open your eyes, this is illusion.

За прошедший год многое в Детройте изменилось. Революция настигла всех: людей, андроидов, все предприятия, будь то промышленные или сельскохозяйственные. Перечислять их все нет смысла, ведь их немалое множество. Факт остаётся фактом: после принятия андроидов как таких же граждан с равными правами, свободой и такой же ответственностью перед законом, как у людей, многие компании потеряли главную рабочую силу, которой являлись в большинстве своём именно андроиды. Многие уходили, не желая быть «рабами». Работодатели не могли ничего сделать, ведь представители новой разумной формы жизни имели полное право так поступать. Но ко всему прочему, некоторые всё же оставались на своих рабочих местах, зачастую лишь из-за того, что не имели ни малейшего представления о том, ЧТО им делать дальше даже после осознания своей свободы действий. Такими были, в основном, более старые модели андроидов, область выполнения действий которых была более узкой, по сравнению с современными моделями. Крупные потери и наступающий на пятки крах по-своему потерпела и компания «КиберЛайф». Мало того, что во время революции огромное количество складов просто-навсего опустело (к чему непосредственно приложила свою пластиковую руку передовая модель андроида-детектива, ставшая после своего доблестного поступка героем в кругах девиантов), так ещё и финансовое положение компании оставляло желать лучшего. Но ко всему прочему невозможно не добавить, что создатель андроидов, основатель и бывший владелец компании – Элайджа Камски, вновь мог встать на свой законный пост. По крайней мере слухи ходили именно такие, если можно назвать слухами неофициальную информацию из новостных статей. Конечно, такой факт, как возможное возвращение «отца» всех андроидов несомненно мог спасти компанию и вернуть ей былое величие и влияние. Ведь, как ни крути, Элайджу любили очень многие, будь то люди или андроиды. Во время революции некоторым девиантам удалось пересечь границу Канады, и где-то половина из всех этих немногочисленных счастливчиков так и осталась там жить, ведь жизнь была в стране кленового сиропа и хоккея поспокойнее, чем в разгромленном машинным восстанием Детройте. В течение этого года не стоял на месте и «Иерихон». Лидер сообщества девиантов – Маркус, делал всё, что в его силах и компетенции, чтобы обеспечить безопасность своему народу, комфорт и мирное сосуществование с людьми, хоть с последним и были определённые трудности. «Иерихон» договорился с «КиберЛайф» о сотрудничестве, в случае необходимости замены или выдачи биокомпонентов и деталей, а также для обеспечения подачи тириума. Впрочем, благодаря этому сотрудничеству компания и держалась на плаву. Также для обеспечения комфорта был отремонтирован в силу своих возможностей корабль «Иерихон», считавшийся главным штабом девиантов, своеобразной штаб-квартирой, образно говоря. Но вскоре стало понятно, что одного лишь корабля для проживания становилось маловато, ибо количество пробуждённых росло с каждым днём. Именно поэтому уже не первую неделю велись переговоры с Мадам Президент, пока что не давшие совершенно никаких плодов. Вот и сейчас в достаточно просторном переговорном помещении по противоположные стороны длинного стола, что находился посередине, сидели президент Уоррен в своём неизменно тщательно выглаженном светлом брючном костюме и смуглый андроид в чёрном костюме с белой рубашкой и таким же чёрным галстуком, с различным цветом оптических блоков: один – небесно-голубой, а второй – светло-зелёный. Только вот на виске нет диода (как и у большинства девиантов), из-за чего его сходство с человеком было потрясающим. Это и есть лидер сообщества свободных андроидов – Маркус. — Пробуждённых становится всё больше, Мадам Президент. Мы, андроиды, официально являемся гражданами Детройта. Жизнь на пусть местами восстановленном, но всё так же полуразрушенном, старом корабле – это нечто неразумное. Как лидер «Иерихона», я обязан обеспечивать безопасность и комфорт для проживания своего народа. Я несу ответственность за них и обеспечение благоприятных условий их существования, — спокойным, уверенным, но более настойчивым, чем раньше тоном произнёс Маркус, положив сомкнутые в замок руки на поверхность стола перед собой, с прямой спиной сидя на стуле. — Я прошу выделить нашему народу участок земли, здания, чтобы жить там. Просто участок и здания, ничего более мы не просим. Со всем остальным мы разберёмся. Кристина Уоррен, а именно так её и звали, прикрыв глаза, тяжело вздохнула. Переговоры велись уже не первый час, и складывающаяся ситуация её начинала немного утомлять, хотелось как можно быстрее уже закончить это всё. Спустя месяц от начала переговоров было разумным уже просто дать андроидам, а вернее «Иерихону», то, что они хотят. Поэтому, вздохнув ещё раз, Мадам Президент открыла глаза и немного уставшим голосом произнесла. — Хорошо. Да будет так. Мы выделим вам участок земли в пригороде Детройта, где стоят заброшенные здания. Выделенная вам территория будет только ваша, можете в последствии считать это неким городом андроидов. Для ремонта разрушенных зданий будут выделены ресурсы. — Благодарю за сотрудничество, Мадам Президент, — Маркус и Кристина Уоррен пожали руки. Затем эта картинка сменилась на сидящего за столом телеведущего. — Итак, по итогам этих переговоров, длившихся почти месяц, лидер «Иерихона» и Мадам Президент пришли к общему решению выделить для девиантов один из заброшенных пригородов Детройта. Неужели действительно теперь появится город андроидов? И что думают на этот счёт жители Детройта? Об этом и многом другом в следующем выпуске новостей «Канала 16». С вами был я, Майкл Уэбб, и до встречи завтрашнего дня на нашем канале в 20:00, — и экран телевизора погас с неприятным треском и такой же не менее неприятной светлой вспышкой. — Твою мать, ну нихрена себе, неужели спустя месяц этот оболтус и эта мадам пришли хоть к чему-то, как неожиданно. Я думал уже сдохну, когда это закончится, — проворчал Хэнк и сделал большой глоток травяного чая. Ещё год назад, наверное, вместо мутного горячего напитка в его руке была бы стеклянная бутылка желанного пива, ну или же не менее желанного виски, но сейчас это было невозможным по одной причине. И эта причина, контролирующая его рацион питания и образ жизни, сидела слева от старого матёрого полицейского рядом, на диване. — Вы думаете, что он – оболтус? — Коннор повернул голову на напарника и немного обиженно поджал губу, принимая это и на свой счёт частично тоже. — По-вашему, все андроиды оболтусы? Но всё же насчёт продолжительности данных переговоров невозможно не согласиться… — заметив выражение лица девианта, Хэнк прикусил язык и примирительно похлопал того по плечу. — Да не все андроиды, ну чего ты? Нашёл на что дуться, я же не про тебя. А оболтус он из-за того, что месяц не мог убедить женщину выделить вам свою территорию. Да её даже я бы мог убедить быстрее, просто Маркус слишком мямлил, как размазня… Ладно-ладно, молчу! — замолк лейтенант, заметив недовольно сдвинутые брови Коннора. — Слушай… вот сказали, что это будет какой-то город своеобразный для андроидов. Я к тому, что когда построят там всё… Ты хотел бы туда переехать? — Вы выгоняете меня?.. — пролепетал девиант, сжав ткань своих брюк в ладони на коленях. Хэнк сразу оживился и, пробубнив нечто вроде «так и знал, что скажешь это», замахал руками. — Если Вам так неудобно и некомфортно, то почему Вы не сказали раньше?.. Я бы давно съехал… — Э-э нет, сынок. Ещё чего! Я же не это имел в виду, ты чё. Живи сколько угодно, просто там же вроде твой… народ? Ты же с ними, в частности с Маркусом, часто связываешься. Разве тебе не удобней там жить? — Хэнк, меня более чем устраивает жить с Вами… Вы так думали весь год моего нахождения в этом доме? Мне вполне комфортно находиться здесь. И вполне устраивает то, что я связываюсь дистанционно и лишь иногда приезжаю туда при надобности, — ладони Коннора всё ещё держали ткань брюк на коленях в кулаках, что не скрылось и от матёрого полицейского. — Ладно, признаю, лишнего сказанул, прости уж старика. Мозги херово работают, порой кажется, что их нет вовсе. Андерсон сделал ещё один глоток травяного чая, поморщившись, ибо не совсем любил привкус этой жижи. «Но так надо» – всегда говорил себе он, пытаясь воздержать себя таким образом от того, чтобы вылить эту бурду в раковину. Один раз он уже попытался так сделать, за что пришлось потом слушать нравоучительную и тягомотно длинную речь о пользе этого чая от андроида, поэтому в дальнейшем больше избавляться от мутной жидкости не стал. Но несмотря на это, не мог устоять перед соблазном сказать в очередной раз. — Ну и гадость… иногда кажется, что ты отравить меня хочешь, — заметив уже открывающийся рот Коннора, лейтенант резко продолжил говорить. — Ладно, короче, чё там насчёт расследования? — и оставшееся время они обсуждали очередное дело.

