Каннибал на борту

***

      После оглашения данного манифеста голос затих, и стоящие на палубе люди стали неуверенно взирать на окружающих. В глазах каждого читалось подозрение буквально ко всем. Екатерине не стоило большого труда понять — при таких исходных хаос начнётся очень скоро.       Видимо, это понимал и Женька. Усиленно скрывая лицо от озирающегося по сторонам начальника, он смотрел на Екатерину с некоторой… надеждой, что ли. Девушка правильно поняла, что имелось в виду под этим взглядом — напарник действительно надеялся, что она не будет подозревать его в этом преступлении. Увы, указать на стопроцентное алиби, а значит и стопроцентную невиновность парня она не могла. А, следовательно, ей оставалось только потупить взгляд и уходить от настойчивых глаз напарника.       Хотя в душе она была ему благодарна. Да, парень — хороший актёр и мог разыграть фактически всё, что угодно, но тут ему хотелось верить. Кате хотелось верить, что он действительно доверял ей. В принципе, так оно и было. Евгению никогда не приходило в голову подозрение, что убийца — это Екатерина.       Правда, не все были так уверены в непогрешимости главного детектива. Даже Дмитрий Игоревич, тот самый папик, с которым девушка прибыла на корабль, смотрел на новообразовавшуюся парочку с подозрением. Хотя, это растворилось в том, что тут все смотрели с подозрением на всех. И на девушек, и друг на друга. Кто-то из-под толстых стёкол своих очков, кто-то — надменно прищурив взгляд, а кто-то и вовсе с внутренней опаской. Екатерина присматривалась к остальным, лелея себя надеждой, что убийца не станет смотреть со внутренней опаской и что смотрящих так людей можно спокойно убрать из списка подозреваемых.       Впервые можно было увидеть всех (за исключением трёх погибших) людей на корабле. Всего на палубе находилось двадцать восемь человек, включая Владимира Степановича и пять человек обслуги, а также самих детективов — то есть условные одиннадцать пар. Не все, правда, тут были парами. Некоторые тут были и одиночками. В целом мужчин-гостей было на 2 (1) человека больше, то есть 12, включая «богатого» Евгения. И пока Екатерина, осматривая «шведский стол» подозреваемых, даже не подозревала с кого начать. Ждала первого случая — первых обвинений, первой ссоры, первой подожжённой искры, из которой разгорится пламя пожара…

***

      Случая пришлось ждать на удивление долго. К этому моменту Владимир Степанович успел отойти по своим делам и думам, официантки и два повара отправится на кухню, а остальные относительно разрядить обстановку. Видимо, это не понравилось маньяку. Поэтому он пошёл на явную провокацию, которая, увы, сработала безотказно.       А именно один из мужчин, после того, как выпил заказанный виски, рухнул без сознания. Вокруг тела тут же столпилась куча народу, а девушку-официантку (по иронии судьбы (или злому умыслу), это снова была Елена) окружили все гости, не давая перепуганной девушки выбраться.       Евгений прошёл в круг и на глазах немного удивлённой толпы приложил палец к сонной артерии мужчины. — Живой, просто уснул, как убитый, — констатировал он. — Видимо, в заказанный виски кто-то подсыпал снотворного. — Девчонка явно хотела отравить его, — неуверенно высказался кто-то из толстосумов, и послышались более уверенные крики одобрения и подтверждения. — Именно, — с насмешкой сказал парень, — поэтому принесла сама. И добавила просто снотворное, причём явно не лошадиную дозу, а не яд. Сами в это верите? — В очередной раз её защищаешь, мальчишка?! — куда более уверенно сказал всё тот же сомневающийся. — Просто во мне ещё не умерли сочувствие и симпатия к людям. — Девушка покрылась лёгким румянцем — не каждый день о тебе, простой официантке говорит молодой и богатый красавец. — Ясненько. Сочувствие и симпатия говоришь, — молвил оппонент. — А может быть именно из-за сочувствия и симпатии ТЫ, — с нажимом произнёс мужчина, подходя всё ближе — и избавился от тех, кто её унижал? — Последние слова были произнесены с явной агрессией, а палец уткнулся парню в грудь.       Посмотрев на его руку, Евгений ухмыльнулся, сделал захват и вывернул её настолько удачно, что чуть не сломал, но увечья и боль нанёс знатные. Громко крикнув, боров отскочил с удивительной проворностью к остальным. — Хм, — сказал Дмитрий Игоревич, по-видимому, защищая новоявленного бойфренда и стража дочери друга, — а что нам мешает подозревать тебя? Излишняя агрессия и попытка спихнуть всё на человека, которому просто не выгодно так подставляться. Явные признаки возможного маньяка…