Яждядь

Антоха немного покусал кукурузу и отдал её родителям, а я, для вида предложив Женьке и услышав в ответ невнятное бурчание, уселся на коврик и с удовольствием впился зубами в початок. Кукуруза была сладкой и очень вкусной. Какое-то время я наслаждался процессом, глядя на море, но через минуту заметил незваных гостей. Два потрёпанных жизнью голубя как бы случайно прохаживались мимо меня, делая вид, что им пофиг на кукурузу. Один из них подошёл ко мне совсем близко и замахал крыльями, от чего я вздрогнул и выронил изо рта несколько зёрен. Они применили такой отвлекающий манёвр, но понял я это не сразу. Пока я нервно тряс ногой, чтобы прогнать бешеную птицу, второй голубь забрался на мой коврик и склевал с него упавшие зёрнышки. Естественно, всё своё негодование я переключил на него, а в это время первый голубь успел отведать кукурузы с другой стороны коврика. Вообще всякую живность я люблю: и ходящую на четырёх лапах, и летающую, но терпеть такую наглость от этих пернатых тварей не собирался. Я упорно ел кукурузу, дёргая ногами, чтобы прогнать птиц, но от этого только ещё чаще ронял жёлтые зёрна. В какой-то момент мне захотелось взять камушек и запустить им прямо в птиц, но на пляже мог загорать какой-нибудь ярый гринписовец, и я побоялся это делать. А голуби подкрадывались ко мне всё ближе и ближе. Когда очередная жёлтая кукурузинка упала вниз и попала мне в пупок, я напрягся. Птицы тоже замерли и уставились прямо туда, где лежал соблазн. – Да нате! Обожритесь, гады! – не выдержал я и кинул им обгрызенный початок. – Ты чего орёшь? – зашевелился рядом Женька. – Ненавижу птиц, – буркнул я, и добавив: – Пойду утоплюсь, – начал надевать силиконовые тапочки. Оглядевшись по сторонам, я заметил, что Антоха сидит рядом с матерью, спиной ко мне, и вдохновенно ваяет что-то вроде Сада камней из крупной гальки. Чтобы он меня не засёк, я медленно поднялся с коврика и пошёл к воде, стараясь не сильно хрустеть галькой. Лёгкая волна мягко лизнула ноги и это меня успокоило. Я вытянул руки, глубоко вздохнул и… – Ну чо? Пошли поплаваем? – услышал я за спиной. Короче, искупаться одному в этот день мне не удалось. Но я не расстроился, ведь впереди у меня было ещё десять дней солнца и моря. Ближе к обеду мы стали собираться домой. Сложив весь мусор в пакет, я поднял с гальки один Антохин прозрачный ботинок и тоже положил его в пакет. Да, совсем забыл сказать, что свой аквашуз Антоха потерял ещё при первом заплыве, и я посоветовал родителям в следующий раз купить ему цветные силиконовые тапки. Пока счастливые родители собирались и пытались надеть на недовольного Антоху одежду, Женька, наконец, решил искупаться. Когда я вернулся, он как раз выходил на берег, неся в руках второй Антохин аквашуз. – А где другой? – спросила у меня яжмать. – Так я его того… – ответил я, неуверенно махнув головой в сторону помойки. – И-и-и? – нахмурила она брови, и я, вздохнув, пошёл обратно к мусорке, где как бы невзначай сунул руку в бак, нащупал там наш пакет и достал оттуда второй тапок. Мы с Женькой немного задержались на пляже, пока ополаскивались под душем пресной водой, поэтому поднялись на набережную последними. Счастливые родители и Антоха уже успели переодеться и пошли делать заказ в «Мидийное место», где мы решили пообедать. Все кабинки для переодеваний оказались занятыми. Мы с Женькой, чтобы не стоять на солнце, подошли к крайней, чтобы встать в её тени. Через минуту из неё вышла тётка, и я быстро юркнул внутрь, а Женька остался подпирать стенку. Повесив розовую плетёную сумку на крючок, я достал из неё сухие трусы, шорты и начал переодевается. Бросив взгляд в сторону, я увидел сквозь тонкие рейки кабинки Женькин силуэт и решил добавить немного романтики в наши отношения. – Жень, а тут реально можно заняться сексом, – громко сказал я. Женька ничего не ответил, но