И пусть мир перевернётся!

             Безумие витало в воздухе и наполняло болью и паранойей каждую клетку тела. Рин стиснул зубы. Ещё немного и терпеть уже не остается сил. Он тихо стонет не в силах вымолвить ни слова. Когда в первый раз его облили святой водой казалось, что он сейчас умрёт. Настолько сильны были страдания и шок оттого, что его кожа на глазах разлагалась от контакта с этой дрянью. В нос беспрестанно бил запах разложения. Когда его руки и ноги заковали освящённым серебром, желание лишиться конечностей пересилило даже желание убить Эгина на месте.        — Как настроение, демон?               Рин молчал не в силах даже поднять голову. Его трясло от бессилия и сжигающей заживо боли. Скрипнула дверь камеры.               «Нет! Нет! Я не вытерплю ещё!»               Кто-то взял его за подбородок и заставил поднять взгляд. Август… Окумура смотрел на холодную решимость в глазах экзорциста и думал, что не переживёт эту ночь.               — Что надо? — Ринка вздрогнул. Он испугался своего сиплого до невозможного уставшего голоса.               Август только тихо покачал головой, будто бы не заметил этого вопроса: — Шура наверное права. Плохо…               Были слышны странные звуки. Кажется, за стеной уже собиралась толпа. Ангел нахмурился ещё сильнее. Рин вяло улыбнулся. Он понимал, что сейчас будет. Прекрасно понимал.               — Я умру, да? На другое вы и не рассчитывали. Я только не могу понять… Шанса никакого изначально и не было?               Лицо экзорциста исказилось в гримасе неподдельной боли, — Был… До появления этого старика. Да и кто знает… Может тебя и спасут. Самое время признать свою сущность. Скорей всего в весь этот праздник очищения вмешается Сатана.               Рин покачал головой. После всего произошедшего он уже не мог сказать наверняка, что зло, а что добро и можно ли вообще делить эти два понятия. Август взял уже знакомую Ринке канистру, но… Демон не почувствовал и грамма боли. Скорее ему стало чуть лучше. Это была обычная вода. Он с удивлением посмотрел на экзорциста. Тот только фыркнул и отвернулся, намереваясь уйти.               — Стой! Почему?               Ангел замялся, но всё же позволил этой фразе быть услышанной впервые за долгое время раздумий, — Потому что вся эта какофония идёт в разрез с моими принципами. Ну и может ещё немного потому, что меня попросили. Если выживешь, скажи спасибо хотя бы своей наставнице.       

