Будни волшебника

Виталий сидел за столом и пытался колдовать, но выходило не очень. Он невольно позавидовал тем, кто обучался нормальным дисциплинам, физике там или математике. Вот не получается у тебя правильный ответ в примере, что ты делаешь? Правильно, идёшь и читаешь учебник, учишь правила, ищешь ошибку. А тут — три строчки перед глазами и больше ничего. Не получается — значит не достаточно стараешься. А как это — стараться достаточно? Никто не скажет. Интересно, есть ли заклинание, чтобы выучится заклинание? Или чтобы домашняя работа сама собой выполнилась? А если есть, то почему этому не учат сразу же, на первом курсе? Потому что волшебники с высшим образованием — вредные и злые, — решил Виталий. Вот когда он получит диплом, будет делать все, что пожелает. Делать плохую погоду по будням. Ломать дрели соседям. Превращать орущих детей в кактусы. Снижать арендную плату одним взглядом. Виталий подошёл к окну. Странно, от таких фантазии настроение обычно улучшилась, особенно от той, где он превращал соседа Сергея в суслика. Но в этот раз все усилия были тщетны. За окном светило яркое летнее солнце, и не просто светило, а сверкало, било по глазам, будто стараясь взять реванш за все темные хмурые дни. Девушка в белом платье переходила дорогу, спеша по своим делам. Она тоже не понравилась Виталию: уж слишком у нее был счастливый вид. Вдруг из-за угла вылетела машина, она пронеслась мимо девушки, прямо по глубоким лужам, оставшимся после вчерашнего дождя и скрылась за углом. Девушка отделалась испугом, но платье! Бедное, белое платье было покрыто мелкими грязными брызгами. Девушка несколько раз моргнула, собираясь заплакать. Виталий смотрел на девушку. Ему показалось, что в мире не было более грустного существа, чем она, и не было более невыносимого горя, чем испорченное платье. Не задумываясь, он пробормотал под нос волшебные слова. Словно по волшебству… Хотя почему словно? По волшебству платье снова приобрело первоначальное великолепие, даже став чуточку чище, чем было до инцидента. Пока девушка растеряно оглядывала его, пытаясь понять, что же произошло, Виталий отошёл от окна и только тут спохватился, что это было его первым самостоятельным заклинанием. Он-то представлял, что сотворит что-то особенное, грандиозное, прекрасное для всего мира, и, конечно, для него в частности, но видимо, с этой мечтой придётся попрощаться. Он вздохнул и вернулся за стол. Нужно было продолжать учебу.