Запах ее души

В саду лечебного санатория царит тишина. Нарушителем привычного расписания, которому строго следуют обитатели этого места, является блондин, сидя на беседке и разглядывая клумбы неподалёку. Тэджон заметно спокойнее и размереннее, без гула машин и бесконечных стеклянных небоскрёбов в сравнении с Сеулом. В его лицо дует приятный прохладный ветер, когда солнце скрывается за темными тучами. Возможно, намечается дождь. Терпеливо, но с заметным напряжением в теле, парень ожидает подругу. Увидев в дверях медсестру в светлой форме и ее стремительное приближение в свою сторону, блондин быстро встаёт на ноги и бежит внутрь. Сердце бьется гулко под ребрами, ведь не знаешь, что происходит сейчас в палате. Ему окончательно делают больно разбитые и растерянные глаза Джису. Бедняжка если в прошлый раз смогла сдержать себя в руках от нервного порыва закричать, то в этот раз совершенно истерит, не обращая внимания на наставления медсестры и врача. Ее отчаянная просьба отдаёт в ушах: - Это я! Почему ты помнишь звуки своей любимой песни, а своего собственного ребёнка принимаешь за чужую?! Удивительным нельзя назвать реакцию матери. Она больной человек, и с совершенным безразличием продолжает стучать в такт песне пальцами дрожащих рук. Речь у неё не слаженная, взгляд пустой, и может в этом случае побеждённый. Беспощадно отданный в плен страшной болезни. - Мама-мама! Пожалуйста, это я! В последний раз, пожалуйста, вспомни меня. Джису! Джису! Я здесь! И только из-за ее криков больной становится некомфортно, беспокойно и страшно, и вовсе не потому что отчаянные крики дочери находят отголосок в сердце. Пак сразу же занимается успокоить подругу. Обняв ее за плечи, скрывается в коридоре. Может быть, сердце женщины что-то помнит, оно прямо сейчас пытается достучаться, сообщить, что перед ней родной ребёнок. Ребенок, скучающий и измученный. Но забывающий мозг уже не в силах воспроизвести эпизоды жизни. Он не способен выполнять элементарные задачи ежедневной рутины и теперь же перестаёт участвовать в этой жизни, как полноценная личность в социуме. - Почему, почему, почему? - захлебываясь собственными слезами молвит брюнетка, - Может я поздно приехала? Надо было раньше? Она наверняка так ждала меня! - Джису, прошу тебя! Возьми себя в руки. Чимин ничего получше крепкого объятия придумать не может. Выводит ее на свежий воздух по просьбе персонала и просит посидеть в авто. Девушку трясёт от собственных всхлипов, и ей периодично нужно останавливаться, потому что легкие сжимаются от боли. Парень усаживает девушку в пассажирское сиденье, а сам ищет в машине чем бы ее укрыть. Они были в летних футболках, а сейчас поднимается прохладный ветер перед дождем. - Вот блин, Гук, - ругается парень, не обнаружив одеяло в багажнике. У этого джентельмена и обольстителя прекрасной половины должна была обнаружиться эта вещь, ведь он любил угождать всем своим партиям. Но почему в такой нужный момент в его машине ничего из этого не обнаруживается! Пак может лишь включить в машине обогреватель и обратно торопится внутрь здания, чтобы переговорить с врачом. Джису лишь благодарно кивает, она более не в силах тут оставаться. Может это эгоистично, может не взирая ни на что она должна быть тут, но это невыносимо. Маме безразлично, кто рядом, кого нет рядом, кто именно ей помогает, кто же именно о ней заботится. Почему все так обернулась? Ким Джису явно к такому исходя событии не подготовилась! - Мы позаботимся о ней. Ей