От оков избавь

Долина Сан-Фернандо всегда была излюбленным местом Вики. Фруктовые сады заполняли воздух своим сладким ароматом, пронося воспоминания через девушку, которая, пошатнувшись, встала с мягкой травы, оглядываясь по сторонам. Уокер хлопнула пару раз глазами, обрамленными густыми ресницами и дернула лопатками, не чувствуя на них массивный груз. Крыльев не было. Только красный шелк на шее, все еще напоминающей о сделке с дьяволом. Вики срывает с себя ленту, вдыхая поглубже свежий воздух и на лице появляется слабая улыбка от чувства облегчения, наполняющего ее до кончиков пальцев. Она свободна. По-настоящему свободна. Навсегда. Уокер аккуратно ступала босыми ступнями на белый песок, ощущая жар от палящего солнца под ногами. Пение птиц, цветущие деревья и аромат апельсинов — мелочи, которые заставляли слезы радости катиться с глаз, оставляя мокрые дорожки на щеках. — Ну вот и все, Вики. Никаких ангелов, демонов и загробной жизни. Засуха во рту была схожа с Сахарой и девушка зашла в небольшой магазинчик за водой, чтобы утолить мучительную жажду. Без крыльев передвигаться было значительно легче — ничто не тянуло назад и не ломало лопатки болезненными вибрациями. Взяв маленькую бутылочку, девушка направилась к кассе, широко улыбаясь от счастья. — Здравствуйте. — Вики протягивает завалявшуюся в заднем кармане потертую купюру, поднимая глаза на женщину за кассой, которая, не обращая ни малейшего внимания на пришедшего покупателя, читает свежую газету. — Эм, мисс? Молчание в ответ и никакой ответной реакции заставляет Вики напрячься каждым сантиметром тела, испуганно бегая стеклянными глазками по крохотному помещению, ища хоть малейшую зацепку такого поведения. Мысленно посчитав до десяти, девушка грубо швыряет воду на пол, привлекая внимание грузной женщины, которая дергается от резкого звука. — Кто здесь? — Мисс! — Голос Уокер дрожит, но она умело скрывает тонкие нотки волнения под маской безразличия. — Вы меня слышите? И в ответ тишина. Вики поднимает налившиеся яростью глаза наверх, сжимая маленькие кулачки так, что острые ноготки больно впиваются под кожу. Если это какая-то злая шутка, то с каждой секундой девушке становится все не смешнее, а тело заполняет привкус страха. — Это ты, да? — Из пепла в голове воссоздается образ Люцифера, колотя ледяной крошкой все сознание, оставляя глубокие порезы. — Оставь. Меня. В покое. Она буквально слышит его едкую усмешку, морщась от отвратительного звука. Нет, это невозможно. Он должен был оставить ее в покое. Их больше ничего не связывает. Только больные воспоминания. — Иди к черту, Люцифер! Уйди из моей головы! Вики вылетает из магазина, чувствуя, как постепенно начинает закипать от всего происходящего. Она кладет ладонь на кулон, рассматривая его со всех сторон и резкий удар в спину выбивает ее из равновесия, заставляя упасть на колени. Перед ней падает маленький мальчик, которого подхватывает мама, что-то яро объясняя ребенку о том, что не нужно так быстро бегать. — Эй, вы меня видите? Женщина проходит мимо, поднимая сына на руки и с глаз Вики предательски льются слезы, когда осознание происходящего доходят до ее разума. Она больше не ощущает аромат коньяка с терпким привкусом муската, который так отчетливо ощущала на небесах. Но это не самое страшное. Самое страшное то, что она стала призрачной тенью, блуждающей по Земле без какой-либо цели. Ее никто не видит. — Нет, нет, нет, этого не может быть… — Дрожащими руками Вики стягивает с себя кулон, бешенными глазами бегая по нему и в следующую секуду со всей накопившейся злостью швыряет его на асфальт, наблюдая, как фиолетовое стекло разбивается вдребезги от соприкосновения с землей. Мысли спутываются в один огромный ком, не давая возможности найти ниточки к развязке и Уокер хватает себя за волосы, оттягивая их в разные стороны. Боль. Пустота. Ненависть. Коктейль чувств сплетает внутри адскую смесь, плеская свои капельки по каждой тонкой стеночке хрупкого тела. Слезы душат похлеще чертовой атласной ленты на шее, следы от которой навсегда остались украшением на бархатной коже, и Вики опускает голову вниз, горько всхлипывая. «Если не моя, то ничья больше.» Тянущийся голос с хрипотцой обволакивает ушки своей приторной истомой, проникая в каждый темный уголок девушки, заполняя его мраком. Она ухмыляется, нервно покусывая саднящие губки и изо всех сил старается держать себя в руках, чтобы окончательно не утонуть во всем этом дерьме. — Лучше ничья, чем твоя, Люцифер. — Слабо шепчет Уокер, оставаясь сидеть посреди дороги, как выброшенная кукла, надоевшая своему хозяину.

