Fallout Equestria: Other Worlds

      В мире, где все с ног на голову перевернулось после взрыва мегазаклинания, казалось бы уже не осталось ничего нормального. Выжившие в первые дни после обвала мощи жар-бомбы на Эквестрию думали, что больше не увидят нормального мира. Так они жили 200 лет. В страхе и бесконечной битве за выживание. Окончанием этой битвы пока и не пахло. И только жители Стойл — прочных подземных убежищ — не знали бед. Они жили всегда в достатке (по крайней мере, большая часть).       Шло время, Стойла ветшали, пони с Поверхности становились все свирепее и злее. Последние начали совершать набеги на подземные убежища, а несчастные стойловские пони не были готовы к такому повороту судьбы. Кто-то сдавался и погибал, кому-то удавалось дать отпор и спасти свой дом, а к кому-то рейдеры даже не сумели пробиться. Но все ли в действительности было так гладко в этих Стойлах?

***

      Стойло 13, находившееся на окраине Мэйнхэттена, относилось к тем Стойлам, в которых пони была чужда нормальная (относительно других убежищ) жизнь. Стойло 13 являлось экспериментальным Стойлом, в котором над всеми жителями ставили опыты.       Изначально брали одну семейную пару, ждали когда кобыла будет оплодотворена и вводили ей один из экспериментальных препаратов. Затем ожидали рождения жеребёнка. Теперь самое интересное.       Если жеребёнок рождался мертвым, его родителей отправляли на повторный опыт (если и второй раз ничего не получалось, обоих родителей в начале исследовали, а потом прогоняли).       Если рождался живым и здоровым — его сохраняли (в прямом смысле), а родителей убивали, так как зачастую они были против «заморозки» их малыша (ещё существовал такой вариант, что от них избавлялись чтобы избежать перенаселения Стойла). Но из этого следует, что все их опыты пошли бы насмарку, потому что не осталось бы больше семей для продолжения экспериментов.       Если же жеребёнок оказывался живым, но с некоторыми аномалиями, всех (и родителей, и жеребёнка) убивали. Откуда же они брали всех этих пони?       Ловили на Поверхности. Специально обученные простые пони — Разведчики — исследуя Внешний Мир, искали новых образцов. Найдя их, смотрительница посылала следующую группу пони — Охотников. Эти уже были не совсем обычными лошадьми. Киборги, их было практически невозможно одолеть. Даже убежать не представлялось возможным. Вам, наверное, интересно знать что же такое делали с замороженными жеребятами. Над ними проводили опыты. Точнее сказать над нами, ведь я, Рэйнбоу Пэинтер, одна из тех жеребят из Стойла 13.       Каких только «мутантов» не было в нашем «доме»: и искусственные аликорны (к телу обычной пони пришивали крылья от одной пони и рог от другой), и пони-«летяги»(им растягивали кожу от локтевого сустава и выше), и нетипично окрашенные (это обычно делали с белыми жеребятами, их использовали как палитру). Некоторым делали инъекции всяких стимуляторов, отчего их жизненные показатели повышались в несколько раз, но эти пони должны были постоянно получать дозу препаратов чтобы эффект не сошёл на нет (если бы они вышли из заморозки, их жизнь была бы не долгой). Другим вживляли микрочипы, а иногда и заменяли целые конечности на механизированные.       Опыты начинали проводить не сразу, а через пару месяцев после рождения, когда новорожденный организм адаптировался к заморозке. Эти эксперименты заканчивались только в том случае, если подопытный погибал. И затем на его место приходил новый. И все начиналось заново.       Никто из нас не готов к внезапному переселению на Поверхность, но у всех как под копирку заложено в сознании: «Только выберешься из заморозки — сразу беги подальше от этого места». Конечно, никто ещё не выбирался (так я раньше думала), но когда все произошло у меня в голове прозвучало именно это.