будет лучше оставаться тут. Во-первых, при здравом уме она пожелала этого сама. Во-вторых, в нынешнем положении, ей спокойнее и удобнее будет здесь. И, я не думаю, что Джису смогла бы позаботиться должным образом, к тому же она ещё ведь так молода, - с грустью замечает медсестра, когда врач, попрощавшись с Чимином, шагает к себе вдоль коридора. - И ещё, тётушка писала эти письма дочери, когда была в здравом уме и в силах делать это. Просила передать Джису. Я думаю пришло время, - молодая медсестра протягивает завёрнутый конверт, а затем и второй, - Эту она заметно позднее написала. Ну, береги ее, езжайте, - она слегка кивает, хлопает его по руке и удаляется к пациентам. И в этом жесте профессионализм, добросовестность, прилежность, и огромная любовь к своей работе. Это медсестра не один год ухаживала за женщиной, знала подход, ее предпочтения, и была очень привязана к ней. И к Джису относилась с уважением. Пак вежливо попрощавшись, направляется к машине. В нем сидит Ким, уже изрядно спокойная, глядит на друга из окна. Когда он вручает ей конверт, быстренько прячет в сумку. Сейчас не время для чего-либо неожиданного. В комфортном молчании они добираются до ближайшего отеля, бронируют номер, а после по просьбе Чимина едут в ресторан поужинать. Время, в такой растерянности и в мельтешении проходит быстро, и прибыв в заведение блондин обнаруживает на часах пол девятого. На улице сумерки и легкий дождь, за которым приятно наблюдать, сидя внутри здания. Официант весело принимает заказ и поглядывает на парочку. Джису за ужином старательно выжимает из себя веселый вид, но на деле мысли все возвращаются в палату и возникает желание быстрее прочитать содержимое конвертов, ранее отданное ей блондином. Встряхивает голову и пытается сконцентрироваться на еде перед собой. - Думаешь, как-нибудь в следующий раз, свозить ее в Пусан будет хорошей идей? Мне врач разрешит? Наверное, такой вопрос относительно матери будет последним за сегодня. Девушка думает, что пусть хоть и мама несильно сможет оценить этот жест, но побывать в родных краях и поглядеть на море ей бы не помешало. Пусть прежде, чем смерть, о которой она думать не хочет, наступит, маме стоило бы распрощаться с родным домом. - Думаю, что да. Разрешит. Чимин не знает, но хочет обещать только положительные вещи. По виду Ким нельзя сказать, что она в порядке. Вид у неё жалкий, потрёпанный, и губы сомкнуты в линию, наверняка, чтобы сдержать новую волну слез. Когда приносят тёплый рамен и остальные готовки, девушка молча принимается кушать. Острый суп отвлекает от ненужных мыслей, возвращает к странным ощущениям на губах. Чимин же находит эту обстановку весьма странной. Как будто с прошлых поездок повторяется буквально все, но с каждым разом степень удара в сторону девушки все тяжелее. Перенести такие переживания под силу не каждому. Между делом Чимин лишь успевает ответить сообщению от Гука и с облегчением думает забрать машину на время. А ещё догадывается, что скорее они с Чеен разошлись по домам. Сначала хочет настрочить про безопасность девушки, но вовремя останавливает себя. Скорее с ней все в порядке, Гук ее проводил должным образом, а других подробностей он не достоин и не должен интересоваться ими. «Подвёз Чеен домой» Это сообщение он получает несколькими минутами позже. Отбрасывает мобильный в сторону и снова принимается за трапезу. Чимину становится слегка неловко перед подругой по приезду в скромную гостиницу, которую они