Уничтожить всех ради неё

      Карина лежала на животе совершенно неподвижно и отрешённо смотрела в одну точку. Слёзы уже высохли, а боль в теле постепенно отступала, осталось лишь гадкое чувство собственного бессилия и внутренней пустоты. — Так и будешь молчать? — нарушая тягостную тишину, Юрий обратился к своей ночной гостье.       Карина не ответила, даже не шелохнулась.       Тихо выругавшись, Бойка ухватил девушку за плечо и с нажимом, но стараясь действовать аккуратно, развернул её на спину. — У тебя что-то болит? — Юра вимательно посмотрел на девушку.       Карина по-прежнему избегала взгляда заключённого, лишь упрямо поджимала губы. — Да скажи уже, чёрт возьми, что-нибудь! Клянусь, если ты… — Бойка не договорил, видя, как красивое лицо его временной любовницы исказила гримаса гнева, а из глаз девушки брызнули слёзы. — Болит?! — задыхаясь от ярости, она не могла поверить своим ушам. — Болит?! Ты, сукин сын, ещё смеешь меня об этом спрашивать?!       Казалось, девушка уже не отдавала отчёта в своих действиях, столько боли и гнева было в её словах. — Ты трахал меня, как последнюю суку, чуть не разорвав мне промежность! Я уже молчу про волосы, которые ты мне фактически оторвал!       Злость, обида и безысходность полностью затмили разум несчастной, а отсутствие реакции у Бойки, лишь распаляли её ещё больше. Не выдержав такого шквала эмоций, Карина кинулась на бойца с кулаками, наплевав на все последствия. Она молотила его непробиваемую грудь своими маленькими кулачками, вкладывая в них всю свою силу, пытаясь хоть как-то выплеснуть всё то горе, которое на неё навалилось.       Юра не сопротивлялся, позволяя девушке дать выход гневу, хотя его инстинкты внутреннего зверя и бойца рвались наружу в желании живо усмирить хрупкого оппонента. Ему хватило бы и одного резкого удара, чтобы раз и навсегда её вырубить, но он терпел. Тело заключённого было напряжено, каждая мышца была натянута до предела. Усмиряя нарастающую злость, Бойка концентрировался на том, чтобы сохранить трезвый рассудок и фактически не чувствовал невесомых ударов от Карины, за исключением того, когда её кулаки достигали и без того покалеченных мест на его теле. И только, когда довольно увесистый удар пришёлся ему в челюсть, задев уже разбитую губу мужчины — это вывело его из равновесия. — Угомонись! — зло рявкнул боец и с лёгкостью перехватил её руки.       Ещё несколько мгновений Карина с остервенением сопротивлялась, пытаясь вырваться из стального захвата, но быстро выдохлась. Да, и приступ злости постепенно угасал в ней, сменяя себя внутренней пустотой. Когда Юрий понял, что драчунья полностью успокоилась и буквально обмякла в его руках, он отпустил её. Растрёпанная, со сбитым дыханием девушка откинулась обратно на подушку и безучастно уставилась в потолок потухшим взглядом. — Извини, — буркнул Бойка. — Что? — подала усталый голос Карина, не расслышав извинений. — Блядь, я сказал извини! — раздражаясь, снова повысил тон заключённый, но заставил взять себя в руки и, успокоившись, добавил: — Я не хотел, чтобы так было… Не с тобой.       Казалось, что эти слова даются мужчине с трудом. Он чувствовал себя неуютно в столь непривычной и щекотливой для него ситуации. — Ты чудовище! — как можно более едко выплюнула ему Карина.       Бойка замолчал и тоже откинулся на подушку. — Твоя правда, — вынужден был согласиться боец, устало прикрыв глаза. — Всё что я умею — это приносить людям боль и увечья. Всю свою жизнь я убеждал себя, что это мой божий дар, хотя это скорее проклятье. Я не заслуживаю лучшей жизни, за всё дерьмо, которое натворил в прошлом, но мне плевать! Будь это даром или проклятьем, я никогда от этого не откажусь, даже если сдохну! Иначе в моём существовании вообще не будет смысла. — Ты всегда таким был? — не удержалась от вопроса Карина. — О чём ты? — не понял он. — Каким ты был в детстве? — девушке чертовски хотелось услышать от него, хоть что-то об их общем прошлом.       