Азриэль: как его поведение намекает на случай абьюза? - 2 часть
6. ВЗВАЛИВАНИЕ ВИНЫ НА СВОИ ПЛЕЧИ.
Флауи любил Чару, несмотря на то, что тот делал с ним. После того, как принц не позволил Чаре убить и возродился в виде цветка, он начал пересматривать свой взгляд на жизнь. Он винил себя в том, что произошло и что привело их обоих к гибели. Винил себя, а не Чару, хотя именно Чара и придумал тот план, убедив согласиться с ним.* Все это время я винил себя за то решение.
Это важно, потому что абьюзер будет манипулировать своей жертвой, заставляя ее верить, что все это — ее собственная вина, а не вина самого абьюзера. Во время нейтральных концовок, когда он разговаривал с Фриском (НЕ с Чарой), Флауи, кажется, проецирует свои чувства на Фриска. Во время концовки пацифисткого нейтрала, в частности, Флауи жалуется на свои действия при жизни. После всего, что случилось, он решил, что нет никакой пользы в том, чтобы быть добрым: в конце концов, в награду за самопожертвование, чтобы спасти людей, он стал бездушным цветком.«Разве ты не осознаешь, что быть хорошим…» «…только заставляет тебя испытывать боль?»
Он хотел бы прожить жизнь, не заботясь ни о ком. Возможно, потому что неспособность заботиться о своей семье теперь в виде цветка причиняет ему боль.«Если бы ты просто прошел через все это, не заботясь ни о ком…» «Тебе бы не пришлось сейчас ощущать себя плохо»
Он многозначительно спрашивает: «Неужели жизнь действительно так несправедлива?». Похоже, он так и думал. Азриэль «делал все правильно» при жизни, но взамен получал только страдания. Он начал сожалеть о своем решении пощадить тех людей. Он начал винить себя за то, что отказался следовать плану Чары.«Так что я не понимаю» «Если ты действительно сделал все правильно…» «Почему…?» «Неужели жизнь действительно так несправедлива?»
Но он никогда не винил Чару. На самом деле, страдания Флауи только доказали ему, что путь Чары был верным.7. ОТРИЦАНИЕ И РАЦИОНАЛИЗАЦИЯ.
Интересная сторона Флауи раскрывается в том случае, если путь геноцида прерывается, и после этого завершается нейтральная концовка. Этот отрезок показывает один из самых тревожных аспектов отношений Чары и Азриэля. В этой сцене Флауи полностью верит, что разговаривает с Чарой после того, как стал свидетелем убийства бесчисленных невинных жизней на прерванном пути геноцида. Он начинает с того, что набрасывается. Флауи хотел, наконец, выполнить то, что он и Чара изначально намеревались сделать много лет назад:«Давай закончим то, что мы начали» «Давай освободим всех» «И тогда… давай позволим им увидеть, каково человечество НА САМОМ ДЕЛЕ!»
Скорее всего, «НАСТОЯЩАЯ победа» означает, что он больше не будет сожалеть о сопротивлении Чаре в прошлом. Он проецирует, спрашивая Чару, почему тому обязательно нужно было «ИСПОРТИТЬ ВСЕ», прервав или провалив путь. Что-то вроде этого Флауи, вероятно, спрашивал у самого себя снова и снова.«Почему, Чара…?» «Почему?» «ПОЧЕМУ?» «Мы были на пути к нашей НАСТОЯЩЕЙ победе…» «На нашем пути наверстать упущенное в ПОСЛЕДНИЙ раз!» «Почему тебе обязательно нужно было все ИСПОРТИТЬ?»
