Лазурный огонек

У мальчишки, так непохожего на принца Сянь Лэ и его кузена, со временем появляется улыбка, от которой Лан Цяньцю ужасно воротит. У мальчишки, чье сердце по-настоящему доброе, ужасная привязанность к плохому человеку. «Мертвому человеку», — одергивает себя Цяньцю и не рушит чужое счастье. Гу Цзы зовет его, Лан Цяньцю, гэгэ, приносит ему веночки из одуванчиков, учится читать, писать, учится готовить, улыбается каждому, кто дарит улыбку ему. И ведь не скажешь, что он сын человека, которого Лан Цяньцю до смерти ненавидит. Гу Цзы не наивное дитя, но именно в Ци Жуне он вдруг видит хорошего человека. Лан Цяньцю должен был к черту развеять слабый лазурный огонек — хватило бы щелчка пальцев. Но это до крика безобидное «Это папа? Он ведь вернется, да?» — и принц Тайхуа пихает зеленую душу в лампу, отдает в руки Гу Цзы и надломленным голосом отвечает: «Конечно, вернется». Лан Цяньцю помнит Золотой пир, помнит мертвенно-бледные лица своей семьи, кровь, помнит советника, помнит ярость, помнит слабую надежду, что это всё всего лишь сон, ловушка его сознания. И помнит отчаяние, когда принц, заколотив советника в гробу, вдруг понял, что он совершенно один, и ни ласкового голоса матери, ни добрых наставлений его отца больше не будет. Ци Жун отдал свою жизнь, защитив Гу Цзы. Лан Цяньцю мог убить Гу Цзы в отместку за свою семью. Вместо этого он учит его держать меч. Гу Цзы взрослеет со временем. Надежда превращается в смирение. Люди устают ждать — это нормально. Собиратель Цветов под Кровавым Дождем вернулся через год. Инь Юя вернули в его тело чуть позже. Ши Уду никогда не вернется. И Ци Жун, похоже, тоже. Гу Цзы уже юноша. Он не пытается говорить с лампой, только смотрит иногда вечерами на потускневшее со временем пламя. Лан Цяньцю никогда не говорил ничего по поводу отца Гу Цзы, но мальчишка знает их старые обиды и вражду. Гу Цзы почти чувствует вину, когда берет лампу в свои руки и передает принцу Тайхуа. — Я не могу этого сделать. Гу Цзы кидает прощальный взгляд на мутное стекло. Он не уходит и смотрит, как Лан Цяньцю вытягивает руки вперед, разжимает пальцы, смотрит, как сосуд летит на пол, слышит звук разбившегося стекла. Лазурный огонек воспарил вверх. Он задержался перед самим лицом Гу Цзы на некоторое время и беспокойно мельтешил рядом, пока совсем не истлел. Лан Цяньцю не чувствует облегчения. Он не чувствовал его тогда, почти десять лет назад, когда тело Ци Жуна рассыпалось у него на глазах, не чувствует и сейчас, когда от души Ци Жуна не осталось и крупинки. Гу Цзы в этот день навсегда теряет отца. Лан Цяньцю с иронией понимает, что это вроде бы справедливо для самого принца, но вместо счастья и радости он вновь переживает Золотой пир, бессилие, ярость, злость и, наконец, одинокое чувство потери. Принц Тайхуа твердо смотрит на Гу Цзы и видит в нем себя. И от этого отвратительно больно.