Почему? 3

Footloose Author автор
Реклама:
Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Bangtan Boys (BTS)

Пэйринг и персонажи:
Ким Намджун/Мин Юнги, Чон Хосок/Мин Юнги
Рейтинг:
NC-17
Размер:
Мини, 7 страниц, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: Ангст Даб-кон Открытый финал Показать спойлеры

Награды от читателей:
 
Описание:
- Я хотел, чтобы ты был в сознании, когда я буду делать это, - Намджун использовал тот самый свой голос, который сводил большинство фанаток с ума. - Тобой сегодня воспользовались все. Ты дал всем, кроме меня.
- Прекрати строить из себя ведьму из спящей красавицы, - сонно протянул Юнги, еще не осознавая что именно ему сказали. - Давай, нашли самое хреновое заклинание и рассмейся в лицо королю.
- Я не смогу смеяться, но тебе и правда будет хреново, - ответил Намджун, опуская взгляд на ягодицы

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
да ну нахуй
24 мая 2020, 02:36
Намджун возвращался домой, после трехчасовой головной боли в виде разговора с менеджером и заверения, что с ними все в порядке, и covid-19 их не коснется. И хотя лидер группы уже жалел о том, что именно в его доме и засели остальные мемберы, сейчас он был рад мысли поделиться с ними разговором с глазу на глаз, а не по скайпу. Но если спросить Джуна в любой другой день, то он с такой же радостью выкинет их за дверь. Хотя, возможно, такой участи избежит Юнги; от него никаких проблем, кроме занятой спальни. Стоя в дверях, он устало потирал глаза, стараясь убрать следы раздражения с лица. Он уже хотел позвать остальных, не найдя их в гостиной и на кухне, но его остановил странный звук, похожий на стон. Да это и был стон! Намджун прислушался, и удивление отразилось на его лице, сменяясь непониманием и волнением. Он четко помнил, что спрятал ноутбук и никто не смог бы его даже распоролить при нахождении, чтобы включить взрослые фильмы, но из комнаты точно слышались стоны. И их было много. Они что, смотрят групповуху? Намджун опять почувствовал прилив злости, но затем это чувство смылось волной смятения. Это была комната Юнги. Не то, что он смущен, ведь Шуга все-таки старше них, но сейчас вечер, и обычно он спит, и для такого мелочного как порно, он точно не встанет. Даже для такого хорошего. Девушка там явно прилежно старается, раз выбивает из парней столько стонов. Слушать под дверью Джун не собирался, входить и пугать остальных тоже, но ему было интересно у кого в коллекции оказалось это и как можно изъять столь лакомый кусочек. Придерживая рукой и стараясь избежать неприятного скрежета в дверной ручке, он приоткрыл дверь. Но вместо компании за столом у ноутбука, он увидел одинокое кресло и небольшой беспорядок. Решив, что те устроились на кровати, он принял более удобную позу, прекращая выворачивать голову. Спокойно выдохнув и зажмурив глаза, потирая шею, он испытал волну возбуждения, услышав стоны вблизи. Но на кровати не было гаджета, а лица мемберов не горели азартом и интересом. Вместо этого он увидел обнаженного Юнги, ноги которого были широко разведены. Он заметил, как сильно дрожали руки хена и прогибались в локтях, норовя уронить хозяина носом в подушки. Между ног айдола кто-то стоял, двигая бедрами и придерживая Юнги за талию. Его толчки были не ритмичны, но при каждом его движении, Джун слышал, как тот стонет. Он в смятении издал слишком громкий выдох, но даже не повернул голову. Оторвав взгляд от этих двоих, он увидел остальных. Кто-то стоял, кто-то сидел, но все они были возбуждены. Он заметил рядом с бедром Тэхена белое пятно и отвел взгляд, стараясь не думать о том, чем это могло оказаться. Его мозг разрывался от увиденного. Ему хотелось ворваться и разогнать всех, об этом кричало все его тело, но ноги были прикованы к полу. Наверное все ненавидят это чувство, когда стараешься бежать, но кажется что ты не сможешь даже ползти. Намджун сглатывает, смачивает пересохшие губы слюной. Ему кажется, что сейчас