И вечности будет мало

Казалось, будто сама природа увядает с Вэй Ином. Ранее неутомимый исследователь — теперь он лишь благородно сидел на невысоком стуле возле дома и наблюдал подслеповатыми глазами, как Луна сменяет Солнце, забирая с собой ещё один день жизни бывшего тёмного заклинателя. Семьдесят лет для совершенствующегося — даже не половина жизни, но Вэй Усянь давно стал жить, как обычный человек, отказавшись от использования тьмы. Казавшаяся идеальной идея Лань Ванцзи развить слабое и надтреснутое ядро Мо Сюаньюя так и осталась лишь сладкой несбыточной мечтой — спустя время оно вспыхнуло ярко-ярко, словно свеча, а потом сгорело навсегда, оставив лишь уголёк и чувство неизбежности. Вэй Ин давно уже не помнил, какие эмоции он испытал, когда осознал, что для него широкая дорога заклинательства закрыта навсегда уже во второй раз, но Лань Чжань бережно хранил в своей памяти все моменты, связанные со своим супругом, будь они хорошие или плохие. Наблюдая за тем, как время стирает в невесомую труху всё, что связывало Вэй Усяня с реальным миром, Лань Ванцзи внутренне молил о снисхождении если не к себе, то к мужу, который за две жизни испытал столько боли, сколько одна душа не в силах пережить и не сломаться. *** Когда начали появляться первые признаки старения — морщины возле глаз, в уголках рта и носа, — Вэй Усянь ни за что не хотел волноваться и тем более не собирался заставлять беспокоиться своего мужа. "Лань Чжань! Если тратить свою жизнь на переживания — что от неё, в таком случае, останется?" — говорил он, радостно размахивая руками. Вэй Ин хотел подарить Лань Ванцзи каждое мгновение, которое ему было отведено в этом теле, и он не желал тратить и секунды на бесполезные тревоги и смятения, ведь изменить что-то он не в состоянии. Второй нефрит умирал в своём беспокойстве, он был бы рад отдавать в ответ на влюблённые взгляды хоть всю свою душу, но волнения, которые терзали её, будто цепями сковали всё его естество. Лань Чжань мог лишь наблюдать со стороны, как подаренные ему улыбки становились всё более напряжёнными, как объятия, ранее страстные и горячие, с каждым разом слабели, как глаза — самые прекрасные, самые любимые глаза во вселенной — обволакивала слепая пустота. Тёмный путь, каким бы он ни был, накладывал свой отпечаток даже на старость. Время забирало, отбирало, присваивало — и это был единственный противник, с которым прославленный в народах Хангуан-цзюнь не в силах справиться. *** Всегда, когда Лань Ванцзи шёл под руку с Вэй Усянем, люди, которые не знали, кто это, смотрели на них, как на умудрённого жизнью не очень старого отца и молодого, но статного сына, ведь путь меча позволяет надолго сохранить свою цветущую молодость. Проказливого бывшего Старейшину это ужасно веселило, первое время он даже ошарашивал окружающих, внезапно целуя своего спутника в губы или обнимая его так, как не могли себе позволить обнимать своих супругов замужние женщины. Позже, когда о благороднейшем из благородных Втором нефрите поползли нелестные слухи, раздуваемые неграмотными и крикливыми базарными бабами и мужиками, Вэй Усянь перестал провоцировать людей, но всё ещё нежно поглаживал тыльную сторону руки своего мужа, идя с ним в ногу и лишь немного прихрамывая. *** Иногда Вэй Усянь забывал. Он не мог вспомнить имён, мест, титулов и лишь безучастно скользил взглядом по комнате маленького отдалённого домика, в котором жил с Лань Чжанем с самой молодости, не останавливаясь ни на чём. В такие моменты перед Лань Ванцзи разверзался Диюй. Он с болью в голосе знакомился с Вэй Усянем снова и снова, показывал совместное имущество, вспоминал все пережитые вместе моменты до мельчайших подробностей и с нежностью и дрожью держал любимые руки, поглаживая сухую, как старый свиток, кожу. Когда этот кошмар заканчивался, а Вэй Ин снова смотрел на него осмысленно и лукаво — Лань Ванцзи отпускал себя и бесшумно плакал, слушая успокаивающий голос мужа и чувствуя лёгкие и невесомые, как облако, прикосновения. *** Держа своего умирающего в горячечном бреду мужа за руку, Лань Ванцзи был в своих мыслях. Он думал обо всех прожитых вместе моментах, о словах, что не успел сказать, о прикосновениях, что не успел подарить, об ошибках, что преследовали его всю жизнь после воскрешения Вэй Ина. Лань Чжань хотел, очень хотел повернуть время вспять и сделать всё по-другому ещё тогда, во время первой встречи, когда Вэй Ин радостным ураганом ворвался в спокойную и размеренную жизнь Второго нефрита, перевернув всё привычное и устоявшееся, как Стена правил, и украв его сердце навсегда. Тогда Лань Ванцзи ни за что не стал бы отрицать свои чувства. Он точно позволил бы Вэй Усяню навести свой беспорядок в чужой душе и поселиться там навсегда. *** Когда сердце Вэй Усяня отбило последний удар, а лёгкие испустили последний вздох — душа Лань Ванцзи будто улетела следом, чтобы вместе ворваться в круг реинкарнации и возродиться в другое время и в другом месте, чтобы любить друг друга ещё больше. *** Найти древний фолиант было не так сложно — обновлённая библиотека Гусу действительно могла похвастаться наличием знаний если не всего мира, то всего Китая. Тёмные свитки, что находились в особой, закрытой и запечатанной комнате, затмевали разум сладкими образами и пытались дать находившемуся там заклинателю вечное обещание, что они помогут воплотить в жизнь любые мечты. Лань Ванцзи эти обещания были ни к чему — он прекрасно знал цену Тёмному пути, но отказаться от такого шанса не мог. Бессмертное заклинательство теперь ему не нужно — он слишком долго и почти безнадёжно жил в первый раз, по чистой случайности встретив Вэй Ина именно в той деревне. В следующий раз судьба может не дать ему такого шанса, поэтому его нужно дать самому себе. *** Техника перемещения во времени была очень энергозатратной, к тому же, для её проведения необходимы кровь и тело носителя, что, несомненно, относит её к разряду тёмных. Свиток был очень старым и почти рассыпáлся в руках от любого, даже осторожного прикосновения, но Ванцзи ни за что не отступит от своих чувств. Не в этот раз. Главные условия для удачного заклинательства — кровавый круг заклинателя, проводящего тёмный обряд, и его тело, лежащее в середине. Так как техника переносит душу заклинателя в прошлое в его же тело, в настоящем оно должно исчезнуть. Но опасность и проблема этой техники в том, что она может сориентировать душу в верный отрезок времени, а может закинуть его так далеко в прошлое, что он окажется в одной из своих предыдущих инкарнаций. К тому же, провести её можно лишь один раз, иначе душа неизбежно повредится и больше никогда не сможет возродиться в другом теле. Лань Ванцзи понимал все риски, сопутствовавшие его идее, но ничто не имело значения по сравнению с его встречей с Вэй Ином. *** Своё сознание Лань Ванцзи отпускал без сожалений, ведь он готов снова увидеть Вэй Ина, услышать его смех и никогда не отпускать из своей жизни. *** Тело истлело под влиянием техники, душа, напоследок моргнув золотым сиянием, растворилась в пространстве. *** Лань Ванцзи открыл глаза, чтобы... *** ...увидеть, как его старый муж умирает на его руках во второй раз.