Забвение

Шан Цинхуа сидел за столом и торопливо дописывал прощальную записку. На губах мужчины играла лёгкая, немного печальная улыбка, а перед глазами все расплывалось из-за глупых слез. Это долгое, сложное и неприятное приключение наконец подошло к концу, и теперь писатель собирался вернуться в свой мир. Мужчине был дан второй шанс, и он не собирался его упускать — не каждый день выпадала возможность начать жизнь с чистого листа! — Когда все это закончится, то обязательно возьмусь за новый роман! И больше никаких гаремников с сомнительным сюжетом! Заклинатель бегло пробежался по написанному глазами и, удостоверившись, что все изложено верно, весело окликнул матушку-Систему, давая разрешение на запуск приложения, которое должно было отправить его домой. Тут же сознание мужчины помутилось, а сам он провалился в бескрайнее море тьмы, медленно опускаясь на самое дно. Вот только это странное, подобное невесомости, состояние не продлилось долго. В один момент писателя окружал непроглядный мрак, а в другой резкий белый свет люминесцентных ламп ударил по глазам, заставляя поморщится. Комната, в которой он находится, кружилась и плясала, словно Самолёт смотрел на нее, сидя на работающей карусели. Мужчина мотнул головой, стараясь сориентироваться в пространстве, но тут же замер, услышав знакомый голос: — Итак… пациент склонен к бреду, а также страдает от галлюцинаций. На данный момент мы пытаемся купировать симптомы препаратами и терапией, но в последнее время существенного улучшения замечено не было. Писатель невольно сжался из-за диссонанса вызванного тем, что эти слова никак не могли звучать из уст говорившего. Что за чертовщина!? Растерянный и сбитый с толка, он склонил голову ниже, отчего каштановые волосы упали по обе стороны от лица, пряча круглые из-за недоумения глаза. Сухие, потрескавшиеся губы задрожали и слегка двинулись: — Где я? Собеседник замолчал, испытывая неподдельное удивление: первые за долгое время он услышал от своего пациента нечто настолько адекватное. Сняв очки, мужчина положил их на стол и тяжело вздохнул. — Вы находитесь в психиатрической лечебнице. Забыли? Самолет, испуганный таким ответом, поджал губы, и его подбородок задрожал. Все-таки Система оказалась той еще сукой, раз решила дать ему такой билет в новую жизнь. Негодуя, мужчина вдруг решил попытать счастье и позвать эту компьютерную дрянь. К удивлению писателя механический голос сразу же отозвался, прозвучав в его голове: «Система рада снова приветствовать Вас. Все возможности заблокированы. Попробуйте обратиться позже.» - Что за...? Самолёт прибывал в такой ярости, что готов был рвать волосы на голове или же разнести что-нибудь… желательно сервер, где гнездится эта механическая гарпия. — Ну подожди, я еще доберусь до тебя… все проводки повыдергиваю! Ха-ха, хорошо пошутила, отправив меня в дурку… Ха-ха… Доктор некоторое время смотрел на сгорбленную, худощавую фигуру, которая мелко сотрясалась от смеха, а затем, взял шариковую ручку и, открыв карту пациента, дописал: «Обострение позитивных симптомов. Слуховые галлюцинации.» — Снова «Система»? Что она говорит Вам сегодня? В прошлый визит Вы утверждали, что больше не слышите ее «оповещений»… Лгали или стало хуже? Писатель поднял руку и положил ее на влажный от холодного пота лоб. В голове было слишком много противоречивых мыслей, которые мельтешили внутри черепа, подобно перепуганным птицам в клетке. — Я не болен. Могу я покинуть больницу? Доктор неторопливо отложил ручку и начал пролистывать карту, пока он не нашел то, что нужно. — Решение о госпитализации приняли законные представители, и без их согласия я не могу выписать Вас. Если хотите, то можете позвонить им и обсудить этот вопрос. Братец Самолет поднял голову и, не скрывая раздражения, посмотрел в это до боли знакомое лицо. — Я не общался со своими родственниками больше полугода. Они наверняка и не знают, что я… Собеседник, словно ожидая такого ответа, протянул пациенту бумагу, позволяя увидеть подпись его отца. Вот только на этом листочке, помимо данных его родителей, было чересчур много информации… жестокие слова били по мужчине, подобно хлысту, оставляя жгучую боль и глубокие кровавые рубцы на сердце. «Изменение личности», «попытка самоубийства», но самым пугающим из этого списка было нечто другое… — К-какая д-дата? Самолёт посмотрел на стену, где висел календарь, и его затылок занемел, а кровь отхлынула от лица. — Семь лет?! Невозможно! Я не верю! Мужчина вскочил на ноги и выхватил бумагу из рук доктора. Да, тут не было никакой ошибки. Похоже, писатель провел в лечебнице долгих семь лет. — Я… я же совсем недавно закончил писать роман. Неужели Система выкинула меня на семь лет позже? Но как такое возможно?! Самолет поднял глаза на доктора. Руки писателя дрожали, а капли холодного пота скатывались по лицу и падали на больничную одежду. Он был в шаге от того, чтобы пуститься в панику. Внутри росло напряжение, которое отдавалось гулом в голове. Доктор забрал из ослабевших рук пациента бланк и положил его обратно. Ситуация явно выходила