Опиум для никого

…эдакий своеобразный лозунг был сформулирован в альбоме «Опиум»: «Музыка — это опиум для никого». Что это означает? Исходя из фразы «Религия — это опиум для народа», которую в своё время ввели социал-демократы. Появилась такая антитеза. «Опиум» — в том же значении, в котором это слово употребляли коммунисты, то есть нечто одурманивающее. А «для никого», потому что искусство — вещь самоценная и никому не принадлежит, ни от кого не зависит. И, грубо говоря, даже мы, люди, которые его творят, в той же мере зависимы от искусства и подчиняемся ему, как и зрители.

      Сигаретный дым смешался с тошнотворными запахами мусора и мочи. Тусклая лампочка освещала небольшое пространство около себя, и её свет падал на профиль молодого человека, что сидел на ступеньках подъезда, прислонившись спиной к стене. Чёрные кудри выглядывали из-под капюшона чёрной худи, в одной руке была зажата тлеющая сигарета, другой же он пальцами отстукивал непонятный ритм по колену. Глаза были закрыты, брови нахмурены, образуя складку между ними, а потрескавшиеся губы сжаты в тонкую полоску. — Опять куришь? — раздался в тишине звонкий девичий голос.       Макс открыл глаза и поднял взгляд. Лампа осветила девушку, что села напротив молодого человека. Её белокурые волосы собраны в высокий хвост, а голубые глаза, слишком большие для её лица, бегло осматривают лицо напротив. — Опять худеешь? — вопросом на вопрос ответил юноша, усталым взглядом зелёных глаз окидывая выпирающие скулы на осунувшемся лице и ключицы, выглядывающие из-за ворота растянутой серой футболки.       Стушевавшись под его взглядом, Надя натянула рукава чёрной толстовки на тонкие пальцы, заканчивающиеся обгрызенными ногтями. Закусив губу, она заметила, что он внимательно наблюдает за ней. Она притянула коленки к груди и положила на них подбородок, сцепляя пальцы в замок, закрываясь от его взгляда. — Ты же знаешь, что я не специально, — устало вздохнула она, отведя взгляд от лица Макса и переведя его на пальцы, отбивающие ритм. — А вот я специально, — улыбнулся он, чуть приподнимая уголки губ.       Воцарилась тишина, были слышны лишь приглушённые удары пальцами о ткань спортивных штанов и треск лампочки. Макс потушил окурок, забросил его в кучу других и снова закрыл глаза, запрокинув голову и чуть ударившись о стену затылком.       Им было легко молчать в компании друг друга. Они, казалось, были рядом на протяжении всей своей восемнадцатилетней жизни: жили в одном подъезде, ходили в один садик и даже в школе были в одном классе. Но вот что страннее всего, друзьями они не были. Надя бы назвала их хорошими знакомыми. А вот Макс бы сказал, что она заноза в его заднице. Красивая такая. Строит из себя прилежную девочку со страстью к учёбе, а на деле мечтает выкурить парочку сигарет в его компании и забыться. — Сегодня пришли последние результаты экзаменов, — прервала тишину девушка. Макс открыл глаза и поднял бровь в ожидании продолжения. — У меня 96 баллов. — Поздравляю, — парень усмехнулся, достал из кармана пачку сигарет и закурил одну. — Надеюсь, ты счастлива, — выдыхая дым ей в лицо, продолжил он. — Могла и лучше, — Надя, закрыв глаза, глубоко вдохнула, чувствуя, как никотин начинает клубиться в легких. Макс улыбнулся, заметив это, и передвинул лицо ближе к ее, делая новую затяжку и осторожно выдыхая в чуть приоткрытый рот девушки.       Она, почувствовав на лице чужое дыхание, испуганно открыла глаза и вскочила с места. Сказав напоследок тихое и заикающееся «до завтра», Надя сбежала, не заметив его ухмылки, брошенной ей вслед. Зато Макс заметил, как при последней сказанной ею фразе Надя с силой сжала кулаки, скорее всего оставив лунки на коже рук.

