The rain

В Токио долгое время гремели грозы, заливая город с многовековой историей. Капли падали с небес на землю, и громко разбивались об асфальт, люди промокшие до нитки искали место укрытия, от этого ненастья. Хината сидел перед экраном телевизора. Его ноги были укрыты, а руки грелись об треснутую кружку с зелёным чаем. — Дожди закончатся минимум через неделю. Слова ведущей пролетали мимо ушей рыжеволосого. Ему не было дела ни до погоды, ни до людей. Он никак, не мог разобраться в ситуации, которая поразила его, как молния. — Я не хочу тебя видеть. Именно с этого момента, всё перевернулось с ног на голову, город стал утопать, а некогда багровое солнце скрылось… За многотонными тучами. Так себя чувствовал и он, в нём накопилось чувство неопределённости, сильно влюбив в себя Атсуму, он уже и не знал, что делать. С самой первой встречи, между ними было недопонимание, и приятели по команде, не были уверены в том, что они уживутся вместе. Хината Шоё– человек который не может прожить без улыбки, он улыбается даже когда его сердце разбито. Мия, словно его противоположность — заносчивый, эгоистичный, иногда он даже не слышит тех кто окружает его. Шоё, улыбается, вспоминая тот момент, когда скрывать чувства было просто невыносимо. Они мучали друг друга, задыхались, умирали от жажды. Источником жизни стало — признание.

***

Полёт над сеткой, неповторимое чувство для каждого игрока. В данный момент, этот человек повеливает своими "землями", будто управляя мячом приказывая ему приземлиться, чтобы войти ему, как нападающему в более выгодное положение. Миг, не может длится вечно, и он приземляется, пол скрипит —его побеспокоила очередная выдающаяся личность. Хината, ощутивший уже давно знакомое чувство удара по мячу всё также смотрит на раскрасневшуюся ладонь, и улыбается, — это так привычно. Он идёт за бутылкой воды, краем глаза замечает высокого, светловолосого паренька. — Ты же помнишь меня? Хината Шоё? — Мия Атсуму ведь так? Мне никогда не забыть ту попытку повторить нашу "быструю " с Кагеямой. Честно, она была интересной, но не такой, чтобы её остановили. — Сочту за комплимент, правда теперь, ты и я в одной команде, мне будет приятно поработать с тобой. — Взаимно, и да, мне приятна твоя улыбка, делай так почаще. Сердце кольнуло, и никогда никого не слышащий Атсуму, потеплел от одного взгляда паренька, который покорил, лишь одним взмытием в небеса.

