Обмануть самого себя

***

      План Люциуса Малфоя был прост и изящен: уничтожить Темного Лорда, развестись с Нарциссой и забрать своего маленького партнера к себе. Только план проваливался уже на первом пункте. Конечно, он не мог быть с Поттером, пока этот мерзкий полукровка, обманувший их всех, жив.       Но сам блондин каждый вечер пересматривал воспоминание своей близости с Гарри и улыбался, засыпая. У него было будущее. И, возможно, счастливое. Осталось сжать зубы и сделать все возможное, чтобы его мечты сбылись. Малфой вздохнул, вставая с кресла в кабинете и потягиваясь. Темный Лорд постоянно требовал вложений. И Люциуса это, несомненно, раздражало. Отдавать деньги семьи, которые зарабатывали поколения Малфоев было крайне неприятно. Тем более что добровольно блондин никогда бы не встал на колени перед простым магом, который оказался полукровкой без наследия. Он был слабее, глупее и не использовал больше трех проклятий. Но проблема была в том, что то, что он использовал приносило вред всем волшебникам, без исключения.       Один лишь Поттер, его маленький котенок, был исключением. Малфой глянул на рамку с фотографией своего партнера. Да, он вырезал ее из газеты, не так давно. И заколдовал так, что видеть ее может лишь он. Нахмурившись, хозяин поместья вышел из своего кабинета, чтобы вновь унижаться перед тем, кто этого не заслуживает. Мог бы, убил бы своего глупого отца собственноручно.       Люциус прошел в каминный зал, зная, что в нем пока никого нет и сел в кресло, магией наливая себе в бокал вина и призывая его, задумчиво глядя на пламя камина. Вскоре оно окрасилось в зеленый и пред ним появился Снейп. Единственный, кому он мог доверять. И только он знал, о его новой слабости и наследии. Ведь и сам Северус был таким же. Мало осталось магов, обладающих подобной силой. И раньше, века назад, их считали богоподобными. Пока маглорожденные и полукровки не привили волшебникам свои идеалы и не заставили их отречься от силы. Теперь большинство волшебников тупо махали палочками и ничего не изобретали. У них не были ни сил, ни желания. — У меня плохие новости, друг мой. — Малфой тут же напрягся, ровнее садясь в кресле. — И что же произошло, Северус? Что-то с Гарри? — Снейп поморщился, услышав имя, которое Малфой произнес с плохо скрываемой нежностью.       Он долго уговаривал его не общаться с Поттером. Подождать, пока война не закончится. Конечно, Северус знал, что Гарри не переживет эту битву магов, и не хотел, чтобы его друг еще больше привязался к избранному. Но теперь все кардинально изменилось. — У меня две новости. Плохая и ужасная. С которой начать? — Малфой нахмурился, глядя на Снейпа в нетерпении. — Ты когда-нибудь слышал о живых крестражах? — Северус, здесь живет Нагайна, так что я не только слышал, но и видел. — А как их уничтожить, знаешь? — уточнил Снейп. — Адским пламенем. Самый простой способ. Можно, конечно, перенести крестраж обратно в хозяина, но вряд ли Темный Лорд согласится. -Северус удивленно уставился на Люциуса. О таком он не знал. — А заставить его или сделать это без участия милорда ты бы смог? — спросил Северус, понимая, что у них, возможно, есть выход из сложившейся проблемы. — Конечно, это не сложно, но Темный Лорда будет, мягко говоря, недоволен мной. Да и зачем мне это делать, я ненавижу эту змею. — Гарри — крестраж. — Люциус нахмурился, внимательно глядя на Снейпа. — Ты головой по дороге не ударился, Северус? Я бы понял, что Поттер крестраж при первой встрече. Он обычный неко. Тем более, он мой партнер, и наша связь уничтожила бы все, что было в нем до этого. Неужели ты не знал о подобном? Тем более, в волшебных существах крестражи долго не задерживаются, они их поглощают, что, по-сути, означает, что крестраж уничтожен. — Откуда ты знаешь это? — спросил Снейп, наклонившись ближе и заинтересованно смотря на Малфоя. — У меня древняя и старая библиотека. И я люблю читать. К тому же я должен был знать о слабостях нашего Лорда. — Северус кивнул, задумчиво потерев подбородок. — Ладно, тогда новость одна, и она тоже не особо своевременная и хорошая. Поттер носит твоего ребенка. — Малфой замер, не зная, смеяться ему или плакать. Его маленький партнер понес после их первой ночи. Это чудо. — Я немедленно иду в Хогвартс. — сказал Люциус, вставая. — Тобби! — крикнул блондин. — Вышвырни всех незваных гостей и запечатай менор. — А Нарцисса? — уточнил Снейп. — Мы в стадии развода, и она во Франции со своим партнером. — ответил он, призывая свою мантию и чемодан с вещами. — Уходим.       