***

Я крашу губы гуталином я обожаю чёрный цвет И мой герой он соткан весь Из тонких запахов конфет Напудрив ноздри кокаином я выхожу на променад И звёзды светят мне красиво И симпатичен ад

      Весь следующий день Надя провела, выбирая пятерку вузов, куда можно подать документы на поступление. С набранными ею баллами она проходила на бюджет практически везде, но приоритетом она сделала вуз в Питере. Её давняя мечта, увидеть разводные мосты, белые ночи и самый европейский город страны, город, где совершалась история. Вот только родители, когда узнали об этом, сказали ей забыть о Питере и поступать в Москву. Рассорившись с ними в пух и прах, она быстро накинула на себя ветровку и сбежала на крышу.       Это был маленький островок спокойствия и тишины. Однажды случайно увидев, как старшая по подъезду прячет ключи от крыши, девушка приходила сюда отдохнуть и отвлечься от всего мира. Вот и сейчас забежав и рухнув на колени, она громко зарыдала, прижав руку ко рту, заглушая крики.       «Надежда — надежда родителей. Поступит в престижный вуз, получит красный диплом. Найдёт прибыльную работу, удачно выйдет замуж. И родит парочку красивых и прилежных внуков. Даже если и сама хочет от жизни другого»       В последний раз всхлипнув, Надя поднялась и прошла к краю, на ходу вытирая рукавом слёзы. Она посмотрела вниз и оглядела родной город, ещё раз судорожно всхлипнув. Обычный небольшой город с пятиэтажками, маленькими дворами и кучей деревьев. Как там говорят, захолустье. Мечта — уехать отсюда в Питер, была в её голове слишком долго, чтобы сейчас отступать от неё. Но спорить с родителями практически невозможно, это что-то за гранью реальности — победить их в споре.       Сделав глубокий вздох, девушка рукавами протерла лицо и легла на спину, раскинув руки в сторону и смотря на плывущие белоснежные облака. Она закрыла глаза и сосредоточилась на звуках, окружающих её. Во дворе внизу был слышен гомон детских голосов и скрип старой качели, где-то вдалеке выбивали ковёр. Слышен шум листвы от очередного дуновения ветра, а в небе совершали полёт птицы.       Сосредоточившись на звуках, исходящих от проезжающей мимо машины, Надя не заметила тихих шагов, направляющихся к ней. Поэтому испуганно распахнула глаза, когда услышала хриплый голос. — А я думал, что один знаю, где хранятся ключи.       Надя облегченно выдохнула, когда узнала в зашедшем парне Макса. Привычная чёрная худи, спортивные штаны и чехол с гитарой за спиной. Между губ зажата не зажженная сигарета. Сняв чехол и положив его на пол, он присел рядом с девушкой, что поднялась и села, откинувшись назад и оперевшись на руки. — Я тоже не знала, что сюда кто-то приходит. Ни разу не видела тебя здесь, — блондинка посмотрела на него, неловко улыбнулась и пожала плечами. От очередного порыва ветра её длинные золотистые волосы — гордость родителей — разлетелись, она запустила пятерню в волосы, пытаясь их расчесать и завязать их в жгут с помощью резинки.       Макс промолчал в ответ, пожав плечами, и внимательно осмотрел заплаканное лицо девушки, покрасневшие глаза и кончик носа, при этом отметив неестественную бледность и очевидную худобу. Заметив такое пристальное внимание к себе, Надя покраснела и отвернулась, посмотрев перед собой. Парень же ухмыльнулся такому застенчивому поведению и, не отводя взгляда, достал зажигалку, поджигая сигарету между зубов. Девушка бросила взгляд на него, когда услышала, как чиркнула зажигалка, и не смогла его отвести. Парень втянул в себя никотин, от чего на лице выделились скулы, и выдохнул его, запрокинув голову наверх. — Завтра выпускной вечер. Какое розовое платье ты выбрала на него, куколка? — поймав девушку за разглядыванием, из-за чего её щеки вновь залила алая краска, Макс решил смутить её ещё больше. — Вообще-то, оно чёрное, — улыбнулась девушка. — Не может быть, — притворно удивившись, он открыл рот и выпучил глаза, — разве Барби носят чёрное?       