Слишком много совпадений

***

С этих слов передернуло всех. Шатенка была вся на нервах, что было видно по ней самой. Чуя с Рей стояли в лёгком шоке. Рейчел, придя в себя отошла от выхода, давая сестре пройти, что сразу же сделал и Накахара. Судзуки еле видно кивнула и прошла держа в руках небольшую папку.

***

— Организация, бывший босс Рейчел, объявили нам войну. А к ним присоединились ещё несколько мелких организаций. — женщина была подавлена и говорила с опущенной головой, взгляд падал на папку. Собрались уже все, бывшая организация Рей, было понятно, цель — сама Рейчел, но вот другие… Это не было понятно никому. Осаму единственный выглядел спокойно и умиротворенно. На него никто не обращал внимания, все были сосредоточены на главе. — Их основной целью являются три способности. С этими словами девушка раскрывает папку и достаёт оттуда несколько листов. На первом был один текст, а на остальных уже виднелись фотографии, и не просто. На листах были фото Азуми, Чуи и Дазая. Судзуки повернула все документы к подчиненным, а сама подняла взгляд. На лице напарников встало недоумение, а вот Куникида с Осаму были спокойны. Насчёт Доппо вопросов не возникало, а вот Дазай. Это было слегка странно, хотя. — Что это? — первый нарушил тишину Накахара, подняв глаза на Азуми. Девушка откинулась на спинку стула и немного прикрыла глаза. Рейчел тоже подняла взор на сестру. — Те, кто им нужен. Обнуление, управление гравитацией и контроль сознания. — чуть взволнованно проговорила шатенка. Осаму наконец открыл глаза и выпрямился. — Это было ожидаемо. — произнёс тот смотря в стену. Это привлекло внимание всех, включая Судзуки. Таких действий не ожидал никто, даже Мори. Конечно, объявлять войну сейчас очень выгодно для правительства Токио. Но это напрочь подрывало порядочность всех глав данных организаций, так как изначально было заключено перемирие. Похоже, это их не волновало. А жаль. — У меня один вопрос. Раз им нужна гравитация, почему там нет меня? -переведя взгляд с шатена на сестру проговорила девушка. Потерев переносицу большим и указательным пальцем Азуми выдохнула. Она надеялась, что таких вопросов не возникнет. — Ты официально гражданка Токио. Поэтому официально ты на стороне тех организаций. — наконец открыв глаза с небольшой паузой сказала женщина.

***

Все нюансы были устранены, ситуация была ясна. Только вот, Судзуки была в панике, которую она умело скрывала под маской беспокойства. Азуми однажды пережила войну эсперов. И поверьте, это было ужаснейшее. Удивительно, что родители, да и сама Азуми выжили. А мать девочки, спустя пару лет смогла родить второго ребёнка. Точную копию матери, красноватые волосы, серо-голубые глаза, спокойное, не знающее боли и горечи ужасного мира. Вот ведь совпадение, у обеих год исполнения 7-ми лет стал переломным. Старшая узнала, что такое садизм, боль, несправедливость из-за возникшей войны, а младшая познала боль от потери близкого человека и воспитания убийцы. Судзуки искренне боялась повтора прошлой борьбы, боялась за младшую сестру. Хаттори грубо отказали в участии в войне. Она была как запасной вариант, в крайнем случае её могут отправить в Йокогаму. Это немного взбесило девушку, но после разговора с Огаем, сдалась. Она как бывший работник провокационной организации должна была составить кучу отчетов по сотрудникам этого. Главные Йокогамы находились в специальном, ранее построенном тайном штабе Йокогамы в самом Токио. Прошлая бойня была спровоцирована уже правительством Йокогамы и они на славу постарались, будто делая подобные бункеры и штабы специально для такого случая. Странно, не правда ли? Но даже если так, это только на руку Йокогамцам. Сейчас, дома почти никогда никого не было, девушка лишь знала, что ничего хорошего за темно-красными стенами этого дома не происходит. Все её сожители, нередко приходили потрепанными, не в лучшем состоянии и чертовски уставшими. Рей тоже не сидела без дела, днями и ночами писала отчёты, которые передать начальству было весьма проблематично. Это и напрягало, постоянные выговоры со стороны сестры за задержку информации, хотя все уже было готово. Боже… Очередной похожий на другие дни день. Запрет на выход из дома, отсутствие собеседников, постоянные бумажки и ноутбук с постоянно одной и той же открытой программой. Никакого желания работать нет, хочется уехать обратно в Йокогаму и жить как раньше. Но в этом и проблема, выезд из города более чем невозможен. Снова эта надоедливая мелодия отдается эхом в голове девушки, с злостью, автоматом она скидывает мобильник с тумбы на пол. Это не помогает, телефон так же звенит звонкой ритмичной музыкой. С жалобным, громким стоном Рей садится на кровать и поднимает гаджет с ковролина. Уже более спокойно выключает рингтон и откладывает мобильник на тумбочку. Она встаёт с кровати, комментируя каждое своё действие «чертов день» «чертов дом» «чертова работа» и т.п. Она привыкла, что в помещении она одна, поэтому все фразы были громкими и не сдержанными. В принципе, все было как всегда и возможность такая была. Рей приняла душ и уже обессиленная упала на кровать. Утренняя суматоха сильно утомляла, даже учитывая тот факт, что та встала несколько минут назад. Дома была гробовая тишина, так что становилось не по себе. День проходил чертовски медленно и нудно. Чашка опустошалась чаще обычного, а ручки чаще пропадали, из-за возникнувшей у девушки невнимательности. Отчёты уже сидели в горле, а компьютер стал ассоциироваться с ужасным. Была ранняя ночь, часов 8, но на улице уже темень. Придерживая голову рукой упираясь в стол локтем, глаза медленно закрывались, а сон поглощал сознание сонной Рейчел. Наплевав на все, Хаттори положила голову на листы бумаги с ещё невысохшими чернилами чёрной гелевой ручки. Та сразу погрузилась в такой на вид сладкий, но очень чуткий сон.

