Свали, пожалуйста, поближе

      А что если бы я не вступила в Портовую Мафию? Если бы просто позволила убить себя? Что было бы тогда? -Доброе утро! - абсолютно обычная улыбка была на моем лице, когда я говорила эту фразу своему другу. -Ты такая счастливая... - как-то странно ответил он. Я подалась немного вперед и чуть не выпала из дыры в стене. -А почему бы мне не быть счастливой? - я сказала это и посмеялась. -Да нет... Это хорошо. Иди лучше собирайся. Тебе еще крысу выводить. - он по-странному улыбнулся. -Ага...       Я ушла собираться и мы вместе пошли как обычно к Мори. Эта комната размером с концертный зал, в которой на темном кресле, как обычно, сидел босс.       Сегодня было прохладно. Черное пальто и красный шарф совсем не сочетались с голубым платьем. Волосы беспорядочно лежали на этом дурацком шарфе. Я встала на то же место, где стояла почти всегда. -Точно... - я все вспомнила, но решила продолжать улыбаться.       После вздоха Мори начал. -Значит так... Хацуно. - от этого обращения мне стало как-то не посебе - Ты вообще собираешься работать? Ты хоть что-нибудь нашла? - он был явно в плохом настроении, даже слишком. Меня резко осенило. Он бы никогда не обратился ко мне по фамилии. -Мори-сан, никакой крысы нет, - взгляд у всех присутствующих был недоумевающий. Они мне явно не верят - Это способность некого человека. Именно она довела Гин Акутагаву до... - я запнулась - до самоубийства. -С чего ты взяла, что это способность? -Зная Гин за пределами мафии, я смело могу сказать, что она бы никогда не совершила такого. Вы бы не стали называть меня по фамилии и отчитывать до того, как я что-то скажу. Я бы не стала спустя пять лет зацикливаться на убийстве своих родителей, а Чуя подозрительно спокойный был сегодня утром. А еще по городу прошлась волна самоубийств. -Представься. - к боссу вернулось его обычное выражение лица. -Катсуши Наоки. Первая ветвь. Двадцать три года. Пять лет служу в Портовой Мафии. Здравствуйте.

***

Подогреваемый пол не давал мне замерзнуть, но небольшой сквозняк из приоткрытого окна все же заставил меня открыть глаза. Только вот я снова оказалась в том поле. Небо было такое же серое, ветер таким же противным, сквозящим, хоть и не особо холодным. Руки по-прежнему были испачканы кровью. Пшено, которое там росло, неприятно щекотало голые ноги. -Я же тебя прогнала! - это была та самая девочка в испачканном снизу платье. -Прости, я случайно сюда снова попала... -Может хотя бы руки для приличия помоешь? Ненавижу кровь. -А... - я вытерла руки о лист пшена, что не дало особых результатов, но девочке и этого хватило. -Иди за мной. Мы шли долго и вскоре оказались в лесу, где девочке зашла в маленький домик, незаметный на фоне деревьев. Из-за темноты, глаза начал болеть, пытаясь перестроиться. Длинный коридор со множеством дверей встретил нас. Девочка подошла ко одной из дверей и открыла ее. -Сюда. -Прежде чем я зайду туда, можно тебя кое о чем попросить? -О чем? -Умри.

***

-Мам, я дома! -Лучше бы ты не возвращалась, тварь. Презрение, гнев, крик. -Я не хотела... Не хотела! Папа остановись! Ремень, кровь, кашель. -Лучше б вы сдохли. Смех, убийство, побег. -Ваш билет? Встреча, ненависть, мафия. -Либо вступи, либо умри. Способность, сон, слова. -Я ж волнуюсь за тебя, дура! Бред, воспоминания, желание.

***

-Нет. -Тогда я убью тебя. - как только кровь коснулась стены, тело девочки исчезло, дом начал гореть, и я вместе с ним.

***

-Ее сердце остановилось, мы не смогли ничего сделать. Соболезнуем вашей потере.

***

«Это письмо я посвящу своему воображаемому другу – Чуе Накахаре. Странно, но я влюбилась в тебя. И мне плевать, что ты всего лишь моя фантазия, я лишь хочу, чтобы ты стал реальным»

***

-Пять лет в коме и смерть. Так погибла двадцати трёх летняя Катсуши Наоки, впавшая в кому после сильной ссоры с родителями. Дальше новости в Швейцари...

***

-Дура...