***

— Идиот! Кто тебя просил выключать питание?! — зеленогривая единорожица хлопнула по затылку темно-коричневому жеребцу. — Я д-думал, так б-будет лучше… — промямлил тот. — Что-что ты подумал?! — Н-ну… внезапная остановка подачи жизнеобеспечивающего раствора и… ну она бы показала наиболее устойчивых образцов… — СОВСЕМ ЧТО ЛИ? ЭТА КНОПКА НЕ ТОЛЬКО ПРЕКРАЩАЕТ ПОДАЧУ РАСТВОРА, НО И ОСТАНАВЛИВАЕТ ЗАМОРОЗКУ! — единорожка перевела дыхание. — Включи обратно пока все образцы не разморозились! — Х-хорошо. Оба пони ушли.       Я почувствовала, впервые за все время, некоторую невесомость. Пока раствор поступал, все «образцы» пребывали в состоянии глубокого сна. Но теперь все мы начали постепенно пробуждаться.       Я приоткрыла глаза, слегка пошевелила сначала одной ногой, потом головой, затем чуть подалась вперед и уперлась в стеклянную дверцу. Надавив сильнее, дверца распахнулась, а весь раствор вместе со мной вылился наружу.       Первые секунды я жадно глотала воздух, распластавшись в луже только что вылившегося раствора. Страх отступил и я попыталась подняться. Из-за постоянного пребывания в невесомости мышцы ног совсем ослабли, и мне потребовалось время чтобы привыкнуть к новому пространству.       Кстати, так как мы все были «жителями» Стойла 13, на нас были надеты ПипБаки. Точнее не надеты, а вживлены. Прямо в тело. Туда, где у обычных пони надеты обычные ПипБаки, а не дисплеи от них. Эти устройства соединялись с компьютером на внешней стороне капсулы заморозки и собирали информацию о подопытном пони.       Мой ПипБак, как только я покинула капсулу, отключился от основной системы и стал работать в автономном режиме (стал сохранять все данные о состоянии пони до следующего подключения к системе). Наивный дисплейчик ещё не знал, что следующего подключения не будет. Как и я тогда. АСЖО*: отключение от главного терминала. АСЖО: активация резервного хранилища. АСЖО: автономный сбор данных.       Я глянула на дисплей и… ни слова не поняла, что там высветилось. Если бы не голос системы я бы так и не узнала, что там написано. Дело в том, что все время с момента рождения мы провели в криокапсуле и никто нас, понятное дело, не учил читать, писать, считать и т.д.       Выбравшись из капсулы, проснулось дичайшее любопытство. Мне захотелось узнать как все остальные пони живут без жизнеобеспечивающего раствора. Пока что меня очень сильно интересовал вопрос: как же они передвигаются? Приближающиеся шаги вывели мой мозг из зарождающихся мыслей. — ГРЕЙВОРМ! ИДИ СЮДА И ПОСМОТРИ ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ! — зеленогривая единорожица закричала. — Ч-что не так? Я же включил обратно хладогенератор, — только подошедший жеребец потупил глаза. — ПОЗДНО ВКЛЮЧИЛ! — она продолжала кричать. — Я не… — начал было жеребец. — Не надо тут оправдываться! — А… а что с этим теперь делать? Темно-серый пони указал на меня, застывшую от неожиданных громких звуков. — Что что? Избавляться! — единорожка снова ударила его по затылку. — Избавляться?! Но… но это же наш лучший образец, — он начал копаться в своём нормальном ПипБаке. — И что с того? Теперь он испорчен. Сломан под влиянием пробудившегося мозга. Над пони с нормальным сознанием ничего не сделаешь. — Но… — ВЫПОЛНЯЙ! Зеленогривая развернулась, демонстративно хлопнула дверью и ушла. Жеребец, Грейворм, сделал инъекцию снотворного мне и я снова погрузилась в невесомость. АСЖО: идёт анализ. АСЖО: подсчёт характеристик. S(сила) — ур 5(+0,5) P(восприятие) — ур 1(+0,5) E(выносливость) — ур 5 C(харизма) — ур 1 I(интеллект) — ур 1 A(ловкость) — ур 3 L(удача) — ур 1(+0,5) АСЖО: подсчёт завершён. АСЖО: разрабатывается идеальный вариант для увеличения характеристик. АСЖО: error. ошибка. ошибка. АСЖО: увеличение характеристик невозможно без главного терминала. АСЖО: ошибка. — ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ УЖЕ! — проворчал Грейворм, оттаскивая мое бездыханное тело к Двери Стойла 13. — Жаль, такой хороший образец… Дверь Стойла захлопнулась, оставив меня снаружи.