Они перенеслись камином обратно в Хогвартс, и Люциус тут же бросил чемодан, выходя из покоев декана. Он практически бежал, и Снейп торопливо шел за ним следом. Благо, была ночь и кроме портретов их никто не видел.       Когда они прибыли в Больничное крыло, Малфой замер перед койкой, где лежал Поттер. Снейп приблизился и не сдержал улыбки, глядя на ученика. Гарри свернулся в клубочек, выпустив хвост и ушки. Подушка была за спиной, ноги поджаты, но ступни закрыты одеялом. А сам хвост закрывал живот в защитном жесте. Люциус встал на колени перед своим партнером и аккуратно коснулся рукой его головы.       Поттер завозился, раскрываясь и подставляя уши под ласку. Он все еще спал, но тянулся к своему наречённому. Малфой был счастлив, видя подобную реакцию и медленно дотронулся до плоского живота, ощущая приятное тепло и тонкую струйку магии их ребенка. Люциус отпустил себя, обращаясь и делясь с партнером силой. Именно это и разбудило Гарри, который сонно моргая, уставился на блондина. — Мой маленький. — прошептал Малфой. — Прости, что не пришел сразу, что скрывался. Но теперь я всегда буду рядом. — Гарри нахмурился, слушая Люциуса. — Ты думаешь, что я вот так сразу прощу тебя? — уточнил он, хриплым ото сна голосом. — Я сделаю все, чтобы ты простил, любимый. — Хочу персик. — капризно протянул Поттер, чем вызвал смех у взрослых мужчин. — Хоть целое дерево. — прошептал Малфой. — Гарри, ты будешь моим? — Поттер серьезно посмотрел на него, задумавшись. — А ты? — ответил вопросом на вопрос он. — Бросишь все и будешь со мной? Отвернешься от своего наследника? — Если попросишь — да. — сказал Малфой, сглотнув горечь. Поттер отрицательно мотнул головой. — Уходи. Если ты думаешь, что я могу быть таким жестоким, то лучше уходи. — Люциус зашипел и притянул сопротивляющегося Поттера к себе в объятия. А Снейп вышел из больничного крыла, решив, что партнеры сами во всем разберутся. — Маленький мой, прости. Я так долго ждал тебя, а потом пытался придумать выход для нас. Но теперь мне все равно, пусть Темный Лорд убьёт себя сам. — Поттер нахмурился, посмотрев в серые глаза своей пары. — Но мне все равно придется с ним сразиться, пророчество… — Нет. — резко ответил Люциус. — Я сам убью его, если ты так хочешь. Но ты теперь не приблизишься ни к чему, что может быть опасным. Понял меня? — Гарри фыркнул, широко улыбнувшись. — Мне говорили, что неко очень ревностно относятся к своим партнерам и детям, но не думал, что на столько. — Малфой улыбнулся, поцеловав Поттера. — Ладно, но тебе придется что-то придумать. Дамблдор не позволит мне остаться в стороне. — Если надо будет, его я тоже убью. — прошипел Малфой и вновь поцеловал Поттера, но теперь поцелуй затянулся. — Мерлин, я… — прошептал Гарри, ощущая сильное возбуждение. Малфой усмехнулся, ложась на кровать и укладывая парня сверху.       Он магией убрал с них одежду и притянул своего маленького неко выше, целуя его в шею и наколдовывая смазку, мягко потирая вход в желанное тело. Гарри постанывал, пытаясь насадиться на пальцы, но блондин держал его крепко, покусывая плечи партнера и наслаждаясь его стонами и дрожью желания.       Но долго дразнить он его не собирался и стал аккуратно растягивать, проникая пальцами внутрь. Долго он не смог терпеть и вскоре помогал Поттеру самостоятельно насадиться на свой твердый член. Гарри краснел, понимая, что его поза и положение очень открытое и непривычное, но он ощущал, что Люциус возбужден и желает его ничуть не меньше и отпустил себя, двигаясь в свое удовольствие и постанывая на каждое движение члена внутри себя.       Малфой не выдержал подобный темп, и вновь прижал Гарри к своей груди, начав толкаться в него с большой скоростью, слушая крики и стоны любимого. Так они и кончили, замерев и дрожа от напряжения и наслаждения.       Поттер тут же вырубился, так и оставшись с членом партнера внутри себя. Люциус улыбнулся, аккуратно выйдя из Гарри и очистив их от лишних жидкостей. Он вновь магией одел их и крепче прижал к себе своего котенка, засыпая. — Мистер Малфой, что вы здесь делаете? — а разбудил его сам Дамблдор. Мерлин, но почему так плохо с самого утра?