Не бойся

Рид идёт по коридору. Вокруг непроглядная дымка, которая темнеет с каждой секундой. Мужчина проваливается, тонет в текучем тумане, который оставляет на нём пятна и жжет больнее огня. Рид тонет в своих проблемах. Тонет в чувстве безысходности. Оно сжирает его изнутри, распиливает душу на части. — Скоро мы будем вместе. — слышится механический голос и Гэвина окончательно затягивает в темную гущу.

***

— Так больше не может продолжаться не может! — размышляет Рид после резкого пробуждения от кошмара. Мужчину обволакивает липкое чувство страха. Его дом сожжён, его жизнь похожа на кошмар, а машина-любовник мечтает убить его и поджидает на каждом шагу, — это провал! Провал! Я не смогу его убить. Он сделает это быстрее меня. Глупый, глупый! О чем я вообще думал, когда был уверен, что мой план сработает? Я ведь прекрасно понимал, что он быстрее меня и сильнее. — Гэвин хватается за голову и бьётся затылком о стену. Пытается придумать план лучше. Он не хочет заканчивать свою жизнь именно так. Он хочет отомстить Конраду за страдания. Но Рид быстро осознает свою беспомощность в данной ситуации. Ночной визит RK900 полностью выбил его из колеи и Гэвин принимает, как он думает, единственное правильное решение. — Раз это моя судьба, то пусть. — медленно поднимается с колен, встает напротив Ричарда, убирает выбившуюся прядку с его лба, проводит кончиками пальцев по щеке, мигом отдергивает, в голове проносится мысль: «Сам себе больнее делаешь, идиот» Другой, более тихий голос шепчет: «А ведь ты так хотел быть с ним. Хотел разделить с ним все хорошее, что будет происходить с тобой, забыть всю боль.» — Это невозможно, — отвечает Рид сам себе и идёт в спальню, чтобы одеться и проверить все свое снаряжение, — Конрад все равно отыщет и меня, и его. Всем нам в итоге будет плохо. попутно ищет дрожащими руками свою самую праздничную рубашку. — Помирать, так красивым, — тихо бормочет себе под нос и решает перед концом всего принять душ и побриться. Скоро все закончится. Так и не успев начаться. Ричард все так же находится в состоянии покоя и не может заметить взволнованного человека, который обхаживает в последний раз углы его квартиры, пытаясь запомнить все детали этих комнат.