сняли. Комната была небольших размеров, с двумя раздельными кроватями, душевой, с видом на небольшой парк, но приятно светлой, а главное чистой. К такой разумной трате денег парень давно привык. При нем больше не было его новенького Лексуса, золотых карточек, с которых ежемесячно он мог тратить любую сумму, какую пожелает, не было других дорогих имуществ. Благодаря стараниям отца, у Чимина теперь только свой чистый доход от танцевальной студии. Но его заработка очень мало. И он себе сейчас кажется таким бедным и жалким студентом, который бы считал каждую монетку. И почему-то стыдно перед Джису. Он мог бы создать намного более комфортные условия при всей богатстве его семьи. Всяческий отказавшись от того, чтобы разделить все расходы за сегодня, ему все равно казалось, что оказанной помощи для подруги недостаточно. - Мне иногда кажется, что я повыпендрился достаточно. Может пора вернутся к семейному делу? С прошлого раза, когда он дав ложную надежду отцу, снова сбежал из офиса и лишь сконцентрировался на своём деле, гнев родителя перерос во что-то страшное. Даже если это никак не проявляется в последнее время, блондин чувствует, что все очень серьезно. - Скоро устроим соревнование. Все должно наладиться. Это хорошая реклама, я уверена, это многих заинтересует, - отвечает девушка. И почему только в гостиницах всегда нет мест, и им снова приходится делить комнату. В прошлый раз на это было совсем пофиг, а сегодня это вгоняет ее в ужас и заставляет убеждать в том, что чувства невозможно контролировать. Ее сейчас печалит состояние матери, но даже так сердце рядом с ним стучит так сильно, пытаясь напомнить о своих чувствах. - Ну, это да. А так в ином случае, я бы повыпендрился перед тобой своими деньгами, - пытается пошутить Пак. Хотя он и не был безответственным транжирой, в комфорте и роскоши себе никогда не отказывал. В напряжении, охватившим все тело, Джису поскорее пытается уснуть. В окно по прежнему барабанит дождь, тусклый свет от лампы нагоняет на грустные мысли. Она не знает, стоит ли прочитать записки наедине или лучше, когда кто-то рядом. В любом случае даже догадки о содержимом одинаково пугают. - Спасибо тебе за поддержку, Чимин, - скромная благодарность, тихо сказанное через плечо, куда-то в полумрак и с надеждой, что ее не совсем услышали. Это несколько смущает, что теперь девушка обременяет его своими проблемами. Мало было ему своих переживаний, так ещё и она привязалась. В тонком голосе подруги парень улавливает стыд, смущение и вину. - Не стоит. Я рад помочь, ты же знаешь, - спокойный и ровный тон блондина колит сердце. Это приятно. Это настолько радует, что выбивает из здравого ума. Но и больно. Это делает больно, потому что такую его заботу, такое уважение хочется присвоить только себе одной. - Джису, не вини себя, - почему-то блондину становится душно в этом гостиничном номере. Тотчас легче выбежать на улицу, под капли дождя и раствориться в нем, - Я выйду, проветрюсь. Отдыхай. На улице его встречает прохладный и знойный ветер, а холодные капли на коже бросают в дрожь. Мысли его путаются все больше и ощущения уже не те, он чувствует себя потерянной личностью. Открывает галерею и в скрытом файле отыскивает фото с поездки на остров, и некоторые лично сделанные им. На этих фото снова балерина, ее улыбка, невинность и простата, в которую он влюблён и от которой избавится не в силах. Какое-то время просмотрев все и будто пытаясь запомнить ее образ в голове, Пак удаляет