Чувства не стереть

Майк встречается с Эл уже больше года. Он любит её, конечно, и именно поэтому каждое утро рисует на своём запястье это сердечко. Боится потерять её, не верит в эту чушь и всё равно рисует Они ведь любят друг друга, что ещё этой чёртовой метке надо? Уилл уже больше года старательно скрывает эту метку на руке. Он не хочет объяснять никому, что безответно влюбиться в соулмейта это лишь пол беды. Самым страшным оказалось безответно влюбиться в лучшего друга, каждый день видеть его с девушкой и плакать. От боли и безысходности. Судьба над ним словно насмехается, посылая ему одно препятствие за другим. Всю жизнь он чувствовал себя за друзьями как за каменной стеной, а потом бах! Всё взрывается, рушится, падает, а он стоит среди этих обломков, и чувства к Майклу словно маленькая хлипкая досочка. Единственное безопасное место, пока ты сам всё не испортишь. Так они и живут. Странно и как-то неправильно, да по-другому пока и не получается. А потом всё меняется, падает с ног на голову, в прыжке сделав двойное сальто. В тот самый день, когда Уилл в слезах уезжает от дома Майка, меняется всё. Фигура парня скрывается в пелене холодного ливня, а сам Майк смотрит ему в след, и отчего-то становится тяжело на душе. А если с ним что-то случится? — Лукас! Мы едем за ним. Они находят его у разбитого шалаша. Заплаканное лицо, разорванные фото, разломанные об колено доски. Шрамы на этих самых коленях. И на руках тоже много порезов, только они какие-то слишком ровные для случайных порезов. — Уилл, что с тобой? — Он вернулся. Парень не может удержаться и снова плачет, и тогда Майк крепко обнимает друга и шепчет: — Всё будет хорошо, мы справимся и в этот раз. — Точно? — чуть дыша спрашивает Уилл — Обещаю. — Она же выдержит? — Должна! Через секунду цепочка разлетается в клочья, а Билли, точнее, демон внутри Билли, бросается на них. Они отскакивают в ужасе, а Уилл неосознанно хватает Майка за руку. Поняв, что он наделал, парень пытается отдёрнуть руку, но Уиллер только крепче сцепляет их пальцы. Теперь они оба практически одновременно подумали о том, что были бы даже не против умереть именно сейчас. Держась за руки. — Нам нужен другой план, потому что я люблю её и не хочу терять снова! В комнате становится настолько тихо, что слышатся стуки капель об листья за пределами дома, а Майк смотрит на Уилла. Точнее, на его чёлку, за которой парень прячет влажные от слёз глаза. Чувство вины вдруг обрушивается на словно снег на голову, промораживая всё до самых косточек. — Что происходит? — Ничего! — отвечает Уиллер как-то слишком быстро — Просто мозговой штурм, — подыгрывает ему Джонатан — Оу, — только и может сказать Эл А Майку всё ещё стыдно. Ведь он только что соврал. Соврал о своих чувствах к ней. Он действительно не хочет терять её снова, но только потому, что она стала частью его жизни. Такой же как Лукас, Макс, Дастин. Уилл… — Оно где-то рядом, — предупреждает Уилл с плохо скрываемым страхом, а затем встречается взглядом с Майком. — Я боюсь, — внезапно одними губами шепчет Байерс. А в ответ ему раздаётся такое же тихое: — Я же обещал что всё будет хорошо. Уилл переводит взгляд на гремящую посуду и мигающий свет. И снова берёт его за руку. Уилл сидит на полу, прислонившись спиной к колонне. То, что он пережил два года назад, казалось худшим кошмаром. Изнанка, как они теперь называют это место, казалась адом. А теперь… Да он готов был поспорить на что угодно, что через такой ад не осмелится пройти даже Сатана. Майк садится рядом и легонько толкает друга в плечо. — Ну ты как? Байерс смотрит на него долго, просто пытаясь понять, каким образом раньше ему так просто удавалось говорить, и насколько же каменным кажется язык сейчас, а затем переводит взгляд на мёртвого Истязателя и еле шепчет: — Мы победили… Кажется. Уиллер лишь усмехается и берёт его за руку. — Ну я же обещал. Уилл улыбается и кладёт голову на плечо другу. А Майк думает, что теперь он самый счастливый человек во всей Вселенной. — Мама продаёт дом. Это известие застаёт врасплох словно удар из-за тёмного угла. На глазах наворачиваются слёзы от того, насколько же больно это осознавать. Уилл уезжает. Эл уезжает. Возможно, навсегда. — Уилл, давно хотел спросить. Почему ты всегда носишь эту повязку на руке? Уилл грустно улыбается и развязывает узел. На