Палитра ее чувств

Вики не помнит, как оказалась в палате. Не помнит ни своих истошных криков боли, ни «АААА, БЛ**Ь, ВЫТАЩИТЕ УЖЕ ЭТО БЕССТЫДНОЕ СУЩЕСТВО ИЗ МЕНЯ!!!», ни шептаний Люцифера, ни самого процесса. Ясно одно: внутри пусто. Рукой проводит по вновь плоской поверхности живота. Поворачивает голову. Рядом сидит спящий демон, уронив голову на койку. Девушка, слабо улыбнувшись, запускает пальцы в его шевелюру. Люцифер бережно перехватывает ее руку и прижимает к своему лицу. — Доброе утро, солнышко. — Доброе… Некоторое время они молча смотрят друг другу в глаза. — Где ребенок? — первым делом задает Вики волнующий вопрос. — Пацан. Жив-здоров. В соседнем отделении с первоклассным сервисом. Демон задумчиво смотрит в глаза возлюбленной. Вики хмурится, убирая растрепавшиеся пряди волос с лица. — Почему он не со мной? — Тише, тише. Нормально все с ним. Вам обоим нужно восстановиться. Как уже сказал, он посапывает в соседнем отделении. С лучшим обслуживанием… — Хочешь приучить его к роскоши с первых дней жизни? — А как же иначе? * * * Прошла неделя. Демон продолжает опекать свою возлюбленную и не выпускает ее из палаты, боясь, что она себе что-нибудь повредит. Что Непризнанной не нравится от слова вообще. Разумеется, он за нее волнуется и т.д., но разве можно не пускать мать увидеться с ее ребенком? Вики, не желая больше ждать, втайне от Люция уговорила медсестер на встречу с сыном. И вот, настал тот день. Возлюбленный вышел из палаты. Вики вскочила и прямо в больничном одеянии быстренько выбежала. Медсестра указала ей нужное направление. Вот и та самая палата. Вики судорожно вдыхает, но решительно хватается за ручку двери. Зайдя в эту белоснежную, стерильно-чистую комнатку с большими окнами, она увидела уютную кроватку. Благоговея, девушка осторожно, тихо перебирая ногами, подошла, заглядывая внутрь колыбельки. Глаза наполнились слезами. Ладонь прижалась к подрагивающим губам. Ее сын… Он… прекрасен. Густые черные волосики, белоснежная, бархатная кожа. Глазки мирно закрыты, так что можно в мельчайших деталях рассмотреть длиннющую бахрому черных ресниц. Розовенькие пухленькие губки слегка приоткрыты. Маленькие пальчики то сжимаются, то разжимаются во сне. Вики затаила дыхание. Она не хотела тревожить сон малыша, но не могла оторвать от него восхищенного взгляда. Но внезапно он распахнул свои огромные глаза, заставляя Вики вздрогнуть, после чего замереть от неожиданности. Ярко-алые, с малиновыми солнышками вокруг зрачков, эти потрясающие звездочки изучающе уставились на завороженную Непризнанную. Спустя минуту гляделок малыш слегка наклонил голову, издав вопросительное урчание. Но уже через секунду его глазки вспыхнули счастьем. Улыбнувшись, он звонко засмеялся, заставляя Вики умилительно склониться над ним. Малюсенькие ладошки тут же потянулись к ее лицу. Непризнанная, окончательно растаяв, бережно поднимает его из кроватки и, словно бесценное сокровище всей ее жизни, нежно прижимает к груди, заботливо поддерживая неустойчивую головку. Ребенок доверчиво хватает ткань ее халата и закрывает глазки, вжимаясь в нее личиком и довольно угукая. В палату тихо врывается Люцифер, с беспокойством взирая на девушку. Затем его взгляд переместился на посапывающее чадо в ее руках, и демон осторожно подошел к ним. Алые глаза его в нежности потеплели. Бережно приобняв Вики, он зарывается носом в ее волосы и шепчет: — Он прекрасен. — Как и его отец, — улыбается девушка. — Мать явно дала ему большее. Вики тихо выдыхает, а демон прижимается губами к ее виску. Такая тихая, такая