***

В полицейском участке сегодня на удивление тихо. Никаких новых убийств или ограблений. А может быть просто еще не пришло время? Тина скучающе перебирает документы и отчеты. Пытается найти хоть что-то для себя интересное в эту, на первый взгляд, самую обычную и ничем не отличающуюся от других смену. Так уж сложилось, что свой заслуженный по праву выходной ей нужно провести на работе: — Бедняжка Крис, как же тебя угораздило упасть с кровати и сломать ногу, — она устало зевнула и продолжила копаться в бумагах, — а мне теперь работать за тебя, — потерла переносицу и откинулась на кресло, подальше от злосчастной документальной рутины. Коннор, осторожно неся в двух руках стаканчики с кофе, подкрался незаметно и довольно сильно напугал девушку, которая уже начала погружаться в дрему, прикрыв глаза фуражкой. — Тина, я принес вам кофе, надеюсь с ним вам легче будет доработать это дежурство. — Ох, Коннор, андроидская твоя голова, ты меня напугал, — Чен не стала противиться и приняла из рук RK800 горячий напиток, — а ты чего вообще здесь? Думала у вас с Хэнком сегодня выходной. — Да, вы все верно подметили, — андроид немного улыбнулся, как бы хваля смекалистость девушки, — просто я попросил Фаулера добавить мне рабочих дней, чтобы мой заработок был чуть выше, чем он был до этого. — Вам с Хэнком не хватает средств, чтобы прокормить Сумо? — она немного ухмыльнулась в ответ машине. Все-таки чуть яда и токсичности Гэвин сумел ей передать. — Нет, просто обеспечивать семью оказалось не так просто, как я думал, но думаю я справлюсь, — Коннор, не теряя ни доли оптимизма, отправился обратно на своё рабочее место, попутно отдав оставшийся кофе Фаулеру. Видимо андроид пытался всеми силами и способами угодить начальнику и получить прибавку к зарплате. — Стоп, что? Какая семья? — Чен осталась один на один с собой и терялась в догадках, — а вообще это не мое дело, спрошу потом у Рида, — и девушка снова принялась за работу, которая так её изматывала. Рид ворвался так же резко, как он обычно это делал. Но обычно в его глазах была насмешка, злоба и даже чуточка превосходства. Он проходил мимо коллег горделиво, никогда не боялся смотреть всем в глаза и доказывать свой дерьмовый характер на практике. Наверно именно за это Тина и полюбила этого придурка. Он был мудаком и не скрывал этого. Он был предельно честен с собой и с окружающими, но в последнее время… — Что с тобой, Гэвин? Выглядишь как забитая в угол мышь. Где прежний мудак и засранец Рид? — Тина подошла к другу, надеясь услышать что-то про то, как мужчина подрался в клубе из-за политических взглядов или же ему не хватило денег на его любимый гамбургер, но нет. Гэвин был загнан в угол. Он был пешкой в этой игре. Руководил им Конрад. Чен видела его испепеляющий взгляд и понимала, что делает только хуже, — Ладно, Гэв. Я пойду, кажется тебя там ждут. — говорит она максимально тихо и осторожно и идет обратно на свое рабочее место. А Рид продолжает хранить свои тайны. Он больше не прежний плохой коп и херовый парень, который был честен с собой и с окружающим его миром. — Гэвин! Я думала у тебя больничный! Что ты тут делаешь? В оборотня превратился что ли? Кости начали быстро срастаться? — Тина встаёт из-за стола и идет навстречу детективу, — я скучала, засранец. Резко попадает в объятия мужчины. — Ты самый лучший друг, Тина Чен, мое пребывание здесь было намного лучше, а все благодаря тебе. — говорит ровно, а в душе его разрывает на части, — Ладно, выйду на крышу, покурю, так давно мечтал об этом. — Разве тебе можно? Ты на части рассыпаешься, Рид, буквально, с этим не шутят. — девушка осторожно касается его плеча. — Прям как мать моя говоришь, Тин, все нормально, — с сигаретой в зубах детектив проскальзывает дальше и идёт в сторону выхода на крышу, под вопросительный и обеспокоенный взгляд подруги. Одной рукой проверяет пистолет, другой вышвыривает сигарету в ближайшую мусорку. За эти несколько дней он окончательно утратил тягу к курению. Пролетев за пару секунд весь полицейский участок, Гэвин даже не успевает осознать, что Тины здесь быть, по факту, не должно. Что сегодня её законный выходной, который Чен обычно стремилась провести в ближайшем к дому баре или же в гостях у детектива, пропуская очередную бутылку фруктового пива и одновременно с этим смотря какой-нибудь дурацкий сериал или играя в какую-нибудь очень сложную инди-игру. «Но так даже лучше, — среди потоков тревожных мыслей и дум, пролетает одна, очень греющая детектива идея, — успел попрощаться с ней. Теперь не буду отвлекаться от главного.» Нервно бегая взглядом по всему участку, чтобы исключить возможность того, что какой-нибудь зевака решит пойти вслед за ним, Рид начинает быстро подниматься по служебной лестнице, ведущей на крышу, попутно считает ступени, пытаясь отвлечься.

***

Пробуждение. Система перезапущена. Ричард открывает глаза и сразу же анализирует комнату. Аккуратно убранная постель, к которой андроид так ни разу и не притронулся с момента аренды данной квартиры, ничем не примечательные прикроватные тумбы и шкаф, возле которого андроид и соизволил уйти в отключку. Все было как обычно. За исключением одного фактора. Внутренний шумомер показывал данные в размере 10 децибел. Это значило лишь то, что в квартире была полнейшая тишина и не было вечно ворчащего человека, который вдобавок к этому был чрезвычайно громок и всегда находил, что уронить в его квартире. — Куда же ты ушёл, Гэвин, — механический разум пытается выстроить реконструкции поведения человека, ходит по всему дому, как это делал 10 минут назад детектив и рассматривает каждый угол. Находит повреждения на внешней стороне двери. Урон был нанесен машиной, вероятность стопроцентная — Что-то мне подсказывает, что нужно торопиться, — Рич быстро накидывает поверх черной рубашки заводской белый пиджак и спешит вниз к своей машине, чтобы помочь Риду избежать самой главной ошибки в своей жизни, о которой андроид пока даже и не догадывается.

