Переплетение миров

Перед Бельвегором стоял Ичиго, Ичиго в форме Пустого. Собственной персоной… Страшные желтые радужки глаз отражали животной ненавистью и жаждой убийства. Черные белки ужасали и завораживали одновременно. Такого не увидишь каждый день. Такое вообще редко когда можно увидеть… Смерть… в них отражалась только смерть. Зрачки то увеличивались, закрывая желтый цвет, то уменьшались, как будто их и не было. Маска… отдельная часть. Маска скрывала лицо, достаточно доброе, лицо Куросаки Ичиго. Она показывала его внутреннюю, страшную часть. То, что он всегда скрывал. То, чего он всегда, хоть и в тайне даже для самого себя, боялся. Боялся до дрожи в коленях и до скручивания кишек в животе. Когда он слышал этот металлический голос, когда он видел перед собой себя, другую сторону себя, с желтыми глазами в черных белках, с белым Зангецу, с пронизывающим до мозга костей, диким смехом, все страхи возвращались. Ичиго всегда держал все в себе. Он почти никогда не раскрывался кому-либо. Почти никогда… Парень считал, что если расскажет кому-то о том, чего он боится, все его засмеют. ОН это узнает. И будет этим страхом пользоваться в своих целях. В своих жутких целях. И Зангецу ему не поможет. Никаким боком. Маска была белоснежной. На ней, как будто мазками крови, расположился полосчатый узор. Зубы с огромными клыками приоткрылись, и из них серыми клубами вырывался горячий воздух вместе с тихим хрипом. Огромные рога, разрисованные как будто кровью, выглядели жутко и устрашающе. Маску окружал ореол рыжих волос. Взъерошенных, как перья у воробья, и обмазанных кровью, и своей и чужой. Эти волосы удлинились со стороны затылка и теперь развевались на ветру подобно рыжим клинкам, разящим все, что попадается под них. В груди не было дыры, как при сражении с Улькиоррой, но какой-то призрачный, просвечивающийся цвет кожи заставлял задуматься: а жив ли он вообще?.. Кожа была бледная, нет, даже не так. Кожа была белая. И это была отнюдь не аристократическая бледность Кучики или Шифера, это была замогильная бледность. Бельвегор никогда не видел ничего подобного. Никогда. И не должен был, по идее. Война с арранкарами была уже давно закончена, а сами высшие из Пустых еще не смирились с этим. Хоть ты их тресни и по асфальту мордой поводи. Упертые бараны, блин. Что ж с них взять-то?.. Арранкар не знал, как справиться с этим «чудовищем». Естественно, ему было известно, что у «Куросаки Ичиго есть Пустой», его об этом оповестили. Но вот не задача: никто не сказал, как с ним справляться. Дерзай, малец, получится – отпразднуем и отличим тебя, не получится – закажем место на кладбище Хуэко Мундо, ничего уж тут не попишешь… Бельвегор испугался. Но испугался он ровно за несколько секунд до первого удара Пустого. Теперь страху не было места в чувствах парня, его заменял дикий адреналин, рвущийся наружу, и необузданная жажда жить. Такого смешения чувств арранкар не чувствовал никогда. Никогда он не боялся каких-то людей или душ, или, даже, шинигами. Никогда. Но на мысли не оставалось ни секунды, ибо эта самая секунда могла заставить парня распрощаться с жизнью. Ичиго атаковал резко, не давая возможности обдумать стратегию или, хотя бы, разработать план побега. Точные удары поражали цель, но не настолько сильно, как того бы хотел Пустой. Скрещивание мечей, загробное, злое и яростное рычание, клубы пыли и мощнейшие потоки реацу – вот что вы могли бы почувствовать, увидеть и услышать на месте сражения. Смерть была здесь повсюду, она хотела забрать жизнь арранкара, но пока не