Это мой кот!

Текила с Соней сняли видео на канал девушки, в котором они рассказали, что Мельникова стала его проектом. Сделали это оригинально: Саша сидел за огромным столом, Софа на другом конце, а Мия Бойка, как первый проект, находилась в этой же комнате за правым плечом парня. Саша рассказывал, что у нее будут лучшие условия, все будет сделано для ее блага, что будет большой заработок, а Мия в это время еле заметно мотала головой и одними губами произносила «беги». И в целом этот ролик был построен на иронии и сарказме, поэтому снимали очень долго с громким смехом. Зато бекстейдж получился насыщенным и живым. Клип Софы вышел первого июля. Он был снят по задумке девушки, бюджетно, но при этом стильно. Песню сразу взяли на радиостанции, многие поддержали творчество девушки в различных социальных сетях. Это не могло не радовать. За время своей видеоблогерской деятельности Соня познакомилась с огромным количеством людей, коллегами по цеху. Еще до выхода трека и клипа Соня очень хорошо стала общаться с Даней Поперечным. Они часто переписывались и созванивались по видеосвязи, обсуждали интересные проблемы и просто наслаждались общением. Летом вышли еще две композиции, которые также были взяты в радиоэфир. Сегодня, пятнадцатого сентября, Соня уже приехала на квартиру к своему другу Дане Поперечному, который звал ее к себе чуть ли ни с первого дня общения. — Привет! — радостно обнимала София его. — Привет, мелкая, — крепко обнимал ее парень в ответ. Шоколадный лабрадор прыгал вокруг них, мечтая поцеловаться с девушкой. Соня слегка наклонилась и потрепала пса за ушком. Тот чуть слюной не подавился от радости. — Ты ему нравишься. — По-моему, твоей жизнерадостной собаке нравятся все. — Возможно. Ты сильно устала? Или поедем в студию снимать «Без души»? — Я с удовольствием, только если дашь мне в душ сходить. — Конечно. Сейчас выдам полотенце. Соня взяла у парня полотенце и отправилась в душ. Вымывшись, вымыла голову своим шампунем, привезенным из Москвы в Питер, и вышла из душа в шортах и футболке с тюрбаном из полотенца на голове. Высушив волосы, Соня собрала их в высокий хвост, оделась в джинсы и лонгслив, обула кеды, и они с Даней отправились на такси к студии. Правда, предварительно зашли в кафе, взяли роллов, а в магазине бутылку виски и колу. Макс — друг Дани и по совместительству оператор — был уже в студии. Софа познакомилась с парнем. — Ты настолько маленькая? — удивился он. — Ну началось! — смеялась Соня, — мне пятнадцать. Через десять дней шестнадцать. — Ты же нигде не говорила свой возраст? — спросил Поперечный. — Нигде. Это будет первый раз, когда я открыто говорю о своем возрасте. Думаю, будет интересно. — Я больше, чем уверен, что это будет интересно. Начинаем? — улыбался Даня. Софа кивнула. Пока мужчины настраивали аппаратуру, Соня смотрела рекламные проекты, которые ей упали от компании брата. Вскоре Софа с Даней надели наушники и начали подкаст. Перед ними стояли роллы и стаканчики с алкогольными разбавленными напитками. — Всем привет, с вами Даня Поперечный и моя сегодняшняя гостья София Мельникова. — Всем привет, — улыбнулась Соня, помахав в камеру. — Хочешь я задам тебе ебейший вопрос, который тебя бесит? — Я, кажется, уже догадалась, какой. Задавай. — Ты родственница Мота? — Так и думала. Я всегда на это отвечаю, что я его дочь. Задолбали. Это не такая уж и редкая фамилия. Мы как-то с Матвеем увиделись на выступлении, я ему рассказала, и он поддержал мою шутку. — Это когда он выложил сторис, в которой называет тебя дочерью? — Да. Смешно же было. — Я хочу сразу поднять этот вопрос, потому что потом мы с тобой запиздимся и забудем, как обычно это бывает. Официально признайся. Сколько тебе лет? — Официально признаюсь. Мне пятнадцать лет. — Чем ты занимаешься в таком юном возрасте? — Я пою, играю на гитаре и укулеле, занимаюсь видеоблогингом и продюсированием рекламы. — Что ты подразумеваешь под продюсированием рекламы? — У моего родного брата своя рекламная фирма. Мы берем рекламный проект, я его полностью разрабатываю, нахожу исполнителей, и мы делаем рекламу под ключ. Многие видеоблогеры с нами сотрудничают, Тик-токерские хаусы. — С каким Тик-токерским Хаусом проще работать? — Наверное, с «Х.