файл. Какое-то время он намеренно прогуливается на улице, затем заходит в магазин, чтобы убить время. Ким не помешает поразмышлять наедине. «Моей любимой дочурке Су, Красивым знакомым и таким родным почерком написано обращение на белой, слегка смятой бумаге. Если ты читаешь это, значит, мне сильно нездоровится. Наверняка я успела тебя обидеть, не узнала и даже не обратила внимания на твоё присутствие. Мне очень жаль и я хочу извиниться перед тобой. Врач меня предупредила, что моя болезнь слишком быстро прогрессирует, хотя, пока пишу это письмо тебе, надеюсь, что лишь бы я встретила тебя с объятиями, когда окончишь университет. О, я уверена, моя девочка, ты умница, и на отлично закончишь учёбу. Ты принесёшь наш шоколадный торт, мы попьём чай, отпразднуем начало нового этапа в твоей жизни. И даже если не так, я все равно горжусь тобой и всегда гордилась. Папа тоже гордится. Когда прочитаешь все это, пожалуйста, не чувствуй за собой вину и меня не жалей. Будь, как и всегда, смелой, уверенной, живи ярко и не забывай кто ты. Мое желание, надеюсь, ты примешь его должным образом - я хочу остаться в санатории и ни в коем случае не желаю, чтобы ты ухаживала за мной или забирала к себе. Такие слова слишком жестокие для юной девушки. Потому что именно все это Джису и собиралась делать первым делом. Прочитав строчки с ее просьбой, девушка начинает всхлипывать. Она знает, почему мама настаивает на этом. «Госпожа Юн отличная женщина, хороший врач, ну а к Мэй я так привыкла. Она хорошо обо мне заботится, и я уверена, будет смотреть за мной ещё лучше, когда мне это станет необходимо. И не вздумай, Джису, оформлять на меня опекунство и мучать меня походами в больницы Сеула. Я не хочу этого!» Ким представляет с каким трудом ей давались эти слова, эти строки. Просить собственного ребёнка оставить тебя… «Джису, ты ещё молода, у тебя должны быть большие планы на жизнь, поэтому содержание этого письма, и то, что последуют после всего…они не должны обременить тебя. Не позволяй печали засесть в сердце надолго. Это дурно!» Джису вся в слезах, с дрожащими руками достаёт бумагу из второго конверта. Обнаруживает, что письмо, скорее, написано чуть позже. Но буквы тут не такие ровные, не четкие, и слегка кривые, писали их дрожащими руками и местами теряли фокус мыслей. «Мэй сказала, что в прошлый раз я тебя вовсе не узнала. И может быть, это последний раз, когда я могу осознанно представить твоё лицо перед собой, узнать тебя на фотографии, сделанном в начале весны. С тобой был кто-то. Ты получила диплом и принесла торт. Мэй ещё передала, что ты приехала со своим молодым человеком. Я его совсем не помню. Вкус шоколадного торта я тоже не могу воспроизвести в памяти, но, наверняка, чай был вкусный. Но ты ведь знаешь Мэй, она любит болтать, и с ее слов, он очень симпатичный и приятный юноша. Это меня обрадовало. Надеюсь, он хорошо о тебе заботится.» - Нет! Так не честно! Дочитывать оставшиеся строчки не хватает сил. Да и пелена слез застилает глаза, мешая распознать иероглифы. Разве она теперь совсем одна осталась?! Кто обещает, что поедет она завтра посетить маму, та сразу же узнаёт ее в лицо. И все это окажется бессмысленным страшным сном. В комнате появляется слегка промокший блондин, может не вовремя, а может в самое подходящее… И ему кажется чертовский неправильным обнимать подругу и обещать ей то, от чего у неё теперь трепещет сердце, гулко стуча по рёбрам и окончательно падая в плен безответных чувств.

