Катра - милейшее существо Этирии

Как бы. Адора чувствует, как будто… Адора чувствует, как будто недостаточно людей понимают, что Катра — кошка. Как бы. Полностью покрыта мехом, имеет кошачьи уши, кошачий хвост, девочка-кошка? (Кошачий хвост, который может обхватывать вещи) Как бы, если ты правильно погладишь ее за ушком, она начнет урчать, девочка-кошка? Ты, наверное, думаешь. Буквально никто на Этирии не понимает, что Катра — кошка, Адора. Но нет. Нет. Потому что, если бы люди понимали, что Катра девочка-кошка, то как... Как они смогут когда-либо сделать свою работу? Как они смогут продержаться и десять минут без мысли о том, насколько мягкий мех у Катры на животе? Или как, каково это, когда Катра бьет их хвостом по лицу. Люди явно этого не понимают. И Адора — единственная, кто понимает. Знаете ли вы, что иногда Адора возвращается в их комнату, а Катра свернулась калачиком на солнце? И урчит? Как бы. Как люди просто живут своей жизнью и не задумываются об этом? Адора уже обсуждала эту проблему. Скажем, с Глиммер. Которая, после того, как выслушала весь список Адоры о кошкоподобных качествах Катры, просто как бы. Пожала плечами. Понятно же, что возникло какое-то недопонимание. Как бы, ты знаешь, что можешь погладить Катру? Как бы, у нее есть мех. Ты можешь погладить ее. Это то, что ты можешь сделать. Я имею в виду. Никто, кроме Адоры, не может этого делать. Но понимаешь. Не важно. Она попробовала поговорить с Боу. Боу был более благосклонен. Его реакция была больше похожа. Неужели мех везде? Прям вот везде? Да. Как бы, везде, где ты можешь еще и погладить. Там мех. Не то чтобы Адора как бы гладила… Гладила заднюю часть бедер Катры. Или ее ягодицы. Или что-нибудь в этом роде. Нет. Это было бы… Это было бы странно. Или, по крайней мере, это то, что Катра просит, чтобы Адора говорила остальным. В любом случае, Боу проявил интерес к дальнейшему пониманию глубины кошачьих повадок Катры. И когда она подтвердила. Да, везде Он был просто. Хах. Как насчет этого. Как насчет этого? Извините? Это не подходящая реакция для откровения такого масштаба. Если это адекватная реакция для реализации этой величины, Адора хочет, как бы. Десять минут каждого часа последних трех месяцев назад. Как бы, вы знаете, что у Катры кошачий язык? Как бы, она лижет тебя, и это грубо, неуклюже и прекрасно? Как ты можешь не. Как ты можешь не думать об этом хотя бы раз в день? Вы можете спросить, почему Адора подняла этот вопрос? Ну, ответ в том, что Катра только что отвлекла ее, ложась ей на колени и мурлыкая. Это, кстати, совершенно обычное ее поведение. Это происходит несколько раз в неделю. — Хэй, Адора, — говорит Катра, бросая на нее сексуальный взгляд. Как будто она не мурлыкает. Как будто она не бьет Адору по лицу своим хвостом. Для справки, Адора скрестила ноги на земле. Она читала книгу. Катра лежит. Сверху Адориной книги. Кроме того, что критически важно, Катра намного длиннее колен Адоры, поэтому она просто плюхнулась на обе стороны колен Адоры. Адора — эксперт по поведению Катры. Поэтому она понимает, что такое поведение означает. Обрати на меня внимание. Это довольно незаметно, но она вполне уверена, будучи экспертом по поведению Катры, что в этих действиях есть скрытый посыл. Адора царапает спину Катры, потому что Катра лежит на ее руках, а Катра мурлычет немного громче и прищуривается, закрыв глаза. — Чем занята? — спрашивает Катра, танцуя хвостом перед лицом Адоры. Что, как бы, Адора почти наверняка уверена, что Катра хочет, чтобы она схватила его. Своим ртом. Она так и делает. — Я читаю, — говорит Адора голосом, приглушенным хвостом во рту. Хвост у Адоры во рту дергается, но она не отпускает. Катра открывает глаза, чтобы взглянуть на Адору. — Отпусти мой хвост, — говорит она. — То, что потеряно кем-то и найдено мной — мое, — бормочет Адора, все еще не отпуская. Катра перестала мурлыкать, поэтому Адора немного почесала спину, и она снова начала мурлыкать. — Это мой хвост. — Больше нет, — бормочет Адора, сдвигая губы, чтобы схватить немного крепче. Катра впивается взглядом в Адору, словно она не мурлычет в настоящем длительном времени, и Адора щурится на нее. Адора не хороша в этом. Гляделках. В то время как Катра бросает взгляд, который только старая добрая Катра и может. Это означает, что она сдается через минуту и падает на землю, словно она проиграла в нечестном бою. — Ты уверена, что не должна сейчас обращать все свое внимание на свою девушку? Знаешь, ту, которой ты говоришь, что, — она поднимает голову, смотрит в глаза Адоре, просто чтобы покривляться. — люююбишь? Адора чешет спину, а Катра от удовольствия щурится. — Я обедала с ней, как бы, только час назад, — говорит Адора, во рту все еще хвост Катры. Она облизывает его, и Катра морщится и использует свою руку, чтобы вытащить его изо рта Адоры. Она кривится на его обслюнявленное состояние и вытирает его об рубашку Адоры, прежде чем продолжить. — Этого недостаточно, — говорит Катра. — Ты должна быть к ней более внимательна. Вот подумай, насколько она и так уже опустила свои стандарты, чтобы быть с тобой. Она заслуживает лучшего. Адора поднимает спину Катры своими коленями и высовывает руки из-под кошки. Она отбрасывает книгу в сторону и танцует пальцами по животу Катры, скрытому одеждой. — Правда? Катра безуспешно подавляет улыбку, когда Адора просовывает руку под одежду и проводит пальцами по меху, который она там находит. — Да. Ты должна баловать ее как королеву. Адора царапает живот Катры, и она довольно урчит. — Я должна, хах? Катра только кивает, продолжая урчать, не открывая глаз. Ее хвост обхватывает руку, которую Адора сунула под рубашку, и обвивает ее. Конец все еще немного мокрый. Адора берет ее свободную руку и обхватывает щеку Катры. Вибрация в груди Катры усиливается, и она гладит свою пушистую щеку о руку Адоры. Адора глубоко вздыхает. Катра это просто. Самое, черт возьми, милое существо. Во всей Этирии. Буквально. Нет никого и ничего милее. — Как ощущения? — Адора спрашивает. — Этого мало, — говорит Катра, ее голос звучит хрипло. — Мало? — спрашивает Адора, потирая большим пальцем по щеке Катры, а Катра безуспешно пытается удержать улыбку, что разрастается на ее лице. — Да, — говорит Катра, голос звучит немного медленно. Немного мечтательно. — Подумай, как сильно, наверное, болит ее спина. — Когда Адора не сразу отвечает, Катра поспешно продолжает. — Ну, знаешь, от того что она опускает свои стандарты так низко. — О, — говорит Адора, — так мне нужно погладить ее спину? Она делает вид, будто собирается убрать руку с лица Катры, и обнаруживает, что пальцы Катры обвиты вокруг ее предплечья мертвой хваткой. — Если ты остановишься, я откушу тебе пальцы. Ее синий и желтый глаза вспыхивают, и она вскидывает голову, чтобы взглянуть на Адору. Адора царапает шерсть на животе, Катра начинает медленно прищуриваться, а рука расслабляется на предплечье Адоры. Адора смеется и направляет голову Катры на пол, проводя большим пальцем вверх и вниз по ее щеке, когда Катра снова начинает тереться о ее руку. Адора скользит рукой по волосам Катры, и Катра недовольно вздыхает от этой потери, но она не начинает откусывать пальцы Адоры, так что, как бы. Она, наверное, в порядке. Адора проводит пальцами по густой гриве Катры, пока не находит ухо Катры, и проводит по ней пальцами, наслаждаясь ее мягкостью. Весь мех Катры такой мягкий. (Очевидно же) Но ее уши просто. Невероятно. Она может вывернуть их наизнанку, если захочет. Катра издает недовольный рычащий звук и дергает ухо в тщетной попытке вывернуть его в правильную сторону. — Адора, — говорит она тихим и угрожающим голосом. — Что? — невинно спрашивает Адора, опуская пальцы к основанию ушей Катры, слегка почесывая кожу. Катра стонет от удовольствия, и ее глаза снова закрылись. — Ты такая милая, — говорит Адора, и Катра слабо рычит. Ее правая рука поднимается и запутывается в рубашке Адоры в знак протеста. — Я не… Ее голос срывается в стон, когда Адора находит правильное место у ее уха, а ее грудь вибрирует всем существом Адоры одновременно урча. — Я не милая, — говорит она через тридцать секунд. Может быть, через минуту. Рука на кофте Адоры сминает вещь, когти скользят по ее коже. — Как я справляюсь теперь? — спрашивает Адора, рука, которая была занята почесыванием живота Катры отодвигается, и проводит пальцами по хвосту Катры, пока он не отскочил от ее предплечья. — Перестань, — говорит Катра. — Ты хочешь, что бы я вернулась к животу? Глаза Катры открываются еле-еле, что кажется для нее огромным усилием, и она смотрит на Адору. Адора широко улыбается ей. — Можешь сказать «да», — говорит Адора. — Мы в этих отношениях никого не осуждаем. Катра щурится недовольно на нее. Этот взгляд немного отличается от ее довольного прищура. Адора, будучи экспертом во всех вещах касающихся Катры, может стопроцентно всегда отличать их друг от друга. Она никогда не путает их. Этот, хотя. Этот определенно недовольный. Адора обдумывает это на мгновение, прежде чем перейти к осмотру состояния своей девушки. Катра теперь достигла особого состояния Катры, которое Адора любит называть «Един с миром». Она неотличима от коричневатой лужи меха, почти каждая мышца в ней полностью расслаблена, за исключением руки, которая все еще время от времени мнет Адорину кофту. Адора беспокоилась о спине Катры, когда та сделала это в первый раз, но, насколько она может судить, у Катры на самом деле нет костей на спине (или вообще где угодно), поэтому ей совершенно удобно лежать буквально на чем угодно. Рубашка Катры накрывает светло-коричневый мех на ее животе, и Адора пытается, но проигрывает желанию зарыться своим лицом в нем. Катра издает приятный звук, по-видимому, простив ее за грех игры с ее хвостом вместо того, чтобы гладить ее. Адора слюнявит мех живота Катры только потому, что знает, что Катра ненавидит это, и Катра в ответ тянет Адору за хвост. Она прекращает и вместо этого проводит своим носом по меху Катры на животе, от чего Катра, по-видимому, чувствует себя намного лучше, потому что ее другая рука ложится на верхнюю часть головы Адоры. Адора глубоко вдыхает и улыбается. Знаете ли вы, что Катра пахнет солнцем и радугой? Потому что она определенно так пахнет. Никто не верит Адоре, когда она говорит это. Но это правда! Это просто, как бы. Никто не может этого подтвердить. Потому что Катра избила бы их, если бы они попытались. Но все в порядке. Адора уважает приватность. Она на самом деле не любит делиться. Рука Катры разминает волосы, когти скользят по ее скальпу. Достаточно сильно, что бы было ощутимо, но не настолько, чтобы было больно. Адора скользит рукой по спине Катры и проводит пальцами по позвоночнику Катры, где ее мех идет в разные стороны. Катра издает счастливый звук, когда Адора проводит пальцами вверх, а затем опускает вниз, потом задом наперед, и еще по бокам Катриного меха. Именно тогда дверь распахивается, и голос Боу эхом звучит над ней. — Адора, могу я… И тогда голос Боу необъяснимо умирает в его горле. Катра издает недовольный звук, когда Адора поднимает голову от невероятно мягкого живота Катры и улыбается Боу. Он выглядит просто необъяснимо изумленным. — Как дела? Он открывает рот, смотрит на Катру, которая теперь открыла глаза и бросает в него убийственные взгляды. — Я… Его рот закрывается. — Что ты делаешь? — Если Адора из-за тебя остановится, — говорит Катра, ее голос все еще тяжелый и довольно медленный. — Я спрячу три комка шерсти в трех парах твоих носков. Катра достигла такого большого прогресса. Она даже больше не угрожает убийством! — Я глажу Катру, — говорит Адора, потому что как бы. Они уже проходили это. — Я говорила тебе об этом, — добавляет она на тот случай, если он по необъяснимым причинам забыл. — Э-э, — говорит он. — Ты узнаешь только тогда, когда твои ноги уже будут в них, — продолжает Катра, слова все еще звучат довольно медленно. Боу делает паузу, чтобы показать скривившееся лицо Катре. — Фу. — Именно, — говорит Катра, ее горло продолжало издавать урчащие звуки, потому что руки Адоры на самом деле не переставали гладить. (С чего бы ей переставать?) (Вы знаете, насколько мягкий мех у Катры?) (Вы знаете, как это мило, когда она мурлычет?) (Знаете ли вы, что когда она мурлычет, вы можете чувствовать это просто…) (Везде через себя?) — В этом вся суть. У Боу занимает минуту, чтобы отвести взгляд от Катры в состоянии лужи, к которому Адора успешно вернула ее. У нее выражение абсолютной расслабленности с легким оттенком улыбки в уголках губ. Это как видение. Так красиво. Так мило. Адора думает об этом около двух или трех раз в час. — Ты говорила, что у Катры мех везде, — говорит Боу. — Ты сказала Боу что у меня что? — Голос Катры возвращается в норму, что означает, что лужа-Катра исчезает в небытие, что очень и очень грустно. Адора морщится на Боу, и Боу выглядит сбитым с толку тем, почему с ним обращаются здесь как с злодеем. Адора удваивает свои усилия на ухе и спине Катры, пытаясь ее снова растопить. — И это правда. Адора в замешательстве. — Чем бы ты еще занимался, если бы твоя девушка была бы полностью покрыта мехом? Катра издает одобрительный звук и медленно ложится на пол. Боу открывает рот. Закрывает его снова. Кажется, он смущен, поэтому Адора показывает на Катру подбородком, потому что обе ее руки заняты. — Посмотри на нее. Катра буквально самое милое существо из когда-либо живших. — Я не милая, — протестует Катра, поднимая голову и еще больше разваливаясь рядом с Адорой. Адора царапает впадинку прямо за ухом, и ее голова падает на пол, хотя когти на боку Адоры не становятся менее цепкими. Боу снова открывает рот. И снова закрывает его. — Я ухожу, — говорит он. — Отличный план, — говорит Катра, ее голос снова становится тяжелым. Его улыбка дергается так, что показывает насколько ему некомфортно, она вся несимметричная и искаженная. — Я ухожу. И постараюсь больше никогда об этом не вспоминать. — Более того, — говорит Катра, между мурлыканьями. — Не думай о том, где у меня есть мех и где его нет. Его улыбка искривляется еще немного. — Ага. Сделано. На все сто процентов. Без проблем. — Разве я не нужна была тебе для чего-то? Я могу… — Нет, — возражает Катра. — Нет. Оказывается. Нет. Мне не нужна была твоя помощь. Только что осознал. Ага. Все хорошо. А потом он поворачивается и… — Закрой за собой дверь, — говорит Катра. Спасается, на полной скорости. Катра издает недовольный звук. — Он не закрыл дверь, не так ли? — Не закрыл. Катра издает ее грустный кошачий звук. — Тогда я должна разузнать, где он хранит свои носки. Адора смотрит на лужу состоящую из Катры рядом с собой и улыбается. Она убирает руку с волос Катры, игнорируя недовольные звуки протеста, и убирает руку от спины Катры, передвигая ее на колени. Она притягивает Катру к груди и встает. Катра лениво обвивает руками шею Адоры и сонно моргает. — Мне понадобится целая неделя, чтобы сделать столько комков, — говорит она. — Не хочу быть тем, кто скажет тебе это, — говорит Адора, подходя к двери, пиная ее ногами, а затем неся Катру к кровати. — Но Боу не носит носки. Он надевает сапоги на босые ноги. Катра кривит лицо. — Гадость. Принимать своих друзей такими, какие они есть — важно. Но также. Да. Это довольно-таки гадко. Адора укладывает на кровать Катру и ложится рядом с ней. Она вытягивает руки к Катре, и та ложится в них, обхватив руками талию Адоры. — Достаточно по-королевски? — Нет, — без малейшего колебания говорит Катра в шею Адоры. — Старайся сильнее. Адора обнимает Катру руками и крепко прижимает к себе. Катра позволяет ей сделать это, крепче сжимая ее в ответ и прижимаясь к Адоре. Адора опускает руки на талию Катры и пытается сунуть руки под рубашку к мягкому меху под ней, но угол слишком неудобный. Это плохо. Она как бы пытается аккуратно стянуть рубашку Катры, но она застряла между грудью Катры и ее и… Катра испускает раздраженный вздох, садится, снимает свою рубашку, а затем снимает Адорину - и бросает их в дальний угол комнаты, а затем падает обратно на грудь Адоры, словно сто килограмм теплого одеяла. Теплого, вибрирующего одеяла. На практически голой груди Адоры. На ней все еще спортивный лифчик, но больше ничего. Катра, конечно же, никогда в действительности не нуждалась в нем, поэтому это просто...