Бойка повернул голову в сторону Карины и удивлённо на неё посмотрел, не понимая такого любопытства, но та продолжала отрешённо смотреть в потолок. — Я почти не помню своего детства. Такой срок в тюрьме и бесконечные бои, знаешь ли, стирают былые светлые воспоминания, — бесцветным голосом всё же ответил заключённый. — Вот только светлыми они точно не были — помню, что вырос в детдоме. Одним словом, с самого рождения в клетке под надзором и, по сей день, так и осталось, — с горькой иронией подытожил мужчина.       Карине было неприятно это слышать, несмотря на свою обиду и злость, она отчётливо понимала какой груз на душе был у Юры. В этом они были похожи: с рождения их жизни не принадлежат себе. И ещё к своему ужасу девушка поняла, что её по-прежнему тянет к нему, но сейчас в её чувствах было что-то иное — уже не былая детская влюблённость. Она словно смотрела на Бойку впервые, будто они никогда не были знакомы, и он, несмотря на свой скверный характер, её всё-равно чертовски привлекал. — Ладно, пора собираться, — неожиданно сменил тему Юрий, — мне ещё надо на тренировку, а вечером нас ждёт занимательное шоу, — на последнем слове голос бойца похолодел. — Какое шоу? — Казнь, — несколько удивлённо ответил он. — Что?! — опешила Карина. — Какая ещё казнь? — Ты что не знала? Бойцы, которые проиграли в нескольких раундах, будут казнены — вот такое занимательное шоу, — зло усмехнулся заключённый. — Мы давали согласие на это дерьмо перед участием. — Это варварство! — ужаснулась девушка.       Бойка ничего на это не ответил, только молча стал одеваться в спортивную форму, закончив сборы, он направился к выходу, и только у двери мужчина обратился к своей гостье: — Меня не будет до вечера, хочешь оставайся здесь, хочешь занимайся своими делами, — равнодушно предложил ей Бойка. — Если уйдёшь, то вечером после занимательного представления жду у себя. — безапелляционно заявил он Карине и, не дождавшись ответа, покинул комнату.

***

      Этим же вечером...       Зрители уже плотным кольцом обступили ринг, выступающий сейчас в роли сцены. В его центре одиноко стоял испуганный и сильно избитый мужчина, который нервно озирался по сторонам. В зале было темно, только свет прожекторов освещал площадку для будущего представления. Сегодняшняя жертва силилась разглядеть, что происходит за пределами ринга, но был слишком ослеплён из-за ярких софитов, направленных на него. — Саймон Таре, — обратился к заключённому неизвестный голос из динамиков, расположенных по углам помещения, — вы проиграли три боя, поэтому приговариваетесь к смерти! — Подождите, подождите, — истерично громко затараторил мужчина, — это какая-то ошибка! Дайте мне ещё один шанс, я уверен, что смогу… — Разумеется, мы дадим вам шанс, — в глазах Саймона заиграла надежда. — Мы же не звери какие-нибудь! Вы можете реабилитироваться в глазах публики и зрителей, которые ранее делали на вас ставки. Вам всего-лишь нужно победить в сегодняшнем бою. Ну? Устраивает? — Конечно, конечно, я всё сделаю! Я смогу! — радостно воскликнул боец, испытывая явное облегчение.       На мгновение в зале установилась гробовая тишина, все были в предвкушении захватывающего зрелища. Карина вместе с уже выздоровевшей Кирой сидели в конце зала. Девушка с ужасом смотрела на сцену, до конца не веря, что подобное зверство может происходить на самом деле. Она стала озираться по сторонам, высматривая Юрия, но нигде не могла его найти, хотя на этом дурацком шоу обязаны были присутствовать абсолютно все. — Итак, дамы и господа, уважаемые онлайн-зрители, — мёртвую тишину снова нарушил оживлённый голос ведущего, — делайте ваши ставки — выживет ли в сегодняшнем бою наш отважный несостоявшийся чемпион, а также сколько он продержится. Да начнётся шоу!       