***

— Ну и где ты, Конрад, сукин сын, — Гэвин смелеет лишь на секунду, пока до его головы еще не доходит осознание происходящего и пока еще не проявляется страх смерти, который характерен абсолютно для каждого человека, — я знаю, что ты сейчас и видишь меня, и слышишь, — мужчина оглядывается по сторонам в поисках камер видео наблюдения и прослушки, — нет смысла прятаться, выходи. Абсолютная тишина в ответ. Лишь издалека слышны проезжающие мимо машины. Детектив тихо фыркает себе под нос и достает из-за пазухи пистолет, бросает его наземь и отшвыривает ногой подальше от себя. — Как видишь я безопасен и не причиню тебе вреда. «Будто ты когда-то боялся меня.» — Ну? — Я знаю, Гэв, — раздается голос будто над самым ухом и андроид выныривает из ближайшей тени, кошачьей и грациозной походкой он аккуратно подходит к детективу, но все-таки сохраняет дистанцию, — я рад, что ты решил вернуться. Только уже поздно, — один стремительный прыжок и RK900 оказывается совсем рядом, прямо перед носом у детектива, хватает того за ворот куртки и притягивает еще ближе к себе, — ты пожалеешь о том, что изменил мне, Рид. — голос холодящий душу, вгоняющий в страх. И только сейчас, когда машина стоит прямо перед ним в упор, мужчина замечает его истинную сущность и по-настоящему разглядывает в нем монстра. Левый глаз сбоит и пробит насквозь. Видимо это Рич постарался в ту самую ночь, которая расставила все точки над i. Вечно мигающий красный диод, который то замирал на доли секунды, то снова начинал бешено вспыхивать и потухать. Единственный целый глаз смотрел с ненавистью. Кажется, будто он даже налился краской и стал не бледно-голубым, коим был обычно, а ярко-синим и внушал неподдельный ужас. Как жаль, что Гэвин устал бояться. Он больше не хочет погружаться в этот омут. И сегодня он доведёт дело до конца. — Прости меня, Кон, прости. — мужчина аккуратно пытается ослабить хватку машину, но без толку. Руки Конрада держат его крепко, не разжимая пальцев. Будь он человеком, его костяшки уже давно побелели бы и начали болеть, — я был не прав. Я не принимал тебя таким, какой ты есть. Боялся тебя и твоих проявлений любви. Я все осознал, Кон, можно я вернусь домой? Разжалобить машину было планом рисковым, но перед смертью Гэвин решил, что не такое уж это и плохое решение. Если ему повезет, будет отлично, если нет, то значит на то воля судьбы и господа бога и он просто мечтает увидеть Рида с окончательно переломанными ребрами и разбитой физиономией. Удивительно, срабатывает ли взгляд Гэвина, который изо всех сил пытается изображать провинившегося котеночка или же тут на помощь пришло чудо, но Конрад отпускает его из своей железобетонной хватки и отступает от мужчины на пол шага. А может вообще помогло ни то, ни другое, а всего-навсего шок, который андроид испытывает сейчас. Его человек никогда перед ним не извинялся. Даже когда он находился на смертном одре, когда Конрад пытался проучить его, нанося точные удары, которые после образовывали мучительные раны, Рид никогда не переступал через себя. Он был сломлен и напорист. Он был непоколебим и угнетён. Но никогда не просил прощения. — Гэв, ты что, извиняешься? — диод замирает и резко переходит в жёлтый цвет. — не думал, что когда-нибудь дождусь от тебя этого. Хитрая ухмылка сразу же приходит на смену растерянного и потерянного взгляда машины. Даже если бы RK900 и почувствовал в этот момент что-либо, злоба и ненависть быстро скрыли все его эмоции, которые андроид так не любил показывать. Он не любил и не хотел быть слабым. Ни перед Гэвином. Ни перед кем. Пока детектив осторожно подходит ближе к краю, стараясь не привлечь внимания заглючившей машины, Конрад окончательно подавляет приступ слабости и становится прежним мерзким садистом и психопатом. Диод загорается красным. Конрад болен. Неизлечимо. И его ничто не спасет. — Подойди ко мне, Кон, пожалуйста. Я хочу, чтобы все было как прежде. Мы и наш дом. Наша любовь. Моя беззаботность и твоя ласка и забота. — мужчина почти кричит, чтобы привлечь внимание RK900. — Я извиняюсь перед тобой, ты слышишь?! Я хочу все вернуть! Конрад выходит из состояния транса. Его небольшой порыв эмоций и человечности закончен. Он снова стал прежним. Осторожно подкрадывается