удавалось. Не зря же арранкар и есть арранкар! Он же сражался с себе подобными и, по большей части, выигрывал их. Удар, клинок Зангецу сверкнул при свете луны, ослепляя противника, сильный удар под дых. Мощный удар с ноги в челюсть, послышался хруст костей, челюсть оказалась неестественно вывернута, а маска немного потрескана. Откуда-то из под нее лилась кровь. Ичиго злобно зарычал, приложил руку к маске, резко дернул ей, и челюсть стала на место. Выпустил немного чакры кроваво-черного цвета, и маска стала как новенькая. Бельвегор раздосадовано и хрипло выдохнул. Вдохи и выдохи давались ему с трудом, все-таки у Куросаки очень сильные удары, а когда он шибанул его под дых, дышать было просто невозможно, но нужно было сражаться – так велел инстинкт самосохранения и адреналин, разлившиеся по телу, как сто литров самого лучшего энергетика, который только мог бы разработать Урахара. Страх Бельвегора вернулся и с новой силой начал требовать о побеге от этого чудовища, когда между рог у Ичиго появился кроваво-красный сгусток чакры и начал увеличиваться с каждой секундой. С диким рыком серо сорвалось с рогов Пустого и устремилось прямо на арранкара. Яркая вспышка, куча пыли и летающие вокруг обломки. Куросаки пошел к месту, где стоял Бельвегор. В его мыслях было только одно: УБИТЬ. Только это и ничего другого. Не дать ему сбежать, не оставить живым, а убить. Яркая вспышка заставила Ичиго инстинктивно отскочить от источника такого невероятного света. Перед ним стоял Бельвегор, а вокруг него вилась страшная реацу. Реацу Эспады. - Вспомни свои инстинкты, Кинг! – воскликнул он и начал меняться. Длинные белокурые волосы стали настоящими клинками, острыми и тонкими, как и его меч без высвобождения. На лице появились странные узоры, белки глаз стали темнее, зубы стали животными: огромные челюсти, жуткие огромные клыки, обмазанные кровью. Зеленые глаза лучились яростью и жутко блестели. Зрачки увеличивались и уменьшались, в зависимости от чувств. Тело было покрыто черными костями. Полоски кости переплетались, оплетая все тело. На руках появились огромные когти как у медведя. Точнее, на одной руке, вторая же была мечом. Черные острые кости выходили наружу и создавали острый и страшный клинок, разящий в десять раз лучше волос. - Ну, как?! Нравиться, шинигами?! – в приступе безумства заорал Бельвегор, - Мое высвобождение занпакто еще лучше, чем у Гриммджо, ясно тебе?! Я убью тебя!!! Ичиго не испугался, не удивился, ничего. В его голове было только УБИТЬ! - Убить… - хрипло прорычал он, - убить… - Убить?! Меня?! – Бельвегор зашелся безумным хохотом, - Ты не сможешь этого сделать, шинигами! - Убить… Пустой бросился на арранкара. Взмахнул мечем и разрушил в принципе все кости на животе и груди Бельвегора. «Его скорость возросла, да и реацу стала намного сильнее и страшнее, чем раньше… он тогда сражался вполсилы?! Что же будет сейчас?..» - пронеслось в голове у блондина. - Умри, тварь!!! – заорал арранкар и со всей силой послал в Ичиго сильнейшее, черное серо. Рыжий сощурил желтые глаза и выставил правую руку вперед. В воздух взметнулись, заслоняя собой все пространство, и Куросаки в том числе, клубы пыли. Серо достигло места назначения под именем Куросаки Ичиго. Установилась мертвая тишина. Настолько мертвая, что, казалось, нарушишь ее, и тебя ждет ужасная и жестокая смерть. Чуть двинешься – тебя проткнут тысячи клинков, разливая твою кровь по песку и блестящей глади металла. Именно из-за этого арранкар стоял, не шевелясь, и вслушивался в кладбищенскую тишину. Тишину, не