он выбрал решение, из-за которого что-то лопнуло. Треснуло, разбилось, согнулось пополам и превратилось в пепел. Шум в ушах сходит на нет, и кроме своих мыслей он теперь различает стоны и чей-то тихий разговор. Джун обводит комнату взглядом, отмечая всех, и понимает, что между ног Юнги расположился Хосок. Лидер все еще не хочет признавать то, что J-hope трахает хена, но от этой мысли почему-то ползут приятные мурашки по шее. - Тебе не кажется, что с него хватит? Если ты продолжишь, то он свалится в обморок, - тянет Джин, и Намджун усмехается. Ну конечно, мамочка группы, как же не вступиться. - Ты трахал его дольше меня, а теперь заботишься? - Намджун слышит усмешку сквозь голос, но отмечает, что Хосок начал двигаться медленнее. - Да вы посмотрите на него. Он весь дрожит, - тянет Чимин, подходя ближе к Шуге. - Он кончил три раза и принял в себя пять членов, тебе не кажется, что дрожать в такой ситуации нормально? - хмурится Куки, отгоняя Чимина от айдола. Намджун отпрянув от щели, переводит дыхание. Они выебали его все? По очереди? Тупо пустили по кругу? Что за идиотизм? Джун испытывает гнев, стыдясь поведения друзей и совсем не понимая такого поступка. Что могло произойти такого, что те так сильно над ним издеваются? И как Юнги допустил подобное? Он поджимает губы и уже хочет отогнать Хосока, чтобы хоть как-то помешать, но замирает, давая сердцу застучать в ушах громче. - Ты… быстрее, - голос Юнги, точно Юнги, его нельзя спутать. Только охрипший и такой низкий, что пробирает до мурашек. - Нечего было это затевать, хен, - рычит Хосок, и Джун видит, как быстро тот двигает бедрами. - Ты такой растраханный, что я почти ничего не чувствую. В голове Джуна столько мыслей, что он слышит будто сквозь пелену. Ему становится жарко, даже душно. - Как думаешь, что сказал бы Намджун, узнай он, что ты тут всем подставляешься? Лидер хмурится, испытывая противоречивые чувства. Он слышит, как Шуга лишь хныкает в ответ. - Думаешь, он бы осудил тебя? Назвал бы извращенцем? Но ты сам виноват, нас пятеро, а ты один. Хен, твое решение было слишком глупое, - цокает Хосок, вбиваясь в тело. - Вы меня разбудили, - рычит под ним Юнги, пытаясь локтем пихнуть Хосока под ребра, но лишь беспомощно падает в подушки. - Мы разбудили тебя, потому что думали, что ты стонешь от боли, - укоряющим тоном произнес Джин. - Да, мы даже не предполагали, что ты зовешь Джуна от недотраха, - вступается Куки и получает подзатыльник от Чимина, мол маленький еще такие слова произносить. - Но вместо того, чтобы все объяснить, ты принялся лгать. Сколько мы вместе и сколько нужно пробыть рядом с тобой еще, чтобы ты начал доверять нам? - Вот видишь, хён, ты всех расстроил своим поведением, и нам пришлось вытрахивать из тебя правду, - Джун видит как Хосок поглаживает спину Юнги, пока тот подрагивает от его прикосновений, стараясь уйти. - Но теперь мы точно знаем, кто нравится тебе, хен. О, мы знаем не только это. Мы знаем, как высоко ты можешь стонать, - наигранно радостно произносит Чимин. Намджун стекает по стене и давит пальцами на виски. Всего много, слишком много. Их много, нужно оставить лишь одного. Его хватит. Он сидит у стены и слушает стоны, пока наконец все не заканчивается. Он поворачивает голову и наблюдает, как Юнги мелко дрожа, лежит на кровати. Его спина и бедра в каплях спермы. А простыни под ними мокрые. Чонгук и Тэхен поднимают айдола на руки, пока Джун меняет постельное, а затем три пары рук вытирают следы и укладывают в постель, заботливо укрывая одеялом, безвольное тело. Он отходит от двери, выходя в холл и шумно хлопает дверью. Наконец теперь выходят остальные, но он делает уставшее лицо и просит их съездить к менеджеру, а затем за продуктами, нагружая их обязанностями по горло. Проводив их взглядом через окно, наблюдая за тем, как машина виляет из стороны в сторону(посади Чонгука и Чимина вместе), он провел большим пальцем по скуле, поворачивая голову в сторону