Баллада о выборе

1. Закончив свой путь земной, Уже не вернусь домой, В родимый двор не войду, А на небеса попаду. И буду стоять пред Петром С не вынесенным ведром, И будет Господь выбирать, Куда же меня заселять: В жизни, бывало, грешил — Лгал, воровал или пил, Но и другим помогал, То есть, добро совершал. — Значит, дружок, Сам выбирай. А так ли уж важно то — Ад или Рай? Припев: Знаешь, В Аду не жарко, Там черти чай пьют Без заварки, Там никого не разрывают на части, Там каждый тоже Немного счастлив. Знаешь, В Раю не мягко, Там так же бабки Сидят на лавках, Не прыгают ангелы По облакам. Там — это как здесь, Только всё-таки там. 2. Сказал я апостолу: «Пётр, послушай, Чего ты лапшу мне навешал на уши? Ты же святой, не мели ерунду! Что ж, был в Раю я и был я в Аду? Ведь если дело в заварке чайной, То жизнь моя вся была печальной. А как в Раю у подъезда сидят Три бабы Нины и пять баб Зин в ряд. Юность моя вся прошла в походах: Плавал с друзьями в азовских водах, С женой у палатки рассветы встречал. Ангел, скажи мне, не это ли Рай? А войны? А бедность — работа до ночи, Полгода не видеть любимые очи. От атомных взрывов сгораем во мгле — Скажи, Пётр, не это ли Ад на земле?» 3. Господь небритый затылок почесал, А Пётр губу от страха закусал: «Блаженный ты совсем — перечить Богу? Сейчас покажет он тебе дорогу!» Тут сам Христос из-за плеча отца Сурово глянул на такого подлеца. Меня, наверно, каждый из богов Низвергнуть прямо в пекло был готов. А я стоял — Господь передо мной, И бегал взгляд его слегка чудной, Как будто он передо мной — представьте! — Был виноват в каком-нибудь несчастье. — Послушай, смертный, — он развёл руками, — Такие правила в небесной канцелярии, И после смерти надобно всегда Распределять людей за их дела. Но ты задачку задал нам другую: Раз был в Раю — на небо не возьму я, А если Ад ты видел, например, Не заберёт тебя уж Люцифер. И посему, чтоб справедливым быть, Решил, куда тебя распределить. Так пусть свершится суд великий мой. Глаголю: смертный, ступай-ка ты… домой.