***

Он молча потягивал пряный глифт, который скрипел на зубах от излишней сладости. Ужасное пойло. Но это единственное, что может спасти его истерзанную душу, зализывая свежие раны толстым слоем алкоголя. Искать спасение в глифте. Демон усмехнулся собственному решению, качая головой в разные стороны, балансируя на грани спокойствия и раздражения, которое может уничтожить все вокруг, если он сорвется с этого тонкого каната, падая в пропасть ярости. Люцифер сжал костяшки, чувствуя, как пульсации волнения проходят сквозь него, словно разряды электрического тока. Чертова Уокер, так сильно сводящая его с ума. Шлейф ее энергии до сих пор тянулся до каждого рецептора демона, плотно застревая на коре головного мозга. Она невыносимая. Дерзкая, грубая, наглая и наследник Сатаны мечтал задушить ее своими руками каждый раз, когда она ему перечила. Но он не мог смириться с ее выбором. Не мог. И не собирался. Мими с парнями сразу же покинули комнату демона, не проронив ни слова, пока он, словно зачарованный, смотрел вслед Непризнанной, прокручивая в голове, как старую виниловую пластинку, каждый момент с ней. Сорванная сделка — ничто, по сравнению с чувствами, которые зарождались в Люцифере, с каждым днем беспокоя его только сильнее. Она слишком глубоко зашла в своем расследовании, слишком много узнала ненужной информации, которую им всем нужно было тщательно скрывать и это слишком бесило дьявола, разрывая его на мелкие осколки. И сейчас это все казалось такой мелочью по сравнению с ее исчезновением. Наследник Сатаны залпом опустошает очередной бокал глифта, морщась от медового послевкусия. От нее не осталось ничего. Ни чертового кулона, который нужно было уничтожить сразу же, как только он попал в руки демона, ни шелковой ленты, которая каждый раз будоражила сознание. Только пустота, которая больно обжигала сердце кипятком. Он знал, что рано или поздно она пожалеет о своем решении, но это не успокаивало, наоборот, еще больше разжигало в нем гнев, который выходил за пределы. Нужно будет обязательно провести с демонами и Сэми профилактическую беседу, а еще лучше — сжечь заживо, наблюдая, как они умирают в муках от синего пламени. — Если не моя, то ничья, Вики. — Хмыкает дьявол, доставая из бара еще одну бутылку глифта. Нужно забыться. Избавиться от мерзкого ощущения пустоты, которое прилипло к нему и отключиться от всего мира. — Если не моя, то ничья…

