Сладкий

Ацуши уже не помнит как и зачем позвонил в секс по телефону. Единственное, что всё-таки врезалось в его память, так это бархатный, томный, низкий с хрипцой баритон диспетчера. Учитывая стыдливость парня он часто заикался. Но не понимая почему причиной дичайшего смущения был конкретно голос, а не развратности, которые так сладко прозносили на том конце линии. Потом этот странный опыт захотелось повторить. А парень, что принял его вызов, на радость Накаджимы, оказался тем же со своим изумительным голосом. Его запомнили сразу выдавая эту информацию на бедную мальчишескую голову. Сердце заколотилось в волнении, а лицо залила алая краска смущения. Такая реакция явно забавила собеседника. - Если ты так смущаешься, то зачем звонишь? Или ты из тех, кому нравится давится в стыде? - усмехнулся голос из аппарата. - У тебя очень красивый голос... - зачем-то не в попад говорит Ацуши - И не нравится мне такое! - запоздало возмутился. Потом послышался тихий смех. Накаджима вновь подумал рявкнуть, но передумал не услышав насмешки. - То есть я являюсь причиной твоего звонка? - довольно мурчит диспетчер - Меня зовут Рюноскэ, но для тебя, сладкий, могу быть кем угодно. Ацуши задыхается в недовольстве и давящем стыде. Он откидывается на кровать пытаясь спокойно выдавить своё имя. Через несколько минут разговора Рюноскэ рассказывает свой график работы, чтоб ему могли позвонить без всяких проблем и в очередной раз шутит с жирным сексуальным подтекстом. С ним было приятно говорить, слушать бархатистый голос, тихо отвечать редко заикаясь. После этого звонка в понедельник, вторник, четверг и пятницу с двух часов дня до шести вечера они разговаривали ни о чём, разбавляя поток проблем шуточками. Но отпускать подколы, бросаться грязными прозвищами было чисто занятием диспетчера. Ему это казалось довольно забавным и работа сказывается. Никто не делал ему выговоров за такую имитацию работы, звонки всегда были анонимными, проверять какой извращенец говорит четыре часа про секс никто не собирался. Только иногда подработка Ацуши прерывала из разговорные марафоны. Наверное около двух месяцев они просто переговаривались на отстраненные темы, иногда Рюноскэ выговаривал как его выбешивали некоторые типы извращенцев, что ему попадались на работе. Накаджима покорно слушал и высказывал своё мнение насколько считает их мерзкими. А парнишка часто возмущался на клиентов, которым всё было не так то чашка не качественого фарфора, то чай слишком горячий или холодный. Как-то пепельноволосый сказал: "Странно... Я тебя не знаю и ты меня, но это нам не мешает выговариваться друг другу". Акутагава только многозначительно хмыкнул. А потом пришло начальство и им пришлось отложить беседу до четверга. - Рюноскэ, а ты в каком городе живёшь, если не секрет? - Скажу только, что морской бриз удушливый - ухмыльнулся тот. - Где-то возле моря. Я в Йокогаму недавно переехал, частично из-за кафе... Дальше разговор был не особо содержательный. Но диспетчер записал название того кафе на салфетке. Сам всё ещё не до конца понимая зачем. А если хорошо подумать, то знает. Он хочет забрести, невзначай, конкретно в кафе, где работает парнишка. Интересно, а как тот отреагирует на появлении Рюноскэ на работе у него? Покраснеет? Начнёт заикаться? Только узнать-то как? - Ацуши, сладенький мой, как ты выглядишь? - вновь издевательски промурчал Акутагава. На другом конце провода послышалась возня и невнятное мычание. Накаджима оценивающе рассматривал себя в зеркало. Он не знает как себя правильнее описать. Вроде не урод, но и не красавец неописуемый. Средненький. - Ну... Обычный парень среднего роста... А-а что? - неуверенно проговорил скороговоркой парень. - Нет, я про цвет волос, глаз, причёска и подобное - возмущается Рюноскэ. - Только, если ты мне потом опишешь себя - ему ответили согласием. - Светлые волосы, косая чёлка, которую у меня не доходят руки подстричь, уже в глаза лезть начинает, одна длинная прядь, которая скоро тоже в мусор полетит, частичная гетерохромия обоих глаз. Ну, у меня больше ничего необычного нет. - Не нукай, не запряг - смеётся и резко продолжает диспетчер - Я брюнет, как и большенство японцев, сероглазый... Впринципе всё. - Так не честно - бурчит пепельноволосый.

***

Акутагава идёт по тротуару вместе с Чуей. Как-то договорились пройтись после тяжёлого дня. У Рюноскэ язык уже отсыхал разговаривать, а Накахару не заткнуть. Ему действительно подходит эта работа. Ацуши сейчас на работе, поэтому можно его навестить. Уголки губ вдруг поползли вверх, что не скрылось от коллеги. Но рыжеволосый решил промолчать и подождать представления. О, да, это было именно представление, потому что по другому поводу эти серые глаза не искрятся. Главное не выдать своего предвкушения. А Акутагава умеет развлекать таким образом. Через два квартала они, наконец-то, наткнулись на то самое заведение. Где-то в конце зала бегал светлый мальчишка с чудной причёской. Нужно попытать счастье. Колокольчик противно зазвенел над головами пришедших. Администратор усадил их за свободный столик и оповестил, что официант скоро подойдёт. В ожидании работника кафе они рассматривали меню. Как удачно их посадили. Рюноскэ очень доволен. К ним подходит тот самый мальчишка со странной причёской. Пока тот принимал заказ у Чуи брюнет рассматривал косую чёлку и прядку. Кажется похож. Осталось имя. На бейжде неразборчиво написано "Ацуши". Серые глаза победно сверкнули. Официант, тем временем, обратился к Акутагаве. - А вы чего бы хотели заказать? - приветливо улыбнулся он. - Тебя, сладкий, и зелёный чай - протягивает диспетчер. У Накаджимы земля уходит из-под ног. Этот голос. Зачем бы ему приходить сюда? Платиноволосый покрывается румянцем с головы до пят. Баритон в жизни даже лучше чем по телефону. "Соберись, Ацуши, ты на работе, а он - твой клиент! Боже, какой красивый голос". Руки не слушаются и ещё неразборчивее записывают заказ. - С-скоро будет... - бормочет и убегает. Чуя чуть под стол не валится со смеху. А Рюноскэ сидит довольный, как кот объевшийся сметаны. Это именно то, чего так хотелось увидеть. Через пять минут приходит Ацуши с кораловым румянцем принося с собой заказ. Поели коллеги молча. Каждый со своим послевкусием. Акутагава будет ждать пока мальчишка ему позвонит, но уже не на работу. Он успел закинуть салфетку со своим номером ему в карман джинсов. А Ацуши обязательно наберёт этот номер.