Звёздная ночь. Книга 1: Новое созвездие.

POV Хошизори.       Постучавшись в дверь Хокаге и дождавшись позволения войти, я прошла в кабинет. По тем данным, что я имела, сейчас в Конохе правит Сандайме Хокаге — Сарутоби Хирузен. Возраст — 44 года, на данный момент. Достаточно справедлив, в каких-то местах мягок, характер довольно спокойный, эмоции показывает много и часто, что странно для такой должности. Хотя если сравнивать с Сенджу Хаширамой — Шойдай Хокаге, то Сарутоби вообще спокойный человек. Но вот Сенджу Тобираму в холодности и ясности ума не перепрыгнет.       С ним я виделась лишь раз, и то, не подходя. Он был сосредоточен и хмур, поэтому я не стала его отвлекать. Через какое-то время этот мужчина погиб, но я клык даю, он был прекрасным сенсором, поэтому не удивлялась, когда за мной кто-то следил около часа. Конечно в лесу мест для пряток и догонялок много, но сам Тобирама не преследовал таких целей, поэтому через час отстал. И на том спасибо.       В общем, я видела всех трёх Хокаге, и больше всего мне по нраву холодный и серьёзный Тобирама. Но думаю, в кругу семьи он наверняка раскрывается с другой, более мягкой стороны, хотя с Хаширамой он не цацкался, и иногда мог даже на людях дать ему оплеух. Этот мужчина был просто что-то с чем-то. Жаль, что он долго не прожил, и лично с ним встретиться мне не удалось. Хотя, насколько я помню из доклада разведки, который мне дали для подготовки к встрече, Хирузен был одним из учеников Тобирамы, а двое остальных вроде сейчас были старейшинами. Ну, посмотрим, но моё нутро подсказывает, что эти трое те ещё интриганы и мастера плести тонкие и невидимые нити, поопаснее любого клинка. — Добрый день, Хокаге-сама. По запросу прибыла мастер по фуиндзюцу. — поклонившись и отдав свиток миссии с удостоверением своего мастерства, я осмотрела всех находящихся в помещении. Это был сам Хирузен, за столом, заваленном бумагой. Эх, почему же никто не может разобраться со своими подчинёнными? За что только деньги получают? Что у Медоки я разбиралась с архивом, что тут такой же бедлам. Ладно, не мои проблемы.       Потом был ряд из трёх людей, которые стояли по правую от меня руку. Двое мужчин и женщина. Но они были достаточно молоды, где-то до 30 лет. Надеюсь они достаточно умны, ведь думаю, что это и есть моя группа по миссии.       Первым мне в глаза бросился бледнокожий мужчина. Глаза цвета янтаря и длинные тёмно-коричневые волосы. Жилистое тело с хорошим очагом чакры. Он достаточно силён.       Следующим был высокий мужчина атлетического телосложения. Под темными глазами с интересом рассматривавшими меня проведены красные линии. Очаг у него тоже был хорош.       Третьей была женщина с карими глазами и длинными прямыми светло-золотистыми волосами. В руках у неё была достаточно большая сила, поэтому с лёгкостью скажу, что она так же, как и остальные, была силовиком. Но вот ещё они ох какие хорошие сенсоры, ведь сканируют меня вдоль и поперёк, но до мастерства Медока-сама им ещё как до Страны Луны пешим шагом. Да и моя печать тоже не даст им глубоко нырнуть.       Так же я под маской тихо вдохнула воздух, чтобы распознать запахи. Кроме нас тут ещё несколько человек в тенях и на потолке, наверно телохранители. И они явно напряжены моим появлением.       