Глупая. II часть

      Северус       — В соответствии с протоколом заседания Визенгамота от второго августа тысяча девятьсот девяносто седьмого года, вопрос номер двадцать шесть, состав комиссии: Министр Магии… — торопливо заговорил Лоэнгрин, переминаясь с ноги на ногу. Свиток с приказом он держал перед собой на вытянутых руках, причём те заметно дрожали, так что ему приходилось останавливаться, чтобы вчитаться в текст, прыгавший перед глазами. Бедняге можно было лишь посочувствовать — не каждый умудрится угодить между молотом и наковальней.       Я и сам с трудом мог сконцентрироваться на происходящем — река в сознании взбунтовалась, её высокие волны, казалось, вот-вот развеют серый туман, стелившийся над водой. Что ж, не сумел в свое время избавиться от реки — так пожинай плоды этого решения: мне пришлось целиком сосредоточиться на ней, затратив немало сил на то, чтобы усмирить бурное течение чувств юной гриффиндорки. Что же смогло так растревожить реку Грейнджер?       Будь я неладен со своей тягой к меланхолии! Этот Дар успел стать моей слабостью!        Макгонагалл, с царственным видом восседавшая за директорским столом и сверлившая взглядом Найта, как и я сам, спокойной была только внешне. Судя по побелевшему лицу и стиснутым пальцам рук, лежавшим на столе, Минерва едва сдерживалась, чтобы не послать в каждого из нас по полдюжины проклятий. Флитвик торчал у двери — выгодная позиция, ведь трое незваных гостей были у него на виду (или, что вероятнее, на прицеле волшебной палочки), и делал вид, что пытается перевести дух после того, как ему пришлось бежать за нами до самой горгульи. Алекто грузно развалилась в кресле, стоявшем перед директорским столом — закинув ногу на ногу и повернувшись всем телом к Лоэнгрину, она разглядывала парня с прямо-таки гастрономическим интересом, в то время как Амикус слонялся по кабинету, то рассматривая содержимое шкафов, то любуясь видами из окон.       Почти так же сильно, как Макгонагалл, я желал выкинуть из кабинета эту парочку: казалось, само их присутствие оскорбляет память всех почивших директоров Хогвартса разом. Но хуже всего был портрет Дамблдора — он не сводил с меня глаз, стоило нам войти. Можно подумать, я получал удовольствие от происходящего!       — …на основании вышеизложенного решение о назначении директором школы Магии и Волшебства Хогвартс Северуса Тобиаса Снейпа и заместителями директора Амикуса Зефироса Кэрроу и Алекто Гестии Кэрроу считать действительным, — на одном дыхании протараторил Лоэнгрин и тяжело выдохнул. Свернув пергамент, он шагнул к директорскому столу и протянул свиток Макгонагалл.       — Вам также следует поставить подписи вот здесь и здесь, — едва слышно пробормотал Найт, когда Минерва буквально выдернула свиток из его разом безвольно обвисших рук, после чего он принялся рыться в своем саквояже, откуда вскорости выудил несколько листов пергамента с министерскими печатями. Вглядевшись в один из них, чиновник тоненько ойкнул и обернулся ко мне: — У меня есть ещё постановление об отказе в обучении в школе маглорождённым, не прошедшим проверку, но, наверное, тут подпись следует поставить вам, мистер Снейп.       Я едва удержался от того, чтобы не закатить глаза. Какая вопиющая бестактность! Да уж, этому парню подъем по карьерной лестнице выше первых трёх ступеней, похоже, не грозит…       — Оставьте, я позже сам перешлю бумаги в Министерство, — скривился я, не желая сейчас вдаваться в подробности, и особенно в присутствии Макгонагалл.       С момента нашей встречи и до последнего росчерка пера на пергаменте Минерва даже взглядом меня не удостоила. Разумеется, она была в числе тех, кто получил приказ Министерства содействовать розыску Поттера как главного подозреваемого в убийстве Дамблдора, и, полагаю, благодаря ей Орден Феникса знал, какое решение касательно меня лично вынес вчера Визенгамот — отклонить обвинения из-за нехватки доказательств.       Мое восхищение деканом ало-золотых прежде ограничивалось рамками школьной жизни, однако сейчас следовало отдать ей должное: терпению и выдержке этой кошки можно было лишь позавидовать, недаром её считали одной из самых ярких представительниц дома Гриффиндора нынешнего столетия.       Лоэнгрин уже протянул было руку, чтобы забрать отложенный Минервой на край стола свиток, как вдруг сдавленно охнул и, разом побледнев, широко раскрытыми глазами уставился на что-то за моей спиной. Макгонагалл не успела и головы поднять, как три волшебные палочки — моя, Амикуса и Флитвика — нацелились на лестницу, которая оказалась совершенно пустой.       А вот Алекто меня удивила. Она плавно (не как мешок с картошкой, чего, казалось следовало ожидать от явно любящей хорошо поесть тетёхи, которой она выглядела), соскользнула с кресла на пол и перекатилась, тоже не сводя кончика своей палочки с лестницы. Нет, я и раньше слышал, что Кэрроу — неплохие боевики, но видеть этого мне прежде не доводилось — мы, так сказать, вращались на разных орбитах.       — Эм-м, из-извините, мне показалось, что... видимо, тень какая-то промелькнула, — смущенно промямлил все ещё бледный Лоэнгрин в ответ на наши вопросительные взгляды, но, наткнувшись глазами на Макгонагалл, тут же сменил тему: — Извините, профессор, но вам должны были передать отчеты из отдела контроля за безопасностью территории Хогвартса. Я должен сделать их копии и передать в Министерство.       