Просто любовь

Его пальцы заметно дрожали, пока он вставлял японскую сим-карту в свой телефон. Когда самолет приземлился и поехал по посадочной полосе, дрожали уже и колени. Когда он отправил “Я приземлился, скоро буду”, сидеть на месте больше не было сил. Полтора года ожидания, сухих переписок и абсолютного неумения поддерживать связь на расстоянии. Невозможно больше смотреть на короткие сообщения с точкой, описания матчей в двух словах, отрывки из видео на ютубе. Хината как будто встречался с призраком, как будто не было тех трех лет и абсолютного доверия. Как будто не было поцелуев на прощание и обещаний о том, что они будут вместе, несмотря ни на что. Но сейчас это было не важно, Шое сбегал с трапа и больше всего мечтал оказаться по другую сторону таможни. Хотелось не забирать свой чемодан и не стоять в очереди на паспортном контроле, а просто выйти навстречу Японии и побыстрее увидеть знакомые улицы Сендая. Живя за границей теряешь ощущение дома, забываешь какого это быть частью семьи и говорить на своем языке. Ты как будто все время бежишь прямо за своей мечтой, не смотря по сторонам, лишь бы не увидеть все то, что причиняет тебе боль. Хината и не пытался смотреть никуда кроме как вперед. В его голове набатом стучало “стать лучшим волейбольным игроком”, а на фоне даже не проскальзывали слова “тяжело”, “устал”, “ничего не понимаю” и “Кагеяма”. Он всеми силами держал свои эмоции при себе, чтобы не плакать, чтобы продолжать работать, чтобы были силы надеяться. Но сейчас, когда все слова остались позади, он мог сфокусироваться лишь на одном: имени, что занимало все его мысли. “Кагеяма. Кагеяма. Кагеяма. Тобио.” Он бежал через коридоры аэропорта, держа паспорт в одной руке, и другой поправляя свой рюкзак. Быстрее. Одна дверь. Другая. Еще проверка. Забрать чемодан. Выйти через зеленую зону. Перед Хинатой открылась последняя автоматическая дверь, и его ослепил свет просторного холла. Впереди стояло множество людей, встречающих гостей с табличками. А он, подпрыгивая на месте и вытягивая шею, пытался увидеть лишь одно лицо за этим потоком людей. Сердце стучало от страха и легкой тревожности, что он не придет. Шое не маленький, он мог бы спокойно доехать до вокзала и приехать домой без чьей-то помощи, но он мечтал, чтобы Кагеяма увидел его сообщение о прилете и забрал его. Но его не было. Ни в первых рядах, ни в задних, ни у двери. Хината вздохнул, и поправив рюкзак направился к выходу. Руки подрагивали от резко спавшего волнения и было немного обидно, кололо где-то в груди, но не более. Он сам не знал, чего ожидал; после тех диалогов ни о чем и редких созвонов - последняя их переписка была неделю назад. Когда парень уже почти вышел на улицу, он услышал он свое имя, произнесенное незнакомым голосом, и резко развернулся. Прямо перед ним стоял Кагеяма, немного запыхавшийся от бега, весь в черном, подросший и раздавшийся в плечах, с закрытым маской и очками лицом, в кепке, скрывающей его волосы. И с таким чужим голосом, совсем не похожим на тот, что Хината слушал полгода назад в трубке телефона. Но это определенно был он. Тобио усиленно пытался снять с себя все элементы своего камуфляжа, желая поскорее открыть свое лицо, и тихо ругаясь, запутавшись в резинке от маски. Но Хината уже не стал дожидаться: опустил свой чемодан и рюкзак на пол, широко улыбнулся и бросился своему парню на шею. Уткнулся носом в горловину его толстовки и посильнее сжал руками где-то за спиной. Такой чужой, такой другой, непохожий на себя, изменившийся но такой… его. Шое наконец-то дома.