Не то, чем кажется

Знала бы раньше как хорошо спится под снотворным, не стала бы отказываться от него несколько месяцев назад. Голова больше не болела, не сказать, что чувствовала себя сильно отдохнувшей, но не такой разбитой как раньше, вот только губы нестерпимо жгло как будто в них долго и усердно втирали перец чили, конечности затекли от лежания в одной жутко неудобной позе. Обострившийся слух уловил раскаты грома, и в иных обстоятельствах я бы ещё очень долго диву давалась как странно бушует погода в это время года: если вечером в моём городке был мороз, то тут дождь лил как из ведра. Сколько сейчас время? Как долго спала? Попытка пошевелиться почему-то успехом не увенчалась, а было всё даже слишком просто для понимания - этот псих связал меня! Ну, как связал, профессионально зафиксировал все мои конечности, такие ремни обычно присутствуют на кроватях в каждой дурке. Не оттуда ли он сбежал?! Глупо ведь было надеяться, что меня просто оставят в клетке до пробуждения? Невероятно глупо. Попытка зевнуть только добавляет боли, и мгновением позже ко мне приходит осознание почему... Рот зашит большими стежками, и если верить своим ощущениям уже как несколько часов. Истерика накатывает стремительно, и плотно сжимая губы начинаю дергать руками и ногами что есть мочи, но путы никак не поддаются. Слёз нет, а вот страх и злость придают решимости. Через несколько минут выдыхаюсь и наступает понимание что зря себя изматываю, принимаю решение поберечь силы. Осматриваюсь в поисках похитителя, его нет в поле зрения но от приоткрытой двери слышится его голос, он весело напевает какую-то песенку чем-то резво погрюкивая. Мммать! Поза Христа Господня мне ну никак не идёт! Стараюсь успокоить и себя, и дыхание. Я со всем справлюсь. Ещё раз натягиваю ремни сдерживающие мои руки, теперь подмечая, что на левой руке он не так плотно прилегает к коже, и стоит попытаться ещё вытащить. Собирая пальцы кучнее, потихоньку дёргаю руку на себя немного проворачивая. Начинает получатся, и задерживая дыхание я продолжаю, когда в подвале раздаётся резкий хлопок вздрагиваю и замираю. За своим усердным занятием пропускаю момент появления похитителя, зато он эффектно оповестил о своём присутствии хлопнув дверью. Как невоспитанно. - Уже уходишь? - Всплёскивает руками, изображая разочарование и качает головой. Довольно скалится. - Моветон уходить не попрощавшись. - Откидывает тот самый маленький топорик к стене, и тут и замечаю что его руки по локоть в чём-то тягучем и красном. Тошнота стремительно подкатывает к горлу когда нос улавливает запах а на языке появляется металлический привкус. Стараюсь думать о чём угодно, только не о происхождении этой жидкости. С трудом сглатываю противный ком. Фантазия тут же рисует, при чём в красках, что сделают сейчас со мной. Мужчина подходит ближе медленно проводит рукой от бедра к колену, оставляя на грязно синих джинсах длинный кровавый след, и ещё ниже останавливая свою руку поверх ремня на щиколотке. Меня передёргивает от отвращения ещё больше, если больше вообще возможно. - Может, тебе ногу отрезать? - Спрашивает он как будто собираясь в магазин вопрошает "может тортика купить?". В ответ дёргаюсь всем телом, мысленно матеря ещё на трёх языках. Обходит стол против часовой стрелки, довольно улыбаясь своей широкой улыбкой. При других обстоятельствах я даже могла бы назвать её красивой. Не сразу до меня доходит то, что маски на нём нет. Пареньку передо мной на вскидку лет тридцать или около того, растрепанные рыжие волосы местами слиплись от крови но большую их часть прячет кепка надетая козырьком назад, на лице засохли бардовые капельки. Он берёт моё лицо в свои липкие руки и аккуратно, почти с нежностью, проводя большим пальцем по раненным им же губам: - Не люблю шум, - поясняет похититель, как будто стараясь меня успокоить что ничего такого эдакого не происходит. Зелёные глаза горят каким-то лихорадочным нездоровым блеском, руки на моих щеках мелко подрагивают. К горлу опять подкатывает ком. Как же это гадко, словами не передать... Мне ничего не остаётся как мысленно сходить с ума, одновременно молиться и проклинать того, кто писал сценарий моей жизни. А вот этот псих очень даже рад, что у него появился невольный слушатель. Он продолжает говорить и говорить, я же стараюсь отстраниться от звучания его голоса, пока он вдруг не заговаривает о легендах: - Ты, кажется, легендами интересуешься? Не смотри на меня так, библиотекой Дасквуда редко кто интересуется кроме жителей Дасквуда. Одна из ниточек, которых ты мне сама на блюдечке протянула. Не волнуйся, я не позволю тебе скучать! - Клятвенно меня заверяют, и сомнений как-то не возникает. - Слышала историю о Бледной Лоран? - Мужчина выжидающе смотрит, что мне приходится отрицательно кивнуть подавляя всхлип. Пока ещё удаётся не поддаваться истерике вновь. - Отлично! - Неописуемый восторг. И его, что психу так не терпится чем-то поделиться, прям как ребёнку, и мой, что получается оттягивать неизбежное... Легенда, о которой мне поведали рассказывает о первой семье, жившей на землях Дасквуда ещё до того, как город получил это название. В семье были чёткие порядки, женщина не могла лезть в мужские дела, должна стирать, готовить, следить за детьми и т.