Полюби меня, если сможешь

      — Береги себя. Пожалуйста, береги себя… Ольга обхватила его руками за плечи, ткнулась губами куда-то в шею. Булатов, обнимая ее, чуть слышно усмехнулся, хотя на душе было совсем не весело.       — Да что со мной сделается, — сказал тихо, проведя ладонью по ее спине. — Все будет хорошо, Оль. Ольга подняла на него настороженные глаза, пристально глядя в лицо.       — Обещаешь?       — Конечно. Успокаивающе улыбнулся и наконец отстранился. Первым. И вдруг накрыло дежавю: как год назад, тоже зимой, они вот также прощались перед его отъездом. Он-то, дурак, что-то себе вообразил, надеясь забрать ее с собой в Питер — но она осталась. Не захотела оставлять работу, уходить со своей должности… На самом деле — бросать Олега, начальника, к которому явно питала какие-то чувства и считала своим долгом его оберегать. А вот теперь, год спустя, они встретились снова — чтобы ненадолго забыть обо всем. Закрыть гештальт, как сказала бы Багира… Но все имеет свойство заканчиваться. Закончились праздники, закончился отпуск, закончилась непродолжительная красивая сказка… Иллюзорная картинка растаяла, как тает от тепла причудливый морозный узор на стекле. Осталась разве что легкая грусть. А еще — предчувствие пустоты. Предчувствие, что как только она уедет, он больше не сможет притворяться. Нет, конечно, выработанное годами самообладание не подведет, он был в этом уверен. Не умел бы Булатов контролировать свои эмоции — не стал бы контр-адмиралом… Но себя все равно не обманешь. Хотя… У Мурашовой ведь получилось…

***

Мура с Умой поцапались еще до выезда. Правильнее сказать — Мура нарывалась на ссору, Олеся же отбивалась, пытаясь объяснить ситуацию. Но Женя, найдя повод надуться, сдавать позиций не собиралась: уж очень ее задело, что на показательные соревнования между спецотрядами отправили не ее, а Уманову.       — Жень, ну я правда хотела отказаться, но…       — Но не отказалась же!       — Так, отставить! — оборвал Кот. — Мы вообще-то на боевом задании. Однако командирский тон не возымел на Мурашову никакого эффекта — она уже завелась.       — Конечно, никого не волнует, что я целый месяц тренировалась, готовилась!..       — Жень, ну хочешь, я просто возьму и не поеду? — попыталась сгладить конфликт Олеся.       — Спасибо, не хочу! — отрубила Мура. Кот, продвигаясь вдоль забора, замер, прислушиваясь и присматриваясь к окружающей обстановке. Повернулся к девчонкам.       — Мурашова! Уманова! Отставить, я сказал! Если кто-то не услышал: мы на задании! Свои конфликты будьте любезны решать во внерабочее время! Мура, тебя касается в первую очередь!       — А что сразу я? — взвилась Женя. — Почему ты Умановой этого не говоришь?       — Может, потому что ты сейчас действительно не права?       — Конечно, я у тебя всегда не права!       — Ребят, вы чего? — переводя взгляд с командира на подругу и обратно, недоуменно спросила Олеся. Но оба наградили ее такими взглядами, что сразу стало ясно: лучше не лезть, так искрило между этими двумя. Как бы не поубивали друг друга… Но Кот, по уже выработавшейся привычке старшего, выдержанного, спокойного первым взял себя в руки.       — Отставить, — повторил снова. Дернул наушник, выходя на связь с Центром: — Багира, мы на месте. Жду схему завода.       — Отправила, — донеслось через пару секунд.       — И что бы мы без тебя делали? — улыбнулся Кот, моментально успокаиваясь от одного ее деловитого и ровного голоса. Потянулся к планшету, выводя на экран план здания.       — Наощупь бы плутали, — усмехнулась Рита. — Ладно, до связи. Ионов, натренированным взглядом скользнув по схеме, быстро запомнил расположение объекта и сделал бойцам знак разделиться. Об эмоциях следовало забыть — начиналась рутинная, но от этого не менее опасная работа.

***

Чувство оказалось непривычным. И весьма неприятным. Впервые, сидя в опустевшей комнате отдыха — все ребята уже разошлись — Кот не испытывал никакого желания возвращаться домой. К ним с Мурой домой… Конечно, конфликты бывали и раньше. Сколько их случалось за все время службы и отношений… Прежде Мура всегда умело балансировала на этих качелях — выведя его из себя, ухитрялась сделать что-нибудь такое, что примирило бы его с произошедшим, заставило бы забыть о случившемся и вновь поддаться ее чарам. А теперь, научившись мириться с ее вспышками, Кот сам удивлялся тому, как спокойно воспринимает ее выкрутасы — в этом даже было что-то неестественное, не совсем нормальное: ведь когда есть чувства, невозможно относиться к происходящему так равнодушно… Выходки Женьки его не задевали. Ну, почти. Он привык терпеть их как неизбежное зло, абстрагироваться от ее негатива — может быть, потому что понимал, как ей нелегко. Но когда ему было плохо, рядом была Багира — и одно ее присутствие будто усмиряло бурю эмоций, исцеляло саднящие раны. И теперь Коту казалось, что, выдерживая все прелести состояния Мурашовой, он таким образом отдает долг Багире. И все же… И все же, не испытывая жгучего раздражения или еще каких-то ярко окрашенных негативных эмоций, Ионов порой чувствовал, что начинает уставать. Он не знал, чего еще ждать от Женьки. Не знал, как в очередной раз она встретит его: безразличной отрешенностью, свежей порцией претензий или новой попыткой затащить его в постель — не потому что хочет этого, не потому что испытывает какие-то чувства и желания в этом плане, а просто от брошенности, неприкаянности, назло Булатову… А ведь ему хотелось совершенно иного. Тишины, равновесия, определенности, честности, простоты. Но он, похоже, уже успел забыть, что все эти явления и Мурашова — вещи априори несовместимые...       — Васька, ты чего домой не идешь? Тебя Мура уже заждалась, наверное.       — Ну, это вряд ли. Багира присела рядом. Внимательно взглянула на Кота, отмечая задумчивое, напряженно-жесткое выражение на усталом лице. Меньше всего Ионов был похож на окрыленного любовью и предвкушением счастливых перемен жениха.       — Что случилось? — мягко спросила Рита.       — Да ничего особенно, — отмахнулся Кот. — Все как всегда, — добавил невесело, с кривой усмешкой подумав, что так и есть: эти регулярные стычки с Мурой в рабочее время напрягали его даже больше, чем милые односторонние скандалы в домашней обстановке. Но грузить Риту в очередной раз ему хотелось меньше всего. Тем более что недавнее задание, с блеском завершенное, несмотря на все разборки между бойцами, вымотало ее за эти несколько дней не меньше, чем ребят на передовой. Кот, столько времени проведя в КТЦ, теперь прекрасно знал, как непросто ей дается штабная рутина. Обманчивое спокойствие…       — Ладно, не будем об этом, — произнес с улыбкой и поднялся первым. Снял с вешалки пальто, галантно подавая его Рите. — Пойдем лучше кофе попьем, тут как раз недалеко хорошую кафешку открыли. А тебе развеяться совсем не помешает…