***

И эти самые безответные чувства продолжают мучать ее и на следующий день, и в следующую неделю, когда уже тётушка открывает столовую. И в пятницу вечером, когда она оказывается приглашённой в дом балерины и ее мужа. Подготовка к мероприятию на некоторое время прекращаются самим блондином. Конфликты с отцом все ещё не прекратились. И тот старался во всем помешать сыну. Ухудшать сложившуюся ситуацию Пак не стал. По началу Джису искала разумные причины отказаться от празднования. В компании богатых молодых людей, в роскошных апартаментах, она точно почувствует себя жалкой. Но Пак Чеен в своём решении собрать друзьей и принять их дома с вкусностями была очень настойчива. Согласились все. Больше всего эта идея понравилась Гуку, но он все ещё колебался. Чимин тоже с приятным волнением отнёсся к этому событию. Сегодня вечер пятницы. И Чимин быстренько кое-как убравшись в столовой, своевольно торопит подругу. Они уже и так изрядно опаздывают, потому что оставить хозяйку со всеми посетителями и работой, было бы не правильно. - Идём-идём. Я заказал такси, скоро подъедет. Чимин с Джису не акцентируют своё внимание на том, что произошло в Тэджоне. Никто из них не выдавливает улыбку, не возвращается к теме болезни, и Чимин не расспрашивает о содержании писем. Главное, их разговоры такие же комфортные и обычные, как и всегда. Но недосказанность о чувствах беспокоит лишь одну Ким. - Да, бегу! До завтра, тетушка! - Повеселитесь! Чиминовы ощущения, что друзья их заждались, оказываются правдой. Шурша фруктовой корзиной и букетом ромашек, они застают в гостиной Чона, усердно организующего стол для трапезы, а секундой позже из кухни бежит их встречать Чеен. - О, не стоило! - девушка благодарит и поскорее впускает своих гостей в дом. Как прекрасны эти ощущения и новы для неё! Посиделки с друзьями, беседы и приятные моменты, рядом любимый человек! Пак Чеен, сидя в том ресторане, в напряжении сдерживая слезы, и впервые знакомясь с грубым молодым человеком, никак не ожидала, что жизнь подготовила ей такие сюрпризы. А сюрпризы бывают только такими, приятными и делают тебя счастливым! - Джису, проходи, чувствуй себя как дома! - мельтешит балерина между гостиной и кухней. Сдержанным кивком головы здоровается с девушкой Тэхен. Выглядит он вовсе по-домашнему, простенький и не хмурый. Обменивается рукопожатием с другом. У Чона такая вселенская концентрация на том, чтобы подобрать красивое оформление салфеток для сервировки, что у него сейчас язык наружу выпадет. Еле откликнувшись на зов друзей, быстренько здоровается с ними. - Ой, привет, ребята! Вожусь я с этими салфетками. - Гукки, я тебя просила просто оставить на столе! - кричит из кухни брюнетка, - Ты так возмущаешься, как будто я тебя заставила делать розу из них! - Да-да! Сейчас я быстро сделаю, - не сдаётся малый, впрочем, его это знатно расслабляет после долгой рабочей недели, оказавшейся такой сложной, особенно, без нуны. - Как прошла встреча? - интересуется блондин, расположившись на диване. - Да, все хорошо. Условия приняты, проект одобрен. - Ну, старина, настоящий знаток своего дела, - подкалывает Пак, поглядывая на съёжившуюся подругу, - Джису, пойдём, покажу тебе вид с балкона. Страх, что жильё молодоженов из семьи чеболей окажется огромной виллой, не оправдывается. Но от этого ни чуть не спокойно. Для статуса этих двоих квартира имеет очень обычные и весьма скромные размеры: гостиная, небольшая кухня, две комнаты. И дом не кричит дорогими антикварами, египетскими вазами, а на стенах не висят дорогие картины в рамках. Это все стереотипно и однообразно; Джису имела представление о дорогих людях с их виллами только с экрана телевизора. Но, как оказалось, ее представление несколько искажено. - О, нет-нет! Джису, уже все готово! Насладись лучше видом в город! И только оказавшись на балконе, на открытом воздухе, глядя на ночные фонари Сеула, на небоскребы, Джису понимает что именно указывает на состоятельность хозяев. Это вид, это