предвещавшую ничего хорошего. Ни для него, ни для кого-либо еще. Бельвегор замер в страхе. Он чувствовал, что его смерть приближается с неумолимой скоростью и вскоре настигнет. Настигнет в виде черного металла клинка Куросаки Ичиго. В виде клинка сильнейшего человека. В виде клинка сильнейшего Временного Шинигами. Из пыли с огромной скоростью на него вылетел клинок, а потом показался и сам хозяин. С безумными, налитыми кровью глазами, открытым в яростном животном крике ртом и серо между огромными рогами. Страх сковал тело Бельвегора: он не смог пошевелиться. Только в последний момент, каким-то боком, смерть не настигла его, обошла стороной. Я думаю, не надо описывать его радость, поднявшуюся из глубины души, на тот момент. Радость того, что ты жив – лучшая радость в жизни, тем более, что она самая правдивая, самая честная… Битва шла в быстром темпе. Ну, со стороны Ичиго, она шла в быстром темпе. Нормальном таком темпе битвы. А со стороны арранкара это была битва на сверхскорости. Удары были непредсказуемы и сыпались градом, забирая с собой много крови, скальп и мясо. Защищаться становилось все сложнее и сложнее, а об атаках и речи идти не могло. Бельвегор выдохся. Перед глазами все плыло, а сознание не могло сфокусировать себя на битве. Страх, жуткий страх смерти тогда атаковал арранкара. Он не смог с ним бороться. Страх ввел его в ступор и заблуждение. Он замешкался. Это и стало его роковой ошибкой. Огромный черный тесак Зангецу вонзился в грудь Бельва по самую рукоять. И без того кровавое поле битвы получило еще крови. Яркая, алая жидкость струилась по черной глади металла, плавно переходя друг в друга и срываясь с острого края лезвия маленькими струйками. Сердце, разрезанное черным занпакто напополам, конвульсивно дернулось и замерло, испустив последний удар. Тело в последний раз содрогнулось и замерло мертвым грузом на мече Временного шинигами. Пустой раздосадовано рыкнул и кинул тело в сторону. Желтые жестокие глаза скользнули по поверхности поля, бывшего ранее боевым. Наткнувшись взглядом на фигуру мертвеца, рыжий взбесился – он еще двигался! Да как он смеет делать такие непростительные поступки?! На огромных рогах появилось не менее огромное серо. Через несколько секунд оно накрыло Бельвегора и превратило его в прах, развевающийся по ветру вместе с грязным, облитым кровью, песком. - Ичиго… - взволнованный и родной голос донесся до ушей Куросаки. Пустой резко повернулся в сторону говорившего и увидел там Бьякую и Рукию. В глазах вспыхнуло безразличие, гласящее только одно слово: «Убить!» Но тело… не слушалось! Как будто его сковал паралич. «Куросаки не хочет, чтобы я причинил им боль!.. Черт, откуда у него столько силы?! Откуда она у него берется?! Куросаки… чтоб тебя, кусок дерьма!!!» ** Внутренний мир Ичиго. ** Высокие многоэтажки, развернутые под неправильным углом, остались так же стоять на месте. Хех, а почему бы им сдвигаться с места или меняться? Ичиго был уверен в себе, очень уверен!.. Он стал намного сильнее, чем раньше. Битва с Бельвегором была для него сложной, потому что он сдерживался. Боялся, что Пустой выйдет на свободу и подвергнет опасности жизни его друзей, родных и близких… От этого ему стало по-настоящему страшно. Но его страх превратился в силу. В силу, которая сейчас, в данный момент, удерживает Пустого на месте, не позволяя продвинуться ни на сантиметр вперед. Не позволяя убить его друзей. В данный момент рыжий представитель семейства Куросаки сидел на краю небоскреба. Он был очень собран и сосредоточен. Ждал его – Пустого, превратившего его жизнь в одно сплошное испытание не на жизнь, а на смерть. Ичиго собирался победить его, чего бы это ему не стоило. «Так, надо подождать Дарен, надо подождать, пока она не подойдет к Кучики. Если это случится, я буду спокоен за них. И смогу нормально сражаться…» - Король, что за фигня?! – металлический голос разнесся по пустынной местности, заполняя ее полностью своим противным звучанием. Ичиго поморщился, но не двинулся с места и ничего не ответил, - Что ты делаешь, я тебя спрашиваю?! Меня вызвалить пытался, да?! Рыжий повернулся к своей копии и посмотрел на нее. Пустой был взволнован. Намного больше, чем раньше. Теперь его взволнованность проявлялась бешено сверкающим взглядом странных глаз, невероятно злобным оскалом, напряженностью и… каким-то своеобразным страхом. Именно страхом. Когда Ичиго это понял, то чуть не свалился с крыши. Пустой… боится?!.. Что за херня?! - Ты… ты боишься, Лошадь?.. – впервые Куросаки назвал его так. Таким странным и немного непонятным словом. Пустой удивился. Вся злость и ярость сошли на нет, руки безвольно опустились, а желтые глаза странно уставились в решительные и спокойные шоколадные. - Что?!.. Я БОЮСЬ?! – страх «Лошади» усилился. Ичиго не понимал, почему так хорошо его чувствует, ведь раньше такого не было!.. Неужели Король понял то, что нужно Лошади?.. - Да, - твердый и уверенный голос, несмотря на раздирающие изнутри чувства и сомнения, - Ты боишься. Ты боишься того, что я понял это. Ты боишься… в какой-то степени, ты боишься меня. Моей Силы, которую я мог получить. Ты ведь не чувствовал и не знал о том, что я делал в мире шиноби, абсолютно ничего. Ты боишься незнания. Вдруг я окажусь гораздо сильнее… - Т-ты… Король, да как ты смеешь?! – в желтых глазах мелькнула беспомощность. Хоть на мгновение, но мелькнула. Пустой не знал, что делать. Лошадь осознала всю мощь Короля, - Я… Я НЕ БОЮСЬ ТЕБЯ, ЖАЛКИЙ ЧЕЛОВЕК!!! - Боишься. Жутко боишься. Не знаешь, что предпринять. Чувствуешь одиночество и беспомощность. Страх, горечь, пустоту и грусть. Невыносимо жить так!.. Как? Как ты живешь с этим?!.. Я тебя не понимаю… ты хочешь доказать, что чего-то стоишь, что сгонишь меня со звания Короля, а на самом деле… - Ну? Что там, на этом самом деле? - Ты просто хочешь, чтобы тебя признали. Чтобы ты стал таким же членом социума, чтобы тебя считали живым и чувствующим существом, а не жестоким тираном! Я тоже все это чувствую!.. Я… хочу помочь тебе, Пустой… - Ичиго с надеждой впился жадным взглядом в удивленно раскрытые желтые глаза. Он не мог ничего сделать. Резко чувство жалости, сострадания и понимания пронизало его с ног до головы. Он хотел помочь… спасти… - Ты ничего не понимаешь, как ты можешь это говорить?.. – тон стал спокойным, глаза показали скрытую внутри них печаль, - Как ты можешь понимать меня, когда я… Пустой. Когда ты сам никогда не был на моем месте?.. Когда ты сам… никогда меня не понимал?.. - Не знаю. Я просто хочу тебе помочь, - Ичиго сам удивлялся своему спокойствию, -Но не знаю, как… Помоги мне с этим, - парень протянул ладонь, - Скажи, чем я могу тебе помочь?.. Пустой непонимающе на него посмотрел. Нет, Куросаки определенно чист в намерениях. Но вот стоит ли принимать его приглашение?.. Это ведь почти признание в дружбе и закрепление на месте лошади навечно… можно ли так поступить?.. - Ладно. Я скажу тебе, что меня больше всего беспокоит, - на губах Пустого снова появилась дерзкая ухмылка, - Сразись со мной, Король!.. - Сразиться?.. – Ичиго на секунду задумался, - Да, пожалуйста, хоть