А вот от той тройки так же пахнет чем-то ещё. От бледнокожего пахнет листвой и кислотой, так ощущаются змеи. Наверно это его призыв. От второго мужчины пахло знакомо, тиной и лесом. Так пахнут жабы, мои старые знакомые. А вот от единственной женщины лишь чуть доносится водой и солью. Тут двояко, либо это улитки, либо это слизни, не про тот, не про другой призыв я не знаю. Может я и ошибаюсь. — Добрый-добрый. Можете представиться? — запихивая в трубку табак, обратился ко мне Сарутоби. Взгляд его был быстрый, аура приветливой, но такому верить ну никак не хотелось. Хотя АНБУ в тени и на потолке чуть успокоились. — Барс. — коротко отозвалась я. По уставу, без приказа Узукаге, я не имею права раскрывать свою личность другим людям. Да и в остальных странах примерно так же, поэтому не понять меня было сложно. — Не думал, что к нам отправят такую личность. — осмотрев меня взглядом, пыхнул трубкой Хокаге. — Барс-сан, это ваша команда на предстоящее задание. Командиром назначена Цунаде-чан. Надеюсь вы не против? — Нет, Хокаге-сама. — Есть какие-то вопросы? — Дополнительные данные по миссии. — я быстро кинула взгляд на новую команду и посмотрела на ту самую Цунаде. Ну, вроде она не огорчилась и не обрадовалась возложенной на неё задаче. Значит, она достаточно серьёзна. Это хорошо. — Нет. План действий вам разъяснит командир команды. Свободны. — принявшись рыться в каких-то бумагах, Хокаге освободил нас. Коротко попрощавшись, мы все направились на крышу резиденции. Там то мы и расположились. — Тогда сейчас все огласим свои имена и способности, а затем разберём тактику. — вставая напротив нас, проговорила женщина. — Цунаде Сенджу. Предрасположенность к Дотону. Основа — тайдзюцу и ирьендзюцу. Призыв — слизни. — ха, так и знала! Ещё не всё с моим нюхом потеряно. Но он затупился в человеческой форме. — Орочимару. Хорошо владею ниндзюцу. Могу использовать все базовые Сейшитсухенка*. Разбираюсь в фуиндзюцу. Призыв — змеи. — Джирайя. Хорошо владею ниндзюцу. Предрасположенность к Дотону и Суйтону, неплохо владею Катоном. Разбираюсь в фуиндзюцу. Призыв — жабы. — так, насколько я поняла, то все они владеют призывами, которые каждому подходят просто идеально. Слизни, про которых я недавно вспомнила, издревне были природными ирьёнинами, под стать Цунаде-чан. Для не слишком сильного Орочимару-куна змеи были идеальными помощниками, хотя с ними у него могут быть проблемы, ведь в теле и чакре чувствуются странные изменения. У Джирайи были замечательные компаньоны, особенно рассчитывая на его физические способности. Эх, сразу вспомнился старина Гамамару. Интересно, он там ещё живой и всё так же болтлив? Так, я отвлеклась. — Мой позывной Барс. Ниндзюцу на высоком уровне. Предрасположенность к Суитону и Футону, так же возможно применение и других элементов. Мастер фуиндзюцу. С этого момента и до окончания миссии, я буду в вашей команде. — поприветствовав всех сразу, я словила заинтересованный взгляд Джирайи на моей маске. Хех, можно и припугнуть. — Вам не следует снимать мою маску, Джирайя-сан. Я в секретном подразделении, раскрытие личности может повлечь за собой множество проблем, вплоть до смерти нас обоих.       После моих слов мужчина спешно отвёл взгляд и виновато взъерошил свои волосы. — Прошу простить моего сокомандника, он слишком любопытен. — извинилась Цунаде и раскрыла карту, положив ее на крышу. Она была хорошо проработана, с множеством интересных и полезных пометок. — Сейчас мы направляемся на границу с Кусагакуре. Дошли сведения о движениях по старым тропам контрабандистов. Также докладывалось о нескольких нукенинах, которых нужно взять живыми. Для этого нам понадобилась ваша помощь, Барс-сан. Мы не имеем печатей для переноса пленных и военнопленных, их сейчас очень сложно достать. Поэтому просим вас помочь с запечатыванием отступников. Используем обычную тактику по захвату «окружить и запечатать, остальных убить». Выдвигаемся сейчас. Всё ясно? — Хай!