самый центр Сеула, самый дорогой район Каннама, и элитный изумрудный квартал, один квадратный метр, в котором, стоит невообразимое количество денег. - Красиво-о-о! Это красота заставляет неосознанно задержать дыхание и забыть обо всех рутинных проблемах. - Чимин, Джису! Проходите за стол! Салфетки старательно сложенные в что-то на подобие трубочки, остаются в сторонке, когда ребята присаживаются за стол. Стол Чеен накрывала с особым вниманием, приготовила почти все разновидности блюд, а главное, с таким радостным энтузиазмом. Такой встрече радуются все. Это приятно. Приятно, когда можешь комфортно разговаривать на все темы, обсуждать всячину, и планировать какие-то дела. Больше всего комплиментов делает, конечно же, любитель вкусно поесть, Чонгук: - Это прекрасно! Как вкусно ты все приготовила, Чеен! Офигенно просто! - Да, согласна! Очень вкусно, - скромно соглашается Джису. Ей комфортно только потому что рядом блондин, он всегда внимателен к друзьям и к ней. И сегодня на такой встрече, которое ново для неё, он делает все, что не оставлять ее в неловком молчании. Ким Джису ходит на краю обрыва и совсем скоро может туда сорваться, при этом испортив все своё отношение с другом. Именно этот страх стать чужой ему в один миг, останавливает ее. Тэхен ловит себя на мысли, что теперь он настоящий семейный человек. У него жена, которая собирает их друзьей; у него работа, и ответственности чувствует он намного больше, чем когда-либо ещё. Сама обстановка его холостяцкого жилья сильно изменилась за прошедшие месяцы. В нем поселились уют и тепло. И вместе с тем, как ему кажется, изменился и он. После ужина, стол в гостиной был дружно прибран ребятами, и сразу же Чонгук предлагал поиграть в игры. - Может принести мороженого ещё? - предлагает Джису, ей нужно выйти на улицу и выветриться. - О, и выпивки! - добавляет Гук, таща настольные игры из пакета, которые он же сам привёз из дома. Он отвечает за веселье, а посему такие вещи всегда предусматриваются им. Эту затею поддерживают все, тем более, когда ещё расслабиться, если не в пятницу вечером? Чеен возится с нарезкой фруктов, а рядом с ней, на кухне, уединяется и Тэхен, который ещё помогает почистить их. В магазин отправляются Джису и Чимин. Парень понимает, что такие посиделки могут заставить брюнетку странно себя чувствовать. Все же ее переживания совсем другие. - Все ведь нормально? - Да, просто захотелось выйти. - Если что не так, сразу говори мне. - Ты должен был оставаться таким же придурковатым, когда я тебя в первый раз встретила, Чимин. - Эй! Обидно же! - возмущается парень, - Ты была грубиянкой! Вот такой бы лучше и оставалась. Так про себя думает девушка. Ни к чему было сближаться с ним и все больше влюбляться в него. С супермаркета они возвращаются с двумя большими пакетами: с выпивкой, закусками, мороженным и другими вкусностями. Дверь квартиры долго не открывают. Пак пытается дозвониться до друзей, но никто из них, видимо, не слышит мелодию мобильного. Друзья обмениваются озадаченным взглядом друг с другом. Блондин снова нажимает на кнопку звонка, и ошеломлённо пятиться назад, когда дверь отпирают изнутри и показывается макушка черноволосой. В сторонке стоит Гук, неловко сминая ногами, потому что после разговора с ним Ким Дженни решила приехать в гости. Но и особую вину Чон за собой не чувствует. Так получилось, что подруга позвонила именно, когда он был тут, а наврать или же напрямую позвать ее сюда не намеревался. Вот и вышло, что Ким сама же приехала. Но так, наверное, лучше. Можно раз и навсегда расставить точки над «й». Джису впервые видит эту девушку, но по неловкости, висевшей в доме, догадывается, что не все так уж и радужно. Грознее тучи был сам Ким Тэхен. При виде черноволосой, как всегда одетой с иголочки, с уверенными и проницательными чёрными глазами, Ким занервничал. И возникло оно откуда-то з глубины, но причин он не знал. На ее язвительный тон и возмущения, как и всегда бросил небрежное: - Не