" Ты монстр." "А ты попробуй, приручи!"

Нажимом на плечи, тебя заставили упасть на колени, больно ударившись о холодный пол. Голову было страшно поднять, работая во дворце всего пару недель, а уже вызвали на ковер к самому жесткому человеку государства – принцу. Да еще и в таком вызывающе наряде, руки постоянно поправляли накидку на груди, что бы хоть как-то прикрыть обнаженные участки. Позади послышались тяжелые шаги, что означало – стража покинула вас. И от этого стало еще более беспокойнее. – Тебе очень идет наряд, что я передал. – послышался басистый и тягучий голос. – Подними голову, хочу рассмотреть твоё лицо. Не торопясь, ты подняла свой взгляд, и наконец- то увидела того самого принца о котором столько слышала. Он сидел в позе лотоса на широкой кровати, покрытой красными шелковыми простынями. Его голова была наклонена немного вбок, от чего длинные белые волосы спадали на плечи и грудь, которая была распахнута белым халатом с золотой вышивкой. Но больше всего привлекал внимание широкий и мерзкий шрам над правым глазом, который он даже не пытался скрыть. Ты так увлеченно его разглядывала, что даже не заметила, как приоткрыла рот от удивления. – Хм, за такое нахальство и головы можно лишится. – Простите. – низко опустив голову, ты залилась краской. – Но зачем вы позвали меня, мой господин.- собирая подол не удобного платья, шипела от болезненных ощущений в области колен. – Мне не нужны причины. Просто захотел развлечься. Внезапно перед лицом появилось лезвия меча, в котором так четко отражались твои глаза. Сердце бешено застучало. «Не уж то он меня убьют. Сейчас? Но за что?» От страха все тело бросало в дрожь, а юноша продолжал начатое. Все знают, что лучше не переходить дорогу, не перечить и тем более пялиться на шрам молодого принца- ну ни как нельзя. Этот след был оставлен его отцом – королем, в знак того, что он призерает и никогда не допустит его на трон. И сколько бы мальчик не старался, что бы не делал – отец никогда не смотрел в его сторону. От этого Он вырос: жестоким, властным, эгоистом, бессердечной сволочью, которая и ребенка может убит. И Юнги нравится, нравится, что все его уважают. Но мы то знаем, что это просто страх, который он посетил в сердцах людей. Лезвие ведется от подбородка по горлу, оставляя кровавую дорожку на бледной коже, а после резко рвет брительку женского туалета оголяя левую грудь. – Убери! - грубо произносит блондин, и со слезами на глазах, ты убираешь руку. Юнги любуется округлостью, проводя кончиком меча, очерчивая ореол и слушая твои тихие всхлипы. Еще ни одна кисен так не волновала его кровь, возможно потому, что те были слишком покорны. А твоя невинность уж слишком возбуждала. – Ахм. Мне больно . – глотая слезы произнесла ты, когда остриё с нажимом опускалось с другого плеча. – Ты же знаешь, что такую – Юнги сделал интонацию на последнем слове. – Тебя никто не возьмет замуж. – максимально глубоко рассекая девичья кожу над правой грудью, он ухмыляется. Тебе ничего не остается делать, как громко вскрикнуть подавшись вперед. Лучше остаться одной до конца дней, но живой, чем с идеальным, никому не нужным- трупом. Девушкам со шрамами на теле очень сложно найти пару, и порой они так и остаются одни, прислуживая в доме. «Но лучше так, чем мертвой.» - подумала ты, распахивая глаза от боли. – Твое тело, словно холст для моего меча. – Юнги подошел и присел на корточки, запрокидывая чужую голову назад. – Будешь моим личным холстом?! – ложа свой горячий язык в районе солнечного сплетения, Мин вел им вверх собирая капельки крови. – М, так вкусно. – закатив глаза, он облизнул запачкавшиеся губы. – Я…Но…вы…- голос дрожал, быть каждый раз в покоях этого извращенца и психа, совсем не хотелось. Но разве есть выбор у бедной сироты без имени? Не думаю. – Я ..Мой господин… Холодные руки обхватили обе груди и стали их покручивать, пока обветренные губы оставляли свои следы на шеи. Ты вцепилась в обнаженные плечи, впиваясь ногтями в смуглую, но в тоже время – бархатистую кожу, глотая крики боли от жгучих поцелуев. Ты не хотела. Тебе это совсем не нужно. И впиваясь в минову кожу сильнее, тем самым ты хотела отстранить от себя парня. Но если бы только знала, какой кайф он ловит от этого, то точно бы прекратила свои действия. – Ах, мы с тобой хорошо проведем время- вгрызаясь в твою ключицу зубами, Юнги в один миг задирает подол пышного наряда и садит тебя сверху. – И если ты доставишь мне удовольствие, я оставлю в живых. А если нет, то себе. - шепча на ухо он резко входит. Ты кричишь во все горло, темные волосы уже потеряли изначальную форму и беспорядочно спускаются с пучка, придавая небрежный вид. Ты сейчас просто теряешься в пространстве и во времени, а принц начинает резко поднимать и опускать твоё тело на свое колом стоящее достоинство. Он рычит словно зверь, который загрызает свою добычу. Запах крови, пота, нотки сакуры на твоем теле и саке из его рта – все это мешается с твоими криками, слезами и мыслями о скорейшем конце. Но он совсем не скоро. – Я наблюдаю за тобой лет с тринадцати – повалив на спину, принц вышел. – Такая гордая и упертая была у этого прилавка. – снова, без предупреждения вошел во всю длину, положил руку на твою пылающую щеку. – Борец за справедливость. – Юнги провел большим пальцем размазывая слезу, а после запустил пятерню в густую копну черных волос. – Я так хотел сломить это в тебе. – собрав волосы в пучок, сильно потянул, от чего ты резко распахнула глаза. – Что, не можешь смотреть мне в глаза? Стыдно от того, что получаешь удовольствие? Стиснув челюсти ты содрогалась каждой клеткой от унижения, даже боль уже ушла на второй план. Такое чувство, что тебя взяли и макнули в грязную лужу. Слишком мерзко. Лоно ужасно горело от бешенного для тебя- ритма, а парень продолжал смотреть тебе в глаза улыбаясь уголком рта. – Ты монстр. – смачно харкнув в лицо блондина, ты с упоением ждала, когда в твоё сердце вонзят меч. – А ты попробуй приручить. – не вытираясь, Юнги ложит и сжимает свою, усыпанную венами – руку, на твоей тоненькой шеи. – Приручи меня. – посасывает твой подбородок, а потом впивается в губы. Ты стонешь, пытаешься сопротивляться кусаю чужие губы и ощущаешь вкус металла на языке, но мужская рука лишь сильнее сжимается, запуская свой пропитанный алкоголем язык в твой открытый от нехватки воздуха – ротик. Второй рукой он закинул твою ноги себе на плечо и уже более глубже проникает, под нужным углом, давая ощутить всю прелесть этого животного секса. – Моя. – говорит в поцелуй, вылизывая полость твоего рта. – Моя игрушка. – пару толчков и Юнги кончает на внутреннюю часть бедра, падая на твоё посиневшее тело. – Моя. – он потихоньку ослабевает сватку, давая сделать глоток долгожданного воздуха.