Удивительное приключение

Горячо желанный сервиз

***

      Сидя и играя этюд Черни за фортепиано, Лилит всё время мысленно возвращалась к тому событию в книжном магазине и невольно смотрела на, лежащую на музыкальном инструменте, книгу, ту самую, которую ей подарил Альфред и которую она теперь с собой носит постоянно. Хозяйка пекла свои фирменные калиссоны по семейному рецепту, что передавался из поколения в поколение вот уже долгое время. Из кухни приятно веяло запахом миндаля и апельсина с дыней. Наконец, калиссоны были готовы и Андреа позвала пить чай Лилит. Девушка с радостью побежала, не забыв с собой захватить свою книгу. Всем должно быть интересно, что это за книга? Это была "Этика" Бенедикта Спиноза. Жанра психологии и философии. Опубликованная в 1677 году после смерти автора. Заметив в руках девушки собрание сочинений, хозяйка спросила, что это. Девушка ответила, что эту книгу ей подарил профессор. Видя то, как Лилит это рассказала, Андреа с уверенностью в голосе и с ухмылкой на лице сказала: - Господи, да ты влюбилась. Ошалев, после услышанного Лилит стала отрицать это, говоря, что просто глубоко уважает и ценит выбор преподавателя. На что Андреа хитро посмотрев, промолчала и начала рассказывать, как учась в консерватории тоже влюбилась в своего преподавателя. Он был старшее её на двадцать лет. Она рассказывала, как скрывала свои чувства, когда преподаватель касался её рук, чтобы подправить аппликатуру. Женщина призналась, что иногда специально так делала, чтобы ощутить тепло тех самых рук. Лилит было очень интересно слушать Андреа, но она не могла признать того, что у неё есть романтические чувства к месье Романовски. Она считала, что так не должно быть и, поэтому даже мысли такой не допускала себе. Закончив пить чай, женщины собрались сходить на рынок, посмотреть что-либо интересное. Купить украшения, платья, а может быть и книги. У Лилит не было сегодня занятий, и она ждала, когда придет Тимоти от своей бабушки, чтобы пойти в обещанное им место. Дамы вальяжно проходили мимо витрин, что окружали их с двух сторон, ищя что-то необыкновенное, что само бросится на глаза и скажет: - Купи меня, мне здесь так одиноко... Кажется, Андреа приметила для себя что-то. Это был чайный сервиз, что так бы идеально подошло её буфету. Фарфоровые чашки, обрисованные нежными лепестками цветов, акварельными красками, что придавало им ещё большую хрупкость и элегантность. Хозяйка сразу же спросив цену и твердо сказав, что приобретает данный экземпляр, стала быстро копаться в своей сумке, судорожно ищя кошелек. Кошелька не оказалось, и она вспомнила, что оставила на его на тумбе возле кровати, когда меняла сумочку. Попросив, даже, можно сказать, умоляя, Андреа просила отложить товар до завтра. Продавщица была упёрта и никак не хотела соглашаться. И к Андреа пришла гениальная мысль. Оставить Лилит как залог и побежать обратно домой за деньгами. Девушка не была этому столь рада, как Андреа, но всё же согласилась. Так, она и стояла под палящим солнцем без головного убора. В то время, как многие продавцы стояли под зонтами, тем самым укрываясь от пекущей большой звезды. Девушке уже было скучно, пока кто-то не окликнул её. - Не может быть, это всё-таки ты, - радостно сказал знакомый голос. Посмотрев на обладателя этого голоса Лилит, узнала в нем месье Романовски, точнее быть Альфреда. Кстати, Лилит показалось неудобным полное имя молодого профессора, хоть оно и звучало, в принципе, красиво, но было достаточно смешным в произношении для французов именем. Мужчина подошел к девушке, держа в правой руке маленькую ручку девочки лет 5-6. - О, рада вас видеть, - удивленно ахнула Лилит. - Напоминаю, за стенами университета я просто Альфред, - улыбнулся молодой человек. - Ах, да, но, вы старше меня, поэтому я стараюсь вести себя уважительно по отношению к вам, - уяснила Лилит. - Не намного. Я изучил ваше дело, - всё улыбаясь, сказал Альфред. - Хорошо, я постараюсь относить к вам, как к равному себе, - сказала девушка и добавила. - Надеюсь, что это не повлечет, необдуманному мною в университете, обращению. Маленькая девочка, дергая Альфреда вниз за руку, громко и не стесняясь спросила: - Дядя, это твоя девушка? На что молодые люди удивились и сразу же неловко засмеялись сказанному из уст девочки. - Нет, Люция, это