драматизируй. - Не стойте на пороге. Проходи, пожалуйста, Дженни. Не всегда сюрпризы бывают приятными. Но разумнее всех в такой ситуации вела себя только Пак. Хотя и не особо жаловала компанию бывшей возлюбленной. Она уважала их многолетнюю дружбу и общение. Все же воспоминания нельзя перечеркнуть в одно мгновение. - Нет. Уже поздно и всем пора домой, - грубо басит Тэхен. Настроение к черту, и он сам не понимает, почему у него такая жестокость к Дженни. - Тэхен… - Чеен цепляется за руку мужа и пытается увести его в сторону. Шепчет своё: «это грубо с твоей стороны. В этом ничего страшного нет». - Раз так! У Чимина к тебе чувства, Чеен, - выпиливает ей им в спину девушка, не обращая внимания на ошеломлённое лицо присутствующих. И ни то, чтобы о его чувствах к жене друга не знал никто. Не в курсе была только сама балерина. И от такого невежественного и глупого заявления у неё останавливается сердце. - Дженни! - вмешивается Гук и пытается увести подругу на улицу. Да уж, такого поворота он не ожидал. И все же Дженни слишком настойчиво в своих чувствах и убеждениях. - О чем ты таком бредишь, Джен! - Пак быстренько разувается и оставляет пакеты в прихожей, а за ней все ещё в изумлении застревает Джису. - Только ты строишь из себя невинную особу! Бесишь! - Замолчи, Дженни! - не сдерживается Тэхен, - Что за выходки? Балерина остаётся стоять на месте, спиной ко всем. Что за странные вещи говорит это девушка? - Не веди себя столь невинно! Чимин влюблён в тебя и у него на оглашение есть право! Ким Дженни не знает почему она таким поведением отталкивает всех от себя. Но и промолчать на такое небрежное отношение Кима не хочет. Он всегда делает из неё какую-то истеричку и несерьёзную девушку. Может во всем остальном она развязна, но только не в чувствах к нему. - Хватит, Джен. Ты ошибаешься в этом и многого уже не знаешь, - ровным тоном начинает Чимин, хотя сердце под рёбрами бьется до невозможности, у него потеют ладошки, потому что только что чувства, которых он старательно, день да днём закапывал, таким безобразным образом обнажились, - И вы, ребята, не знаете ещё. Мы с Джису встречаемся. Наши чувства взаимны и поэтому я настоял на том, чтобы мы вместе пришли в гости. Над пропастью ходила не только Джису. Пак Чимин впервые так неуважительно поступает перед девушкой, но ему не остаётся другого выбора. Усложнять обстоятельства и сделать их взаимоотношения с Чеен неловкими… Он не может себе такого позволить. Джису по дороге домой, в такси, не могла сказать и слова. Блондин чувствовал себя паршиво, но настоял на том, чтобы безопасно проводить подругу домой, оправдывая это тем, что ее район довольно далёко. А сам же крутил в голове слова извинения. - Это было некрасиво и неприятно. - Я знаю. Этот ночной диалог перед подъездом никуда не годился. Никто из них не мог быть честным. Чимин не хотел говорить, что для него счастье и улыбка балерины превыше всего и что он готов даже на такую вымышленную авантюру, в то время как Джису старательно умалчивала о своих истинных чувствах. - Прости, это было необдуманно сделано и сказано. И так неуважительно по отношению к тебе. Я все понимаю. Ошибка на мне. Прости меня! - Ты мне нравишься. И хотя, я знаю о твоих чувствах к Чеен, я больше не хочу об этом умалчивать, - выпаливает Ким, - Этим я ничего не требую, и ничего не добиваюсь. Просто…такая наглая ложь, это меня заденет. Прости. У Ким уже глаза на мокром месте и от смущающего чувства она пытается быстро скрыться, поэтому развернувшись убегает в дом. К черту все! Этой ночью совершено слишком много ошибок. Но разбирать это все можно и утром, или через некоторое время. Постояв в нескрываемом немом шоке, парень получает сообщение от подруги. «Прости меня. Попрошу тебя только на сегодня нести ношу моего признания. А завтра я все исправлю». Только бремя чувств, особенно, когда не можешь ответить взаимностью, нельзя отменить на следующее утро. Она возвышает высокую стену и беспощадно отдаляет двух людей.