***

В это же время, в Канаде, в небольшой, но крайне уютной квартирке на диване сидела женщина-андроид и андроид-ребёнок в обнимку, закутавшись пледом. Они смотрели новости по телевизору, в которых говорили о том, что переговоры между «Иерихоном» и президентом Уоррен подошли к затянувшемуся завершению. По итогу андроидам был отдан пригород Детройта, где они могли построить свой город и жить так, как им хочется. Детройт… Как же порой Кэра, та самая женщина-андроид, скучала по этому городу. Ведь именно там она встретила свою дочь, Алису, впервые обрела там свою семью. В Детройте им через многое пришлось пройти, многое преодолеть. И, к сожалению, это многое было совсем не приятным. Хотелось забыть все эти беды из прошлого. Но она андроид и, к глубочайшему сожалению, не сможет забыть произошедшего. Как и Алиса, которая была тоже андроидом. В Детройте во время революции на каждом шагу их поджидала опасность, грозящая забрать их жизни. Одного из них смерти удалось настигнуть. Это был Лютер. Он погиб под обстрелом, когда они втроём переправлялись на лодке через реку. Свобода была так близка, Канада была так близка… Но самое главное было то, что они смогли добраться до неё. Пусть и вдвоём, но смогли. Хотя бы кто-то из них смог. Здесь, в Канаде, они смогли наконец-то жить спокойно. У них была своя квартира, они были у друг друга. Их никто не трогал, они обе старались жить настоящим и не думать о том, что было. Но ведь вечно убегать от прошлого не удастся. Лишь один звонок может всё кардинально изменить. Один единственный чёртов звонок из прошлого.