Bro

— Чонгук, ты вечно витаешь в облаках, пропускаешь мячи, подводишь команду! И всё это именно тогда, когда у нас на носу матч! Что с тобой происходит, Чон? — не выдержав очередного промаха со стороны Чонгука, делает замечание тренер. Он обеспокоен состоянием одного из лучших игроков и не может не выразиться по этому поводу. Конечно ругать Чона за его моральное состояние тренер не станет, понимая чужое положение, но и команду нельзя подводить. — Простите, тренер Им. Я постараюсь прийти в чувство, — извиняется Чонгук, оставаясь с тренером один на один, после игры на поле. Его безжизненное лицо пугает тренера и тот, решив не мучить парня расспросами, отпускает его: — Я очень на это надеюсь, Чонгук. Иди, отдыхай и набирайся сил. Вот уже прошёл как с месяц после их признания. Чонгук стал избегать Тэхёна, чувствуя перед ним вину. Но вину за что? Разве можно винить себя за то, что любишь? Ладно если бы это были односторонние чувства, но Ким же тоже признался, что Чонгук ему небезразличен. В чём тогда истинная причина? Чонгуку кажется, что чувства Тэхёна немного не такие, как у него самого. Для Тэхёна это может быть экспериментом, ведь он подаёт явные признаки своей увлечённости в получении нового опыта. Он также неоднозначно намекал Чону на продолжение начатого и однажды проявил инициативу, внезапным глубоким поцелуем. Сказать что Чонгук ахуел — не сказать ничего. Но порог переступать не стали. А может Тэхён ему так ответил, потому что боится, что отвергни он Чонгука, то потеряет его насовсем и это признание было лишь под воздействием импульсов? Тут вот что получается, куда ни посмотри всё сводится к тому, что во всех случаях они боятся друг друга потерять. Чонгук также переживает, что Тэхёну, после того, как он получит желаемое, станет неинтересен сам Чонгук и их игры закончатся. Как же тогда уберечь их от греха и удержать Тэхёна подле себя?

***

— У меня очень болит голова, Чонгук. Мне неловко тебя просить, но не мог бы ты ко мне приехать? Я боюсь, что со мной может что-то случиться. — тихий и уставший голос Тэхёна, пробуждает в Чонгуке тревогу и беспокойство. — Буду через полчаса, — бросает Чон, отключая трубку. Над ответом он не колебался ни секунды, потому что это Тэхён и если он попросил, то Чон тут же просьбу выполнит. Выхватив из аптечки лекарства, которые он сам часто принимает и вызвав впопыхах такси, он с дрожью в ногах спускается по лестничной площадке. Из-за спешки он успел только накинуть толстовку поверх домашней футболки, а домашние штаны менять не стал, посчитав что те ничем не хуже праздничных. Самое страшное для него сейчас — остаться с Кимом наедине. После стольких лет совместного обучения, после того, как они, каждый раз, бок о бок переносили все тяготы и невзгоды, он боится своими чувствами отпугнуть друга. Желание иметь возлюбленного, гаснет перед потерей лучшего друга. Всю дорогу до квартиры Тэхёна он смотрит в окно такси и нервно грызёт ногти. Погода как некстати ужасно пасмурная. Из приоткрытого окошка веет холодом, но закрыть его он не решается от недостатка кислорода. Через тридцать минут он, благополучно добравшись и щедро расплатившись, выбирается из машины и некоторое время мнётся перед дверью, прежде чем постучать. Дверь ему отворяют после пяти секунд ожидания. Создаётся впечатление, что всё это время Тэхён сидел под дверью и ждал пока появится Чонгук. На Тэхёне серая пижама в мелкую клетку и любимая чёрная повязка. Его густые тёмные кудри, убранные за ней, спадают локонами на затылок, а широкая улыбка озаряет лицо. Так сразу и не скажешь что он болен. — Пришёл, — удовлетворенно выдыхает Тэхён, притянув Чонгука за рукав толстовки к себе. Они так и стоят на пороге квартиры, прижатые друг к другу, пока Тэхён не отстраняется, — Проходи. — Что-то у тебя тут прохладно, — ёжится Чонгук, снимая обувь. — Решил проветрить квартиру, — пожимает плечами Тэхён, быстро закрывая дверь и проходя за Чоном в комнату. — Я принёс лекарства и… — кажется лекарства Тэхёну и не нужны, учитывая то, как он жадно бросается на Чонгука. Обхватив руками его плечи, он жмётся к младшему, ластится, просит, жаждет, почти хнычет от желания быть ещё ближе. Горячее дыхание Тэхёна так опаляет шею Чона, что у того уже поджилки трясутся, воздух заканчивается, а тело грозится вот-вот рухнуть. — Тэхён, я не понимаю… — отрицательно мотая головой, непонимающе отзывается Чонгук. — Что ты не понимаешь, Чонгук? Неужели ты не видишь, что мне тебя мало? — оставляя обжигающие поцелуи на шее, отвечает Тэхён. — Ты же не такой… — всё ещё не веря, отмахивается младший и вздыхает, когда кожу прикусывают. — Ты меня таким сделал, — находит ответ и говорит прямо в губы, — я хочу тебя. — Я тоже… но — но договорить ему не дают, затыкая. Губы, те что слаще мёда, те что сминают его собственные, такие ненасытные. Чонгук даже не заметил как оказался сидящим на кровати с Тэхёном на его бёдрах. Тот не переставал целовать, нежно обхватив лицо Чонгука ладонями. Немедля стянул с Чона явно ненужную толстовку, откинув её в сторону. Чонгук не знает куда деть руки, поэтому удобно умещает их на талии Тэхёна, позволяя тому всем распоряжаться. Тэхён удовлетворённо улыбается в губы, толкая Чонгука в грудь и ложась сверху. — Я хочу чтобы ты был у меня первым и сам хочу быть первым у тебя, — заявляет, глядя прямо в глаза. — Ты уже не боишься? Не считаешь это мерзким? — Чонгук всё ещё не хочет торопиться и переспрашивает ещё раз. — Чонгук чего мне боятся? Я доверяю тебе и знаю, что ты не причинишь мне боли, — проведя рукой по скуле, успокаивающе целует в кончик носа, — Секс с тобой не может быть мерзким, — в доказательство своих слов, он обхватывает его ладонь своей и переплетает их пальцы. — А что насчёт твоей головы? Она больше не болит? — прикрыв глаза, но вспомнив причину его присутствия тут, интересуется Чонгук. — А она и не болела… это был повод для встречи с тобой, — поцеловав край губ, Тэхён снова соединяет их губы вместе и доставляет Чонгуку неимоверное удовольствие от их близкого контакта. — Хитрюга, — перехватив инициативу, меняет их местами. Стянув с Тэхёна пижамные штаны, Чонгук провёл рукой от коленки поднимаясь выше, обводя пальцами выступающие косточки. — Тэхён… ты… неужели ты побрился? — удивившись гладкости ног, спрашивает Чонгук. — Ну да… я подумал так тебе будет приятней и ну… я даже там… ну ты понял, — краснея от своих слов, отворачивает лицо в подушку. — Обалдеть, — не веря Чонгук утыкается лицом Тэхёну в бедро и ластится как котёнок. — Так и будешь надо мной издеваться? Всю романтику портишь!

***

— Вот молодец, Чонгук! Забил решающий гол, теперь вас ждёт турнир. Кажется у вашей команды появился капитан. Ну что ж, капитан, иди и сообщи своим товарищам, что вы отправляйтесь в Пекин. И без кубка не возвращаться! — Тренер Им, вы не шутите? — А я что, похож на клоуна?