Good and bad situations

— Ура-ура! — Победно восклицаешь ты, тыкая собранными пачками евро по лбам близнецов. В очередной раз побеждаешь этих братьев в сухую, не давая и шанса выкупить хоть один филиал с монополии. — Так не честно! — Капризно молвит Атсуму, перекатываясь на другую сторону кровати. — Ты грязный жулик, Т/и. Кто знает, но жульничеством ты такое чудное везение, словно в самом престижном казино, не назовешь. Осаму же спокойно реагировал на происходящее и на его лице даже изредка мелькала злорадная улыбка, когда у его братца начинает подгорать седалище. Вот такие вот у них отношения — вроде бы и живут в уважении и любви, но поднасрать в душу друг другу так и норовят. Плюхаешься спиной на кровать, задирая повыше ноги так, что края шортиков начали сползать вниз, отчетливо оголяя большую часть бедер. И это несомненно замечает Атсуму из-за чего невольно сглатывает, хоть и косвенно, но пялится на эти красивые очертания подтянутых ножек, начиная от кончиков пальцев и доходя до самих ягодиц. — Саму-кун, ты можешь приготовить парочку бутербродов или свои вкусные онигири? — мечтательно молвила ты, закидывая руки за голову. — Ведь они у тебя такие вкусные получаются. Он всегда любил кухарить для вашей троицы что-то изысканное и необычное, чтобы удивить вкусовые рецепторы каждого при новой вашей сходке за групповым изучением школьного материала, который вы не понимали. — Для тебя, Т/и, все что угодно. — Да-да, свои комплименты на потом оставишь, — недовольно ерничает блондин Мия, махая своему брату вслед. — И не забудь сделать чаю или просто принеси воды.

*****

Парень долго не медлил и подполз ближе, уже нависая над тобой. И теперь весь ощутимый закрытыми глазами свет от лампы перекрывал нагнетающая тень крепкого волейболиста. Перед взором открывается вожделеющее лицо блондина, словно он нашел самку для брачного периода. Да и выбраться не особо-то и получится, ибо его крепкие руки обрамляют любую попытку на собственное спасение. — Тсуму-кун, что ты хочешь? — Спокойно спрашиваешь ты, попутно закрывая глаза и делая глубокий вдох. — Тебя хочу, Т/и... — хрипло, буквально рыком отрезает парень. Готова была поспорить, что он это произнес около уха, по телу пробежался табун мурашек, кровь предательски направилась к лицу, одаряя твои щечки в пунцовый цвет. — Я надеюсь, что ты пошутил, — его взгляд прожигает где-то в районе груди дыру с размером в кратер на Луне. Ноги слегка вздрагивает от того, как Атсуму подставляет колено ближе к заветному месту, рука парня подхватывает сзади твою шею, и приближает вверх все ближе и ближе к собственному лику, ибо так давно он хотел опробовать на вкус губы, которые всегда так вкусно пахнут ванилью. — А что если сейчас зайдет в комнату Саму-кун? Вот тут конечно коварный план блондина рушится прямо на глазах. Единственной обузой, которая может помешать его демонстрации любви к тебе — это его любимый братец Осаму, который мог бы без стука зайти в любую удобную для вас обоих секунду. Хотя и сероволосый не без греха, ведь в одну прекрасную ночь Атсуму плохо спалось из-за того, что братец тихо постанывал, глядя на твое фото в телефоне, так сказать выпускал пар под одеялом, пока другой это все слышал и с каждой секундой понимал, что действовать нужно немедля и на опережение.