Надя нахмурилась, закусив губу, поменяла позу, садясь по-турецки, впиваясь пальцами в ладони и расположив кулаки на ногах. Она грустно посмотрела на Макса, что повторил её позу, чуть наклоняясь вперёд к ней. — Барби может носить все, что захочет. — Верно, — согласился он, в любопытстве изогнув бровь.       Между ними воцарилась тишина, где каждый думал о своём. Девушка расслабилась, понимая, что он не виноват, это её родители видят в ней лишь воплощение своих мечт и желаний. А ведь мама действительно купила ей розовое нечто, больше похожее на зефир, нежели на платье. Вот будет для неё сюрприз, когда она увидит то платье, что Надя купила на деньги, которые дала ей бабушка. Это заставило её счастливо улыбнуться. Внезапно она услышала мелодию и оглянулась на Макса, что сейчас пальцами перебирал струны своей гитары. — Что ты будешь делать после выпускного? — спросила девушка после того, как молодой человек проиграл несколько разных мелодий.       Гитара резко замолчала, а парень поднял зелёные глаза, внимательно смотря на девушку перед собой. Он наклонил голову в бок, думая сказать ли правду или отшутиться. — Рвану в Питер, стану свободным музыкантом, наконец, займусь искусством, — решив сказать правду, пожал Макс плечами. — А как же образование? — удивленно спросила Надя. — Я завалил практически все экзамены, — усмехнулся он, — ещё матери не говорил, но представляю её реакцию. — Но ты же можешь сдать вступительные в вузе, — кивнула девушка, подтверждая свои слова, — уверена, если ты захочешь… — Я не хочу, — перебил девушку Макс. — Образование — это не самая важная вещь в жизни. Самое главное, это найти себя и своё призвания. И я больше, чем уверен, что мое призвание никак не связано с образованием и наукой. Я хочу писать музыку, которая затронет за душу, которую люди будут слушать и чувствовать. И я должен следовать за своей мечтой.       Парень замолчал, заметив, как девушка вздрогнула при последних словах. Она смотрела на него большими глазами, в которых отражалось закатное солнце, и ему до жути хотелось знать, что было в ее голове в тот момент, о чем она думала. — О чем ты мечтаешь? — заглянув в ее глаза, спросил Макс. — Тебе правда интересно? — застенчиво спросила она, заправляя за ухо выбившийся из подобия прически локон. — Если бы не было, я бы не спрашивал. — Я просто хотела бы уехать в Питер, завести свой блог и разводить цветы, — улыбнулась Надя, засмотревшись на закат. — Знаешь, я всегда мечтала о собственном саду с кучей различных цветов, создавать различные букеты и дарить красоту людям.       Девушка замолчала и мечтательно улыбнулась. Тем временем на небе стали появляться первые звезды. Затихли детские голоса внизу, и вдалеке был слышен гул машин. — Какие цветы ты любишь? — после недолгого молчания поинтересовался парень. — Все, — засмеялась Надя, — м-м-м, — задумалась она, прикусив нижнюю губу, — наверное, розовые пионы, полевые цветы очень красивы. А ещё цветочные венки в волосах, они так прекрасны.       Макс не заметил, как губы растянулись в нежной улыбке, пока он наблюдал за её откровением. Девушка была такой маленькой на фоне потемневшего неба, но при этом её глаза светились силой, которую она сама в себе не видит. Внезапно её улыбка погасла, когда Надя вспомнила, что время уже позднее, а она забыла взять телефон, когда убегала. — Мне пора идти, — тяжело вздохнув, девушка поднялась, отряхиваясь. — Слушай, — слова парня достигли её на выходе с крыше, и она обернулась, — я думаю, тебе нужно следовать за своими мечтами, — и, видя, что девушка хочет его перебить, добавил, — родители не могут жить твоей жизнью. Это твоя жизнь, и только ты можешь прожить её.       Надя только кивнула и поспешила домой, раздумывая над словами Макса. Она понимала, что он прав, но также понимала, что сделать что-то с родителями не может. Дома её встретила мама и лекция о том, как она разочаровала своим поведением, во время которой она решила, что будет делать так, как хочется ей. И окончательность её решения подтвердила фраза «Мы хотим только лучшего для тебя и мы знаем как будет лучше!».