сейчас начнем! Я помогу тебе и захвачу, Лошадь… - Я одержу победу и сгоню тебя, Король… ** В реальном мире. ** Пустой в теле Ичиго остановился, но глаза все еще горели желанием убить. Рукия и Бьякуя стояли на месте, не зная, что делать в этом случае. Не зная, что выкинет человекоподобное существо в этом положении. Кучики переглянулись. Бьякуя недоуменно пожал плечами, а Рукия закусила губу и отвела полный надежды взгляд на Пустого. Ичиго… вдруг он одолеет второго себя?.. Долгие мгновения гробовой тишины резали слух. Наваливались надушу тяжким грузом, закрывали всю надежду. Рукия, не в силах сдержать чувства, приложила ладонь к открытому рту и глубоко, со странным, хрипящим звуком, вдохнула, сдерживая себя, чтобы не заплакать. Бьякуя сочувственно посмотрел на девушку и ободряюще сжал ее плечо. Сам мужчина сдерживал хладнокровие и спокойствие до конца, пока мог. Пустой смотрел на них и не двигался. Глаза его потухли, тело замерло в напряжении. Казалось, он как машина – истратил всю энергию и не двинется, пока его не подзарядишь. Это длилось долго. Очень долго. А потом – как снег на голову – парень дернулся и безумными глазами впился в шинигами. Послышался протяжный рык, прямо из груди. Как будто он рвался наружу, а когда добился свободы, растерялся. Рыжий взмахнул черным клинком, поднимая за собой пыль. Бьякуя напрягся. Мало ли что выкинет этот человек с раздвоением личности! Пыль осела, но Пустого не было. Из глаз Рукии брызнули слезы. Они застилали глаза, не давая видеть ничего перед собой. Большие соленые капли падали на покрытый кровью песок. Страх распространился по телу двух Кучики. Паралич сковал тело. Разум затуманился, а из горла не хотел вылетать ни один звук… Ужас. Откуда-то сбоку послышалось рычание. Пересилив себя, они повернулись на звук. Страх усилился и заполонил собой все чувства и мысли. Из глаз девушки с новой силой полились слезы. Перед ними стоял он. Пустой. С серо на рогах и Гетцугой Теншо на мече. Страшная, разрушительная волна реацу захватила все в свои владения. Растения, которым посчастливилось остаться на избитой территории, потеряли свой зеленый цвет и зачахли. Высушились и осыпались. Люди, проходящие где-то недалеко, в ужасе шарахались от направления битвы и выбирали себе другой путь. Крепкий бетон покрошился. Здания опасно накренились. Злобный рык сотряс Каракуру. Реацу сорвалась. Всю территорию поля битвы засеяло песком. Пустой удовлетворенно взмахнул мечем и огляделся, ища глазами новую жертву. Ему хотелось крови. Жестокой битвы. Он хотел, чтобы страх застилал разум жертвы, а потом ее тело, продырявленное Зангецу, падало на песок, промокший от крови. А потом, от серо, тело жертвы исчезало навсегда. Это приносило ему невероятное удовольствие. Счастье. Радость. Это была его мечта. Чтобы все знали, кто он и что делает. Чтобы все боялись. Пыль осела. Рыжий заинтересованно повернул голову туда, где находились Кучики. Раздосадовано рыкнул. Он-то думал, что обожжет их тела до невозможности, что их потом будет нереально узнать, а тут такой Облом Обломович подкрался. Рукия лежала без сознания на песке. На руке был маленький ожог, а красивое лицо было изуродовано гримасой боли. Бьякуя лежал неподалеку. С вытащенным мечом. На его теле было бесчисленно много ожогов и крови, но мужчина находился в сознании. Видимо, он в последний момент заслонил собой Рукию и как-то избежал полного урона от атаки Пустого. Желтоглазый взбесился. Зарычал и бросился с обнаженным мечем наперевес к Рукии. С явным намерением ее убить. - Нет!!! – закричал