не моя девушка, - уточнил парень. - Это моя ученица, почти как ты, когда я учу тебя читать и писать, - мило сказал Альфред и присел на корточки, чтобы вытереть остатки мороженного, приконченного пару минут назад. - - Это твоя племянница, просто Альфред? - поинтересовалась девушка ,слегка смеясь своей же шутке, и не ждя ответа, тоже присела на корточки, чтобы было удобнее общаться с Люцией. - Да, моя единственная и горячо любимая, - с лаской в глазах заявил Альфред. - Сколько тебе лет? - мило обратилась девушка к Люции. - Мне уже почти семь, - также четко, как и в первый раз, уверенно проговорила девочка, всё еще показывая пальцами свой возраст. - Она у тебя смышлёная, - обратилась к парню Лилит. - Да, так и есть. Надеюсь, она так и будет расти и станет, возможно, похожей на тебя, - сказал Альфред Лилит. На что девушка очень сильно смутилась и выговорила что-то невнятное даже ей. Ей стало стыдно. Заметив это, Альфред сказал что-то непонятное, на что Лилит посмотрела на него, и они засмеялись, и через секунду к ним прибавилась Лющия, не понимающая, что произошло, но не отстающая от происходящего. Так стало ещё смешнее. Узнав, что делают на рынке Лилит и Альфред с Люцией, они разошлись, радостные произошедшим. Альфред с племянницей просто гуляли в свободное от работы время преподавателя. Спустя время, наконец, вернулась Андреа, и Лилит перестала быть, прикованной к одному месту, статуей. Миледи вернулись домой. Радостная покупке, хозяйка сразу пошла ставить чайник и мыть новый сервиз. Лилит же, радостная встрече с месье Романовски, направилась к себе на второй этаж. Она грациозно упала на кровать и, обняв подушку, стала улыбаться в потолок, пока её не отвлек Тимоти, стучащий в дверь и стоящий на пороге открытой двери. Лилит сразу же подпрыгнула от неожиданности, чем позабавила Шаламе. - Чего так испугалась? - присев рядом на кровать, спросил Тимоти. - Ничего, просто не ожидала тебя здесь увидеть, - пытаясь скрыть волнение и улыбку, сказала Лилит, на что Тимоти подозрительно на неё покосился. Не вдаваясь в подробности, парень сообщил, что они уже могут идти в, пока ещё секретное, место, от Лилит. Девушка сразу же встала и подбежала в зеркалу, проверяя, как она выглядит. Неуверенная в своих наблюдениях, она повернулась к Шаламе, что внимательно смотрел на нее снизу вверх. И жалостным тоном спросила: - Как я выгляжу? - Как всегда превосходно, - заявил парень на что Лилит сразу же посветлела от радости. Тимоти с Лилит вышли из дома и медленными шагами направились к новой достопримечательности. Лилит спросила у парня, как дела у его бабушки, что они делали. - Бабушка приготовила для меня суп, которым постоянно кормила в детстве, - радостно рассказал это парень Лилит. - Должно быть вкусно, ты прямо сияешь, пока рассказываешь это, - заметила девушка. - Конечно, всё, что ни делается руками близкого человека, всё хорошо, - заявил парень. Лилит согласилась с утверждением Тимоти. Парень остановил девушку и, опять закрыв глаза ладошками, повел девушку в неизвестном ей направлении. - Мы уже пришли? - уже не терпя, в сотый раз спрашивала девушка. - Почти, - каждый раз отвечал Шаламе. Спустя ещё несколько шагов, парень наконец выдал, убирая руки с лица Лилит: - Ну вот, мы и пришли. Это ателье Сезанна, - торжественно добавил Тимоти. - Мастерская художника Поля Сезанна? - не веря своим глазам, вскрикнула девушка. - Тимоти, ты знаешь, как меня удивить, - восторженно обратилась Лилит к Шаламе. - Рад этому, - как верный слуга поклонился Лилит парень. - У меня есть любимая работа этого художника, - заявила девушка, ищя его, среди множества полотен. - Где же она? - не унималась Лилит, - Она называется "Гора Сент-Виктуар и Чёрный замок". 1905 года, по-моему. Или же между 4 и 6 годом, - вслух рассуждала девушка. Тимоти просто следовал за Лилит, понимая, что она и сама всё отлично знает. Заметив это, девушка сказала: - Может расскажешь что-нибудь? Мне интересны твои истории. Тимоти обрадовался сказанному и начал рассказывать биографию художника. Об отце, грубом и неприятном ростовщике, о первых работах, о том, что у художника свыше 800 работ маслом, не считая акварелей и других произведений. Девушка была рада услышанному, но больше её радовало, как всё это рассказывал, излучая искры из зелёных, очаровательных глаз.