спокойная картина семейного счастья. Стоит запомнить этот момент. * * * Леон. Именно так назвали ребенка молодые родители. Он рос молчаливым, не по возрасту спокойным и рассудительным. Но при этом необычайно красивым. Черные волнистые кудри, стройное белоснежное тельце, и глаза, эти глаза… — Брррр… Не обижайся, Вики, но когда он смотрит, мне становится не по себе. Кажется, что этот ребенок старше меня, — пробормотала Мими, сидящая вместе с Вики за узорным столиком в адском саду. Сегодня она заглянула к подруге на молочный коктейль. — Я и сама не пойму, в кого он такой. Ни меня, ни Люцифера не назвать такими серьезными. Во всяком случае, в его возрасте я в машинки играла, а Элли в библиотеку тянется. И верно. Малыш то и дело скрывался среди стопок книг, поглощая тома один за другим. С ним всегда была специально обученная нянька, не сводившая с него внимательного взгляда. Но все же, общество родителей было незаменимо. Мать проводила с Элли немало времени. Занимательные логические игры, шахматы, шашки, пазлы — на меньшее малыш не соглашался. Прогулки по цветущему саду с тетей Эсфирь, совместное чтение книг о драконах, легендах и сказках — ничто из этого не проходило без теплых объятий мамы. Несмотря на то, что Вики твердо решила закончить учебу и стать полноправным демоном, из-за чего все свое время посвящая книгам и свиткам, ей удавалось выкроить время для любимого сына. Отцу мальчика сейчас тоже приходилось непросто. Сатана взял его в оборот сразу после родов, обусловив это тем, что «Ты теперь папа, нужно остепениться. Иди сюда, я заберу все твое время для беспрестанных нравоучений об управлении адом» Примечательно, что при этом Люцифер успевал встречаться с сыном не меньше пяти раз в неделю, устраивая ему тренировки для подросших крылышек и пока хилому тельцу. А крылья у Элли вышли — загляденье. Угольно-черные у корней, а далее каждое перышко по отдельности вначале алое, а заканчивается чернильным оттенком. Глянцевые, мягкие и сильные для возраста малыша, они привлекали множественное внимание к персоне их обладателя. По ним пробежался и взгляд Сатаны, когда Вики привела сына на первую встречу с дедушкой. По земным меркам восьмилетний Леон, спокойный, словно утро после грозы, вежливо поклонился королю ада. Его необычные глаза заинтересованно блестели, а губы дрогнули в улыбке. — Приветствую Вас, Сатана Денница. Искренне рад встрече. Дьявол слегка склонил голову вбок. Поднявшись с кресла, он неспешно, внимательно наблюдая за Элли, подошел к нему. Протянул руку. — Рад встрече, Леон. Ребенок без промедления пожал тому руку. Маленькая ладонь в официальных кожаных перчатках на несколько секунд была сжата, но позже спокойно отпущена. Сатана, кивнув своим мыслям, также неспешно возвратился к себе. — Хмм, ладно. Свободен. Беги на занятия. Леон, чинно поклонившись, вышел из зала в сопровождении матери. — Где ты научился таким манерам? — В книгах говорилось, что на приемах нужно быть вежливым. Я переволновался и прочел несколько об этикете за два вечера. Не хотелось опозориться перед самим Денницой, мам. Думаешь, это было слишком странно? Малиновое зарево с надеждой устремилось на художницу. Схватившись одной рукой за локоть другой, Элли выглядел неловко и мило. Вики с нервным смешком вспомнила свою первую встречу с Сатаной. Лучшее первое впечатление ever. Непризнанная потрепала его копну черных волос. — Ты все сделал правильно, Элли. Горжусь тобой, малыш. Довольно прикрыв алые очи, Леон обнял мать. Счастливая улыбка озарила его красивое личико. — Спасибо, мам.