комнаты Юнги. Он хотел узнать, что же произошло между ними и почему Юнги был так спокоен, что они имели ввиду, упоминая его в разговоре. Он хотел бы спросить об этом айдола, но его мысли крутились не в стороне вопросов, которые он хотел задавать, а вокруг тела Юнги. Он не заметил, что уже какое-то время стоит посередине комнаты и смотрит на дверь. В тот момент, когда он повернул ручку, все полетело под откос. Нужно было пройти мимо, стараясь не думать о том, что происходит за дверью. Почему самые умные мысли приходят в голову только после того, как облажаешься? Но он не прошел мимо, он открыл ее и остался ждать конца, наблюдая за процессом. Теперь он знает что-то о Юнги, хоть сам и смутно понимает что именно. Это какой-то секрет, в который через секс стали посвящены все они, но Намджун осознавал, что это было предназначено узнать только ему. И тот факт, что Юнги разрешил воспользоваться собой остальным, но только не ему, раздражал. Если бы его спросили раньше о подобном, он бы рассмеялся в лицо и посоветовал искать ответы в группах, предназначенных для удовлетворения, но сейчас он и сам оказался в столько неудобном положении. Он понятия не имел, что происходит с его другом, но из-за того, что он узнал какую дичь творили эти придурки пока его не было, ситуация осложнилась. Джун понимал, что не мог ввалиться сейчас в комнату Юнги и спросить почему его трахали пять мужчин, а тот не сопротивлялся и какое к этому имеет отношение он. Но игнорировать это тоже нельзя. - Агрх! - стараясь не ругаться протянул Джун. Голова начала болеть вновь. Что он может сделать? Дверь перед его глазами казалась такой далекой, а человек за ней теперь и вовсе незнакомым. - Сотворил такое дерьмо, а теперь спишь! - ругаться на дерево казалось более умным, чем на Юнги. - Какого дьявола ты вообще творишь? Теперь он злился. Его поставили в абсолютно не желанное положение. Сейчас он бы хотел последовать поговорке "Меньше знаешь - крепче спишь", но из-за кое-кого не мог. Устроили цирк, а разгребать как всегда ему. Если бы было возможно, то дверь под его взглядом уже давно бы сгорела, но вместо этого она лишь громко ударилась о стену, а затем с таким же грохот захлопнулась за мужчиной. Как он и думал, Юнги спал. - Тебе просто нужно было держать свой рот закрытым, пока я не приехал. Тебе просто нужно было сказать мне, чтобы избежать всего этого. Хен, почему ты всегда выбираешь самый дрянной путь? - как бы оправдывая свои дальнейшие действия, произнес Джун. Ему было противно от своего голоса. Но оставить как есть он просто не мог. Под тяжестью его тела кровать немного прогнулась, но даже это не разбудило Юнги. Конечно, пройти такой секс-марафон, любой бы слег. Намджун откинул одеяло, его взгляд скользил от шеи к щиколоткам и обратно. - Ты разрешил касаться тебя всем им, но только не мне. Хен, я действительно не заслуживаю твоего доверия? Мысли вслух опять разозлили его, и без всякой нежности, он ударил спящего парня по ноге. - Просыпайся. Просыпайся давай, - грубо протянул Джун. Ответом было недовольное мычание в подушку. - Юнги, - теперь имя звучало как-то необычно. Произнося его, чувствовалась горечь. - Совсем сбрендил? Будить меня в такое время, - ворчливо отозвался Шуга, все еще утыкаясь носом в подушку. - Я хотел, чтобы ты был в сознании, когда я буду делать это, - Намджун использовал тот самый свой голос, который сводил большинство фанаток с ума. - Тобой сегодня воспользовались все. Ты дал всем, кроме меня. - Прекрати строить из себя ведьму из спящей красавицы, - сонно протянул Юнги, еще не осознавая что именно ему сказали. - Давай, нашли самое хреновое заклинание и рассмейся в лицо королю. - Я не смогу смеяться, но тебе и правда будет хреново, - серьезно ответил Намджун, опуская свой взгляд на ягодицы Юнги. И наконец Джун увидел то выражение лица, какое ждал с самого начала. Понимание. Тело юнги напряглось, на маленьком лице отразилась усердная работа