***

              — Когда откроются врата Геенны, мы сбросим это оружие, и оно уничтожит ад, и на Земле воцарится вечный мир!               Отовсюду были слышны молитвы. Ринка поежился. Август кратко, но емко объяснил ему за те пять минут, что вёл сюда, какую роль предстоит ему сыграть. Что бы эта тварь — Эгин — не наплела Юкио, оставлять Рина в живых никто не собирался. В ближайшее время старшему Окумуре потребуются все силы, что он успел сэкономить без водных процедур святой водой.               «Август как-то странно мялся, будто хотел сказать что-то ещё, но никак не мог. В какой-то момент Ринку поразила совсем невозможная догадка.               — Ты связался как-то с демонами?               Лицо экзорциста стало совсем кислым.               — Я прав!               — Молчи идиот, пока тебя кто-нибудь не услышал! Это не я связался. Скорее со мной.               — А…               — Ещё одно слово и я оболью тебя святой водой несмотря на все эти факторы.»               Прокрутить в голове этот момент до конца Ринка не успел. Разряд тока. Душераздирающий крик… Экзорцисты включили крест, на котором висел демон. Всего через пару секунд он уже блюёт кровью. Невыносимо, больно, больно, больно… До ушей доносится, что само его существование позорит свет Ассии. Если б мог, Ринка рассмеялся бы этому лицемеру в лицо. О том, что сейчас испытывает брат, который наконец сполна осознает что происходит, думать не хотелось.               Ха! Вот так свет! Сами открывают врата Геенны, и хотят убить человека, который явно не виноват в том, что его отец — Сатана! Единственное желание Рина теперь, когда всё кончено для него — лишь бы только брат не сунулся во всё это, лишь бы только не стал испытывать боль и ненависть к себе.               Врата открылись без его смерти. Рин с большим трудом осознал, что, несмотря на все испытанные за последние несколько минут страдания, жив. Окумура с трудом открыл глаза. Всё пропало… Кануло в бездну безумия. Сатана не стерпел вмешательства в свой мир. Они только что своими руками уничтожили Ассию!               Врата действительно были открыты, как и рассчитывал Эгин. Вот только из них толпой валили демоны и скверна. Оружие было сломано, а «дедуля» сбежал. Друзья уже не могли отбиваться, а Юкио горел синим огнём — его тело захватил Сатана. Сердце болезненно сжалось. Нет! Брат…               — Остановись! Умоляю, послушай...               Рин кричал не своим голосом, срывая его. Сатана повернулся к нему. Выражение лица дьявола оказалось не слишком отличимо от эмоций родного брата. Только сейчас практически отключившийся мозг с облегчением отметил, что Юкио относительно невредим. Огонь не трогает его — хоть одна хорошая весть среди этого ада.               — Почему же? Ассия, как и ты, в моей власти.               Сатана… Казался скорее заинтересованным, чем желающим действительно уничтожить Ассию. Окумура опустил голову и заговорил уже очень тихо, чтобы его услышал только Повелитель Геенны, — Люди гибнут, я не думаю, что мама хотела этого. Тем более они не умеют общаться с демонами. А я в любом случае в твоём распоряжении…               Он замолк, пытаясь найти в своей голове хоть что-то, что может убедить высшего демона уйти. Даже ценой своего пребывания в Ассии Рин готов был это сделать. Однако додумывать ничего не пришлось: Сатана покинул тело Юкио. Тот упал без сознания.               — Юкио!               — С ним всё будет хорошо.               Рин обернулся насколько смог, чувствуя, как закрываются глаза. Рядом с ним стоял человек с чёрными волосами и такими же чёрными глазами. Настоящее создание Геенны.               — Я освобожу тебя, закрою проход и прослежу, чтобы с твоими друзьями и братом ничего не случилось. Ты же пойдёшь со мной. Согласен?               — Да…               Ринке не верилось… Сатана правда готов пойти на всё это просто, чтобы он оказался в аду? Зачем? Что им движет? Неужели роль Ринки во всем этом аду настолько важна?               Рин почувствовал, как руки и ноги освобождаются от креплений. Демон вытянул руки вперёд, явно понимая, что двигаться самостоятельно Ринка не в состоянии. Только крест был уничтожен, Окумура почти без сознания свалился в руки к незнакомцу. Тот ухмыльнулся печально, почти с нежностью провел по волосам младшего брата, испачканных в крови, и бросил его в проход. В последние минуты Рин только и мог думать, что обволакивающие тело демоны больше никогда не выпустят его из своих загребущих лап. Из Геенны не возвращаются…               Черноволосый демон убедился, что младший брат исчез во вратах. Медленно осмотрел разгромленное здание и небо, состоящее кажется из одних только демонов. Что ж… Кажется всё закончилось довольно неплохо. Бледные губы тронула жуткая улыбка: люди только что сами отобрали свою возможность мирного сосуществования с демонами. Опять… Кажется, этот Ассия все так же пытается сойти с ума вслед за Геенной. Застывший в своих убеждениях и ненависти мир медленно, но верно начинал рушиться, будто карточный домик. И как бы сильно люди не стремились остановить этот процесс, но грань черного и белого уже давно размылась и смешалась с кровью несбывшихся мечт.               — И если ничего уже не остановить, то пусть мир перевернётся!