Ночные размышления

Феликс… его имя в переводе с латинского языка означало «счастливчик». Но разве можно было сказать, что он счастлив, ведь несколько столетий никто не беспокоил его собственное небытие. Но можно было ли назвать тот покой счастьем? Подобные мысли всё чаще посещали вампира, директора небольшого детективного агентства под странным названием «Пятая Стража». Уже давно хлопнула входная дверь, зазвенел колокольчик и голоса Никиты и Риты попрощались с ним. Феликс часто думал о них: о Никите и Рите, Свете и Вите, Сером и Ольге, о Стасе, о Гере. Они все за такое короткое время смогли стать не просто коллегами по работе, они были настоящими друзьями. Возможно, это могло приблизить уже давно ничему не радовавшегося вампира к счастью и вызывало легкую улыбку на обычно спокойном лице Феликса. Он спустился вниз, посмотрел на часы, было около двенадцати ночи, совсем рано по вампирским меркам. Бокал с кровью уже давно не приносил насыщения, но мысль об убийстве не то чтобы приводила в ужас (за пять веков он привык к тому что смерть – это неотъемлемое составляющее человечества), но вызывала стойкое отвращение к самому себе. И в самом деле, согласитесь, не очень приятно убивать человека, когда он может сделать что-то хорошее для человечества. И всё же природа брала своё, а именно плату за свой темный дар – бессмертие. Жажда… её нельзя утолить не пролив свежей человеческой крови, можно лишь притупить, выпив донорскую. Бокал, что вампир держал в руке, был красным, источал притягательный аромат, по крайней мере, Феликс пытался убедить себя в этом и не мог, в мыслях, как бы ему не хотелось, проносились образы плоти и крови. Чистой, манящей, с ароматом, который затуманивает разум и не дает здраво мыслить. Прочь! Вампир гнал от себя подобные мысли, хотя они всё чаще приходили в голову. Спустившись по лестнице и осушив бокал до дна, Феликс увидел Ульяну. И правда, удивительное было зрелище: она заснула за письменным столом, разбирая какие-то бумаги. Её волосы растрепались, платье смялось, а одна туфля была снята, видимо девушка во сне пыталась освободиться от обуви. Феликс подошел поближе, всматриваясь в её лицо. От Ульяны пахло дорогим вином и французскими духами. Тогда понятно, почему он её не заметил, она пришла ночью, а он, погружённый в собственные мысли, не услышал этого. "Надо отнести её на диван" - подумал вампир, - "Ульяна хорошо повеселилась этим вечером". Он наклонился, чтобы снять с неё оставшуюся туфлю. Было темно, но к счастью, глаза вампира прекрасно видели в темноте. Феликс поднял девушку на руки и понес по направлению к дивану, Ульяна даже не шелохнулась, можно было подумать, что она мертва, если бы Феликс не слышал, как бьётся её сердце. Положив девушку на диван, он решил укрыть её теплым пледом, за коим подошёл к шкафу. Неожиданно для него самого, ведь он думал, что Ульяна не шелохнется до самого утра, она говорила во сне: - Феликс… не уходи, не оставляй меня… Она стала тревожно ворочаться, вампир подошел к ней, ступая неслышно, словно он шел по коврику из ваты, и укрыл теплым пледом. Феликс наклонился к ней, вдыхая пьянящий аромат её духов и алкоголя, желание поцеловать девушку, которую любишь, становилось сильнее с каждой секундой. Вампир больше не мог противиться желанию, он любяще и нежно поцеловал девушку, а затем прошептал почти не слышно: «Спи, Ульяна». Девушка спала, а тревожное выражение лица сменила почти неуловимая улыбка.