***

      Вообще, само задание было несложным. По прибытию на границу, мы быстро обошли все известные тропы контрабандистов, и нашли пару новых. Люди были не сильными, даже не все были шиноби, нукенины были слабыми, но оказывали сильное сопротивление в группе. Задание растянулось ровно на 2 недели.       Мы захватывали, ожидали группу для передачи и продолжали идти по следам. За эти дни я смогла удостовериться в силе этих троих и хоть чуть-чуть размяться самой, но это было недолго. Так мы передвигались по лесам вблизи границы, отлавливая всех нарушителей.       Хоть они и не показали полного своего потенциала, но я была уверена, что с ними можно было устроить интересное сражение. Хоть для меня они были не слишком опасны, особенно с моими запасами чакры.       Так же я сблизилась с Цунаде и Джираей. Сенджу была сильной и упрямой женщиной, которая идёт до победного. Но вот её стержень был опасно тонок. Она любила свою семью и друзей, но была слишком переменчивой, словно ветер. Вообще, люди — это опасная колонна, которая может в любой момент треснуть и развалиться. И чую я, что жизнь у неё будет сложной и точно не сахар.       Джирайя же был жизнерадостным дуралеем на людях, и проницательным мужчиной в кругу близких и знакомых, легко становясь серьёзным, когда это было необходимо. Он мог по ауре понять настроение и поднять его, прекрасно разбирался в характерах людей, хоть с моим он и ошибся. Но я же не человек.       С Орочимару мне так и не довелось хорошо познакомиться. Он был осторожен и внимателен ко всем, не только ко мне. Насколько я поняла, это шло с самого детства. Сирота, хотя по уму и сообразительности и не скажешь. Он был словно под колпаком, мало с кем общаясь, хоть я и почувствовала по запаху, что у него есть кто-то близкий. Возможно ученица или даже приёмная дочь*. Да, эта тема была той самой мягкой точкой в его душе.       Когда я с ним наедине заговорила и, не специально затронув эту тему, он без колебаний подставил к моему горлу кунай. Я лишь вздохнула и начала объясняться. Мужчина, словно настоящий змей, зашипел на меня и пригрозился убить, если что-то сделаю с этой неизвестной. Я лишь сказала, что не шиноби Конохи и в дела их лезть мне нет причины. После этой короткой перепалки, Орочимару всё время поглядывал на меня с угрозой.       Так мы пробыли в бегах по лесам за бандитами 2 недели. Уж не знаю, на кой чёрт нужны эти нукенины живыми. Вряд ли они знают что-то очень важное. А если и знают, то это всего песчинки в океане песка.       Так же я не понимаю, почему отправили именно этих трёх. С такой миссией могли справиться и чунины, на крайняк джонины. Но если наши две могучие деревни просто меряются силами, то тогда и моё нахождение здесь понятно. Хотя подозрительно, что Узушио — селение, расположенное вдали от всех остальных и имеющее малое количество связей, не говоря о союзах, чтоб кичиться своими шиноби. Это опасно и безрассудно. Нужно будет поговорить с Медока-сама насчёт этого.       По прибытию обратно в Коноху с двумя свитками по пять нукенинов, наша группа направилась в резиденцию. Орочимару был отослан в отдел пыток и допросов с пойманными. А вот Цунаде и Джирайю вместе со мной пригласили к Хокаге. — Приветствую, Хокаге-сама. — быстро обменявшись любезностями, мы приступили к цели нашего визита. — Вы отлично справились с заданием. Помощь Узушио пришлась очень кстати. Так же, прилетел ястреб с посланием для вас, Барс-сан. Вот. — я подошла к столу главы и вязла небольшое письмо. Текст был написан на специальной бумаге для официальных просьб или же обращений к главам или вышестоящим лицам других деревень. Так же создаются специальные чернила, которые исчезают, и проявляются только под воздействием чакры получателя. Но ещё Узумаки ставят специальную печать, которая после вскрытия конверта, потихоньку начинает его разрушать. Это сделано для того, чтобы можно было определить подлинность письма и обезопасить его от перехвата и добычи информации.       