I don't wanna be your friend

Окада нервно потянула края неприлично короткого и настолько же неприлично обтягивающего её фигуру чёрного платья, стоя перед домом, где намечалась сегодняшняя вечеринка. — Чёрт, Азуми, я же говорила, оно мне слишком коротко, — недовольно протянула брюнетка. — Так это же хорошо. — Чего хорошего-то?! — А что хорошего в том, чтобы скрывать такие ноги, подружка? Кин что-то смущённо пробубнила себе под нос. Она чувствовала себя крайне некомфортно. Такая одежда была дня неё непривычной, да и само мероприятие не внушало должного доверия. — Ладно, хватит тут мяться, пошли уже. Кин резко потянула подругу за руку. — Может, нам стоит вернуться, и я переоденусь? — Прекращай уже, пошли. Наряд, так любезно предоставленный подругой, сразу смутил Окаду, которая ничего подобного и в помине не носила. Чёрное блестящее платье с длинными рукавами, небольшое декольте которого открывало вид на ключицы. Кин выглядела в нём просто отлично, но весьма пикантно, что её в корне не устраивало. И если на это платье она с горем пополам согласилась, то на каблуки, которые, по её же словам, дополняли образ дамы легкого поведения, ни в коем случае. — Вот поэтому у тебя и не клеится с твоим этим лилипутом. — Я тебя предупреждаю, ещё хоть раз его так назовешь, и я… — Поняла, поняла. Конечно, он в тебе девушку не видит, одеваешься, как парень, причём парень не из самой благополучной семьи. Окада косо взглянула на подругу, но оставила её критику без должного внимания. — Всё, ты надоела, пошли уже! Кин искренне не хотела туда идти, и с каждым шагом, который сокращал дистанцию до двери, она чувствовала, как камень, лежащий на душе, прибавляет в весе. Она надеялась поговорить с Ноей прошлым вечером, но тот остался в школе допоздна, готовясь к тесту, так что девушке пришлось провести ещё одну бессонную ночь, мучаясь от чувства вины, переполнявшего её. В кромешной темноте, сидя у окна своей комнаты, она караулила парня. Вернулся он действительно поздно, но только когда Кин увидела его, на её душе стало хоть чуточку спокойней. И сейчас она идет на мероприятие, на котором бы предпочла не появляться. Время не позднее. Восемь часов вечера, на небе ещё виднеются отголоски ярко-красного заката, и, судя по количеству машин около дома, да и в целом тихой обстановке, вечеринка только-только началась. Кин и раньше бывала на подобных торжествах, но сейчас ей вообще не нравилась эта затея. У входа виднелись совсем не знакомые ребята. Явно не из школы. Всё же этот Сатоши имеет очень большой круг общения. Азуми была явно в лучшем расположении духа. Школьница очень тщательно готовилась к этому вечеру, который, как она говорила, может решить её судьбу. — Смотри, я же говорила, это не дом, а настоящий дворец! Всё же этот Сатоши богат. — Не он, а его родители, и почему тебя это вообще волнует? — Да не знаю, может, мне к нему подкатить, а не к Ойкаве-сану. Парень он обеспеченный, будет мне подарки всякие дорогие дарить. — Просто отвратительно, Азуми! — Ой, мисс-нравственность, тоже мне!

***

Судя по количеству людей в просторной гостиной, вечер только начинался. Хотя одного взгляда на стол с кучей алкоголя было достаточно, чтобы спрогнозировать по какому пути он пойдет. Вокруг было много ребят из школы, но также много совершенно новых лиц. Азуми, обладавшая обширными знакомствами и связями, сразу побежала к толпе парней и девушек, а затем к другой, оставив свою подругу на произвол судьбы. Порой поступки девушки заставляли Кин задуматься, а подруги ли они вообще. Вот даже сейчас, это она притащила Окаду на праздник, на котором та появляться не хотела, а теперь бросила. Всё было ясно, как белый лист. Азуми обращалась к Окаде лишь по нужде. К ней она приходила, когда надо было выплакаться и попросить совет. Лучшее время, полное веселья и радости, она предпочитала проводить с другими людьми, а ныть Кин, ведь только ей из огромного числа подруг и друзей Азуми было не плевать. Вот даже сегодня. Кин прекрасно осознавала, что она здесь, только чтобы следить за пьяной подругой, да и сама Азуми прямо об этом сказала. Теперь Кин чувствовала себя ещё более некомфортно. Она в растерянности стояла посреди гостиной. «И что мне сейчас делать?» Всё же не стоять в центре комнаты с видом брошенного котенка. Она решила проследовать на пустующий диван, который стал её верным другом на этот вечер. Вскоре у входа послышались какие-то восторженные девичьи вопли. Эти вопли были знакомы каждому ученику Аобаджосай. Как сказала Азуми, его величество решил снизойти до простых смертных. — Ты чего тут сидишь? — спросила подошедшая Азуми. Кин обиженно отвела взгляд в сторону. — А что мне ещё делать? Ты пошла со своими друзьями здороваться, а я тут никого почти не знаю. — Ну прости, подружка, не моя вина, что ты такая дикая и ни с кем не общаешься. Не успела Окада что-то возразить, как внимание подруги переключилось на вошедшего в гостиную капитана волейбольной команды. Азуми спешно покинула подругу со словами: «Ну, пожелай мне удачи!»