Бьякуя, в изнеможении. Он не мог и пальцем пошевелить от боли и ран, - РУКИЯ!!! Черная сталь прошлась по месту рядом с телом девушки. В последний момент она уклонилась, придя в сознание. Бьякуя смог вдохнуть свободно. Сейчас у нее, хотя бы, появился шанс убежать. Далеко и надолго. Она может выжить… Пустой разозлился еще больше. И напал. Рукия, используя последние силы, смогла немного уклониться, поэтому вместо ее сердца Зангецу разорвал кожу на ее руке. Рыжий довольно зарычал. По клинку, ярко блестя на восходящем солнце, стекала свежая кровь. Грязный песок окрасился в бордовый цвет. Рукия закричала. Рука отозвалась неимоверной болью. Ужас и страх распространились по телу. Она не могла двинуться. Пустой вынул свой меч из ее руки, и она упала. На спину. С кровью и слезами. Она не могла в это поверить. Девушка думала, что этого ужаса никогда не повторится, но… Ее любимый снова стал таким. Жестоким, желающим крови монстром. У нее не осталось сил. Рукия была готова быть пронзенной клинком Ичиго. Она была готова умереть от его руки. Зангецу резким толчком поднялся в воздух и стремительно начал опускаться на девушку. Туда, где со страшной силой билось сердце, в надежде на самое лучшее. Рукия сильно зажмурила глаза. Удара не последовало. Девушка уловила расплывающимся разумом знакомый голос. Мужской, явно. Кто-то пришел ее спасти? Она будет жить?.. Но что же случится с Ичиго?.. Она открыла глаза и увидела черную форму шинигами. Красные волосы и Забимару в шикае. Ренджи… Рукия улыбнулась. Да, она будет жить. Ее спасут. Краем уходящего сознания она уловила еще звуки. «Ребята… Вы спасете меня… Я так рада…» - Ичиго! – зарычал Ренджи, всеми силами удерживая Пустого, - Что ты делаешь?! Ты чуть не убил Рукию!!! - Черт, Ренджи, держи его!!! – заорал Хитцугая, - Я постараюсь его заморозить!!! Сойди с ледяных небес, Херинмару!!! Ледяной дракон стремительно полетел в Пустого. Рыжий стрельнул желтыми глазами в сторону капитана и растопил дракона своим серо. Затем откинул Ренджи Гетцугой Теншо в скалу, точнее, то что от нее осталось. Громко зарычал. - Очнись, Бенихиме, - проговорил Урахара и накрыл Пустого красной сеткой. Злобно зарычав, Ичиго выпустил очень много страшной реацу, и сеть пропала. Пока он это делал, сзади на него налетела Йоруичи и начала бить. Вот только это не принесло никаких результатов. Она была откинута в ближайшее оставшееся строение Гетцугой Теншо. Киске был поджарен серо. Весь Сейретей, пришедший на помощь Кучики, не смог справиться с необузданной силой Пустого. На реацу и звуки борьбы прибежали Садо, Орихиме и Исида. Улькиорру они с собой предусмотрительно не взяли. Началась битва между друзьями. Пустой практически не атаковал. Несколько раз пустил слабое серо и Гетцугу Теншо. Все шинигами собрались в одной точке и перенесли туда пострадавших. Помощники с Земли присоединились к ним. Сенкаймон открылся и из него на помощь вышла Унохана вместе с Укитаке и Шунсуем. Рецу тут же принялась помогать пострадавшим, а Джоуширо и Кеораку приготовились к нападению рыжего. Никакая из сторон пока не принимала никаких решительных мер. К оборонительной стороне из шинигами пришли Ренджи и Тоширо. Все напряглись, а Пустой заинтересованно накренил голову набок, как бы спрашивая «Что же они сейчас учудят?». Никто из шинигами не понял, как это произошло. Все было стремительно и слишком непонятно. Капитаны смогли почувствовать опасность слишком поздно, когда Пустой, стоящий перед ними, исчез в облаке дыма, а за их спинами начала образовываться огромная волна