Быстро пробежав по строкам, я лишь нахмурилась. Тут были скрытые, только для меня строки послания, и мне честно не нравилось, к чему всё это катится. Медока-сан лично написал мне, что я, как посол Узумаки, должна буду проверить земли клана на территории Конохи, барьеры и подписать некоторые документы. А так же отдельно, я дождусь его и буду сопровождать в переговорах на тему того, кто станет следующим джинчурики, ведь Мито-сан стареет и ей всё сложнее сдерживать Кьюби. Это было очень неожиданно. Хоть и облегчало мне задачу по освобождению Хвостатых собратьев, но я опасалась, что следующий джинчурики мог оказаться кем-то, к кому я не смогу даже подойти, а это уже будет осложнение. — Хокаге-сама, я, как временный посол от Узушио, прошу у вас разрешение на проверку клановых земель и прилежащей территории. Все документы будут подписаны от моего лица с разрешения Узукаге-сама. — сзади стоящие мои знакомые подавились воздухом, шокированные такими резкими переменами. Сам же Хирузен лишь пыхнул новоподожённой табачной трубкой, и достал из стола пачку с документами, где отрыл бумаги о владения клана Узумаки. — Хорошо. Раз Медока-сама так говорит, значит, вы доверенное лицо. Вот бумаги, которые будут обновлены с вашего разрешения и все технические сложности, такие как водопровод и электричество, будут восстановлены. Земли вашего клана были законсервированы и не открывались даже для Мито-сама. — пока я читала все документы на всякие подозрительные пункты или условия, Джирайя и Цунаде, которые стояли у дверей, позади меня, с интересом наблюдали, как я расправляюсь с новыми возложенными на меня обязанностями. Так прошло около часа, пока я говорила о различных нюансах и подписывала бумаги, уже становилось темно. Вечер неумолимо приближался и мы закончили на том, что мне выделят временное место для проживания, пока я дожидаюсь делегации из Узушио вместе с Медока-саном.       Джирайю и Цунаде вместе с пришедшим Орочимару распустили ещё в начале нашего разговора, просто выпроводив за дверь кабинета. Никто не обижался, ведь знал всю серьёзность переговоров и, когда их отпустили, лишь обрадовались. Конечно, это показал внешне только Джирайя, но и от Цунаде и Орочимару тоже повеяло облегчением.       Где-то часов в восемь мы закончили и я направилась в общежитие для гостей. Как не странно и такие у них были, хотя рациональнее иметь большую гостиницу с просторными комнатами, но и то хлеб. Хотя на этом день у меня не закончился.       Когда я вошла в выделенную мне квартиру и расположилась, то я хотела помедитировать, чтобы было легче усвоить всю новую информацию.       Вообще письмо было для меня полной неожиданностью, из-за того, что я даже не слышала о запланированных на следующей неделе переговоров насчёт джинчурики. Да и просьба о проверке клановой территории очень странная. Насколько я знаю, то никто переезжать в Коноху не собирался. Хотя за эти две недели могло что-то поменяться. Надеюсь это не из-за накалившейся ситуации между странами.       Пока я распределяла всю информацию по полочкам, ко мне пришли гости. Стук в дверь вывел меня из медитации. Вооружившись перчатками и выпустив когти, я быстро вернула маску на лицо и направилась к двери. Чакру не скрывали и, по ощущениям, это был Джирайя. Странно, что ему нужно в такой поздний час от меня? Да и перестраховаться следует, вдруг кто-то подстроился под чакру Джирайи и сейчас хочет быстро меня прирезать, чтобы случился скандал. Я всё же нахожусь в чужой, хоть и союзной, деревне. Следует быть готовой ко всему. — Барс-сан, это Джирайя, мне нужно с вами поговорить. — постучался ещё раз мужчина. Я быстро подлетела к двери и, распахнув, приставила к горлу человека когти. Всё это произошло за доли секунды, так что беловолосый не успел среагировать и лишь нервно поднял руки в примирительном жесте. — И-извините если отвлёк от дел насущных, но… Разрешите пройти? — Проходи. — просканировав местность на наличие наблюдателей, я застала лишь парочку АНБУ, которые просто следили за мной. Джирайя сам будет объясняться перед Хокаге, если этот визит заставит появиться вопросам. А они точно появятся. Пропустив мужчину и закрыв за собой дверь, я прошла в небольшой зал, где мы расположились для беседы. — Что же вас привело ко мне? — Тут такое дело… В общем, вот. — из-за его плеча показалась небольшая жаба в маленькой накидке-плаще. Он, а это был именно он, был болотного цвета и привычными для жаб золотистыми глазами с горизонтальным зрачком. Жаб имел небольшую козлиную бородку, пышные брови и маленькую иракезоподобную причёску из седых волос.       