При этих словах Алекто фыркнула (скорее, хрюкнула) и вернулась в свое кресло, а мы опустили палочки.       — Вы говорите о тех недоволшебниках, которых прислало Министерство, и которые рыщут по замку в поисках невидимых врагов, заставляя школьных домовиков без конца таскать им еду? — Минерва презрительно поджала губы. Приоткрыв ящик стола, она достала два тонких свитка: — Сегодняшний рабочий день ещё не закончен, а отчет появляется у меня только после ужина, поэтому я могу предоставить вам бумаги только за последние два дня, мистер Найт.       — Да-да, благодарю вас! — тут же заулыбался Лоэнгрин и, получив свитки, развернул их на столе для копирования.       Несмотря на показное веселье и суетливость клерка, я всем телом ощущал тревогу, которая волнами исходила от него. Я кашлянул, и чиновник на несколько секунд рефлекторно поднял глаза.       «Что делать? Что делать?? Спокойно! Туда не вздумай смотреть! Стоит им что-то заподозрить, Лоэнгрин, и ты пропал!» — довольно бессвязные мысли Найта стремительно, как исчезающий в траве хвост вспугнутой змеи, пронеслись в моей голове. Я без труда заставил плавающие на поверхности мысли всколыхнуться и заметил мимолетное воспоминание: темно-серый кроссовок и низ тёмной джинсовой штанины, едва не соскользнув со ступеньки, растворяются прямо в воздухе. Тень мелькнула, вот как...       Что ж, не нужно быть семи пядей во лбу для того, чтобы сообразить: раз Поттеру нужен меч Гриффиндора, то он непременно наведается за ним в школу. Интересно, Макгонагалл знает, что он здесь? Она успела передать ему меч?       — Они ведь пока никого не нашли? — сделав копии, Лоэнгрин не удержался и сунул нос в один из отчетов.       — Никого. Правда, у них вызвал опасения один сбежавший от владельца питомец, вы могли видеть их в магазине братьев Уизли, — изрядно приправленная горечью улыбка скользнула по губам Минервы. — Если опустить подробности о жутко напуганном тварью в своих волосах смотрителе, то бедного зверька решили запереть в одной из старых камер в подвале до вынесения решения о его наказании, однако профессор Трелони взяла этого милого карликового пушистика на поруки, — взгляд Макгонагалл чуть смягчился, когда Лоэнгрин, не выдержав, по-мальчишечьи прыснул от смеха в кулак.       — Что ж, надеюсь, что в замке и впредь будет так же спокойно, профессор, — с опаской покосившись на Амикуса, быстро проговорил Найт и, вернув Макгонагалл документы, повернулся ко мне. — Полагаю, мистер Снейп, на этом мы закончим.       Не дождавшись моего ответа, Флитвик выступил вперёд и обратился к Алекто и Амикусу, не проронившим за все время ни слова:       — Следуйте за мной, я покажу вам ваши покои, — несмотря на желваки на скулах и насупленные брови, голос Филиуса звучал ровно и практически безэмоционально. Амикус, явно недовольный полуприказным тоном профессора, скривился и открыл было рот, однако я, поймав его взгляд, показал головой на дверь, намекая Кэрроу, что утверждение его авторитета в школе может и подождать. Естественно, Амикус, заметив мой жест, не смог удержаться и, смерив меня злобным взглядом, лениво подошел к декану Когтеврана и склонился над ним, разглядывая того с головы до ног.       — Попрошу-у вас, профессор, — издевательски протянул он, растянув губы в фальшивой улыбке и, оглянувшись на сестру, взмахнул рукой. — Пойдем, Алекто, набьём наконец-то брюхо. Поторопись, а то мы не поспеем за нашим любезным провожатым.       Не успела за ними закрыться дверь, как Макгонагалл поднялась из-за стола и впервые за все время обратилась ко мне:       — Я пришлю домовиков освободить апартаменты директора, — обойдя стол, она подошла к Лоэнгрину и натянуто улыбнулась. — Я провожу вас, мистер Найт.       — Огромное спасибо, профессор! — радостно воскликнул Лоэнгрин. — Знаете, я так рад, что в этом году вы останетесь на своей должности! Мои сёстры — все три! заявили, что ни за что не приедут в школу, если вас здесь не будет. Ох, уж эти слухи...       — Минерва, — мне надоело слушать болтовню Найта, и от неожиданности тот испуганно вздрогнул. Почувствовав с его стороны глухое раздражение, я усмехнулся про себя — парнишке явно не терпелось поскорее уйти. Макгонагалл прошла мимо меня, словно мимо пустого места, затем нехотя обернулась и презрительно поморщилась:       — Слушаю вас, профессор Снейп.       — Меч Гриффиндора, — произнёс я, проигнорировав толстый намёк кошки на субординацию. — Где он?       Я знал, что Макгонагалл не станет скрывать, где находится меч, в особенности от нового директора Хогвартса. Наверняка Альбус успел дать ей инструкции перед нашей встречей. Словно подтверждая мои слова, Минерва вздернула подбородок и, коротко взглянув на портрет Дамблдора, оказавшийся за моей спиной, усмехнулась уголком рта.       — У истинного гриффиндорца, Снейп… У истинного директора этого замка, — на последних словах ее голос едва заметно задрожал, однако Макгонагалл тут же взяла себя в руки и, кивнув стоявшему рядом Лоэнгрину, первой покинула кабинет.