страшной реацу с примесями чакры. Рыжий скопил у себя на рогах серо, смешанное с Бомбой Хвостатого. Страшное сочетание. Слишком резко и быстро. Никто бы не успел защититься… - Данку, Щит Хвостатых, - раздался решительный женский голос. Сильнейшая атака, которой Пустой хотел превратить в пыль всех шинигами, вырыла огромный кратер и подняла тучу пыли. Рыжий довольно зарычал, но потом, как будто что-то поняв, напрягся и поставил перед собой меч. Пыль рассеялась, шинигами, зажмурившиеся в ожидании собственной смерти, удивленно распахнули глаза и уставились на красноволосую девушку, стоящую перед двойным щитом, отразившим атаку Пустого. Данку, бакудо, защитившее всех от реацу, и Щит Хвостатых, спрятавший всех от чакры, создали невероятно сильную защиту. Щит рассеялся, а девушка горько вздохнула, взъерошив волосы рукой в черной перчатке. - Куросаки, Господи, идиотище! – крикнула она, да так, что у всех шинигами чуть не разорвало барабанные перепонки, - Я тебе говорила не использовать чакру в мире шинигами, пока ты не справился Пустым?! Говорила, а ты, дубонос позорный, пропустил это все и отмахнулся! Видишь, какие последствия это вызвало?! Пустой удовлетворенно зарычал, увидев сильного противника. Его реацу и чакра успели восстановиться за это короткое время, благодаря тренировкам Дарен. Страшная волна смешанной реацу и чакры прошла по полю, вызвав недовольную рябь у кровавого песка. Гетцуга Теншо слетела с меча и пролетела прямо на Узумаки. Девушка не двинулась со своего места. Пустой обрадовался еще больше. Шинигами в ужасе смотрели на сильную волну уплотненной реацу, летевшую с целью разрубить Дарен напополам. - Ты так ничему и не научился, Ичиго. Узумаки выставила правую руку, обтянутую черной перчаткой, по направлению к Гетцуге. Атака со страшной силой врезалась в ладонь. Девушка не двинулась с места. Рука не опалилась. Шинигами с неимоверным удивлением уставились на Дарен. Что это было? О чем она говорила?.. - Сейретей, не вмешивайтесь. – Узумаки абсолютно спокойно выкинула Теншо в сторону, - Лучше понаставьте барьеров и защиты. Помогите раненым. Не вмешивайтесь, повторяю. Вы тут никак не поможете. Переплетение миров случилось в четвертый раз. Я должна это остановить. - П-переплетение миров?.. В четвертый раз?.. – в ужасе спросил Урахара, - О чем ты?! - Первый раз был, когда я пришла сюда, - объяснила девушка, - Второй раз – когда в своем мире я сражалась с Демоном. Третий раз – когда Ичиго сражался с Демоном. Четвертый раз – когда Ичиго стал Пустым в первый раз. Это пятый раз. Повторение Переплетения миров в мире шинигами. Осталось всего один раз. Я не знаю, как смогу с этим справиться. Но постараюсь все сделать в лучшем виде. ** Где-то в лесах Сибири. Россия. ** - Она все поняла… молодец. Вот что значит, моя сестра! - Арей, успокойся. Еще не время. Она может тебя почувствовать, будь аккуратен, пожалуйста! Девушка с сиреневыми волосами сидела на бревне оторванной сосны. Ее ярко зеленые глаза блеснули в темноте Дремучего леса. Красивая фигура, тонкие пальцы. Черные джинсы, синяя футболка, серая толстовка и высокие черные кеды делали ее девчонкой-подростком. Как наивно… ей более ста лет. - Эх, как жаль… - красивый парень с черными волосами, ярко желтыми глазами, в черных перчатках, как у Дарен; байкерской куртке с железными вкладками, черных джинсах и черных кедах тряхнул густой шевелюрой. На прекрасном лице отразилась печаль и боль, - Я чувствую неимоверную боль и грусть от того, что она будет считать меня врагом. Ей же будет слишком больно