Ненадолго включили общее освещение, и толпа радостно загудела в обсуждениях, все сразу засуетились делать ставки. Только Карина, Кира и ещё пара человек не сдвинулись с места, молча наблюдая за происходящим вокруг безумием.       Как только свет снова погас, оставляя лишь ринг под покровом прожекторов, все взоры устремились на сцену, словно находились в театре, предвкушая небывалое выступление. Боец по-прежнему находился в центре, нервно ожидая соперника, от которого зависела жизнь заключённого.       Спустя короткое время соперник появился… и не один. На ринг залезли трое. Три фигуры облачённые в чёрную спортивную форму, на головах которых красовались балаклавы, скрывая личность каждого из них от посторонних глаз. Они окружили горе-бойца, и заключённый почувствовал себя в ловушке. Но то, что привело мужчину в отчаяние и неописуемый ужас — это были биты в руках его палачей. Двое из его соперников были довольно высокие и очень внушительных габаритов, только третий боец выделялся среди них своей низкорослостью и слишком хилым телосложением. Но от этого мужчине было не легче, он итак еле держался на ногах после предыдущего боя, а здесь целых три вооружённых противника. — Что всё это значит? Какого чёрта их трое?! — возмутился боец, озираясь по сторонам. — Никто не говорил, что будет легко! — издевательским тоном ответил ведущий. — Вы должны доказать, что достойны продолжать турнир. Вы знали на что идёте. А теперь приготовьтесь!       В зале среди круга лиц тоже прошёлся недовольный ропот: те кто неосмотрительно поставил на победу заключённого, сейчас сетовали на свой выбор, понимая очевидность исхода матча.       Бой начался, операторы с телекамерами уже вовсю прицелились, чтобы запечатлеть захватывающее кровавое шоу и как можно детальнее снять самые яркие и омерзительные моменты.       Испытание продлилось недолго. Заключённый был и без того посредственным бойцом, а против троих он не смог продержаться и минуты. Мужчине сначала сразу переломали ноги, отчего он рухнул навзничь, затем уже удары полетели по всему телу. Лёжа на животе, корчась от боли, он лишь пытался прикрыть голову. Казалось трое садистов испытывают настоящее удовольствие, нанося бесчисленные удары битами по несчастному. Но, в конце концов, бойцу проломили голову. Тёмное пятно крови чудовищно разрасталось, пачкая светлый настил подиума. Мужчина обмяк и больше не подавал признаков жизни. Это был его финал. Как прощальная точка раздался гонг, он словно насмехаясь, завершил исход «поединка». — Итак, Саймон Таре проиграл — мои соболезнования! — без тени сочувствия оповестил голос из колонок, а затем весело добавил: — И мои искренние поздравления всем победителям!       Толпа радостно взревела, предвкушая получения денежного приза. Началось хаотичное движение, все ринулись со своих мест. Карина в этот момент не могла даже двинуться, она сидела белая как мел и её мутило. Это было самое отвратительное зрелище, которое она могла только себе представить. Хоть она и отвернулась во время жуткой расправы над бедолагой, мерзкая картина всё равно плотно врезалась ей в память. Девушка была уверена, что теперь её точно будут мучать кошмары с кадрами отвратительной смерти заключённого. Бой сам по себе выглядит красиво, когда сражаются два равносильных соперника, а здесь мужчину просто забили, словно он свинья на убое.       Когда зал почти опустел, Карина снова огляделась в надежде увидеть Юру, но его нигде не было. Весь процесс он отсутствовал, не так уж много народу присутствовало здесь, чтобы он мог затеряться. К слову сказать, Завьера тоже не было видно. И тут у девушки внутри всё похолодело. «Неужели там под маской на ринге были они?!» — с ужасом подумала Карина.