через дневник, рассказывал о том, где он живет. Унылый сиротский приют. Не ровня дому ее семьи. Тем не менее, он был похож на нее. Такой же никому не нужный, одинокий ребенок, который не подходил своему окружению. Но его предложение очень удивило ее. Все предметы, которые попросил Том, Лита уже собрала. И все же замешкалась. Невесомое чувство опасности коснулось грудной и клетки, но быстро исчезло. Она была в его мире, а он в ее – еще никогда. Возможно, они смогут исследовать вместе Малфой-Мэнор или иногда играть. Тому обязательно понравится здесь. Обрадовавшись этой мысли, Лита выпустила своего друга.

***

Каково это быть кусочком, воспоминанием, но с живым разумом и жаждой жизни? Здесь мысли уплывали от него, растворялись во тьме. Он помнил жизнь «до», а теперь его сущность была здесь. Беспомощное существо, заключенное в старой тетрадке. Он даже не представлял на что себя обрекает. Ведь он здесь. И он живой! Ненависть к себе пробирала до глубины души. Даже будучи половиной, ему не были чужды некоторые чувства. Но здесь они угасали. Долгое время его разум жил в небытие. Он ничего не слышал, и эта тишина парализовала его. Однажды к нему начали приходить голоса. Сначала доносились, словно из-под толщи воды, затем усилиливались до шепотков. Том приловчился и теперь мог подслушивать. Оказалось, что в реальной жизни он умер и не появлялся уж много лет. Надежды таяли, источались, как и его разум. Ему пришлось научиться контролировать свое сознание, чтобы ментально окрепнуть. Голоса снова притихли, оставляя его в поглощающей тишине, пока любопытная девочка не заговорила с ним. Откуда знать глупцам, что это не просто тетрадь, а его дневник с особым сюрпризом? Пришлось притвориться, что он младше, чтобы не спугнуть единственную надежду. Он умел очаровывать и дурить волшебников посерьезнее, чем была эта малявка. Они общались некоторое время. Том сумел найти нужный подход к девчонке Малфой. Ему удалось даже убедить ее собрать некоторые вещи для него. И настал этот день. Он выберется. Все шло по плану: он избавился от пристанища и обрел осязаемую плоть, которой ему не хватало так долго. Малфой лежала на полу; силы постепенно уходили из нее, перетекая и делая сильнее его, Тома. Риддл, вскрыв тайник девчонки и забрав все вещи, которые ему были нужны, скрылся из Малфой-Мэнора, уверенный в том, что Лита умрет в ближайшие минуты. Еще он не хотел никому попадаться на глаза. Когда-то он бывал в этом поместье. То было много-много лет назад, еще при деде Литы. Только из-за этого он смог найти путь и выбраться. Он был очень слаб, чувствовал, что что-то не так. Жизненные силы Литы Малфой оказались недостаточными..?. Оказавшись в безопасном месте, Том достал волшебную палочку. Самые элементарные заклинания не сработали, заставив его волноваться. Магическое оружие не слушалось великого волшебника. Через полчаса он добрался до маггловской фермы; хозяин разрешил ему переночевать, завидев в руке незнакомца блеск золота. Без волшебства приходилось совсем туго. Неужели, он так и останется жалким подобием маггла? Нужно было лишь добраться до волшебного мира. Это займет некоторое время. С этими мыслями Том приготовился ко сну, сжимая все свои малочисленные пожитки. Снаружи был слышен цокот насекомых и шелест ветра. Под баюкающие звуки природы Риддл погрузился в сон. Утром он был таким же слабым, как и вчера. Нужно как можно быстрее добраться до волшебников. В животе противно заурчало, но Том поднялся и уже собирался уходить. В дверь постучали; жена фермера принесла ему завтрак, состоявший из блинчиков и джема. Том принял завтрак и через полчаса уже покинул временное пристанище. На следующий день ему удалось добраться до волшебного переулка. Там он снял комнату в неприметной гостинице на несколько дней. Ему приходилось выходить на улицу ближе к вечеру, натянув на лицо капюшон. Вряд ли бы его кто-то узнал сейчас, но пришлось соблюдать конспирацию. Зелья не сильно помогали, а деньги стоило использовать экономно. Оказавшись среди людей, он подслушивал разговоры о втором себе, также ему удалось найти несколько старых выпусков газет о падении того, кем стала вторая часть его души. Немного окрепнув, Том решил, что он уже вполне сможет посетить переулок Мрака. Тамошние зелья будут намного эффективнее и помогут ему скорее вернуть магию, – с этой мыслью он заснул, не представляя, что с завтрашнего дня его жизнь повернет в совершенно другое русло. За окном до сих пор лил дождь. Теперь уж осенний.