***

Убей меня убей себя ты не изменишь ничего У этой сказки нет конца ты не изменишь ничего Накрась ресницы губной помадой А губы лаком для волос Ты будешь мёртвая принцесса А я твой верный пёс

      Утром Надя сбежала к подруге собираться на выпускной вечер, пряча в капюшоне розовой худи отстриженные вечером волосы. Выпускной начнётся в школе, там им вручат аттестаты, а после отвезут в ресторан. Сказав родителям, что встретится с ними в школе, она начала собираться.       Подруга, увидев её короткие волосы, открыла рот в удивлении, но быстро взяла себя в руки, сказав, что ей очень идёт, и помогла их подровнять и сделать прическу. В итоге золотистые волосы были завиты и едва доставили плеч девушки. На лице было решено сделать чёрные стрелки и добавить на веко чуть-чуть блестящих золотых теней, длина ресниц подчёркнута тушью. Блеска и живости лицу добавили хайлатер на скулах и носе и розовые румяна на щеках. Губы накрасили розовой матовой помадой.       Оставшись довольной своим образом, девушка достала платье, от чего подруга открыла рот во второй раз, а Надя смущенно улыбнулась. Когда мама выбрала ей то розовое нечто, сама девушка заметила это платье и поняла, что оно то самое. Это было чёрное платье в пол, сшитое из атласной ткани. Верх был на чёрных тонких бретелях, от которых треугольниками расходился лиф, подчёркивая грудь, под которой был пояс. От пояса шла юбка, что расширялась к низу. Но самым интригующим был разрез на юбке от середины бедра.       Девушка в нем выглядела великолепно, так как бретели подчеркивали ключицы девушки, пояс — осиную талию, а в разрезе её ноги казались бесконечными. Обула она босоножки на тонком каблуке и тонким ремешком вокруг лодыжки. Образ завершили серебрянные серёжки с белыми камнями и тонкая цепочка, конец которой располагался точно в ложбинке между грудей.       Когда Надя появилась в школе, все провожали её удивленными взглядами. От встречи с родителями её спас Макс, который, увидев девушку, поспешил к ней, усмехаясь её внезапному бесстрашию. Он взял её за руку и повёл из актового зала прочь, оставляя позади разозлённую маму, что только заметила появление своей дочери.       Пока Надя перебирала ногами, чтобы успеть за парнем, она заинтересовано рассматривала его наряд. Это был чёрный костюм, состоящий из пиджака и штанов, под воротом пиджака виднелась чёрная рубашка, а на ногах обуты вансы. В одной руке он держал подарочную коробку. Макс завёл её в пустой коридор, присел на подоконник и заинтересовано осмотрел девушку с головы до ног. — Прекрасно выглядишь, — широко улыбнулся он, теребя в руках коробку. — Спасибо, — смущенно улыбнулась Надя, — не слишком? — Нет, — покачал он головой, заметив, как она теребит подол платья, взял её за руку. — Вообще-то, у меня для тебя подарок.       Парень открыл коробку, внутри которой лежал венок на голову из сухоцветов: фиолетовый брум, белый озотамнус и веточки рускуса. Девушка прерывисто вздохнула, а в её глазах стояли слёзы восторга и восхищения. Никто до этого не дарил ей ни то что обычных букетов цветов, ни тем более цветочных венков. Надя издала писк и бросилась обнимать парня, обхватив руками шею. Макс вскинул в удивлении брови, но обнял её в ответ, положив руку на спину девушки, а носом зарываясь в волосы. От неё исходил сладкий цветочный аромат, и он вздохнул поглубже, стараясь запомнить его. — Нам нужно идти, скоро все начнётся, — парень мягко отстранился и достал венок из коробки, одел его на голову блондинки, критически осматривая, и, кивнув самому себе, встал с подоконника и протянул руку девушке. Она приняла её, счастливо улыбаясь.       Когда они зашли в актовый зал, все уже расселись по своим местам, директор начала свою речь. Вручение аттестатов прошло, как в тумане. Родители Нади бросали на неё сердитые взгляды, от чего девушка была напряжена весь вечер, и лишь рука Макса, держащая её ладошку, немного успокаивала. — Надежда, — послышалось яростное шипение матери, когда вручение подошло к концу. — Что за вид? Почему ты позоришь нас? Я купила тебе потрясающие платье! А волосы, что ты сделала со своими волосами? Мы так долго растили их, чтобы ты взяла и отстригла их! — А мне кажется, — возразил стоящий рядом с девушкой Макс, чуть выходя вперёд и загораживая ее собой, — Надя волшебно выглядит, и ей очень идёт эта стрижка. — Молодой человек, прошу вас не лезть в наши семейные дела, — с ядом в голосе проговорила женщина. — Надежда, собирайся, мы идём домой. — Но дальше же по программе ресторан, — нахмурившись, сказала девушка. — Мы туда не пойдём, — воскликнула женщина и, дёрнув за рукав пиджака мужа, что молча выслушивал очередную истерику, продолжила, — скажи ей, Пётр.       Мужчина взглянул на свою дочь, отмечая блестящие от счастья глаза и легкую улыбку на губах, нежно улыбнулся ей и сказал: — Да, мы действительно с мамой пойдём домой, — Пётр поцеловал Надю в лоб и, схватив свою жену под локоть, увёл ее, напоследок бросив дочери, — повеселись, детка.       Девушка проводила отца и вырывающую маму удивлённым взглядом, а после, когда они скрылись из виду, повернулась к парню, что все время наблюдал за ней. — Кажется, свобода, — усмехнулся он. — Кажется, свобода, — шепотом повторила Надя и широко улыбнулась.