***

К 11 часам вечеринка уже была в самом разгаре. Кин с тех пор не покинула диван. Она то и дело заглядывала в телефон, просто листая галерею или пялясь на заставку экрана. Девушка изо всех сил пыталась спрятаться в своем маленьком спокойном мирке. А вокруг творилась настоящая вакханалия. Людей было настолько много, что даже в этом огромном доме было негде яблоку упасть. Играет громкая музыка. Бутылки с алкоголем расходятся, словно горячие пирожки. Кто-то уже напился и лежал в углу, держась за голову, которая просто разрывалась. А кто-то уже побежал в туалет. На заднем дворе дома парочка школьников решила устроить заплыв в бассейне, а толпа вокруг снимала всё это на камеру, шумно выкрикивая. И если первый этаж напоминал дорогой ночной клуб, то второй был похож на менее приличное заведение. Азуми была уже порядком подвыпившая и всеми силами пыталась приблизиться к капитану волейбольной команды. Но тот либо намеренно избегал её, либо его внимание было обращено на других девушек. Зато другие парни явно не теряли возможности подкатить к пьяной школьнице, которая сейчас была безотказной. Кин молча наблюдала за этим со своего места, прожигая взглядом подругу, которая заливисто смеялась горьким смехом, танцуя в компании не того парня, с которым хотела бы. — И чего это такая красивая девушка скучает совсем одна? Голос, прозвучавший прямо над ухом, вывел девушку из своеобразного транса, в котором та пребывала. — Я не скучаю, — недовольно сказала Окада, раздражённая тем, что кто-то посмел нарушить её гордое одиночество. — Да брось. Выпей, повеселись и расслабься. Кин обернулась посмотреть на нарушителя своего спокойствия. Это был организатор вечера — Сатоши Араи. И чего это он подсел к ней? — Я не пью. — Вот поэтому ты такая грустная. Девушка нагло проигнорировала парня, который был на удивление трезв. — Извини, мне надо отойти. — На первом этаже ты в туалет не попадешь, его уже заняли бедолаги, которые не рассчитали с алкоголем. Иди на второй, — парень, разговаривавший весьма учтиво, решил дать девушке дельный, по его мнению, совет. Окада с удивлённым взглядом тихо кивнула и направилась в сторону лестницы. В коридоре второго этажа было довольно тихо, хотя и не безлюдно. Какая-то парочка предавалась страстному поцелую прямо на подоконнике, кто-то сидел на полу, прислонившись к стене и обхватив голову руками. Двое ребят курили и шумно смеялись возле другого окна. Оказавшись в уборной, Окада шумно выдохнула. Сейчас на душе было паршивей некуда, всё вокруг идёт не так, как нужно. Можно сказать, что в жизни девушки наступила чёрная полоса. Проблемы в школе, проблемы в личной жизни да и ещё поведение подруги усугубляет ситуацию. Сейчас Кин чувствовала себя одинокой, как никогда прежде. Она долго всматривалась в своё отражение в зеркале. В пустом взгляде читалась всепоглощающая тоска и усталость. За дверью были слышны оживлённые голоса и весёлая музыка. Кажется, сейчас все наслаждаются жизнью, лишь Кин хочет исчезнуть, словно её никогда и не было. Она несколько минут пялится в зеркало с абсолютно отсутствующим взглядом, прокручивая у себя в голове всё, что происходит у неё на данный момент в жизни. Внутри всё закипает. Она уже просто не в силах держаться. Руки буквально трясутся от злости на себя и весь чертов мир. «Пора идти домой», — пожалуй, это лучшее, что девушка сейчас может сделать. Покинуть этот круговорот мерзости, в котором она оказалась. Не успела она открыть дверь, как это сделали за неё. В уборную с шумом заваливается любовная парочка, которая вовсе и не замечает присутствие третьего лица. Подростки предаются горячему поцелую. Руки парня блуждают по телу изрядно подвыпившей дамы, явно указывая на то, что поцелуем дело не ограничится. Кин застыла в недоумении. Она в шоке смотрела на подругу несколько секунд и лишь потом смогла сказать: — Азуми, какого хрена ты творишь! Лишь сейчас парочка, которая так и не удосужилась проверить туалет на предмет приватности, оторвалась от горячих обжиманий и обратила внимание на девушку, стоявшую с широко раскрытыми от удивления глазами. — Ой, Кин, ты тут?! Чего двери не закрываешь? Или желаешь присоединиться? — подруга, которая уже с трудом держалась на ногах, залилась истерическим хохотом, полным горечи и боли. — Азуми, что ты делаешь?! — Кин всё ещё была в шоке от увиденного. А молодой человек тем временем прислонился к стене и устало опустил голову в ожидании, когда он и его дама на этот вечер смогут остаться одни. — А что я делаю? — с глупой улыбкой спросила школьница. — Херню творишь! Так, все мы идем домой! — Тебе надо, ты и иди! — постепенно блаженная улыбка начала преобразовываться в злобную умылку. В каждом движении и слове Азуми сквозила неконтролируемая пассивная агрессия. — Азуми, ты пьяна, пошли домой, — Кин сменила тон на более дружелюбный, чтобы не злить пьяную в стельку подругу. — Пошли ко мне, отоспишься, скажешь утром родителям, что ночевала у меня. — Я никуда с тобой не пойду! Если ты у нас такая праведница ты и иди, а у меня вечеринка только начинается! — Азуми, что ты несешь…– Кин устало потерла виски.– Всё, я сейчас вызову такси. — То и несу. Посмотри на себя, ты никому не нужна! Теперь ты хочешь, чтобы я была такой же?! Такой же никому не нужной замухрышкой?! Себе такси вызывай! Уйди отсюда, ты нам мешаешь! Слова лучшей подруги словно раскалённым докрасна ножом прошлись по сердцу девушки. Истерика, которую она контролировала, теперь уже стала стихийной. Кин одаривает подругу крепкой пощечиной и, шумно хлопнув дверью, покидает уборную оставив молодых «влюблённых» наедине. Дыхание перехватывает, а к глазам подкатывают слёзы. Она, сделав несколько неуверенных шагов, прислоняется к стене, прикрыв глаза и прикусив губы от сильнейшей душевной боли, начинает тихо стонать в кулак, а по щекам катятся горячие слёзы. Сейчас хочется провалиться под землю, исчезнуть.