мозга, взгляд бегал с подушки на подушку, а руки сжимали край одеяла, стараясь незаметно вытянуть его с пола. - Я пришел в самом конце. Думаю, начало было самым сладким, тогда ты еще не был уставшим. Я хотел заступиться за тебя, но когда решился, то услышал как ты просишь быстрее. А затем прозвучал странный разговор, за который теперь будешь расплачиваться ты, - прорычав в самое ухо, Джун уселся возле ног Юнги, как когда-то Хосок. - Я был зол на тебя и хотел поговорить, но понял, что ты будешь мне лгать. Мне уже дали подсказку, сказав что выбить из тебя правду можно только одним способом, - его руки прошлись от шеи к ягодицам, а затем больно ущипнули. Злость и негодование в глазах Намджуна плескается, грозясь хлынуть наружу. - Ты разве не знаешь, что нельзя позволять всем тебя так трогать? Почему ты не сопротивляешься? Ты всем даешь себя видеть обнаженным и иметь в зад? Почему сейчас ты даже не оправдываешься передо мной? - грубый голос сменился мальчишечьим. Он испытывал чувства подобные тем, когда в детстве родители дарят тебе конфету, потому что получил хорошую оценку и хвалят, а затем дают такую же конфету незнакомому мальчику на улице, ведь тот так красиво улыбается. Значимость конфеты сразу уменьшается, ведь хочется, чтобы она была только твоей. - Я не позволял. Это не то, что ты думаешь, - голос Юнги замирает, но вместо того, чтобы вырваться, тот утыкается в подушки. - Я устал. Конечно он устал, выдержать пять парней в своей заднице и теперь нянчиться с еще одной головной болью, даже не стараясь помочь изменить ситуацию или обьясниться. Бросил такое банальное " Это не то, что ты думаешь " и все. Намджун испытывает презрение и разочарование, обиду. - Устал говоришь… - он вовсе не планировал так поступать, но теперь верх берут чувства, а не разум. Джун скользит руками под бедра Юнги и ставит того на колени, стягивая при этом с себя ремень. - Ты даже сейчас не сопротивляешься, - хмыкает лидер, складывая ремень вдвое, громко хлопая им о свою ладонь. Но реакции, кроме легко вздрагивания, нет. - Значит ты позволишь мне даже избить тебя? Не молчи. Почему ты так себя ведешь? Он ждет минуту, другую, но Юнги молчит, его глаза даже закрыты и Джуну кажется, что тот спит. Тогда он сделает так, что тот проснется. Он берет его руки и связывает, приковывая к кровати, кажется что сейчас ему все равно, натрет ли он свою молочную кожу о ремень или нет. - Я научу тебя сопротивляться, когда другие позволяют себе такое. Ты должен защищать себя, а не прикидываться безвольной куклой. Если тебе нужно преподать урок, но получать ты его будешь в самой строгой форме. В некоторых местах покрасневшие ягодицы разводят в стороны. Джун останавливает свой взгляд на дырке, кривя губы. - В тебе побывало так много людей, что кажется, что она никогда не затянется. Мне даже не нужно использовать смазку, - констатирует Джун и расставляет ноги Юнги еще шире, дотрагиваясь пальцами до краев ануса. Он следит за мимикой лица, но когда видит лишь отстраненное выражение, возвращается на место. - Если тебе все равно кто тебя имеет, могу ли я не раздеваться? - Намджун сам кривиться от своего тона и вопроса. Если бы он услышал такое в свою сторону, то точно отреагировал бы, но тело под ним все так же спокойно. - Как скажешь. Джун лишь расстегивает ширинку, проклиная молчание хена. Его злит множество вещей, но если бы тот объяснил причину, или хотя бы издал хоть звук протеста… Когда он утыкается членом в промежность, то испытывает на долю секунды облегчение, видя как поднимается голова Юнги, но затем его пожирает отчаяние вновь, когда Шуга лишь устраивается поудобнее на руках, опуская лицо в подушку. Намджун шумно выдыхает перед тем как резко войти в тело. Он делает несколько глубоких толчков, практически на сухую. - Знаешь, а ты вправду такой растраханный. Мне трудно получить удовольствие. Ты не мог бы в следующий раз обойтись не таким большим количеством членов? Тебе хватит