Давай вечером с тобой встретимся Будем опиум курить-рить-рить Давай вечером с тобой встретимся По-китайски говорить Не прячь музыку она опиум Для никого, только для нас Давай вечером умрём весело Поиграем в декаданс

      В ресторане играла громкая музыка, отовсюду был слышен смех и разговоры. Выпускной — это вечер, когда наступает свобода, покой от надоевших уроков и расслабление после пережитого стресса в виде экзаменов. И родители, и ученики наконец спокойно вздохнули и решили оторваться на полную катушку. Родители даже позволили выпить подросткам больше одного бокала шампанского, а самые отчаянные бегали выпить что-нибудь покрепче в туалет.       Надя решила танцевать, пока чувствует ноги, поэтому не сходила с танцпола, лишь скинула босоножки на какой-то чересчур энергичной песне. Макс же сидел за столом и наблюдал, танцевать он не любил, так что все, что ему оставалось, это смотреть на других. В какой-то момент он позволил Наде вытянуть его на медленный танец. Она обняла его за плечи и положила голову на грудь, устало улыбаясь, парень опустил свои руки на талию девушки и медленно закружил в танце. — Не хочешь подышать свежим воздухом? — спросил он под конец песни. — Хочешь покурить? — игриво улыбаясь, задала свой вопрос девушка. — Безумно, — усмехаясь, ответил парень. Девушка улыбнулась и кивнула. Она обула босоножки и направилась на выход, по пути хватая Макса за руку.       На улице начинало светать, уже пели первые птички и по дороге ехали первые машины. Девушка прошла до ближайшей лавочки и опустилась на неё, съёживаясь от холодного воздуха. Заметив, что она покрылась мурашками, брюнет накинул на неё свой пиджак, на ходу доставая пачку сигарет и зажигалку.       Закурив, он наблюдал, как девушка откинулась на лавочке, глубоко вдыхая свежий воздух и сигаретный дым, исходящий от парня. Макс присел на корточки, наклоняясь к её лицу и выдыхая дым на неё, и смотрел, как трепетали крылышки носа, вдыхая никотин. — Хочешь попробовать? — поинтересовался парень, протягивая руку с зажатой между пальцев сигаретой. Надя кивнула, взяла сигарету и сделала первую затяжку. Парень поднял в удивлении брови, не услышав кашля, как бывает в первый раз. — Ты уже курила?       Это было сказано с таким детским восторгом, что девушка смущено кивнула и сделала ещё одну затяжку, выдыхая в сторону Макса. Он всегда считал, что его единственной одержимостью будет музыка, но сейчас, видя девушку с сигаретой, он понял, что его опиумом является она. — Потанцуем? — поднявшись и протянув девушке руку, спросил Макс.       Надя улыбнулась и, приняв руку, обняла его за плечи, медленно покачиваясь под едва слышимую из ресторана музыку. Парень тихо запел ей на ухо слова, наклоняясь ближе и обхватывая ее талию руками. — Выпускной совершает волшебство, — тихо прошептала Надя, когда песня закончилась, но они продолжали медленно танцевать. — Скорее, он всех освободил, — также тихо ответил Макс, смотря в её глаза, в которых плескалось счастье. Он перевёл взгляд на её губы и, облизнув свои, начал медленно наклоняться. Девушка, заметив это, приоткрыла уста, на которых уже не осталось ни грамма помады. Парень поцеловал её в уголок рта и спросил. — Ты поедешь со мной в Питер?

Давай вечером с тобой встретимся Давай вечером с тобой встретимся Не прячь музыку она опиум Для никого, только для нас Давай вечером умрём весело