д. в общем, ничего нового. Но так же перед вступлением в брак ей об этом говорят и напоминают, что али она ослушается, ей отрезают мизинец чтобы все видели - что она недостойная жена и суёт нос не в свои дела. Звучит так то глупо, по правде говоря. Ну и эта Лоран как-то подслушала разговор повинуясь природному любопытству, вот ей палец и оттяпали, девчонка получила заражение крови и умерла. А потом вернулась с того света за всеми этими мужиками и напугала всех до смерти, всех до единого нашли с седыми волосами. Теперь же она раз в девять лет возвращается вновь чтобы защитить женщин угнетённых мужчинами. Бред, да и только. - Но не в этом суть, не о её причинах, - ему и ответов не нужно, так уж увлечённо он рассказывает. - Ты свой носик сунула в чужие дела? Сунула. Расплачиваться нужно? Ещё как, моя милая! Понимая к чему клонит этот псих, у меня засосало под ложечкой, в его руках были огромные щипцы и о их применении долго думать не приходилось. Я резво замотала головой отказываясь в это верить. - Тшшшш, - успокаивающе произнёс и приложил палец к губам. - Так нужно. Я буду аккуратен, правда! Это не будет больно! - Зажмурилась, не в силах наблюдать за всем этим безумием, стараясь думать о чём угодно, отстраниться от происходящего. - Вот и славно! В горах было много снега, я радовалась не хуже ребёнка, ведь всю жизнь где я провела с семьёй и морозы были редкими гостями. Тихие шаги и он обходит меня вокруг, останавливаясь по левую сторону. "Может стоило взять Алю? Чего тебе чахнуть со своим стариком?" - папа не раз это повторял, на что я отвечала лишь смехом и уверением, что он ещё огого! Огромная мужская ладонь ложиться на мои пальчики, я крепко стискиваю их в кулак. Отец смеётся моей наивности и я в который раз вспоминаю слова матери "наша молодость и силы в наших детях". Мой кулак разжимают силой, и крепко держа мизинец левой руки приставляет щипцы к его основанию. Чувствуя холод металла жмурюсь сильнее, и когда инструмент прорезает кожу наступает спасительная темнота. В ней нет ни боли, ни страха. Ничего. Редко когда задумываешься о смысле жизни и вообще о желании жить. Пока эта самая жизнь, какой бы тяжёлой она не была, не оказывается под угрозой. Тогда ты хватаешься за неё как утопающий за соломинку, всё что угодно, чтобы ещё раз искупаться в море, прогуляться босиком утром по траве ощущая прохладную росу, встретить рассвет с чашкой горячего чая. Обнять близких людей. Наконец осознаёшь, как редко и мало говорила им слова любви. И высшие силы, обычно такие молчаливые и бескрайне жестокие, дают тебе шанс. Тебе, одной из... Великого множества просящих и осознающих. В отключке я провела вроде недолго, вот только слух тут же сконцентрировался на шорохах вокруг и новых голосах. Губы были открыты в немом крике, пересохшая на них кожа местами потрескалась, в горле жутко першило. - Потерпи ещё немного, - тихий голос, граничащий с шёпотом и его обладатель спешно освобождает меня из оков. Сложно сконцентрироваться на том, что происходит вокруг. Глаза открыть получилось не с первого раза, свободная рука потянулась ощупывать лицо. Надоело уже задаваться вопросом за что мне это и кого-то обвинять, просто хотелось оказаться где-то подальше от всего этого. И забыть. Перед глазами всё плыло, с трудом, но всё же получается сфокусировать свой взгляд на пареньке, который помог мне слезть с этого пыточного стола и придержал, когда ослабевшие ноги держать меня не захотели. Натянутый на лицо капюшон красноречиво выдавал личность под ним, но никак не объяснял его здесь появления и как он справился с этим психом, огромной тушей лежащего прямо перед ногами. Собравшись с силами, я от души пнула этого маньяка. Потом ещё. И ещё. Оттолкнув пытавшегося усмирить меня хакера, я осела на пол продолжая молотить кулаками по бессознательному телу. Или мёртвому? Мне было всё равно. Правда всё равно. Но в следующие мгновение он ещё сильнее впился в мои предплечья рывком поднимая на ноги и прижимая к себе, тихо бормоча какие-то утешительные слова. Смешно. - Как же Ханна? - Шепчу с трудом, пытаясь рассмотреть лицо моего спасителя, не удаётся. Зато голосовые связки не в восторге что их напрягают, и я захожусь в приступе кашля искренне надеясь, не вытошнить свои лёгкие. - О ней позаботится полиция, - Отвечает, и с легкостью поднимает меня на руки. Нет сил даже на то, чтобы обнять его за шею, просто ложу голову ему на плечо. - А я пока позабочусь о тебе. - Чувствую прикосновение прохладных губ к своему виску. - Собирай шмотки и валим, нас здесь не было. Её тоже. - Говорит кому-то Джейк, но ответ его товарища растворяется в шуме, который, похоже, слышу только я. В скором времени на лице ощущаю сильный порыв ветра и мелкий дождик целует мою кожу там, где её не прикрывает одежда. Я жива! Я жива... Прежде чем вновь потерять сознание, ушки ловят звуки сирен, и нелицеприятные высказывания в исполнении двух мужских голосов. В сильных руках крепко прижатая к горячему телу, я чувствую себя в безопасности.