О.». Они заточены под развитие, под генерирование идей, под работу. Они огромные умнички. Хотя, если о полноценном тик-ток доме говорить, то, конечно, Дрим Тим. — Про тик-ток и все вытекающие мы с тобой еще поговорим. Я просто хотел поделиться со зрителями нашим знакомством. — Давай ты расскажешь со своей стороны, а я потом со своей. — Окей, давай так. Короче, сидел я в Тик-токе, ебланил. Ты мне попалась в рекомендациях с видео, в котором ты поешь трек «The Hatters — Время пришло». Ты его так охуительно спела, что я не смог пройти мимо. Я мало того, что выложил его к себе в Инстаграм, я написал тебе, что это круто, облазил весь твой тик-ток, всю страницу инстаграмма и на ютуб забрался. Из-за кое-какого твоего видео на ютубе я тебе написал. — Из-за какого? — удивилась Соня. — Блин, я не помню название. Ты там поешь песню про мальчика-гея. — Да ладно? Короче, у меня есть видео, — стала объяснять девушка на камеру, — в которой я пою песню Алены Швец — «Мальчики не плачут». Кто не знает, песня про мальчика-гея, который влюблен в хулигана-одноклассника. Суть песни в том, что подростки и в целом люди очень жестоки к тем, кого не понимают. У меня там просто гигантский монолог, который я писала вся в слезах, соплях, — посмеивалась девушка. — Тебе важно поднимать острые социальные вопросы? — Для меня это невероятно важно. Я всей своей деятельностью начала заниматься для того, чтобы нести свои мысли и поддерживать тех, кому нужна поддержка. Опустим даже геев. Очень много людей, которые отличаются чем-то. Например, у меня есть подписчик, с которым мы встречались в Москве и гуляли. У него свое видение мира. Когда все в классе видели, условно, ворону на картинке, он видел в этом надежду. У человека другое мышление — нематериальное. Мы настолько заболтались, что я приехала домой очень поздно. Мы с тобой потом еще полночи болтали. — А, бля, это тот чувак, про которого ты с неописуемым восторгом и воодушевлением рассказывала? — Да. Он нереально меня вдохновил на работу. Это сложно описать словами. Было в тот момент ощущение, что мой пустой сосуд наполнили чем-то волшебным. Саня, если ты смотришь, — ты очень крутой. — Как ты относишься к истории, которая произошла с Диной? — Ты про избиение летом и ограбление? — Про него. — Я ревела — серьезно. Позвонила ей, напросилась, приехала. Я очень долго пробыла у нее. Меня безумно беспокоит насилие и жестокость. — Пиздец мы с тобой отвлекаемся. Начали со знакомства. — Бля, — смеялась Соня, — короче, я лежала такая в своем джакузи в квартире — решила не ехать в дом к ребятам после долгих съемок. Слушаю музыку, релаксирую. Решаю чисто на секундочку взять телефон в руки, посмотреть, вдруг что-то важное. Открываю Инстаграм, а там сообщение от Дани. Я клянусь, выронила телефон прямо в воду. К счастью, все хорошо, живой. Ну, я охренела, потому что совершенно не ожидала сообщения от человека, за творчеством которого я слежу уже дохрелион лет, чьи стендапы я не пропускаю, за исключением последнего из-за возрастного ценза. В общем, я, возможно, обоссалась от радости, просто по объективным причинам не заметила. Даня заржал как конь. Он давно не встречал девчонок, которые так спокойно общались, говорили на темы, на которые «девочки с мальчиками не разговаривают». — Окей. Знакомство — супер. Мы потом перешли в телегу и пошло поехало. Соня с Даней разговаривали абсолютно на разные темы, не замечая времени. Макс все это время с интересом наблюдал за ними. — Бля, когда ты говорил, что Софа — интересный собеседник, я так скептически относился, — произнес Макс, отпивая виски с колой за кадром. — Потому что я малолетка? — улыбнулась девушка. — Да. Ну не бывает такого, что в пятнадцать лет девчонка такой крутой собеседник. — Если ты быстро взрослеешь — бывает. — Про быстрое взросление, — произнес Даня, — смерть родителей тебя сильно подкосила? — Очень сильно. Я лежала в больнице с обезвоживанием. Я не ела, не пила, много плакала. У меня не было сил ни на что. Может, это было депрессией — не знаю. Меня неделю откачивали. Очень тяжело потерять сразу двоих родителей. — У вас были проблемы с опекунством на брата? — Были. Меня очень хотели забрать в детский дом и кому-то перепродать. — Чего?! — удивился Даня. — Ты не знаешь, как построен этот бизнес? — изогнула одну бровь девушка. — Нет. Расскажи. — Короче, у соцзащиты и детских домов есть договоренность. Хороших детей из благополучных семей, у которых родители погибли, перепродают в другие семьи. Там такие деньги за это платятся… с ума сойти можно. Никому же не нужны дети пьющих или наркоманов. — У меня мурашки по коже. Ты не шутишь? — Вообще нет. Мы с Максом тогда даже доказали в суде незаконность действий. Троих посадили. — Вы молодцы. — Это не поголовно, но присутствует, к сожалению. Макс с адвокатом молодцы. Я в это время училась. — Учеба. Расскажи о ней. — Что рассказать? — А тебе нехуй? — иронично спросил