Жаб спрыгнул с плеча своего переносчика и отвесил лёгкий поклон. — Доброго вечера. Я Фукасаку — один из жаб-мудрецов Мьёбоку. Меня прислал Гамамару-сама, чтобы вы отправились со мной в Гама но Куни. Вы не против переговоров, Барс-чан? — вот так день… Такого насыщенного графика у меня не было со времён, когда я только начала работать в госпитале Узушио. Подняв голову на Джирайю, я поняла, что он не в теме и сам немало удивлён таким поступком своего призыва. — Добрый. Как я вижу, вы уже знаете мой позывной. Что же хочет от меня Старейшина горы Мьёбокузана? — ответно поприветствовав Фукасаку, поинтересовалась я. Хотя я уже представляю, что от меня хочет Гамамару, но спросить для вида нужно. Но очень интересно, как этот жаб прознал про меня. Наверно это из-за подписанного контракта с Джираей. Я никогда не слышала, чтобы призыв мог появляться самостоятельно, без перемещения по желанию самого контрактника. Но возможно никто из призывов просто не пользуется таким или не могут. — Мне не известна причина. Я просто передаю приглашение на беседу. — прищурившись, жаб осмотрел меня и спросил. — Ну что же? — Конечно, раз меня пригласили, я не смею отказаться, Фукасаку-сан. Что же от меня требуется? — Ничего особенного, Барс-чан. Просто прикоснитесь к Джирайе-чану. — запрыгнув обратно на широкое плечо мужчины, сказал жаб. Прикоснувшись к другому плечу, мы быстро переместились на жабью гору. Тут всё ещё был день, солнце только начало клониться к горизонту. Мы очутились около водопада с выпирающими из-за стены воды камнями, которые наверно были чем-то вроде ступеней. Вообще на горе я ещё ни разу не была, но про неё давным-давно рассказывал сам Гамамару. — Ну что же. Здесь меня попросили оставить вас. Путь к Старейшине вверх по этому водопаду. Там вас ожидают. На этом я откланяюсь. — и жаб просто скрылся в листве кустов. Ну что же, рас так, то ждать седьмого пришествия я не собираюсь. Только надеюсь, Гамамару додумался, что мне нужно скрыть свою личность. Хотя, если он так доверяет Джирайе, то мне нет смысла отпираться. Старина разбирается в людях не хуже меня. Я не почувствовала в нём тьмы или скверны, наверно так же думает и Гамамару. Я конечно ещё не доверяю Джирайе полностью. Но ничего не поделаешь. Вообще я сама когда-нибудь как-то хотела встретиться со старым знакомым и, не побоюсь сказать, другом и наверняка мне бы пришлось раскрыться перед этим мужчиной.       Поднявшись по импровизированным каменным ступеням наверх в полном молчании, перед нами предстала поляна с озером, а рядом восседала поистине огромная жаба. Это если сравнивать с размерами человека, а если брать в расчёт мой настоящий рост, то он был на полторы, а то и две головы меньше меня. Да что я говорю, у них тут грибы с кустами с Гамамару ростом, так что нечему удивляться. — Добрый день, Оджиджи-сама. — поклонившись перед почтенной старой жабой, поздоровался Джирайя. Я повторила за ним, осматривая старого друга. — Хе-хе-хе, приветствую. — на нас смотрел большой жаб с кожей цвета тусклого кирпича. Глаза его были прикрыты, хоть и не полностью, кожа покрылась морщинами от старости, особенно в уголках губ. Мягкая улыбка не сходила с его лица уже очень долго. А я помню его ещё маленьким, даже можно сказать, лягушонком, который всегда дерзко и иногда даже с колкостями отвечал Хагоромо. Помню, как мы болтали иногда часами в саду, обсуждая какие-то темы, или просто играли в Шоги. Ха, сколько уже лет прошло, а все мелочи я помню, будто это происходило лишь вчера. — Долго скрываться ещё будешь, Хоши? — Ты уверен? — размыто уточнила я, намекая на рядом стоящего Джирайю, который лишь непонимающе хлопает глазами. — Да-да, давай уже, любишь же ты тянуть себя за хвосты. Хе-хе-хе. — ну конечно! После стольких лет он вспомнил эту замшелую шуточку про кота и хвосты. Ну и что, что я ирбис, это не значит, что надо мной можно смеяться? Слава Рикудо, во время превращения, вся моя экипировка исчезает в специальной печать, когда тело доходит до стадии «полу зверь», и появляется после моего обращения обратно, а то каждый раз ходит голышом и пошивать новую одежду не хочется от слова совсем. Обожаю фуин! Это моё спасение!       