О том, кто хочет защищать

Райкири – техника, которую Какаши изобрел сам, которую уже столько раз использовал для последнего удара. И лишь дважды он столкнулся с тем, чтобы противник сам пошел на встречу своей смерти. Когда мальчишка появился перед глазами – руку уже нельзя было остановить, как бы Какаши не пытался – в итоге она бы все равно оказалась в груди мальчишки. На пару секунд в голове всплывает такой далекий образ девушки, которая тоже встала на пути. Она была примерно того же возраста и роста, на ее лице было такое же спокойное выражение – человека, знающего свое дело, свой долг. Надолго погрузиться в эти воспоминания не получилось – Забуза перешел к атаке. Оставить тело мальчишки на растерзание Какаши не смог – также как и тогда: он кричал, пришедшим на помощь шиноби, чтобы помогли донести тело Рин до деревни, ведь у нее еще есть родители, которые обязательно захотят ее похоронить, поплакать над ее могилой, а не пустым монументом с именем. У этого ребенка нет никого, кто смог бы навестить и вспомнить кроме Забузы, которому уже не выжить. Положив мальчишку на доски, Какаши пообещал себе, что похоронит его как полагается, заставит команду запомнить его смелость и верность долгу, каким бы странным и непонятным для них он пока бы ни был. «Таким людям нельзя умирать так», – пронеслось в голове Какаши, когда он увидел, что удар пришелся туда же, куда и когда-то Рин. И вновь появился ее образ и сразу же исчез, потому что бой – не время для таких воспоминаний. Копать могилки – больно, и не столько от того, что тело все еще не отошло от использования шарингана и полученных ран, сколько от осознания того, что они делали. Вся команда номер семь чувствовало это, но не показывала: кто-то, насупившись, молчал, кто-то хлюпал носом, а кто-то вспоминал. Тогда прощаться с Рин было также больно: Какаши стоял чуть поодаль, не решаясь подойти к ее родителям – все-таки орудием убийства их дочери был он сам. После они подошли сами, говорили, что ни в чем его не винят, ведь их дочь делала все для защиты деревни, для защиты своей семьи. – Она благодарна вам за это и будет присматривать за нами всеми, – убеждала Какаши тогда мать Рин со слезами на глазах. – Присмотрит за нами из лучшего мира. – Грустно улыбалась она. «Интересно, этот мальчишка сумел взять с собой Забузу туда же?»