Поле одуванчиков

В комнате было темно. Легкий свет еле проникал через тяжелые задернутые шторы. Смауг лежал на кровати, зарывшись носом в подушку и тяжело вздыхая. Он раскинулся по всей их постели, занимая большее ее пространство, и бил хвостом по деревянным краям конструкции. Одеяло снова сползло вниз, обнажая неприкрытые ничем плечи дракона, поблескивающие чешуей в тусклом свете комнаты. Он был недоволен, лежал, сжимая в руках подушку и обиженно фырча. У него болела голова. Это было поистине удивительно для дракона. — Драконы любят мед? — тихо спросил Бильбо, стоя в дверях. Смауг повернулся, янтарными глазами уставившись на полурослика, и что-то невнятно пробурчал, вынуждая Бильбо подойти ближе и наклониться к нему. — Только если он такой же сладкий, как и ты, — прошептал он, когда хоббит склонился над ним, и получил поцелуй в нос. Бильбо погладил его ладонью по чешуйчатой щеке, а потом улыбнулся, прижимаясь губами к губам дракона. Когда хоббит поднялся, Смауг недовольно замотал хвостом, не успев схватить его за руку, и тяжело вздохнул, переворачиваясь и закрывая лицо подушкой, он уже не смог увидеть, как еле сдерживал смех хоббит, стоящий в дверях. — А мяту? — немного посмеиваясь, проговорил Бильбо, Смауг только сильнее замахал хвостом. Все еще лежа в кровати, он слышал, как осторожно его хоббит дошел до кухни, чуял ароматы меда, мяты и чая, доносящиеся оттуда. Пахло вкусно, пахло чем-то еще, но определить он не смог; Бильбо не спрашивал больше ни о чем. Смауг знал, что каждый раз, когда у него болит голова, Бильбо делает ему вкусный чай, который действительно помогает. Но он не знал в чем настоящий секрет, а хоббит всегда молчал, таинственно улыбаясь ему и наблюдая за тем, как дракон приклеивается к чашке губами и жадно пьет этот слегка островатый напиток. Смауг не знал, что придавало остроту. Вот и сейчас Бэггинс неоднозначно ходил по кухне, а Смауг слышал, как тот тихо напевает себе под нос какую-то только ему одному известную песню. Смауг любил такие моменты. Бильбо тоже. Дракон поднялся с кровати, заворачиваясь в одеяло и плетясь в сторону кухни. Он пригибался, потому что все еще было трудно привыкнуть к низким потолкам норы. Бильбо нашелся за столом; он стоял спиной к дракону и осторожно помешивал ложкой чай. Смауг не знал, пахнет ли так хорошо напиток или тот, кто его приготовил, так что уткнулся в затылок Бильбо, зарываясь носом в его волосы. — Посиди со мной, — прошептал он, а кожу хоббита опалило горячее дыхание. — Конечно, — руки Смауга оплели талию Бильбо, и тот невольно вздрогнул – ладони показались ему действительно обжигающими, даже сквозь одежду. Смауг не отпустил его, когда хоббит попытался сдвинуться, так что пришлось идти именно так. Бильбо аккуратно переставлял ноги, стараясь не расплескать жидкость в стакане, а дракон шел за ним, волоча за собой хвост и скрывающее его одеяло. Ему все же пришлось разжать руки, когда они дошли, потому что хоббит категорически отказался сейчас лежать с ним. Смауг скорчил обиженное лицо, но все же устроился на постели, завернувшись в светлое одеяло, словно в кокон, и приник губами к стакану, отпивая пряный чай с нотками мяты и сладости. Никто не умел делать его так, как его Бильбо, и дракон поистине любил это. Ему казалось, что он единственный для его хоббита, он правда верил в это. Стакан быстро опустел, и Смауг поставил его на столик рядом. Бильбо, все это время наблюдавший за ним, сидел рядом. Как только чашка была убрана, Смауг завалился на колени хоббита, прижимаясь к нему и снова оплетая руками. Бильбо погладил его по темным волосам, и дракон вздрогнул, фырча от удовольствия и зарываясь носом в теплый бок хоббита. — Люблю твой чай, — прошептал он, улыбаясь так, что Бильбо не увидел этого. — Знаю, — отозвался тот и провел рукой меж рогов дракона; хвост оплел ногу хоббита. — И тебя люблю, — промурлыкал Смауг, крепче сжимая того в объятиях. — Я знаю, — прошептал Бильбо и наклонился, чмокнув своего дракона в макушку, — я тоже тебя люблю. Смауг поднял лицо, заглядывая в глаза полурослику. Он выглядел печально, и тихо прошептал: — Ты же всегда будешь делать мне его? — дракон нахмурился, немигающим взглядом смотря на хоббита. — Всегда, — улыбнувшись краями губ, тихо подтвердил Бильбо и поцеловал Смауга в лоб, — всегда, мой глупый дракон.