*****

— Чем вы тут занимаетесь? — Всю вашу романтику испортило внезапное появление Саму, словно в каком-то банальном фильме, где главным героям совсем чуть-чуть не хватает до поцелуя, ибо появляется третий лишний. Ты облегченно выдыхаешь и словно змея проползаешь под ногами блондина, пока он смиренно глядел в сторону своего брата. Атсуму никогда не любил, когда Осаму всегда засовывал свой нос, куда не стоило, при этом оставался с отмороженным лицом и припадал на дурачка, как бы случайно прошел или заметил. — Т/и стало немного дурно и я решил осмотреть её, чтобы проверить на наличие симптомов банальной простуды. — Для этого создали градусник, дурачина, — сухо ответил темноволосый, ставя поднос с разными на вкус бутербродами. Обстановка между братьями накалялась с бешеным темпом, будто вулкан пробуждается после столетней спячки. Нужно что-то предпринимать, и самой первой идеей, что пришла в голову это встрять в разговор, чтобы всё не переросло в рукоприкладство. — Саму-кун, спасибо за такое огромное количество угощения, — лепечешь ты, направляясь к обилию еды. Все смотрелось нереально съедобным, что ты была готова запихнуть пищу за обе щеки и стать хомячком. — Всегда пожалуйста. — Пффф, я и то лучше приготовлю, — недовольно фыркает блондин, демонстративно отворачиваясь от подноса, хотя и в животе все скручивалось от голода и цербером выпрашивало хороший кусок ветчины. — Тогда иди и приготовь сам себе еды, — спокойно произносит Осаму, протягивая тебе паштет, пока он поглощал очередное онигири. — И как я могу что-то приготовить, если в холодильнике после тебя ничего не осталось? — Снова ерничает Атсуму, выходя из комнаты и громко ею хлопая, словно обиженный ребенок, которому не купили игрушку.

*****

Хоть вы и оба знаете, что подпустить Атсуму к плите равносильно тому, что придется вызывать пожарную службу на пару со скорой помощью, чтобы успели провести очистку желудка после его готовки. Эти мысли всегда заставляли тебя невольно хихикнуть, а Осаму внутренне ликовал тому факту, что он может быть лучше своего мега любвеобильного братика. Ели вы с огромным пристрастием, ибо ты пришла после тренировки и дома не успела прихватить банальный перекус в виде пресной булочки. — Не объедайся так, Т/и, — спокойно молвит Осаму, тщательно пережёвывая откусанный кусок. — А то ты уже испачкалась. — Ой, а где? — Смущенно спрашиваешь, ибо не хочется выглядеть какой-то замарашкой для близких людей. — Вот тут, — невесомым движением большого пальца стирает прилипшее к твоей щеке рисовое зернышко. Ты, словно завороженная смотрела на действия пепельноволосого. На то, как он слишком провокационно облизнул палец, чтобы потом им же вытереть маленькое пятнышко от соевого соуса. Хочется продолжать наблюдать за ним, как за сумасшедшим театром бурных эмоций и спектаклей. Конечно такое смотрение он никак не мог пропустить мимо собственного внимания, поэтому на его лице снова проскользнула мимолётная улыбка, которую так редко видишь в арсенале эмоций братца. — Хочешь, я тебя сам покормлю? — Нежно спрашивает Осаму, слегка оттягивая твою нижнюю губу. — Я... ммм... не знаю... — снова загоняют в краску, что даже теряешь банальный дар речи. Неужто на вас всех влияет взросление, что хочется отдаться сначала в объятия Атсуму, а потом припасть к вкусным губам Осаму. Или же они просто так въелись с этим своими романтическими "шуточками" из проходной седзе-манги. — Ты такая милая, когда смущаешься, Т/и. Он приближается ближе, слышишь, как сбилось с ритма его привычное дыхание. Сам же безумно волнуется, что сейчас поцелует ту, в которую давно влюблен, которой всегда подсовывал любовные письма в шкафчик с анонимной подписью, которой всегда предлагал проводить до дома пока этого не сделал Атсуму. Ему надоело ждать и быть зрителем того, что его же собственный брат в наглую пытается заполучить твое внимание, ибо также не ровно дышит в твою сторону. И снова он помешал, когда вошел в комнату и с подозрительностью в глазах, будто вычитывал на ментальном уровне с ваших голов информацию, осматривал каждого. — Что вы здесь творите, если не потрудитесь рассказать? — Братец, как дела с готовкой? — Не перескакивай с темы, я хочу знать, что здесь происходит, — капризно отвечает блондин, подходя ближе к вам обоим.

*****

Опять это происходит снова. На матчах они словно одно целое, которое сложно разделить, а в данной ситуации банально соперничают и портят друг другу жизни, чтобы кому-то из них не досталась такой лакомый кусочек, как ты. Резко подводишься со стула и даешь обоим хорошенькие такие щелбаны. — Перестаньте ругаться! Нам нужно сделать домашнее задание, а то скоро будет темнеть и мне нужно домой. — Позволь нам тебя провести.