Invincible (Кое-что из частной жизни детектива и его блогера)

Первое, что я увидел, когда проснулся, пустоту другой половины кровати. Шерлок мог встать раньше меня, только если не ложился. Однако я хорошо помнил все детали прошлой ночи, и он точно был в постели, спал, уткнувшись лицом в подушку, не храпел, не стонал, мне даже казалось, не дышал. На часах было без четверти семь. Ну, и куда его могло унести в такую рань? Я почувствовал внутренний дискомфорт, какой бывает при плохих предчувствиях. Слава Богу, скулёж преждевременной тревоги заглушил скрип открывшейся двери. Шерлок уже умытый, бритый, чёсанный, облачённый в свежую сорочку и один из своих английских костюмов вошёл в спальню, держа в руке чашку. От него несло утренним кофе и одеколоном, некогда подаренным Молли Хупер на Рождество. Всем своим видом он демонстрировал бодрость духа и искрился той особенной энергетикой, на которую я повелся ещё в нашу первую с ним встречу. Наверное, ночью великую голову посетила гениальная идея, которая с утра требовала незамедлительной реализации. - Джон, извини, но это утро будет без поцелуев, нет времени на нежности. Пьёшь залпом, собираешься быстро, как при угрозе с воздуха. Мы едем в Бартс. Он протянул мне чашку с кофе, развернув её неудобной для захвата стороной. Она оказалась достаточно горячей, чтобы удержать её в руке и при этом не обжечься мне пришлось воспользоваться краем простыни. Осторожно отхлебнув небольшой глоток горячего напитка, я ответил на нетривиальное приветствие своего дорогого друга, придерживаясь привычных традиций: - И тебе доброе утро, Шерлок. Спасибо за кофе и зачем нам в Бартс? - Расскажу по дороге. Он посмотрел на меня в упор взглядом заявителя, ожидающего быстрой ответной реакции на срочный запрос, а я лишь почесался в затылке и сделал пару неторопливых глотков. Признаюсь, иногда, мне доставляло удовольствие изводить его своей медлительностью. - Не спеши, Джон, до конца света ещё далеко. - Я собирался это утро посвятить своей книге… Он не дал мне договорить - Твои мемуары – пошлое чтиво для скучающих бездельников, к тому же, это уже прошлое. Я предлагаю сосредоточиться на настоящем. Он выхватил чашку из моих рук и поставил её на прикраватную тумбочку, затем, крепко ухватив за предплечья, выволок из кровати, предварительно встряхнув, поставил на ноги и подтолкнул в направлении ванной. Так и не допив кофе, мне пришлось перейти к водным процедурам. Во время спешного умывания мой, отдохнувший от вчерашних треволнений разум порадовал свежей мыслью. А что если я себе придумал эту драму? В самом деле, столько времени прошло, да и Шерлок едва знал Эту Женщину. С чего бы ему слетать с катушек или впадать в тоску? Может его ненормальному естеству вообще несвойственно чувствовать боль утраты, а то, что он там говорил про абсолютную уязвимость – обычный послетраховый трёп. Бояться потери и потерять – два разных состояния. Что бы не рисовало моё воображение, но сегодня Шерлок выглядел как обычный Шерлок, то есть, как геморрой на глазу. От этих умозаключений меня оторвал раздраженный окрик. - Уверен, в Кабуле твой подъём длился быстрее! - А не пошёл бы ты, – выругался я, натягивая на себя вещи, предварительно заброшенные в ванную заботливой рукой чуткого друга. Одежда прилипала к влажному телу и замедляла процесс одевания, что было дополнительным приятным штрихом к этому замечательному утру. Как и у всякого обычного человека, навязчивый подгон вызвал у меня стресс. Едва успев застегнуть ширинку на джинсах, я вывалился из тумана ванной комнаты и тут же наткнулся на Шерлока. Он уже стоял под самой дверью с моей курткой на изготовку. Спустя пару минут, взорвавший утренний покой улицы вопль « Такси !!!» вызвал у меня временную потерю ориентации. Шерлок первым запрыгнул в машину и тут же скомандовал: - Больница Святого Ворфоломея! Я замешкался, и он, ухватив меня за рукав куртки, втащил в салон уже трогающегося с места автомобиля. Удержать равновесие при таком силовом воздействии оказалось невыполнимой задачей, мне пришлось завалиться всем корпусом на его колени. Шерлок, ничуть не смутившись, обхватил меня обеими руками и наклонившись к самому уху, провозгласил наконец-то причину всей этой утренней спешки. - Оказывается, Джон, коллегиальные отношения могут быть весьма полезны. Однокашники есть у всякого, кто когда-то обучался хоть какому-нибудь ремеслу. Молли Хупер - не исключение. Патологоанатом из Центра Судебной Медицины, в чьём ведении было тело Ароновича учился с ней в одной группе. Там где Британское правительство в лице моего брата оказалось бессильно, студенческие связи Молли Хуппер решили задачу на ура. Мы едем в Бартс за образцами тканей с тела Всеволода Ароновича. Я почти уверен, что ничего не найду, но обязан проверить. Поза, в которой я лежал, была неудобной и вдобавок неловкой, я высвободился из крепких объятий своего друга/подельника/любовника и, приняв положение, достойное добропорядочного горожанина, с досадой воскликнул: - Так вся суета из-за образцов тканей, и ты даже не уверен в целесообразности этих исследований! Тогда какого чёрта мы спешим, как на пожар? Шерлок в ответ укоризненно цыкнул и привёл, как ему казалось, убедительный мотив: - Я хочу, как можно быстрее, пройти этап прогнозируемого разочарования. - Ах, вот значит как! В ответ на моё саркастичное восклицание, он лишь надменно усмехнулся. - А что? Его самодовольный тон выбесил меня окончательно. - Ты, эгоистичный жлоб, всегда берёшь меня на арапа*. Я клянусь, что когда-нибудь тоже устрою тебе драйвовое пробуждение. - Я беру тебя на арапа?! – изумился он. – Не представляю, как это делают. Когда до меня дошёл другой смысл сказанного, я не смог удержаться от улыбки. Обстановка разрядилась. В довершении всего он наклонился ко мне и многозначительно добавил: - Но хотелось бы попробовать. _________________ * Фразеологизм «брать на арапа» имеет английский аналог “do in the eye”, а вот дословный перевод - "take on the moor", "moor" переводится как "мавр", а также "болото", получется "взять на болотах", одним словом - весело.