От А до Я

Марин жутко ненавидел, когда Аркаша курит, ведь у него сразу начинало внутри расти чувство отвращения от одного аромата табака, а насчёт того, что Джохан тупо портил своё здоровье, и подавно следует умолчать. Но особенно раздражало, когда запах сигарет смешивался с алкоголем после какой-нибудь посиделки с Даней в баре, которые оканчивались тем, что пьяного в хлам высокого парня с его подушкой и одеялом отправляли спать на диван, лишая чего-нибудь эдакого на месяц. И только невероятно приятный парфюм спасал положение в их паре, ведь длинная зараза умела подобрать его так, чтобы при объятиях можно было утыкаться носом в шею и долго вдыхать, водить по нежной коже чередуя с приятными поцелуями. Аркаша прекрасно знал, как табачный аромат выводит из себя Мокану, знал и поэтому иногда любил бесить, подходя к парню вплотную со спины, пока Марин готовит дохуя правильный и питательный завтрак для них двоих, чтобы целый день можно было быть в здоровом теле и духе. Конечно, Марин старался, конечно, за это ему постоянно было отдельное спасибо, но стоило Джохану пройти около какого-нибудь ларька с шаурмой, как вся полезная пища утрамбовывалась лишними и вредными калориями, но, блять, такими вкусными, что глаза сами неосознанно закатываются, и ты ловишь оргазм своими вкусовыми рецепторами. Это утро не стало исключением, поэтому после душа парень сначала долго идёт курить на балкон, проверяя почту, а затем, закончив все свои важные дела, проходит тихонько на кухню, в одном лишь полотенце на бёдрах, сверкая великолепной спортивной фигурой, ведь похвастаться, надо признать, есть чем. Руки сразу же обнимают за талию своего вредного и любимого коротышку, а нос утыкается в шею, долго водит по коже, чтобы понять, чем пахнет этим утром его возлюбленный — определённо ощущаются цитрусовые и немножко чего-то едва уловимого, слегка сладкого. Для Аркаши Мокану постоянно пах чем-то всегда новым: от невероятного ароматного геля для душа по утрам до жаркого секса ночью. Очень разные запахи и постоянно ощущаешь себя каким-то грёбанным токсикоманом. — Бля, нахрена ты мне утро портишь, а? Только встал, привёл себя в порядок, а тут ты припёрся весь такой вонючий и на нервы действуешь, — бурчит Марин, а парень только улыбается, ведь в этом все комплименты их друг к другу. — Я пахну божественно, детка, поэтому не начинай, а лучше поцелуй своего любимого мужчину, — шепчет на ушко, выключая плиту, ведь рагу явно уже готово. — Бог, значит, да? — Марин поворачивает голову в сторону возлюбленного, сморит с прищуром. — Да, во всём его величии, прошу заметить. — Ты в слове «лох» две ошибки допустил, а вроде бы русский, настоящий славянин, — летит едкая насмешка в ответ. — Какой старый баян. Как и ты, впрочем… Стареете, мистер Мармок, скоро песок будет сыпаться на ходу, — не отстаёт в стёбе и Джохан, поворачивая за подбородок лицо блогера к себе. И, безусловно, когда их губы смыкаются друг с другом в приятном и ленивом поцелуе, который самый топ по утрам, Мокану морщится, немного показушно фыркает, ведь никогда не скажет, что Аркаша имеет самый охуенный аромат и привкус на свете.