запястье виднеется маленький рисунок сердца. — Я нашёл его. Своего соулмейта. Внутри у Майка всё обрывается. Чёрт возьми, только не… — Это же прекрасно, Уилл! — воскликивает он, лишь бы что-то сказать, лишь бы не висела грузом эта тишина, зацепившись за его странные чувства. — Он любит не меня. Голос у Уилла чуть не сорвался. Целый год, практически целый год он молчал, а теперь собирается вот так просто… — Но ведь так не бывает. — Как видишь… — вздыхает Байерс и натягивает на лицо уже знакомую показательную улыбку. Майк чувствует эту фальшивость, но сам понятия не имеет, что делать. Боится сотворить глупость, старается перевести тему, но выходит ещё хуже. — И когда вы уезжаете? — Через неделю. Уилл пожимает плечами и смотрит в окно расфокусированным взглядом. Ещё успеет признаться. Ещё успеет всё разрушить. — Майк… — Что? — Мне наверное пора. Неловкая пауза десятибальной волной падает на их головы. — Тогда до завтра? — выдавливает из себя брюнет. — До завтра… Они ещё несколько секунд смотрят друг на друга, после чего Уилл встаёт и почти пулей выбегает из дома друга. — Не может быть. Этого просто… Маркер полностью смывается с кожи, а раковину приходится оттирать с мылом. Вот только рисунок, ровный чёрный рисунок сердца так и остаётся на запястье Майк ещё не совсем в это верит, но в душе уже теплится надежда. Слабая, странная, неизвестная надежда на то, что у этой сказки будет счастливый финал. — Неужели его соулмейт — это я? Сломя голову парень несётся к телефону. Лишь бы он был дома, лишь бы он согласился на встречу, лишь бы… — Уилл, нам срочно надо поговорить. — Что? Но… — Пожалуйста. — Мы виделись от силы час назад, да и поздно уже… По голосу было заметно, что Байерс растерян. Но причина совсем не во внезапно звонке. Причина в Майке. — Умоляю тебя! Наступает ощутимая пауза. — В том же месте в то же время — наконец устало отвечает Уилл. И Майк тут же бросает трубку. Они встречаются через час недалеко от того места, где раньше стоял шалаш. Обломки от бывшего Замка Байерса разбросаны по всей поляне, и на это так больно смотреть. Словно вместе с этими палками сломалось что-то важное. «Да», - рассуждает Майк, прибежавший на место как можно раньше — «Возможно тогда сломалась наша дружба. Ну или я сейчас доломаю её окончательно». — К чему такая срочность? — Уилл, я… Сердце колотиться как бешеное. Он что, просто возьмёт и скажет? — Я люблю тебя. И не дожидаясь реакции он целует Уилла. Потому что хочет. Потому что может. Потому что из всех миллиардов людей на планете судьба свела его именно с самым лучшим человеком во всей Вселенной, который сейчас так мило пытается отвечать на поцелуй. Его губы вкуса мороженного, что продавалось в Ahoy ещё до полного разрушения Старкорта. Возможно, одно лето и правда может изменить всё. Они проводят эту неделю вместе. Просто живут, как будто ничего не случилось, будто бы не было этих трёх лет беспросветного мрака. Ходят в кино, где покупают карамельный попкорн и садятся обязательно на последний ряд, гуляют вместе, держась за руки и постоянно смотря друг на друга, переодически забывая дышать. Целуются, потому что никто им не может этого запретить. Потому что они предназначены друг другу судьбой — Ты будешь приезжать к нам? — Надеюсь Уилл откидывается на траву. Солнечные лучи слепят ему глаза, он жмурится и становится так невероятно похож на котёнка. — Майк… — парень замолкает, просто глядя ему в глаза, а затем шепчет — Я люблю тебя Уиллер снова целует своё счастье, которое так недавно обрёл и так скоро может потерять. Почему нельзя просто вечно жить в этой секунде? Вечно лежать рядом, держать его за руку, целовать? Это же так просто — остаться. Им уже давно не одиннадцать, а они всё такие же наивные. Просто ничего не бывает. Они смотрят друг на друга, обнимают друг друга и плачут. Они боятся, что не увидятся снова, потому что в эту неделю всё было идеально. Слишком хорошо, слишком сказочно, чтобы быть правдой. Уилл плачет, утыкаясь в плечо Майку, и шепчет: — Я люблю тебя — И я тебя. Всё будет хорошо — Обещаешь? — Обещаю Фургон скрывается из виду, а Майк всё ещё стоит и смотрит ему в след. Они уехали, а вместе с ними будто часть его самого покинула этот город. «Вы покидаете Хоукинс. Возвращайтесь скорее» Метка на руке так и не стёрлась. Уилл вернётся. Он точно вернётся.