парень. Соня засмеялась. — Я закончила восьмой класс, когда погибли родители. Полгода не появлялась в школе. За это время прошла всю программу до конца одиннадцатого класса и к концу девятого, считай, закрыла школу экстерном. ЕГЭ тогда и сдала, в досрочное время. — Какие баллы? — Литература и русский по сотке, обществознание девяносто два вроде бы. — Пиздец, — удивленно говорил Даня, — ты куда-нибудь поступила? — Да. Я на заочке. Учусь на журналиста, чтобы был диплом. — Ты очень умная девчонка. В пятнадцать лет на первом курсе института. Как это возможно? — Я не знаю. Серьезно. Сама иногда слушаю себя и не верю. Но это так. У меня даже зачетка есть, — смеялась Соня. — Ладно, тут все ясно. Я хочу затронуть не очень приятную для тебя тему. Just Team House. — Да приятна эта тема в большинстве своем, — слабо улыбнулась Соня. — Ты ушла из Хауса. Почему? — Было много причин. Во-первых, я перестала работать, пока находилась с ребятами. Мы всегда чилили, снимали по настроению. Я не привыкла так работать. Мне приходилось всех доставать, пинать, говорить о съемках. Я абсолютно перестала читать с ними. Они не плохие, просто рядом с ними мне хотелось посвящать свое время им, а не себе. Во-вторых, я пыталась научить ребят говорить так, чтобы их хотелось слушать — им ничего не нужно. В-третьих, Ноилс. — Давай подробнее о последнем, малая. — Чего подробнее? Когда ты любишь человека, а он просто берет и растаптывает твои чувства. — Что произошло? — Измена. — Ты устроила скандал, кинула в него табуретом? Соня засмеялась. — Я слишком гордая. Я просто ушла. — Как ты узнала об измене? — Он мне сам сказал. Встал на колени, начал извиняться, клялся, что больше такого не будет. Я просто собрала вещи, взяла кота, попрощалась со всеми ребятами на позитивной ноте и уехала. — Я перед нашей с тобой беседой прошерстил все социальные сети твоего бывшего. У него словно ничего и не изменилось. — А что должно было? Это я настолько доверяю и открываюсь людям, что потом больно. Ты же понимаешь, о чем я. — Очень да, — кивал Даня, — мы это с Эльдаром обсуждали, когда он ко мне приходил. Ты смотрела же? — Да. — Я помню, как мы с тобой болтали в тот день, когда ты вернулась на свою квартиру. Ты вела себя как обычно за исключением севшего голоса и красных глаз. Как думаешь, почему искренним и классным людям изменяют? Почему ты не рассказала в социальных сетях об этом? — Я не знаю, почему изменяют в принципе. Как можно любить человека, уважать его чувства и так просто их топтать. Что касается публичности… Зачастую людям очень интересно следить именно за драмой. Ты же видел, что я ничего не выставила, никаким образом не показала, что мы расстались, зато этот оболтус все сразу выложил в сеть. Меня всегда раздражала эта открытость. Сходил в туалет — выложил в сеть, купил сок — выложил в сеть. Я не привыкла делать такой контент. Для меня это просто и, по ощущениям, неинтересно. Поэтому я выдумываю новые форматы, какие-то сценарии, заморачиваюсь вообще над всем. А кто-то просто улыбается в камеру. Я сейчас не про кого-то конкретного, но есть определенный процент в тик-токе, если мы его касаемся, людей, которые ничего почти не делают и набирают море лайков и просмотров. — Мы уже обсуждали много с кем, что алгоритмы тик-тока рекомендуют зачастую всякую хуйню вместо по-настоящему классного контента. — Да! Поэтому я в тик-ток все меньше стала снимать. — Ты подписала продюсерский контракт с Текилой. — Да. — Ты довольна? — Безумно. — Какие у тебя есть ограничения? — Основное ограничение — неразглашение сумм и процентов, как и везде. У меня нет запрета на то, что мне хочется делать. Мне не навязывают что-либо. Я сама выбираю, какому интервьюеру дать интервью. В творчестве мы очень часто спорим с Сашей. Зачастую он прав в силу опыта, но я тоже пару раз не промахнулась, — посмеивалась Софа. Они проболтали еще немного и наконец выключили камеры. — Три часа? — удивился Данька, — фига мы запизделись. — Да уж. Но это было интересно. — Да, было очень интересно, — подтвердил Макс, — как твой мозг работает? Почему ты такая мелкая, но такая умная? — Погнали пить в бар, а? Соня не умела принимать комплименты. Собравшись, они втроем отправились в любимый бар Дани. До самого утра они пили, танцевали, смеялись и наслаждались компанией друг друга. В итоге день закончился в шесть утра, когда никто из их большой, на тот момент, компании не смог стоять ровно на ногах. Ближе к ночи к ним присоединились Литтл Биг почти полным составом, Музыченко, Эльдар Джарахов и другие люди, которых Софа не запомнила.