***

— Выглядишь помятой. Геральд склонился над ученицей, приподнимая ее голову за подбородок, открывая обзор на истерзанную шею. Вики нахмурилась, хлопая глазками и резко отпрянула от учителя, сглатывая тугой ком в горле. С его губ слетает усмешка, когда он подходит к разбитому кулону, наступая массивной подошвой на осколки. — Давно сидишь? — Как вы меня нашли? — Я не слышу ответа. Вики прикусывает язык, пока Геральд обходит ее, останавливаясь глазами на спине. Он резко поднимает девушку на ноги, проводя руками по каждому позвонку, задерживая теплые ладони на местах, где должны быть крылья. — Не знаю. — Говорил же, что лишишься своих крылышек. Тяжелый вздох вырывается из груди, когда Уокер устало запрокидывает голову назад, пытаясь проанализировать происходящее. Загадка вселенского масштаба, честное слово. И разгадать этот ребус в одиночку ей не по силам. — Собирайся, ты уже достаточно задержалась на Земле. — Но разве я не вернулась к жизни? Что происходит? — Ты, вроде, не глупая, Уокер. Я всегда видел в тебе способную ученицу, поэтому советую пораскинуть мозгами. Как ты можешь вернуться к жизни, если уже умерла? — Вы хотели сказать, если меня убили? — Едкий смешок заполняет кислотой душный воздух, впитываясь в кожу. — Я слышала разговор Люцифера с Дино о том, что кулон нужно уничтожить, потому что он может вернуть меня к жизни. Геральд громко смеется, закатывая глаза от такой детской наивности. — Ты дочь Серафима или кто, Вики? Даже самые лучшие ученики могут ошибаться и не следует доверять этим двум в полной мере. — Демон скрещивает руки на груди, испепеляя черными глазами девушку, и она принимает этот зрительный удар, гордо вскидывая голову. — Радуйся, Уокер, ты слишком сильно приглянулась мне в качестве дьяволицы, поэтому я забираю тебя обратно. — Учитель подходит ближе, обжигая горячим дыханием Вики, которая, словно оцепеневшая, была не в силах даже пошевелиться. — Где крылья потеряла? — Если бы я знала. Он проводит рукой по спине и ломота вновь пронзает тело Уокер, разрывая лопатки. Тяжелый атрибут всех высших существ опять появляется на Непризнанной, оттягивая хрупкий стан назад. Обретенная легкость сменяется привычной тяжестью и Вики дергает алыми перьями, которые слетают к ее ногам, сплетаясь в собственном танце. Геральд призывает водоворот, заставляя крупные мурашки скользить по телу Вики, обволакивая все тело в омерзительное ощущение. Ощущение, что об нее вытерли ноги и смешали с грязью. Впрочем, так оно и было. — Ты долго будешь стоять? Грубый голос Геральда выдергивает Непризнанную из собственных размышлений, в которые она окунулась с головой, в очередной раз ища лазейку, в которую спокойно можно было нырнуть и отыскать ключ ко всем вопросам, давящим на черепную коробку. Он грубо толкает Вики в водоворот и тот поглощает ее в своих пепельных тучах, возвращая обратно в то место, откуда она сбежала, чтобы больше никогда не встретиться со своим личным дьяволом. — Встреча будет веселой, да, Люцифер? — Шепчет Вики, чувствуя, как внутри все сжимается тугим кольцом. Сад Адама и Евы встречает Уокер прохладным ветром и отчетливым ароматом спелой малины. Мими. Она узнает ее энергию из тысячи, потому что ягодный микс взрывался на кончике языка, впитывая кисло-сладкий привкус внутрь. — Сегодня отдыхай. Зайдешь ко мне завтра. Геральд оставляет Вики одну и она устало опускается на мокрую густую траву, прикрывая аметистовые радужки уставшими веками. Ощущение, будто ничего и не происходило, наполняет Непризнанную странным спокойствием. Легкая усталость от всех событий ложилась прозрачной вуалью на плечи Вики и девушка откинулась назад, не в силах подняться с мягкой травы. — В-Вики? Ее голос стал уже таким родным. Непризнанная поднимает свои заплаканные зеницы на демонессу и та накидывается ей на шею, укрывая от ледяного ветра в своих теплых объятьях. Вики слышит, как Мими плачет и проводит пальчиками по ее угольным волосам, улыбаясь. Демон плачет. Сумасшествие чистой воды. — Как ты вернулась? Что произошло? — Если бы я знала, малинка. — Печаль отпечативыет на лице Уокер все истинные эмоции и демонесса кладет голову на плечо подруги, пропуская через себя слабые импульсы спокойствия. — Кулон не вернул меня к жизни, я была лишь жалким призраком. Меня нашел Геральд. — Она прокручивает в голове все события, которые слишком сумбурно протекали и дергает крыльями в попытках не разораться во все горло от очередной несправедливости. — Я ни черта не понимаю, Мими, и мне это порядком надоело. — Хочешь, я помогу тебе? Люцифер все равно уже обещал скинуть меня в раскаленную лаву, будем сгорать вместе. Вики улыбается словам подруги, вспоминая свои слова перед тем, как заключить сделку с дьяволом. — Только брось меня после всего в жерло вулкана, потому что мне мерзко даже осознавать то, что твои грязные лапы трогают меня. — И что ты там будешь делать? — Возраждаться из пепла. Воспоминания бьют по Непризнанной, больно впиваясь под толстую мембрану. Согласиться на сделку с дьяволом, удостоив его звания своего хозяина. Вики поморщилась от этого слова, понимая, что Люцифер запустил ей в глаза пыль, создавая образ всемогущего помощника и ни в коем случае не обманывающего демона. И как красиво она попалась на его удочку. Глупая Уокер. — Чем ты мне поможешь, малинка? — Раны на шее болезненно пульсировали. Здесь все напоминало о нем. Каждый шелест листьев, каждое брошенное невзначай слово, каждое болезненное движение. Казалось, что сын Сатаны повсюду. Наблюдает за своей жертвой и ждёт момента, чтобы снова прижать её к стене, завязывая на шее алый бант. Только этого больше не произойдёт. Вики чётко дала себе установку ни при каких обстоятельствах не позволять Люциферу приближаться к ней. — Вместе что-нибудь придумаем. — Мими опускает свою ладонь на колено Непризнанной и тепло разливается внутри неё, заставляя согласиться на эту авантюру. — Только для начала тебе нужно отдохнуть. Не став спорить, Уокер взлетела на новых крыльях в небо, рассекая воздушные облака, которые слабыми порывами обжигали перья в ледяной воздух. Она чувствует, как проживающий её насквозь взгляд прикован к спине и резко разворачивается, встречаясь с кроваво-алыми глазами демона. Повисшая тишина убивает мучительней, чем шёлк на шее. Люцифер смотрит на Вики, не отрывая убийственного взгляда от своей мишени, пока внутри него сражаются две стихии, в мёртвой схватке борясь за главенствующую позицию в его голове. Хотелось убить её и обнять. Почувствовать тепло тела и разорвать на мелкие кусочки. Непризнанная не смотрит в его сторону, чтобы в очередной раз не утонуть в этих червонных радужках и всеми фибрами души надеется на то, что это всего лишь страшный сон. — Ну здравствуй, Уокер. Давно не виделись.