Затем он делает фигуральный шаг назад. Сразу же Флауи подозревает, что Чара мстит ему за то, что он убил их обоих в прошлом. Флауи предполагает нечто такое, что приводит его в ужас: что Чара намеренно демонстрирует свое полностью дееспособное тело, в то время как сам Флауи с завистью наблюдает за ним, являясь бездушным сосудом. Он полагает, что Чара делает это, чтобы мучить его.«Ха-ха-ха…» «Это МЕСТЬ?» «Заставлять меня наблюдать за тем, как ты ведешь себя весь из себя невинно и счастливо, когда как я…?» «…»
После некоторого молчания Флауи собирается. «Нет» — говорит он. Ни в коем разе Чара не захочет причинить ему вред намеренно! В отчаянии Флауи пытается рационализировать ситуацию. Конечно же, Чара легко убьет десятки невинных жизней, но он никогда не причинит боли своему лучшему другу. Не нарочно! «Ты просто хочешь увидеть, каково все это» — заключает Флауи. Уверенный в этой рационализации, Флауи вытесняет сомнения из своего разума и остается верным Чаре. Тактика отрицания — распространенный случай среди жертв абьюза. К сожалению, далеко навряд ли Флауи знает, что Чара мог бы навредить ему, будь у него такая возможность. Рационализация действий абьюзера — это обычная реакция на жестокое обращение. Особенно в тех случаях, когда жертва любит своего обидчика. Часто жертвы пытаются оправдать то, что сделал абьюзер, убеждая себя, что он никогда не намеревался причинить им вред, независимо от того, насколько они пострадали от этого.«Нет» «НЕТ» «Я ЗНАЮ, что ты делаешь» «Тебе просто хочется увидеть, каково все это» «Прежде чем ВЫРВАТЬ это у них» «Аха-ха-ха…»
Как только Флауи убеждает себя, что Чара никогда не захочет причинить ему вреда, он даже делает ему комплимент: «Гениально, Чара»:«Гениально, Чара» «Что ж, я дам тебе пошататься вокруг»
После того плана Флауи погрузился в глубокое сожаление. Поскольку ему верилось, что был неправ, то он выстроил Чару как «гения», который мог видеть более широкую картину и всегда был прав.8. СТРЕМЛЕНИЕ УГОДИТЬ.
На пути геноцида Флауи считает, что Чара хочет возродить провалившийся план, чтобы «освободить всех». Флауи позаботился о головоломках Подземелья, чтобы показать свою поддержку и готовность помочь. Момент в Сноудине на одной из головоломок с переключателем в земле:* Тут переключатель. * Он был вдавлен с помощью лозы.
Используя слова «нас/нам» и «мы», Флауи предполагает, что он и Чара находятся в одной лодке. Флауи выказывает свои чувства уважения на Чару и полагает, что Чара уважает его в ответ.«Нам даже не нужно уходить, чтобы в этот раз добыть их» «Существа вроде нас…»
Однако, увидев «жуткое лицо» Чары, он приходит к леденящему осознанию того, что он такой же одноразовый, как и все остальные монстры. После того, как Чара убивает Азгора, а Флауи уничтожает душу короля, вместо того, чтобы бежать или сражаться, Флауи делает кое-что иррациональное: он безнадежно утверждает себя как готовый объект манипуляций Чары.«Я полезный! Я могу пригодиться тебе!» «Обещаю, что не встану у тебя на пути!» «Я могу помочь… я могу… могу…»
Флауи заботится о Чаре больше, чем кто-либо еще, и все же он ловит себя на том, что молит о его пощаде. Даже перед лицом непреодолимого ужаса он отчаянно хочет верить, что Чара поступит с ним правильно.«Прошу, не убивай меня»
Но Чара не щадит его. После того, как Флауи изжил себя, Чара уничтожает его, нападая более жестоко, чем на кого-либо еще. Флауи осыпается, а его непоколебимая преданность приводит к суровому и ужасному концу. Нередко жертвы верят, что их абьюзеры будут относиться к ним иначе, чем ко всем остальным. Они полагают, что являются драгоценными для своего абьюзера, и что им будет предоставлена исключительная роскошь, в отличие от кого-либо еще. В этом случае Флауи считает, что особой связи, которую он разделяет с Чарой, будет достаточно, чтобы тот не убил его, как всех остальных.9. ПРИМИРЕНИЕ С ЖЕСТОКИМ ОБРАЩЕНИЕМ.