***

Ночь, вступала в свои законные права, принимая эстафету у вечера, свет в зале ярко горел, но мерцал, лампочка, уже изжила себя. Волейболист, тренировал, удивившую ещё со времён старшей школы, силовую подачу в прыжке, ему, казалось, что человек его роста мог удивить абсолютно любого, таким поворотом событий, да и надо было самосовершенствоваться, иначе его сломают, переломят, как прутик. — Что ты тут делаешь? Ночь на дворе. Этот голос, Шоё считал Мию уже своим соперником. — Становлюсь сильней, и иду вперёд, пока ты в запасе. — Да? И как же ты тренируешь направление падения мяча, не видя опоры любой команды? — Тренирую критическое мышление, оно, точно когда — нибудь поможет в трудный момент. — Ха, ну удачи с неведомым видением порыва фантазии.— он ухмыльнулся. Мия, хотел уйти, но то обстоятельство, что этот парень практически валится с ног, и тренирует один из самых труднодостижимых приёмов достоин уважения. — Ты не уходишь? В чём же дело связующий? — Считаешь меня своим соперником, но мы разные, и как бы ты этого не хотел, должны стать одним целым. Поэтому позволь мне помочь тебе. — Как тебе угодно.— Хината немного смутился, никто кроме связующего Карасуно не уделял ему время в дополнительных тренировках. Мия, ровным шагом направился на противоположную сторону. Интересно было то что, он обратил внимание на его осанку, которая многое говорит о человеке. Он видел спину спортсмена. Но его мысли, шептали: «За таким человеком, можно укрыться от всех невзгод». — Глупые мысли, мы партнёры, и больше ничего. — Мы знакомы две недели, и всё это время надеюсь не было потрачено впустую. Покажи на что способен. — Без тебя знаю. Рыжеволосый сделал глубокий вдох, вцепился руками в мяч, и застыл на мгновение, он позабыл, что должен делать. Давление оказываемое шакалом, парализовало, не оставив ничего, даже путей отступления. Было понятно это место принадлежит полностью ему. Даже воздух стал совершенно другим. — Чего ты ждёшь принцесса? — Что, я я — его язык заплетался. — Неужели очаровал? Ой как приятно, возможно ты в моём вкусе. Не медли. Хината закрыл глаза, и понял как можно обойти его. Сосредоточение, и он словно пропустил через самого себя всю силу скопившуюся в нём. Наверно не стоило будить этого зверя. Он подал мяч, который немного закрутило. К сожалению, коварный лис принял его, и это поразило Шоё, так легко, он двигался. Будто его движения, не принадлежали ему. А какой-то человек умело управлял им, как марионеткой. — Неплохо, но если сможешь превзойти себя, я тебя поцелую. — ЧЕГООООО? С УМА СОШЁЛ — звуки чайника сопроводили вторую подачу, воронёнка. Она была неожиданной, но более точной. Определённо лучшей за всё время посвященное спорту. Мия Атсуму не успел протянуть руки, как мяч приземлился со скрипом подле него. — Я держу своё слово — он закусил губу, и запрокинув волосы назад начал приближаться к своей добычи. — Видимо выбора нет. Минута… И рыжеволосый был прижат к стене. А затем погружен в наслаждение первого в своей жизни прикосновения губ, с другим парнем. Языки переплелись в жгучий танец, то ли танго, то ли сальса. Когда O2, перестал поступать к мозговым клеткам, они отстранились. Глаза Шоё светились, и источали детскую радость. — Ха- ха, ты слишком мил, Шоё. — Тсуму, а ты всегда берёшь на абордаж? — Думаю, нам стоит продолжить.

***

Не нужно было больше слов. Проснувшись в объятиях, они осознали, что были созданы друг для друга. Где были они всё это время? Почему не нашлись раньше? Ведь могли упасть в бездну не ощутив запах того единственного. — Раздеваю, ты привыкай, это будет случатся теперь всегда.— Мия вышёл из комнаты, сказав Хинате немного подождать. На кухне сидела точная копия светволосого, — Осаму читал утреннюю газету, и увидев потрепанного братца, немного был ошарашен. — Где ты был? Вернулся видимо поздно, хоть нашёл чего перекусить? — А ты, как всегда печёшься обо мне. — Конечно, а то ты окажешься где-нибудь, в местах лишения свободы. — Как грубо Саму, спасибо за завтрак. — Не меняешься… Он вернулся, в тихой комнате, они начали трапезу, не захотев расставаться ни на секунду.

***

Но пришлось, как понял спустя время Хината. Увидев того, от кого без ума в чужих руках. Он ничего не почувствовал, только солнце, скрылось, и в Токио начались дожди. Он выслушал его, но не было смысла, глаза невозможно обмануть, а сердце, и радо обмануться самому. Прошло 3 недели, за этот промежуток дождь прекращался 4 раза и на один день. В это время рука центрального блокирующего пыталась набрать этот треклятый номер. Он позволил себе всплакнуть, ещё несколько дней и он окончательно сломается.