* * *

      Гермиона       Гарри ворвался в библиотеку и, заметив меня на верху лестницы, активно замахал руками, призывая спуститься к нему как можно скорее.       — Что случилось? Макгонагалл вернулась? — тихо поинтересовалась я, перепрыгнув последние ступени, и едва не уткнулась в спину Поттера. Гарри приложил палец к губам, а затем прижался ухом к двери. Его трясло — не то от волнения, не то от возбуждения.       — Да, но не одна… — скривившись от злости, Поттер выплюнул: — Там Снейп!       — Что? — не поверила я своим ушам. — Ты шутишь!       Что Снейпу делать в школе, когда он объявлен в розыск? Да как он посмел сюда вернуться?! А что, если они с Макгонагалл заодно? Нет, быть такого не может, декан никогда бы не предала Дамблдора! Но... если Снейп все время был на стороне Ордена Феникса, то убийство директора — попросту вынужденная мера? Снейп ведь добровольно явился к Макгонагалл, а раз воздух в замке до сих пор не раскалился от боевых чар — вероятно, потому, что он по-прежнему на нашей стороне?       Мысли неслись прямо-таки бешеным потоком, одно нелепое предположение сменялось другим, еще более нелепым. Мысленно велев себе успокоиться, я набрала в грудь побольше воздуха и медленно выдохнула.       — Он здесь вместе с братом и сестрой Кэрроу, — вернули меня на землю слова Поттера, которого буквально колотило от гнева. — С ними ещё кто-то, я не разобрал имени на карте.       В воцарившейся тишине мы услышали, как внизу хлопнула дверь и раздался чей-то голос.       Они вошли в кабинет!       Оторвавшись от двери, Поттер вытащил из кармана джинсов мантию-невидимку и накинул на нас.       — Ты серьезно, Гарри? Залезть волку в пасть — не самая лучшая идея! — прошипела я.       — Нам нужно добраться туда, где можно будет все услышать, — закатил глаза Гарри и осторожно приоткрыл дверь. — Ни звука! Идём.