Конец пути пацифиста показывает, что Азриэль наконец-таки смирился с тем, каким человеком был Чара. Это происходит только после того, как Азриэль становится свидетелем искреннего сострадания Фриска к другим и понимает, что Фриск — это не Чара. Азриэль открывается Фриску и рассказывает ему о Чаре то, что он никому до этого не рассказывал. Его признание подразумевает, что именно ненависть к человечеству заставила Чару желать убить людей на Поверхности. По крайней мере, теперь Азриэль может говорить о Чаре как о человеке с недостатками.* Я знаю, почему Чара забрался на гору. * Это было по не очень счастливой причине. * Фриск. * Я буду честен с тобой. * Чара ненавидел человечество. * Он никогда не говорил, почему оно так. * Но это чувство было очень сильным.
Он приходит к выводу, что Фриск и Чара никак не похожи. Неважно, прощал ли Фриск Азриэля или же не утешал его. То, что Азриэль узнал — были чувства Фриска к монстрам во время битвы. И все же события нескольких мгновений не могут стереть той любви, которую жертва питает к абьюзеру. Азриэль, наконец, признает, что «Чара был не самой великой личностью». Он, наконец, способен отбросить всю свою идеализацию. Он, наконец, готов снять Чару с пьедестала, на который поставил.«Чара был не самой великой личностью»
С улыбкой Азриэль говорит Фриску, что тот именно тот друг, которого ему хотелось бы иметь вместо Чары. Он понимает, что был слишком эмоционально привязан к неподходящему типу человека. Он «немного проецировал», отчаянно желая, чтобы Фриск был Чарой (то есть, чтобы Чара вел себя как Фриск). Позже Азриэль вновь превращается в цветок. Когда игра открывается повторно после титров, Флауи возвращается с последней просьбой. Независимо от того, с кем он на самом деле говорит, Флауи считает, что обращается к Чаре, о чем свидетельствует тот факт, что он упоминает его по имени. Во время своей речи главная забота Флауи — это Фриск, который дал ему новое виденье мира. Он умоляет Чару «позволить Фриску жить своей жизнью». Эта мольба не имела бы никакого смысла, если бы Флауи думал, что Чара «позволит Фриску быть счастливым» по умолчанию. Вы не станете умолять своих друзей не начинать драку, если только сами не ожидаете, что они так поступят. Точно так же Флауи не стал бы эмоционально взывать к Чаре с самого начала, если бы верил, что тот не планирует сбросить. Более того, Флауи полагает, что его усилия тщетны.«Прости» «Ты, вероятно, слышал это уже как сотню раз, так ведь…?»
Флауи полагает, что Чара уже множество раз разрывал счастье у Фриска. И не только это, ведь он ожидает, что Чара сделает это снова.«Увидимся позже…» «Чара»
Произнеся это имя в последний раз, Флауи предполагает, что он увидит Чару 'позже': без своих воспоминаний в следующем перепрохождении. Если раньше Флауи отрицал бы, что Чара может причинить ему вред, то теперь он видит это все гораздо яснее. Он пришел к пониманию, что Чара «был не самой великой личностью». Он открыто ожидает от первого упавшего эгоизма и жестокости. И все же глубоко внутри он сохранил чувства к Чаре. Никто не может просто отключить свои чувства по собственному желанию. Надеясь вопреки ожиданиям, он пытается урезонить Чару, несмотря на то, каким он его знает.НЕВИДИМОСТЬ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО НАСИЛИЯ.
Симптомы эмоционального насилия у Флауи начались не на пути геноцида. Даже до того, как Флауи распознает Чару на пути пацифиста, «красные флаги» все еще есть. Они присутствуют в нейтральных концовках и на кассетах лаборатории. Восприятие Чары Флауи проистекает из того, как Чара обращался с ним, когда был жив, как и Азриэль. Доказательства жестокого обращения к Азриэлю не очевидны. Поведение Флауи неуловимо, и «красные флаги» имеются, но достаточно малы, из-за чего от них достаточно легко отмахнуться, как и в реальной жизни. Он не просит сочувствия, потому что большую часть времени не понимает, что есть какая-то проблема. Когда он начинает осознавать это, то несет ответственность за свои собственные действия. Он не заинтересован в том, чтобы оправдываться: обычно так поступают сами абьюзеры — оправдываются. Сопротивляйтесь неправильному представлению о том, что жертва должна казаться слабой, невинной и непорочной. Слишком часто насилие остается невидимым даже для самого человека, подвергающегося этому абьюзу.-----------------
Один человек написал в аске авторов теории вопрос с парочкой возражений, на что был получен ответ:ВОЗРАЖЕНИЕ 1:
«Флауи предполагает, что «Чара» манипулировал всеми, чтобы понравиться им на пути пацифиста, но не признает, что тот же Чара, возможно, использовал такую же тактику против него»
«Это все потому что ты ЗАСТАВИЛ ИХ любить тебя»
Этот вид когнитивного диссонанса очень часто встречается у жертв жестокого обращения. В то время как жертва может быть более объективной и распознавать, когда другими манипулируют, связь, которую они имеют со своим абьюзером, затрудняет распознавание манипуляции над ними самими. Жертвы попадают в круговорот, где они рационализируют и оправдывают манипулятивное поведение, которое терпят, обвиняя себя вместо этого и предлагая снисходительность с прощением обидчику в надежде, что это не повторится снова (Внешние ссылки на английском: «Травматические связи"/"Цикл абьюза»).