Крыша многоэтажки Йокогамы, полночь, красные волосы развивались на ветру, белая футболка обтягивала переднюю часть тела девушки, благодаря ветру. Выразительная грудь, и плоский живот сейчас можно было увидеть чётко. Красивый ночной пейзаж на Токийский залив и серебристая луна, отдающая неоново-голубым. Ноги свисали с крыши здания, а руки упирались назад, дабы не упасть. Эта приятная прохлада и охлаждающий ветер, чувствовались через сон. «Рейчел»

— Ре-ейче-ел — приятный, бархатный голос эхом прозвучал в голове красноволосой. Девушка нехотя приоткрыла глаза и приподняла голову, с небольшим треском лист бумаги отпал от щеки Рей, а на коже остался лёгкий смазанный отпечаток чернил. Быстро моргая, Хаттори увидела рядом стоящего шатена в привычном бежевом пальто. Мафиози ещё не до конца осознавала происходящее в силу до сих пор сонного сознания. — У тебя чернила. — с этими словами, близстоящий Осаму большим пальцем провёл по испачканной щеке рыжей. Девушка в этот момент быстро проснулась и сделала с собственным лицом тоже самое. Увидев черный след на пальцах, Хаттори прикрыта лицо рукой произнеся еле слышное «Ох, боже». — Ты что-то хотел? — не отрываясь от протирания кожи влажной салфеткой, что дал ей парень спросила девушка. Дазай сидел на кровати, наблюдая за мучениями девушки изредка смеясь над небрежными движениями, на что Хаттори отвечала лишь усталыми вздохами. — Просто проведать, никуда не выходишь, одна, так и с ума сойти не трудно — с улыбкой на губах проговорил Осаму. Рей недоуменно на него посмотрела, мол, не плевать? Этот визит был первый за все эти пару недель. Конечно, приятно, но зачем? — А, ну. — произнесла девушка уведя взгляд в пол. На лице было удивление и естественно благодарность. Рейчел не была подвержена опасности или риску, но дни в четырёх стенах, одной, действительно ужасно. — Спасибо. Парень улыбнулся и поднялся с кровати, в следующие мгновения, девушка почувствовала прикосновение и две забинтованные руки прижимающие хрупкое тельце к себе. Осаму подошёл сзади Рей и обнял ту со спины. Девушка немного вздрогнула от неожиданности, и замерла. Черствая девушка, не способная на нежность, так? Красноволосая, придя в себя обняла сильные руки и чуть наклонила голову в сторону, кладя её на плечо парня. О да, этого ей не хватает в жизни. После, за чашкой ароматного чёрного чая завязалась приятная душевная беседа не на час. Когда девушка, уже спала на спинке стула в силу усталости, Дазай лишь усмехнулся и переложил дремлющую девушку на кровать, заботливо укрыв одеялом. Он забрал пустые чашки и отнес на кухню. Сон этой ночью был особенно приятный и спокойный.

***

— Думаю, я могу к нему обратиться. — произнесла девушка, поднимаясь со стула. Босыми ногами, красноволосая прошла к большому комоду у стены. Старомодный шкаф из тёмного дуба. Плавными движениями, тонкими пальцами Рейчел прошлась по поверхности. Так же аккуратно та открыла верхний ящик. В нем лежало много тетрадок, записных книжек и просто старых бумажек. Девушка стала медленно доставать лист за листом, книжку за тетрадкой. В самом низу, под толстым слоем пыли и хранителей информации, она достала небольшую обтянутую коричневой кожей записную книжку. Прикрыв ящик, она развернула книжку и начала листать. Были пустые, а были полностью исписанные небрежным почерком странички. Примерно в середине, был цветок, засушенный хрупкий и почти бесцветный в силу прошедшего времени. А рядом был написан номер и подпись:

Дос-кун