Через пару мгновений перед Гамамару уже сидела я во всём своём зверином величие. Лишь Джирайя побледнел и чуть не упал на пятую точку. Я его подхватила и поставила себе на макушку. Пусть восхищается видами с высоты многоэтажки Страны Молний. Это весело смотреть, как люди пугаются обращения в зверя, на моей памяти всего несколько человек, которые, не зная о моём секрете, более-менее спокойно восприняли мои метаморфозы. Кушина кстати одна из них. — Давно не виделись, Гамамару. Ты постарел, старина. Хех. — дёрнув усами, подколола я друга. Шпилька за шпильку. — Ха-ха-ха, ну, а ты никак не меняешься. Сколь шёлкова и блестяще была твоя шерсть, столь и осталась. Даже не потускнела за прошедшие 949 лет. Эх, практически юбилей! — весело квакнул жаб, уже и позабыв про застывшего изваянием у меня на голове Джирайю. Склероз или провалы в памяти? Ну да ладно, он стар, ему простительно. Но я его даже трогать пока не буду, человек и так испытывает глубокий шок от увиденного, так пусть чуть придёт в сознание. А то с полубессознательным телом мне общаться как-то не охота. — Да, столько веков не виделись. Нужно отпраздновать нашу встречу! Всё равно время течёт медленно, а в Конохе я запрятала клонов. — это была чистая правда, в печати на столе я оставила двух клона, которые разыграют уход Джирайи, и меня, лёгшей спать. Чакры я оставила предостаточно, около 2-3 дней продержаться, да хотя вряд ли понадобиться столько времени. — Конечно. Сейчас попрошу принести саке с закусками. Джирайя-кун, ты присоединишься к нам? — обратился жаб к мужчине. Тот же как-то отрешённо осмотрелся, проморгался и наконец ответил. — Кхм, эм… — прикоснувшись к шерсти, Джирайя обратил на себя моё внимание. Я дёрнула ухом, давая знак, что слушаю. — Госпожа, разрешите мне спуститься? — Ох, да, конечно. — оттолкнувшись от головы и спрыгнув на землю, мужчина с неким неверием осмотрел меня с лап до ушей. Я же внимательно наблюдала за эмоциями и запахами вокруг.       Как ни странно это говорить, но все животные, имеющие хороший нюх, могут уловить изменения в запахе других существ. Так же, как собаки понимают настроение и намерения людей, так же и я спокойно могу ощутить то же самое, плюс ещё отдельные эмоции, которые бушуют в ауре или просто появляются в ней. Я даже как-то слышала, что иногда старые шиноби, хорошо управляющие чакрой или же тонким чутьём, потеряв зрение, могли по ауре понять кто перед ними и какие у него намерения. Это возможно из-за родства любого человека с животным миром. Всё же люди тоже произошли от животных, как говорят. — Интересная у тебя реакция. Хоть ты и человек, но обычно они просто пугаются и убегают или готовятся к сражению. Ты же просто застыл. Неужели настолько испугался? — прижав уши к голове, сказала я как можно печальнее. — Н-нет, что вы! Я просто не ожидал, что вы, эм… — размахивая руками, стал оправдываться беловолосый, но поймав на себе два блестевших от веселья взгляда, запнулся на полуслове. — Ха-ха-ха, присаживайся, Джирайя-кун, мы тебе всё объясним. — взяв в руки пиалу с саке, которую принесли другие жабы минуту назад, проквакал чуть ли не смеявшийся в голос Старейшина.       Вот уж кто-кто, а Гамамару объяснить всё ему намного доступнее, чем я. А то из меня рассказчик, как из Джуби домашняя зверюшка.       Солнце на Мьёбоку зашло давно, а мы под светом ярких больших светлячков, которые не хуже фонарей освещали местность, всё сидели и рассказывали истории из прошлого уже чуть опьяневшему, но всё ещё внимательно слушавшему наши байки, Джирайе.