***

— Дурак, кретин, как можно так опростоволоситься. В этой жизни ты можешь хоть что- то удержать? Отвечай иначе, этот напиток полетит в твоё милое личико. — Могу. — Наглая ложь, ты всегда такой, даже с собственным братом. Я могу тебя игнорировать, но что ты творишь, Хината принял тебя. А ты его растоптал и бросил. — Что мне делать? Я же просто встречал, нашего родственника. — Я ДОЛЖЕН ТЕБЕ ПОМОГАТЬ? ВСЁ ОПЯТЬ ИСПОРТИШЬ.— он вылил на него чайник. — ДА, Я ВСЁ ЕЩЁ ЛЮБЛЮ ЕГО. — Видимо кипиток спасёт этот мир, а не любовь. Ладно горе- братец я поведую тебе, как из камня сделать алмаз. Навостри ушки, и если у вас не получится. Ты до конца своих дней, будешь зазывать покупателей. — Мелкий гадёныш — предприниматель. — В мире онигири, по-другому не жить.

***

Пинки Осаму, хорошо подстегнули, лисёнка. Всё- таки, он слишком хорошо знал его, и разбирался в отношениях. Сколько же раз он спасал бедственное положение? Теперь Атсуму устроится на работу к нему и принесёт брату хоть какую-то прибыль. А пока он стоит у порога знакомой квартиры, в которой на протяжении месяца проживал. Хочешь не хочешь, а у Осаму тоже личная жизнь. Рука нервно дёргалась, а волос, предательски сексуально падал на лоб. Мешая, и заставляя, чихать. Этот дождь полностью превратил в безобразие его причёску, отросшие корни, дали о себе знать, в этом виде он сильно напоминал Саму. Пальцы, тренированные от долгого времяпровождения с инвентарем всё- таки позвонили. — Кто там? — Милый, открой пожалуйста, хочу поговорить. Хината приоткрыл, цокнул в лицо, и захлопнул дверь. Но, растяжка 90 уровня не дала закрыться дверям в будущее Мии Атсуму. Он стоял далеко, и дотянуться можно было ногой. Не ожидавший поворота событий, Хината конечно же прищемил ногу. — Тсуму, как нога? — Думаю до свадьбы заживёт. — Тогда катись, скатертью —самобранкой из моей сказки. — Я не могу, проиграть эту войну. Лис, опёрся об стену, ноге досталось сильно. — И? Мия, переместил центр тяжести вперёд, и упал на Шоё, при странных обстоятельствах, успев закрыть дверь. — ААА. ТЫ МОКРЫЙ. Я ДАМ ПОЛОТЕНЦЕ. ВСТАНЬ С МЕНЯ. — НЕ ВСТАНУ, ПОКА НЕ ВЫСЛУШАЕШЬ. — ЛАДНО ТВОЯ ВЗЯЛА. Рыжик выбрался из-под натренированного тела и побежал за чистым полотенцем, выйдя из уборной, он кинул его, и побежал за аптечкой. — Саму, прав, он настолько заботится обо мне, а я этого и не замечаю. Хината сел, и приподнял нижнюю часть джинсов, на ноге красовался синее-черный синяк. Умелыми руками он начал перебинтовывать любовника. — Я слушаю тебя. — В тот день встречал нашего с Осаму дальнего родственника, и да вот — он протянул телефон с фотографией. — Вот чёрт. Сходство было на лицо. — Принцесса, ты мне веришь? — Теперь да, и прости меня, я должен был разобраться… — Это нормально, помогло укрепить отношения — Я мог бы это исправить? Мия кивнул в сторону спальни. — Хитрый лис. *** Солнце не встало, а телефон уже разрывался. — Слушаю — Ну, что помог я тебе? — Чертовски да, а можно позже было позвонить чуть не разбудил Шоё. — Уж, простите. — И да, кстати я помогу тебе с бизнесом завлеку пару людей. — Чего это ты? Спасибо, конечно. — Отплачу всем, чем смогу. Осаму положил трубку. — Великий Осаму Мия и онигири спасли очередную пару. По-моему ему надо стать свахой. — Чего бормочешь? — Спи солнце, ещё рано. Голова Хинаты, упала на грудь Мии. И они оба растворились в совместной идиллии наслаждения друг другом. Дожди прекратились раньше срока и в Токио установилась солнечная погода.