Легенда о небесной лисице

      Давным-давно, когда мир Акрасии еще был юн, а люди доверчивы и падки на чудеса, в небесах над цветущей страной Аньшу жил небесный дракон Рунаан. Говорят, что ветвистые рога его закрывали полнеба, на длинных усах рождалась гроза, тело его было подобно змеиному, лапы могучи и когтисты. Дыхание его рождало ветер, шерсть превращалась в снег. Голос звучал громом, а глаза и уши видели и слышали все, что творилось под облаками.       И была у дракона подруга, что шла с ним бок о бок с незапамятных времен. Огненная девятихвостая лисица, почитаемая, как богиня урожая. Акерия.       В отличие от мужа своего Акерия любила спускаться с облаков и бродить по земле среди людей. В смертном обличье она была женщиной настолько прекрасной, что одной улыбки хватало, чтобы мужчины падали к ее ногам, а женщины сгорали от зависти.       Лишь девять хвостов да острые зубы выдавали в ней лисицу. Акерия лакомилась сладкими персиками и молодыми курами, пила вино на обедах у знаменитых мастеров и дворян. Она щедро платила за угощение: добрых хозяев весь год сопровождали удача и богатство.       А летними ночами, обернувшись лисой, Акерия танцевала для своего мужа на высоких холмах под золотой луной и пела ему хвалебные гимны, и звала, звала спуститься к ней на землю. Но Рунаан лишь посылал ей в ответ теплый ветер, и смотрел, не отрываясь на чарующие движения богини.       Люди строили своим богам храмы, подносили соленый рис и вино. Рунаан благодарил их дождем, Акерия одаривала богатым урожаем.       Но не долго помнится добро, не всегда молодые почитают старых богов.       Два юноши отправились на охоту в ночь. Они немало побродили по лесу, не встретив никакой добычи, и вдруг увидели спящую на холме сияющую девятихвостую лисицу.       — Отчего бы нам не позаимствовать у нее один из хвостов?       — Нам нужен на зиму мех, а у нее их целых девять.       — Она не обеднеет, если мы заберем всего один.       Но, когда один из охотников потянулся с ножом к хвосту, Акерия проснулась, почуяв неладное. Она вскочила на лапы и взвыла от возмущения и обиды, сжигая несчастных покусителей заживо. Богиня разгневалась. Шерсть лисы запылала, хвосты налились злой магией. В один прыжок она оказалась в деревне, откуда пришли глупые охотники, в другой — разожгла огонь до небес. И дома, и семьи глупцов сгорели, а божественный огонь на их месте не угасал еще несколько дней. Таков был ответ разъяренной Хранительницы на людскую корысть.       Рунаан не принял подобной жестокости. Едва разбитая, обиженная Акерия появилась на пороге небесного дома, он укоризненно склонил голову, качая могучими рогами.       — Ты поступила неправильно.       — Они собирались отрезать мне хвост!       — Им нужен был мех для теплой одежды, чтобы пережить зиму.       — Я богиня! Я приношу им урожай, согреваю своими шагами землю, чтобы рис быстрее рос, чтобы скот жирел, чтобы дети не болели. И чем они отплатили мне?!       — Они были неправы. Это люди, Акерия, им свойственно ошибаться.       — Они меня предали! Предали! Никогда больше не стану помогать им! Рунаан удрученно покачал рогами.       — Тогда уходи, Акерия. Ты убила людей, совершила великое зло. Я не могу простить этот поступок.       — Ты выгоняешь меня? Из-за людей? — в глазах богини блеснули слезы. — Я люблю тебя, Рунаан, я живу на небесах лишь для тебя.       — Уходи, — дракон закрыл глаза, — я здесь, чтобы защитить Аньшу и его людей. Я не могу смотреть на то, как ты убиваешь их. Уходи, Акерия, я больше не желаю тебя видеть.       И Хранительница бежала в слезах, заливаясь горьким хриплым воем. И в ту ночь, когда Рунаан навсегда прогнал ее от себя, шерсть лисицы почернела от горя, а хвостов стало втрое меньше. Акерия все плакала и плакала, блуждая по Туманному нагорью, затаптывая и сжигая охотников за головами, что являлись по ее душу.       Шло время, и горе сменялось яростью, а под сердцем все тяжелело, все труднее становилось ходить. Акерия все меньше прыгала, все больше сбегала, оставляя победу за чужаками. Однажды она и вовсе забилась в логово на краю острова.       Чтобы под светом первой луны родить нового Хранителя, в крови которого тесно сплелись две стихии — свет Рунаана и тьма Акерии.       На землю Акрасии ступил Бельганус, самый непредсказуемый и безумный из всех Хранителей.