Зеркало

Конференция закончилась, но мысли Филиппа все еще были там. Он ни на минуту не сомневался в своей правоте. Он считал, что поступил так, как обычно поступает его Аллочка. А она, по его мнению, всегда поступает верно. Филипп написал ей смс, где написал, что сел в самолет. Он уже смирился с тем, что супруга ему не ответит, и со спокойной душой уснул. Он предвкушал прекрасный день, когда он нормально поест, выспится и проведет время со своей супругой. Филипп зашел в дом, аккуратно повесил куртку на вешалку и убрал обувь. — Аллуся, я дома, — с улыбкой проговорил Филипп и пошел на кухню, — Что у нас сегодня на ужин? Полшестого, я как никогда вовремя. Я такой голодный, что съел бы быка. Или тебя, моя сладкая. «Странно. Что это она молчит? Может, уехала куда-то?» — подумал Филипп и стал опустошать холодильник. — Приехал, — неожиданно послышалось сзади. Филипп вздрогнул и повернулся на Аллу с огромными глазами навыкате и куском колбасы во рту. — Аллочка, я так рад тебя видеть, я так соскучился, — Филипп хотел заключить Аллу в свои объятия, но Алла сделала шаг назад, и Филипп обнял себя. — То-то я смотрю ты сегодня такой «радостный», — ухмыльнулась Алла и тут же стерла улыбку. — Правда. Я так скучал. Я так хотел скорее приехать. — Так сильно, что обматерил журналистку? Что это такое? — А откуда ты знаешь…- почти шепотом произнес Филипп, и ему вдруг стало так стыдно. Он понял, что совершил совсем не то, что хотел. Что он не победил в споре, а унизил женщину. Что Алла, отец и все его близкие будут огорчены этим поступком, но повернуть назад уже ничего нельзя. Филиппу перехотелось есть. Он потерял аппетит, потерял желание спать, потерял желание побыть с супругой. В глубине души ему очень хотелось поговорить с ней, но в этот момент он подумал, что стал противен ей, поэтому он просто молча посмотрел ей в глаза. — Я знаю, что я идиот, — быстро проговорил Филипп и опустил голову. — Ты не идиот, ты долбоеб, — заключила Алла и вышла из комнаты. — Аллусь, давай, пожалуйста, поговорим, — Филиппу совсем не хотелось говорить, но он решил, что надо. — Говори. — Не тут. Давай сидя поговорим, — Филипп пошел в комнату, сел на диван и обнял колени. Алла села напротив него. — Я не хотел этого делать, оно само вырвалось, а остановиться я не смог. Я хотел поскорее закончить это, но не знал, как. Ты обычно гонишь меня в такие моменты, Поэтому я решил выгнать ее. — То есть я еще и виновата? — Нет. Ты здесь не при чем. Просто это единственный способ, который я знал. — Тупица. — Угу, — согласился Филипп, которому и без ее слов было стыдно. Наступила пауза. Алла уже хотела уйти, но Филипп прервал молчание. — Не бросай меня, пожалуйста. Сейчас начнется травля, и от меня все отвернутся. Алла задумалась, а Филипп обнял уткнулся лицом в собственные колени. Так прошло несколько минут. «Все еще думает? Может, она села ко мне» — подумал Филипп и поднял голову. Аллы в комнате не было: « Ушла. Надеюсь, не на совсем. Я очень боюсь ее потерять. Лучше меня выгонят со сцены и запретят петь, чем моя милая, любимая Аллусечка уйдет от меня. Хотя она не захочет жить со мной, если я стану никем или же гонимым всеми. Я должен все исправить, и тогда она снова будет меня любить. Пока не поздно. Я должен все исправить.»