О простуде, осени и идиллии

Наверное, большинство людей, у которых спросить любят ли они осень или нет, выберут второй вариант. Ведь именно это время года больше всего навевает тоску. Тёплые летние деньки остаются далеко позади, а вместо них приходят мрачные, холодные и пасмурные будни. Зелёные листья деревьев быстро приобретут яркие краски и так же быстро опадут, оставив после себя голые ветки. Солнце станет тусклее, больше не даря своё тепло. И, конечно же, дожди, которые еще сильнее вызывают уныние. А также не стоит забывать о простуде, которую можно получить, просто промочив ноги. Вот, например, Илья попал под дождь, возвращаясь домой из школы, и теперь сидит дома с температурой и насморком. А все из-за того, что он просто забыл взять зонт. — Апчхи! — раздалось на всю квартиру. — Будь здоров, — наверное, уже сотый раз за вечер пожелал своему другу блондин, протягивая ему горячий чай. — Знаешь, из-за твоего чиха наверняка все соседи уже успели перекреститься. — Это вообще-то ты виноват, что я заболел! Если бы меня кое-кто не торопил, я не забыл бы свой зонт, — проворчал рыженький парнишка, беря в руки горячую чашку с ароматным чаем, от которого исходил пар. Удивительно! Кто ж знал, что Черных мастер по завариванию чая. — Да ладно тебе. Зато ты контрольные пропускаешь, — ухмыльнулся тот самый Черных. — Тебе лишь бы контрольные пропускать! — шмыгнул носом больной. — Хотя о чём это я? Ты бы вообще не учился, дай тебе волю, — хмуро посмотрел на своего собеседника Илья, который, как дома развалился на кровати последнего. В квартире никого не было кроме этой парочки. Родители Муромова сегодня работают допоздна. Так что мальчишки могут смело наслаждаться прекрасным дождливым вечером и обществом друг друга. — А то! — не стал отрицать Фил. — Это ты у нас пай-мальчик, отличник и любимец учителей. Муромов тяжко вздохнул. И тут же присел рядом с Филиппом и отпил удивительно вкусный чай. Черных же, не стесняясь, стал разглядывать рыжеволосого. Красные глаза, нос тоже красный из-за насморка и постоянного чихания, бледные веснушчатые щёки приобрели нездоровый румянец, а рыжая челка цвета пряного имбиря растрепалась. Филу определенно нравился Илья. Этот рыжий засранец, который то и дело пытался сдать Арта, Киру, Вика и самого Фила директору за их любовь к играм, в которые они играли на уроках и всячески наябедничать учителям, стал лучшим другом Черных. А потом и вовсе хорошим другом всей компании. А все из-за того, что Фила и Илью оставили дежурить после уроков в качестве наказания. Там они разговорились и (надо же!) подружились. Но потом что-то пошло не так. Фила всегда тянуло к рыжему недоразумению, которое он теперь ласково называет «Солнышком». Возможно из-за схожести характеров и увлечений. Но это не так. Черных попросту влюбился. Он стал замечать, что на уроках его взгляд то и дело обращался в сторону Ильи. На его сосредоточенное лицо, нахмуренные брови и, конечно, глаза цвета янтаря, которые были опущены в тетрадь. Филу хотелось провести рукой по его, невероятного цвета, волосам. Почувствовать приятный аромат одеколона, смешанный с собственным запахом кожи рыжеволосого. А как Филипп хотел его обнять и не отпускать! Он просто сходил с ума. Черных до жути боялся своих появившихся чувств. Вечно самоуверенный, эгоистичный и самовлюбленный Фил бесповоротно влюбился в такого же как он сам Илью. Вот это номер. Но кто же знал, что и Илья Михайлович питает к своему другу абсолютно не дружеские чувства. Муромов тоже влюбился в блондинистого засранца. Правду говорят, что у рыжих души нет. Ведь свою он давно отдал веселому, острому на язык, саркастичному и немного придурковатому Филу. Вскоре они стали встречаться. Хотя они об этом никому не сказали, но наверняка все уже всё поняли. И вот сейчас они мило сидят в комнате простудившегося рыжика и наслаждаются обществом друг друга. — Знаешь, хоть ты и придурок, но чай завариваешь отменный, — высказался Илья и посмотрел на Фила. — Всё ради тебя, солнце! — подмигнул Черных. А Илья в ответ ещё немного покраснел (явно не от простуды) и закатил глаза. Вот же привязалось это «Солнце»! Фил обожал называть его какими-нибудь прозвищами. То «Лисичкой», то «Рыжей ведьмой», а теперь и вовсе «Солнышком». Хотя из его уст это звучит как-то по-особенному. Не обидно, а наоборот приятно и ласково. — Вот лучше бы за ум взялся ради меня, бездельник! А то теперь списывать у меня не можешь, так жалуешься на злых учителей, что тебе бедненькому два влепили за ничегонеделание на уроке, — возмутился Илья. — Какой же ты ворчливый! Давай я тебя лучше обниму! Так гляди и подобреешь, — и, не дожидаясь ответа, тут же крепко обнял Илью. Из-за температуры рыжик был горячим, как вкусный напиток с мятой, который приготовил Фил. — Я сейчас из-за тебя чай пролью! — недовольно пробурчал Муромов. Но всё-таки не отстранился. Он любил, когда Фил его обнимал. Его объятья действовали успокаивающе. Илья вдыхал приятный аромат, исходящий от Черных. Как же он любил этого нахального мальчишку, честное слово! — Ничего страшного, — прищурившись, ответил блондин. Его глаза цвета сапфира искрились любовью и заботой. Но всё равно на дне зрачков плясали чертята, — Я тебе новый сделаю. Фил отодвинулся, потрепал рыжую чёлку и поцеловал свою симпатичную веснушчатую любовь. — Не сомневаюсь, — улыбнулся Илья и высморкался в платок. — Не боишься заболеть? — Неа, — последовал ответ. — Если что вместе будем лечиться. Фил, такой Фил. Беспечный и излучающий позитив. Так проходил третий вечер подряд. А вот утром и днём Филипп заваливал Илью сообщениями. Муромов же улыбался на какую-нибудь шутку и писал ответ. Идиллия. Но как обычно, всё хорошее либо заканчивается, либо прерывается. И вот простуда дала о себе знать, и Илья оглушительно чихнул. А завтра вместо одного больного будет два.