к мужчине, который протягивает ему руки, для примирительных объятий и принимает его предложение. Жить с Ридом снова не такая плохая перспектива, можно снова причинять ему боль и наслаждаться его беспомощностью, а можно.? Не делать так? Второй вариант выглядит как что-то нереалистичное, что-то, что Конрад давно в себе подавил и не хочет показывать кому-то вновь. Но теперь его человек рядом с ним. Все снова встало на свои места. А с шлюхой Ричардом, который посмел влезть в их семью, он разберется позже. Конрад обнимает почти до хруста костей, заставляя Гэвина поежиться и тихо заскулить от боли. Они стоят так на краю крыши, убаюкивая друг друга в объятиях. Гэвин кружит машину и осторожно поворачивает его спиной к краю. «Небольшой толчок и ты полетишь вниз, и больше никому не сможешь навредить, Кон, я прослежу за этим» Последняя секунда и Гэвин решается, отстраняется от Конрада и слышит до боли знакомый голос: — Рид! Не успевает опомниться, как снова оказывается в железной хватке бывшего партнера. — Вот так ты просишь прощения, Гэв? — голос мурчит как обычно, над самым ухом, а мужчина испытывает лишь раздражение от внезапно прибывшего спасителя. — Зачем ты, блять, пришёл сюда. Рич?! Я все решил! — орёт он на другой конец крыши, чтобы Ричард уж точно услышал его ругательства. — Решил для себя, об остальных тебя думать не научили. — отвечает RK900 чуть тише, — он же тебя убьет! Зачем ты полез в это дело в одиночку? Зачем? — Чтобы тебя спасти, идиот, — кричит мужчина, а хватка становится жестче. — То есть все, что ты сказал было ложью? — руки сильнее сжимают плечи Рида, готовясь сделать что-то явно плохое. — Да, черт возьми, да! — Гэвину удается резко вырваться и посмотреть Конраду прямо в глаза, — я ненавижу тебя, ненавижу так долго и так сильно. Я был слабым и не мог тебе этого сказать, сейчас же все по-другому. — Ты решил меня убить, Гэв, после всего, что между нами было? — андроид улыбается. В глазах ни капли страха. — Я решил сопроводить тебя в ад для металлолома, Кон, — улыбается тот в ответ и снова готовится к прыжку. нельзя оплошать, нельзя. — Так смело с твоей стороны, а я думал мы всегда будем… Выстрел. Резкий, громкий и пугающий. Во лбу Конрада расплывается синее пятно от тириума, а сзади слышно, как Ричард бросает пистолет на землю. Глаз андроида окончательно заплывает синей краской. Черный зрачок смотрит в упор и до конца, пока не скрывается под толщей тириумной жидкости. — вместе… — шипит поврежденный голос и андроид, сделав последнюю попытку навредить Риду и забрать его с собой, вытягивает вперед руки и пытается уцепиться за детектива. Пальцы не слушаются, хватка слабая, и Конрад летит вниз со здания департамента полиции Детройта. Он до последнего смотрит, не закрывая глаз. Он слаб и беспомощен в этот момент, совсем как Гэвин Рид все эти три месяца. — Кажется, расплата пришла, Кон. — детектив едва ли желает смотреть дальше на тело машины, но все-таки решает запечатлеть в уме эту картину и этот образ. Конрад, раскинув руки, лежал на асфальте прямо возле входа в здание. Его шея свернулась в неестественном положении, а дерганный диод навсегда погас. Именно сегодня, и именно в эту минуту Конрад, передовая модель андроида полицейского, поломанный экземпляр, который стремился лишь к боли и страданиям и у которого не было шанса на спасение, погиб, оставив за собой шанс для Гэвина стать счастливым с тем, кто по-настоящему его любил и по-настоящему мог подарить ему заботу и дальнейшее радостное будущее, где нет места страху и насилию. — Не бойся, Гэв, я рядом, — тихо проговаривает Ричард, который уже успел подойти к детективу и поймать его в свои объятия, — Все будет хорошо. Под разыгравшийся ливень и раскаты грома они начинают новую жизнь страстным поцелуем. Рид вцепляется в машину и боится отпускать. Ричард не противится и лишь сильнее прижимает человека к себе, но в то же время пытается соблюсти дистанцию. Ребра его человека важнее порыва страсти, который напал на них двоих. — Спускаемся? — Ричард отрывается первым и улыбается Риду уголком губ, облизывая их, — а то ты промокнешь и заболеешь, и лечить тебя будет еще тяжелее. — Да иди ты, — Гэвин задорно толкает того в бок, — твоя любовь меня быстро исцелит.