понимать то, что она убила меня. Я ведь ее люблю… это жестокое задание. Триша слишком ужасна. - Что ты только что сказал?! Прямо из дыма костра появилась фигура красивой женщины. Каштановые волосы вились и были завязаны в низкий хвост набок. Добрые темные глаза пытливо смотрели на парня. Одета она была невероятно, как богиня: белоснежная ткань платья с толстыми лямками была перевязана под грудью золотой лентой. На ногах были странные знаки и узоры. - Да, так… ничего! – парень, названный Ареем, поставил руки перед собой, защищаясь. Бровь и глаз нервно задергались. - Судьба-сама, пожалуйста, простите его, он просто сильно взволнован действиями Дарен, - сиреневоволосая девушка скороговоркой начала защищать своего «брата», - Да, и я сама ими взволнована. Не случится ли чего с нашими преемниками?.. - Не волнуйтесь, все будет хорошо! – Триша одобрительно улыбнулась, - Не защищай его больше, Лора! Всему свое время… - Хай, Судьба-сама! ** Каракура. Битва Дарен и Ичиго. ** А в Каракуре тем временем была напряженная обстановка. Шинигами в ужасе смотрели на спокойную Дарен и довольного Пустого. От Узумаки не шло ни единой части реацу или чакры. Ни-че-го. Это и пугало всех и каждого, а Пустого забавляло и разжигало ярость и желание биться с ней. С диким ревом Ичиго помчался на Дарен. Девушка недовольно оглянулась на шинигами. - ВРООЙ!!! Мне что ли вам защиту ставить?! - А, сейчас, сейчас… Шинигами заворочались и оградили себя от битвы. Узумаки довольно ухмыльнулась и стрельнула глазами в Пустого, приближающегося к ней на невероятной скорости. Усмешка на губах стала еще больше. «Ты слишком медлишь, дубоносище… Слишком. Но я не могу так просто тебя побить, слишком будет странно и скучно…» Сильный удар под дых заставил рыжего в ужасе задохнуться собственной кровью и отлететь в ближайшую стену. Теперь он стал серьезен. Ярость и желание убить в глазах теперь были выражены в самой своей жуткой форме. Жажда крови усилилась и это почувствовали все в Каракуре. Неважно, кто это был: люди, шинигами, животные – их пробила дрожь. Дарен оскалилась – такой темп битвы был ей по душе. Взбешенный Пустой вновь полетел на Узумаки, только теперь он более предусмотрительным. Пока девушка ожидала нападения спереди, клон Ичиго уже собирал силу для серо. Девушка среагировала в последний момент и достала мечи. Серо было разрезано напополам, а его разлетевшиеся по полю части взорвались, принося с собой ужасную взрывную волну, от которой Дарен покачнулась. Клон исчез, а настоящий Пустой начал нападать. Гетцуга Теншо, серо, просто избиение мечом, рукопашный бой – все пошло в эту битву. Дарен слизала кровь с губы и напряглась, располагая мечи в воздухе, параллельно своим рукам. Пустой тряхнул головой, вытряхивая из волос все маленькие камешки и пыль. Злость, ярость и желание убить увеличивались с каждым ударом. Сила росла так же. Дарен нахмурилась, да, теперь она проигрывает силам шинигами. Сильно проигрывает. Это не хорошо. Пока она над этим задумалась, Пустой быстро переместился к ней за спину и со всей силы ударил в поясницу коленкой. Послышался хруст костей. Узумаки упала, злобно зарычав. Теперь встал вопрос: успеет ли она что-либо предпринять?! Черный клинок летел ей точно в сердце, удовольствие усиливалось с каждой миллисекундой. Шинигами не верили своим глазам. Дарен проигрывала! Это было невероятно и очень странно. Умрет ли она или останется жить?.. А где-то далеко в Сибири Арей злобно рычал и испускал волны отчаяния и гнева, срывая многолетние сосны с корнем и превращая их в прах…