за рамки обычной терапии, ведь больной начал проявлять беспокойство, а там, где есть сильные и противоречивые чувства, легко может вспыхнуть и ярость. Мужчина подошёл к металлическому шкафчику и достал несколько таблеток. Набрав воды в одноразовый стаканчик, доктор вручил пациенту лёгкое успокоительное и произнес: — Присядьте, и я сейчас попытаюсь все объяснить. Вы действительно находитесь на лечении семь лет и поступили к нам после попытки самоубийства. Помните что-то из этого? Самолет рухнул обратно на стул и отрицательно покачал головой, чувствуя, как силы стремительно покидают его. Все, что сейчас происходило, явно было всего лишь очень страшным сном, и только это могло объяснить все, включая и тот странный факт, что доктор выглядел точно также, как и Мобэй. — Итак. Вы чуть не погибли из-за удара током, но соседей напугал шум из вашей квартиры и они вызвали спецслужбы. В больнице Вы заявили, что выполняли приказ «Системы» и были направлены к нам. Вот только ваше состояние резко ухудшилось: расстройство стало проецировать на окружающих роли персонажей вашего веб-романа. Доктор вдруг замолчал, и в уголках его губ зародилось нечто похожее на легкую улыбку. — И даже я, как Ваш лечащий врач, не избежал подобной участи. Вы называли меня Мобэем Цзюнем. Самолет дернулся и положил на стол лекарства так и не притронувшись к ним. — Как бы там ни было, я уверен, что… расстройство прошло, и теперь я готов вернуться к обычной жизни. Где у вас тут выход? Не вставайте, я найду сам… Писатель поднялся на ноги под знакомый холодный взгляд и направился к двери. Вот только доктору не очень понравилось поведение пациента, и мужчина нажал на кнопку вызова санитаров. — Примите лекарства, а иначе ваше состояние снова ухудшится. Мы это уже проходили не раз… Сядьте. Однако тон голоса этого незнакомца и то, каким властным он выглядел, не помогало успокоиться, напротив, Самолёт ощутил, как холодные пальцы ужаса стискивают его горло, мешая дышать. — Выход… мне нужен выход! Писатель открыл дверь, но снаружи, вместо долгожданной свободы, мужчину ждали два крепких санитара, которые тут же подошли ближе, желая усмирить очередного психа. Похолодев от страха, Самолёт поступил как всегда, а именно подбежал к Мобэю и спрятался за его широкой спиной. В момент опасности писатель напрочь позабыл, что этот брюнет вовсе не демон и в общем-то не обязан его спасать. Доктор, подняв со стола таблетки и повернулся к пациенту, судорожно стискивающего полы его халата. Сейчас больной напоминал испуганного трясущегося хомячка, увидевшего огромного злого пса, и эта картина невольно тронула мужчину. — Хоть я и против того, чтобы подстёгивать бредовое состояние, но сейчас это лучший вариант… Голубые глаза медленно покрылись коркой льда, отчего все тепло из них тут же исчезло, делая этого доктора действительно похожим на прекрасного неприступного демона. — Цинхуа, не трать мое время. Быстро выпил таблетки, пока я не выбросил тебя на мороз… Загипнотизированный этим холодным взглядом, писатель тут же подчинился, при этом морщась и привычно напуская на себя жалкий вид. — Мой Король… почему Вы так жестоки ко мне?! Доктор снова едва уловимо улыбнулся и погладил растрёпанные каштановые волосы. — Хорошо, а теперь отправляйся к себе на пик Андин и отдыхай. Я приду за тобой, когда ты будешь нужен. Пациент нервно покосился в сторону санитаров и сильнее прижался к своему королю. — А может Вы меня п-проводите? Не доверяю я этим демонам. Уж очень уродливые… и ясно ведь, что голодные. Что будет, если они меня сожрут? Доктор сделал жест, и санитары вышли из кабинета, недобро поглядывая на ненормального, который мало того, что оскорбил их, так ещё и оторвал от праздного безделья. Стоило двери закрыться, как мужчина схватил пациента за нижнюю челюсть, внимательнее рассматривая симпатичное, но такое жалкое лицо. — Я провожу тебя туда, где ты действительно будешь счастлив. Только немного подожди… лекарства сейчас начнут действовать. Красивые глаза медленно теряли ясность, становясь бездушными стекляшками. Тонкие пальцы нежно погладили щеку пациента, прежде чем отпустить. — Хорошо, ты уже там… Шан Цинхуа резко открыл глаза и сонно моргнул. Он лежал на письме, невольно сминая его. Как он вообще умудрился уснуть вот так?! Поднявшись, заклинатель потёр мокрое от пота лицо, размазывая чернила, которые отпечатались на щеке, и попытался прийти в себя после кошмара. Сон был действительно страшный… больница, доктор и Мобэй… — Хотя ему очень шел белый халат… Э-э-э… Мой Король? Видимо, пока заклинатель спал, его навестил Владыка, который теперь стоял около стола и странно смотрел на писателя. Отчего-то Цинхуа показалось, что его хозяин выглядел грустным, но это впечатление быстро разлетелось в пыль, когда эта ледышка вдруг заговорила: — Пошли, у нас ещё куча дел! Не дожидаясь пока подопечный среагирует, демон развернулся и вышел из комнаты. Выскочив из-за стола, Цинхуа, как верная собачонка, побежал следом, моментально забыв про свой сон и желание вернуться в свой мир. — П-подождите! Мой Король!