***

— Наливай. — Чего?! Ого! Одну секунду, — в глазах Сатоши загорается настоящий огонь. Он очень спешит, ведь видит, что девушка сейчас в ужасном состоянии. Её глаза имеют болезненно красный цвет. — А ты это… что пить будешь? Кин присаживается на уже родной ей диван. — Всё, — тихо говорит она.

***

Вечер пошёл совсем не по продуманному сценарию. Один бокал, второй. Коньяк, вино, виски. Алкоголь взбудоражил молодую кровь, непривыкшую к подобному. Кин очень быстро опьянела. В глазах поплыло, а на душе на удивление стало так легко и приятно. Она уже ни о чём не переживала. И этот спутник ей уже кажется весьма приятным. Его губы бесстыдно блуждают по её тонкой шее, а девушка зарывается носом в его каштановые волосы. Они всё ещё на диване, вокруг всё ещё полно народу. Но никто не обращает внимание на эту пару. — Кин-чан?! Ой, простите… Кин! Ты тут?! Девушку на секунду отрезвляет до боли знакомый голос, который доносится из входа в гостиную. — Эй ты чего? — шепчет ей прямо на ухо хозяин дома. — М-мне пора. Едва Кин успевает встать с дивана, как ноги её совершенно не слушаются, и она вновь шумно падает на него. Её затуманенный взор направлен в толпу, откуда доносятся крики. Через несколько секунд Окада, видит обладателя столь чудесного для нее голоса. Нишиноя, который будто оказался в стране Гулливеров, с трудом проталкивался через веселящуюся толпу. Едва парень завидел Кин, он с волнением и тревогой во взгляде ринулся к ней. — Кин! Ты как? В порядке?! Идём домой, — волнительно произнёс он, хватая девушку за плечи. — Это что, брат твой младший? Ноя только сейчас обратил внимание на юношу, сидящего рядом. А ещё обратил внимание на то, что его рука нежно поглаживает девичье колено. — Ноя, чего ты это тут делаешь? Девушка оставляет вопрос соседа по дивану без малейшего внимания, потому что в её затуманенной голове сейчас крутится один единственный вопрос. Это реальность или какой-то бредовый сюрреалистический сон? — Мы идём домой! — твёрдо произносит парень, которого не на шутку разозлил хозяин вечеринки, но сейчас ему было не до разборок с ним, хотя этого хотелось неимоверно. Кин и не думала ничего на это возражать. Сейчас, когда в ней столько алкоголя, она плохо соображает, что происходит. Нишиноя тут, рядом, с полным волнения взглядом смотрит на неё. Если это не сон, то как он здесь оказался?