мне это было и не нужно. Главное, чтобы он почувствовал, что остался для меня любимым и желанным мужчиной. Порывшись в сумке и не найдя в ней своей кепки, я надел на голову розовую панамку яжматери, и в таком виде вышел из кабинки. Каково же было моё удивление, когда вместо Женьки я увидел у кабинки высокого сутулого мужика с сигаретой в зубах. На секунду я запаниковал. По взгляду мужика я понял, что он прекрасно слышал моё приглашение Женьке заняться сексом в кабинке. Но потом здравый рассудок вернулся ко мне – «Женькой» могла быть и девушка. Я сделал сутулому приглашающий жест в кабинку и, помахивая розовой сумочкой, пошёл в сторону набережной, где меня уже ждал мой Женька. После большой порции мидий в сливочно-сырном соусе и бокальчика холодного белого вида меня разморило. Захотелось просто улечься где-нибудь в тенёчке и поспать пару часов. Но не тут-то было. Пришлось идти по раскалённой полуденным солнцем набережной, к тому месту, откуда мы пришли. Вот тут меня и настиг тот неприятный сюрприз, которого я не ожидал. Спускаться по каменной лестнице было легко, а вот подниматься оказалось настоящей пыткой. Где-то посредине пути я сел на ступеньку и, тяжело дыша, сказал проходящему мимо Женьке: – Иди один… Брось меня тут… – По-моему кому-то пора заняться спортом, – ответил тот, протягивая мне руку. – По-моему, кепку «#Душнила» купили не тому человеку, – вздохнул я и пополз дальше по лестнице. Многие, когда едут в Сочи, стараются помимо пляжа и набережной посещать достопримечательности города: дендрарий, Олимпийский парк, океанариум. Оказалось, что нам всем ближе тюлений отдых. Мы каждое утро уезжали на море, потом обедали, ложились спать, а после тихого часа перебирались к бассейну, который был у нас во дворе и, усевшись под зонтиком, попивали пиво или вино. Бассейн на территории гостиницы оказался для меня точкой кайфа. Особенно мне нравилось ранним утром, когда солнце ещё нежное и доброе, взять чашечку кофе, улечься на шезлонг и наслаждаться тишиной и покоем, изредка ныряя в тёплую прозрачную воду бассейна. Вечером двор рядом с бассейном становился местом встреч. Удивительно, как сближает людей совместный отдых. Постояльцы вокруг нас часто менялись, поэтому за те десять дней, что провели в гостинице, мы завели дружбу с десятком человек. Например, была супружеская пара московских армян с маленьким сыном. С ними мы провели пару прекрасных вечеров на террасе с мангалом, где отец семейства, молодой армянин Василий, готовил для нас шашлыки и вкуснейшие свиные рёбрышки. Потом мы познакомились с двумя молодыми мамашками из Татарстана. Они приехали на отдых без мужей, но с детьми. Это не мешало им весело проводить вечера в нашей компании с пивом и роллами. Были ещё два парня-работяги из далёкого Магадана. За те несколько дней, что оставались у нас до отъезда, они ни разу не доехали до моря, а только целыми днями пили пиво и загорали у бассейна. Ребята они были весёлые. Мы с Женькой и яжпапой с удовольствием составляли им компанию, но их пидорские приколы лично меня немного напрягали. А вот Женька с яжпапой от души ржали над их шутками, называя меня гомофобом. Антохе тоже повезло. В нашей гостинице было много детей, и спиногрыз часто играл с ними, давая нам расслабиться и отдохнуть. В городе Сочи тёмные ночи… И это чистая правда. Причём темнело молниеносно, буквально за пятнадцать минут. Но тепло оставалось и ночью, поэтому не искупаться в бассейне перед сном было просто грех. И вот я, потянувшись, поднимаюсь с пластмассового стула, кидаю пустую бутылку из-под пива в пакет для мусора, снимаю с себя футболку и, подойдя к бассейну, скидываю с ног шлепанцы. – Ну чо? Пошли поплаваем? Я поворачиваю голову и вижу рядом с собой улыбающегося Антоху с надувным кругом на пузе. – Пошли… – улыбаюсь я ему в ответ и, взяв за ручку, веду к лестнице.