Судя по всему, этот феномен часто наблюдается, когда жертвы без труда дают хорошие советы другим, но сами с трудом следуют им. Тот факт, что Флауи предполагает, что «Чара» будет манипулировать другими, но верит, что не сделает то же самое с ним, является классической логикой жертвы. Более наглядным примером является тот факт, что Флауи видит, как Чара убивает каждого на пути геноцида, и все же слепо полагает, будто человек не отнесется к нему точно так же. На самом деле, Флауи считает, что Чара хочет работать с ним, а не против него, хотя человек не считался ни с кем, кроме себя.
ФЛАУИ: Чара… Думаю, с тобой рядом… Просто жить на Поверхности не выглядит так уж плохо. Нам даже не нужно уходить, чтобы добыть их в этот раз. У короля есть шесть запертых штук. Я испробовал сотни способов заставить его показать их мне… Но он просто не делал этого. Чара… Я знаю, что он сделает это для ТЕБЯ.Только когда Флауи понимает, что Чара хочет и может причинить ему вред, он чувствует страх и даже тогда пытается «торговаться» с ним до последней секунды, хотя видел, что Чара не проявлял никакого милосердия на этом пути.
«Я полезный! Я могу пригодиться тебе!» «Обещаю, что не встану у тебя на пути!» «Я могу помочь… я могу… могу…» «Прошу, не убивай меня»
Эта иррациональная логика наводит на некоторые тревожные мысли относительно того, как обращались с Азриэлем при жизни.
ВОЗРАЖЕНИЕ 2:
«Если записи свидетельствуют о том, что Чара манипулирует Азриэлем, то почему Чара допускает существование компрометирующих улик?»
На самом деле, похоже, что Чара НЕ ХОТЕЛ, чтобы какие-либо доказательства существовали.
* Эм, в любом случае, куда ты идешь с этим? * А? * Выключить камеру…? * Ладно.
Прежде чем объяснить свой план, Чара просит Азриэля выключить камеру. Однако, хотя детали плана не записываются на кассету, запись необъяснимо включается снова, когда Азриэль протестует против плана и отрицает, что он плачет. Это кажется странным временем для начала записи, поэтому разумно предположить, что это была случайность: возможно, Азриэль нервно возился с камерой и включил ее на какое-то время. Может быть, камера была опрокинута, и нажата кнопка записи. Нет никакого способа узнать это наверняка (но крышка с объектива все еще не была снята). Как бы то ни было, последняя запись на кассете 4 с «Я пойду за цветами» намекает, что Азриэль собирает лютики для суицида Чары сразу за этим. Прямота плана означала, что Чара мог умереть, даже не узнав о существовании кассеты 4 и 5, поэтому у него не было шанса уничтожить улики и «отшутиться от этого». Важно отметить, что эти два доказательства жизненно необходимы для того, чтобы собрать воедино намерения Чары и поведение, а также влияние, которое он оказал на Азриэля и, самое главное, предысторию Undertale. Тоби Фокс решил включить эти моменты не просто так, и отсутствие внимания к этим фрагментам из-за слишком откровенного характера — игнорирование замысла автора. Здесь, в Nochocolate, мы считаем, что то немногое, что известно о Чаре, включено не просто так, и поэтому должно быть соответствующим образом рассмотрено.
