Полюби меня, если сможешь

      —… Кофе или чай?       — Чай, — отозвалась Мура, не открывая глаз. — От кофе мне уже плохо, — и протянула руку, наугад принимая картонный стаканчик с горячим напитком.       — А мне? — возмутилась откуда-то сбоку Уманова. — Кот, какое-то джентльменство у тебя половинчатое! Я, между прочим, тоже замерзла!       — Да на, держи, — усмехнулся Ионов, отдавая ей свой кофе.       — Спасибо, — дружно откликнулись девчонки, синхронно дуя на горячий пар. Однако насладиться короткой передышкой Мура не успела — услышав хлопок двери, резко вскинулась, едва не расплескав чай.       — Сидите-сидите, — успокоил показавшийся на пороге Пригов. — Хотел вас поблагодарить, товарищи офицеры, за успешно проведенную операцию.       — Служу России! — гаркнули бойцы дружно, вытянувшись в струнку. Генерал махнул рукой:       — Вольно. Я, собственно, что зашел, — и шлепнул на стол пачку каких-то распечаток. — Недавно стало известно, что нелегально пересек границу некий Георгий Решетов, он же известный террорист по кличке Гирей. Несколько лет назад его плотно разрабатывали, уже была назначена операция, чтобы взять и самого Гирея, и его подельников… И тут как гром среди ясного неба криминальная сводка: машина Гирея взлетела на воздух, в салоне два трупа, не подлежащие опознанию… Подозрения, конечно, были, кто-то мог слить Решетову информацию и тот быстро подчистил концы, а сам по поддельным документам выехал за границу. Но подозрения, как известно, к делу не пришьешь… И вот теперь такие новости: его видели в России! Если это действительно Гирей, если он решил вернуться, значит, дело очень серьезное, намечается заварушка.       — Ну и рожа, — хмыкнула Ума, просматривая ориентировку, но под взглядом начальника, стушевавшись, закашлялась.       — Это наше новое задание? — деловито уточнил Кот, изучая данные.       — Гиреем будут заниматься более компетентные сотрудники, — процедил Пригов, явно цитируя начальство, окоротившее резвого начальника КТЦ. — А насчет нового задания… Кот, зайди ко мне, есть разговор, — и, обернувшись уже у порога, обратился к Уме и Муре: — Остальные свободны.

***

      — Вопрос деликатный, предупреждаю сразу, — генерал устроился в кресле, жестом предложив Коту сесть. — Дело касается одного из наших сотрудников. Точнее, его гибели. Очень странной и подозрительной гибели. Майор Бекасов уехал в город N с проверкой. У них там форс-мажор случился: на задании погибла группа спецназа. В полном составе. Ребята были толковые, профессионалы, судя по личным делам… И тут вдруг такое. Нет, бывает, конечно, всякое, но чтобы вот так скопом погибли все… В общем, Бекасов должен был проследить за ходом расследования, присмотреться, что там и как, выяснить все тихонько… И вот пожалуйста: звонит мне сегодня коллега и сообщает, что майор Бекасов покончил с собой. Застрелился из табельного оружия. Кот выразительно поднял брови.       — О как! А что, были причины?       — Да в том-то и дело, что были, — со вздохом кивнул Пригов. — От него жена недавно ушла. Они почти двадцать лет были женаты, жили душа в душу, и тут она заявила, что уходит к другому. Пойди пойми этих женщин, Ромка Бекасов отличный был мужик, не пил, не курил, жену на руках носил… А после развода, конечно, скис, выпивать начал… Начальство его в командировку отправило не только потому, что профессионал был крепкий, но и чтобы от семейных неурядиц своих отвлекся… Кто ж знал, чем обернется!       — Мутная история, — согласился Ионов, задумчиво побарабанив пальцами по столу.       — Вот ты в ней и разберешься, — подытожил Пригов, откинувшись в кресле. — Учить тебя, думаю, не надо, под прикрытием работать умеешь… В общем, разберешься.       — Товарищ генерал, можно вопрос? — И, получив утвердительный кивок, Кот осторожно поинтересовался: — А почему именно я?       — А кто? — хмыкнул Пригов. — Мурашова? Уманова? Сам знаешь, Батя в отъезде, у Бизона отпуск… А у тебя как раз новое звание, надо как-то оправдывать. Не маленький, справишься.       — Понял, — скупо обронил Ионов. — Разрешите идти?

***

На улице разыгралась несвоевременная весна. Студеный ветер полоскал деревья, звенел металлической обшивкой забора, трепыхая алюминиевые листы словно бумагу. Еще вчера белоснежная дорога обнажилась серым асфальтом; грязные потеки подтаявшего снега застыли на обочинах ломким кружевом; с крыш текло.       — Товарищ командир, меня забыли! Дверь тяжело хлопнула, на крыльце показалась запыхавшаяся Мура.       — Не забыл, — обнадежил Кот, обернувшись к ней. — Жду, как видишь. Женя, спустившись еще на несколько ступеней, заметила в руках Ионова пачку сигарет и нахмурилась.       — Вася!.. Кот, поймав ее взгляд, только вздохнул.       — Ты права, пора завязывать, — и, резко смяв пачку, забросил в урну. Усмехнулся, укоризненно качнув головой.       — Мурашова, ну ветер же! Простудишься — мне Пригов потом мозг вынесет, что сотрудников не берегу, — заметил шутливо, а затем совершенно родительским жестом поправил ей наспех накинутый шарф, обмотав вокруг шеи. Так, наверное, мог вести себя старший брат по отношению к неразумной сестренке… А еще в этой снисходительно-отеческой интонации промелькнуло что-то настолько булатовское, что Женя непроизвольно передернула плечами, стараясь избавиться от наваждения.       — У тебя когда самолет? — спросила, поспешно сглотнув и отводя глаза.       — Через час, — отозвался Кот, бросив взгляд на часы. — Поехали, мне еще вещи надо успеть собрать, — и шагнул с крыльца, предупредительно подав Жене руку, чтобы не поскользнулась на льдистой корке. А Мура, чувствуя тепло его крепкой ладони, сцепила зубы, остро ненавидя себя в этот момент. Он был совсем рядом — добрый, заботливый, понимающий… И отчаянно не тот.