например три? - говорить такое противно, но слова сами вылетают из рта, обжигая язык словно яд. Намджун злиться, когда никакой реакции на его движения не происходит. Его руки проходятся по всему телу Юнги, щипают и оставляют следы, которые точно не сойдут за несколько часов и будет больно касаться тех мест. Губы оставляют засосы на шее и лопатках, отметки от зубов на бедрах наливаются синим, кажется, что все тело усыпано цветами картин космоса. Он терзает загривок, лаская его языком, пока его руки крепко держат бедра, оставляя на них отметины. Наматывает волосы и крутит их в разные стороны, стараясь найти ту самую точку, о который изредка можно невзначай услышать. Поднимает голову и рычит на ухо, но на лице хена не дергается ни один мускул, и даже рваный выдох не вырывается сквозь губы Юнги. Оставив свои тщетные попытки, Намджун лишь утыкается лбом в спину и старается войти как можно глубже. - Просто скажи что-нибудь и я прекращу. Ну же, перестань быть таким. Ты даже сказал это Хосоку, они слышали как ты стонешь. Если ты не хочешь сопротивляться, так хоть сделай что-нибудь. Почему все они получили то, что им не принадлежит, а мне ты не можешь подарить даже жалкий стон, - голос полон злости и непонимания, он старается причинить как можно больше дискомфорта, чтобы тот хотя бы охнул, но тело под ним лишь дергается в такт его толчкам. Намджун чувствует, как неприятное чувство горечи скребет внутри, будто у него отобрали что-то ценное, а затем уничтожают эту вещь прямо на его глазах. - Ты стонал мое имя во сне… - произносит лидер на выдохе, сосредотачиваясь на своих действиях, чтобы уйти от чувств. - Да, - Джуну кажется, что ему послышалось, ведь голос Юнги совсем на грани. Он хочет спросить что-то еще, но в висках стучит и он испытывает такой прилив сил, будто только что пробежал несколько километров. - Почему? - он не знает, зачем спросил и что хочет услышать в ответ, но теперь это неважно, ему ответили. И не сказали как другим, чтобы имели быстрее, с ним просто заговорили. Нет, он не услышал стонов или каких-то выдохов, но даже без этого, хватка на бедрах перестала быть сильной. - У меня давно не было секса. Не воспринимай на свой счет, - такой будничный голос. Будто его сейчас не имеют, а они сидит пишет новую песню, а Намджун поимел наглость его отвлечь. - Просто секс? Поэтому ты разрешил пустить себя по кругу, а затем позволил мне взять тебя? Что произошло между вами, что ты не сопротивлялся? - Джун закидывает его вопросами, хотя внизу живота уже тянет и знакомое удовольствие разливается по телу. Ответа не следует и Джун вбивает еще сильнее, наконец почувствовав дрожь Юнги. Попал. - Я отучу тебя ложиться под других. Если это просто секс, тогда я буду приходить к тебе каждый день, - он сопровождает каждое слово толчком, хотя это очень сложно, ведь он почти на грани. Но это стоит того, чтобы видеть, как Юнги дрожит, а его член сочится смазкой. Одна рука переключается на орган и вот горячая голова утыкается в кулак, и мужчина начинает учащенно дышать, позволяя Намджуну терзать его тело. - Но если это не просто секс, тогда скажи мне об этом. Иначе ты опять попадешь в подобную ситуацию, но вместо пятерых буду я один. - Это просто секс, - выдыхает ему Юнги, не поднимая головы с рук. Это действует как наркотик и Джун кончает внутрь, сжимая в руке член хена. - Тогда тебе стоит быть прилежным учеником. Я не люблю повторять дважды. Он сползает с кровати, оторвав пару салфеток, вытирая себя и застегивая ширинку. Тело Юнги пестрит синими оттенками и это тешит самолюбие Джуна, ведь никто из мембером не оставлял на нем отметин. Он развязывает руки хена и бросает на него изучающий взгляд. - Почему? - один лишь вопрос, который не дает покоя. Но пустые глаза напротив смотрят сквозь него, а сам Юнги замирает в позе и отключается. - Что в тебе потухло, что ты лишился себя? - шепотом спрашивает Намджун, набрасывая на белоснежное тело одеяло.
Реклама: