А если бы...

Люди бегут по делам, не замечая ничего на своем пути. Кто–то сидит на лавочке с ноутбуком на коленях, кто-то с отсутствующим видом слушает музыку, уткнувшись в плеер. В это время на Патриарших прудах неожиданно появляется незнакомец. Воланд. На нем был классический строгий костюм, а в руке трость с набалдашником в виде головы пуделя. Он медленно шел к свободной скамейке, вдыхая свежий весенний воздух. Никто не обратил на этого мужчину внимания, и поэтому он беспрепятственно занял заветное местечко под листвой огромного дерева. Он закрыл глаза и устремил лицо навстречу ветерку, но эта идиллия была нарушена громким свистом. К Воланду приближался парень лет двадцати пяти. - Эй, мужик, сигаретки не найдется? – спросил он, выдыхая остатки перегара. - Бросил бы ты курить, а то и так недолго осталось. Завтра вы с женой, - Воланд ненароком взглянул на безымянный палец правой руки, - в поликлинику собрались? - Допустим, и че? – грубо ответил тот. - Рак у вас обнаружат, рак! Голубчик, нужно ведь себя беречь, такой молодой, а через год уже похороны, - раздался скрипучий голос. Тот резко развернулся и увидел длинного худого мужчину, который смотрел на него полупьяными глазами и безумно улыбался. - Да ну вас, придурки, - сплюнул тот и ушел. Воланд жестко усмехнулся и перевел взгляд на Коровьева. - А где Бегемот? - Представляете, мессир, случилась невероятнейшая история! А невероятнейшая она потому, что… - Говори быстрее, что он опять натворил? - Ну, в общем, как всегда, - перейдя на деловой тон, начал Фагот, - выпросил у какой-то группы подростков плеер послушать (надо заметить, эти подростки совсем не удивились такому разговорчивому коту) и включил на всю громкость. И тут началось: судороги, кетчуп из ушей и носа, обмороки. Все, как он любит. Всех детей распугал. - И где же он сейчас? - Скрывается от полиции. Переходил дорогу в неположенном месте и устроил аварию. Скоро должен прибыть, не беспокойтесь, мессир. Воланд устало усмехнулся и качнул головой. Ей-богу, как дети малые. Через несколько секунд они услышали отчаянное мяуканье. Коренастый мужчина с выпирающим наружу клыком и бельмом на одном глазу, тащил за шкирку большого черного кота. - Отпусти, разбойник! Больно! – жалобно орал тот. - Успокойтесь! Азазелло, отпусти его, - негромко приказал Воланд. Тут же кот свалился на землю и, громко шипя и фыркая, уселся на скамейке рядом со своим спасителем. Свита замолчала и уставилась на Воланда. Он, вглядываясь вдаль, негромко сказал: - Красится город, но портятся люди… - Совершенно так, - проговорил Бегемот, - Знаете ли вы, что продавщица в мясной лавке не захотела мне бросить какой-то жалкой косточки. А выгоняя на улицу, кричала, что я и так жирный! - Правду говорит, - усмехнулся Фагот. Кот обижено отвернулся от него. - Да, люди портятся, - повторил кот, - вы видели их одежду? Мужчины одеваются женственней девушек, да и ведут себя так же. А женщины?! Будущие матери пьют и курят на глазах у всех! А как они выражаются? – всплеснул он лапами. - Да, мессир, - серьезно сказал Азазелло, - вы правы. Все моральные устои начали изживать себя. Люди начали звереть. Тебя могут убить за другой цвет кожи или разрез глаз. - А как они поглупели! – вздохнул Коровьев, - они больше не читают книг, а сидят в этом… - он щелкнул пальцами и нахмурил брови. - В интернете, - подсказал Азазелло. Фагот утвердительно кивнул. - Да, - сказал Воланд, - люди гниют и вся эта гниль выливается в их поступки и дела. Они тупеют, но хотят казаться умными. Они презирают друг друга, хотя сами не лучше. Они постепенно перестают думать своим умом, ими нужно управлять как стадом. Человечество само себе роет яму, и я уверен, что скоро эта яма заполнится. Как мало осталось добродетелей. Он вздохнул и прикрыл глаза. - Портятся, как яблоки, съедаемые червями. Трое его помощников грустно кивнули. Справа от них послышался стук каблуков. Шла красивая девушка с гривой рыжих волос. - Мессир, - она подбежала поближе и торжественно сказала, - Маргарита найдена. Воланд благодарно улыбнулся ей и встал. Необычная компания разошлась в разные стороны и исчезла. Никто этого не заметил.