вся она прижата к Адоре. Это чувствуется… Так хорошо. Адора глубоко вдыхает солнечные лучи и радугу, и улыбается. — Боже, Адора, не тормози. — Прости, прости, — говорит Адора, расправляя пальцы в меху на спине Катры, наслаждаясь огромным количеством мягкого меха, к которому она теперь имеет доступ. Катра издала милое мурлыканье, когда Адора провела пальцами от плеч Катры до пояса брюк. Она кладет пальцы одной руки под пояс брюк Катры и проводит пальцами по меху бедра (вы знали, что у Катры мех на бедрах? Он… очень мягкий), и Катра издает недовольный звук. Ну что ж. Стоило попробовать. Она возвращает свои руки назад к широкому пространству спины Катры, и Катра мурлыкает в нее, медленно прижимаясь все больше и больше своего тела к Адоре, пока она медленно растворяется в руках Адоры. Она издает счастливый вздох, и начинает прижиматься к изгибу шеи Адоры. Обнаженному изгибу шеи Адоры. Адора радостно напевает, и Катра повторяет за ней, все еще потирая лицо об Адору. Адора притягивает Катру ближе, и Катра отвечает тем же, подушечки ее пальцев врезаются в спину Адоры, когти на мгновение вылезают. Перед лицом Адоры — ухо Катры. Как бы. Прямо здесь. Потому Адора дует на него, просто чтобы пораздражать, и получает удар по лицу в ответ. Адора поглаживает спину Катры вверх и вниз, надавливая сильнее на пути вверх, и на пути вниз, и Катра издает тихое урчание. И просто. Адора могла бы написать статью на десять страниц. На предмет этого звука. Она хочет сделать табличку и везде носить ее. На ней бы было написано: «Вы знали, что Катра мяукает иногда?» К сожалению, Катра потребовала сохранить это в секрете Мир должен навсегда оставаться в неведении. Адора переплетает их ноги и в ответ слышит урчание. — Могу поспорить, что ты сейчас очень мило выглядишь, — говорит Адора на ухо Катре, за что получает удар им же по лицу. — Я бы хотела тебя увидеть. — Мечтай, — говорит Катра в шею Адоры, и она пытается сделать свой голос жестким и резким, но он звучит очень медленно и тяжело. Кроме того, она до сих пор полностью прижимается к шее Адоры и периодически мурлыкает. Адора тянет руку вверх по спине Катры, вверх по коротким, мягким волоскам на ее шее, до самого уха, которое продолжает бить ее по лицу. Она исследует его форму, играясь с краями, скользя пальцами в безволосое внутреннее пространство, исследуя кожу, которую она там находит. Она играет с крошечным пучком меха внутри, и Катра извивается, пока ее ухо дразнят пальцы Адоры. Катра боится щекотки только в одном месте. Подмышкой? На животе? На пятках? Никакой реакции. Крошечный очаровательный пучок волос на ее ухе? Невероятно щекотливый. — Прости, прости, — извиняется Адора, притягивая Катру к себе как можно ближе, ослабляя напряжение, которое она случайно вернула Катре обратно, щекоча ее. — Ты и должна просить прощения, — ворчит Катра, все еще низким и тяжелым и таким медленным голосом. Адора выворачивает ухо Катры наизнанку, потому что она может (вы видели Катру с вывернутыми наизнанку ушами? Она. Неописуемо восхитительна. Это просто. Нужно видеть, чтобы поверить), а затем подносит руки к основание уха Катры и царапает. Катра только собирается начать протестовать, но Адора быстро пересекает это на корню, заставляя вновь издавать Катру счастливые звуки. Лучшая часть того, что ее уши могут выворачиваться наизнанку? Она действительно может забыть. И может просто гулять с двумя ушами вывернутыми наизнанку и просто. Адора крепче прижимает Катру к груди. В ответ Катра начинает мять спину Адоры. Адора радостно напевает от приятного ощущения. Катра просто. Милейшая. Она находит это место прямо за ухом Катры, и Катра награждает ее мурлыканьем и еще около десяти килограммами навалившегося веса. Адора закрывает глаза и улыбается. — Хэй, Катра, — говорит Адора, проводя пальцами вверх по мягкому меху вокруг позвоночника Катры. — Хэй… Адора, — говорит Катра через минуту, тяжелым и медленным голосом. — Я думаю, что люблю тебя, — говорит Адора. Когти Катры тыкают ее в спину, а затем скользят обратно в подушечки ее пальцев. Она чуть больше прижимается к шее Адоры. — А кто не любит, — говорит Катра, ее хвост обвивает их обеих. — Я идеальна. Адора немного сильнее царапает основание уха Катры, и Катра издает долгое вибрирующее мурлыканье. Когти Катры мнут ее спину снова, и снова, и снова, и снова. Адора притягивает Катру ближе, переплетает их ноги еще больше. Катра издает тихое мяуканье, прежде чем начать медленно урчать. Адора играет с ухом перед ней, и шепчет — Да. Ты, вроде как, идеальна. Катра вздыхает напротив нее, и Адора улыбается. Это. Это навсегда останется загадкой для Адоры. Как люди могут спокойно проводить свои дни. Не думая об этом.