* * *

      — …считать действительным!       Я видела глаза Поттера, округлившиеся от ужаса, и смогла лишь отвлечь его внимание на себя, до боли сжав ему плечо.       «Окклюменция», одними губами произнесла я, легонько ткнув пальцем в его лоб. Поттер нахмурился, но кивнул, соглашаясь, и прикрыл глаза, видимо, проверяя свою защиту. Осталось только переварить услышанное…       Снейп — директор Хогвартса, а Кэрроу — его заместители? В Ордене Феникса, конечно, предполагали, что Министерство Магии попробует наложить лапу на Хогвартс, да и после убийства Скримджера и введения новых законов то, что замок наводнят служащие Министерства, выглядело логичным. Но чтобы убийца Дамблдора стал директором?!       Поттер сжал в руке волшебную палочку и, похоже, собрался немедленно ринуться в бой: стиснув зубы, он резко дернул плечом, скинув мою руку, и заскользил вниз по лестнице, вынуждая меня торопливо семенить за ним. Побоявшись, что из-за своей вспыльчивости он нас выдаст, я наставила кончик палочки на его спину.       И действительно — стоило фигуре Снейпа вырасти перед нашими глазами, как Поттер тут же поднял руку с палочкой.       «Петрификус Тоталус!»       Невербальное заклинание настигло Гарри в неудачный момент — он как раз занёс ногу для следующего шага, а сейчас, замерев, начал валиться вперёд.       — …тут подпись следует поставить вам, мистер Снейп, — голос неизвестного нам волшебника смог заглушить шелест мантии и скрип половиц, когда я ухватила Поттера за плечо и с силой прижала к себе, не позволив рухнуть лицом на ступеньки.       — Оставьте, я позже сам перешлю бумаги в Министерство, — голос Снейпа, словно оплеуха, привёл меня в чувство. Теперь, когда Поттер обезврежен и не может устроить здесь бойню (причем потери явно понесла бы только наша сторона), можно попробовать разобраться в том, что происходит.       Проверив свою защиту, я решила отлегилиментить присутствующих — разумеется, обойдя сознание Снейпа стороной. Защита Макгонагалл, крепкая, как шотландский виски, не пустила меня дальше ярости, кипевшей на самой поверхности и буквально наэлектризовавшей воздух вокруг волшебницы. Мысли обоих Кэрроу оказались заняты чувством голода и ими самими. Женщина буквально источала самодовольство, переводя взгляд с Макгонагалл на заинтересовавшего ее министерского служащего — клерка не старше лет двадцати, напуганного до галлюцинаций... Стоп! Галлюцинаций?!       Негромкий возглас юного волшебника раздался одновременно с моим мысленным криком. Все, до чего я смогла додуматься в разом накатившей на меня панике — крепче прижать Гарри к себе и, нагнувшись, постараться натянуть подол мантии-невидимки на его обувь, молясь, чтобы ее длины хватило. И тут я, с трудом державшая тяжелого Поттера, страшась при этом даже вздохнуть поглубже, внезапно оказалась под прицелом сразу четырёх волшебных палочек!       Я обратилась к тёмной реке, мысленно усилив поток воды, чтобы не позволить своему страху выйти за пределы сознания сейчас, когда Снейп смотрел прямо на меня.       — Эм-м, из-извините, мне показалось, что… видимо, тень какая-то промелькнула, — к моему облегчению, бормотание клерка заставило Снейпа, Кэрроу и профессора Флитвика опустить палочки. — Извините, профессор, но вам должны были передать отчеты из отдела контроля за безопасностью…       Краем уха я слушала молодого чиновника, не в силах отвести взгляд от темных глаз Снейпа, обшаривавших ступени лестницы. Неужели он что-то заметил? «Гермиона, держись, рано или поздно он отвернется», подумала я, все же нацелив кончик палочки на Снейпа и приготовившись произнести отменяющее заклинание для Гарри: вряд ли я одна сумела бы защитить нас обоих…       — Вы говорите о тех недоволшебниках, которых прислало Министерство, и которые рыщут по замку в поисках невидимых врагов, заставляя школьных домовиков без конца таскать им еду?       Голос Макгонагалл заставил Снейпа опустить глаза и отвернуться — похоже, он наконец, вспомнил, зачем сюда явился, а меня — с облегчением перевести дух.       «Сейчас я расколдую тебя», едва слышно произнесла я прямо в ухо Гарри. «Но не вздумай дурить!»       «Фините Инкантатем»…

* * *

      Гарри       Я злился на Гермиону, но злость разом прошла, стоило нам с ней оказаться под прицелом палочек трех Пожирателей Смерти одновременно. Я вовсе не собирался кидаться в лобовую атаку при виде врага, однако чувства одержали верх над разумом, хотя в глубине души я вполне сознавал, к каким последствиям может привести этот мой порыв. Ненависть к Снейпу, еще недавно переполнявшая меня, сейчас, благодаря стараниям Гермионы, отошла на задний план, уступив здравому смыслу.       Я слушал разговоры в кабинете, одновременно разминая потерявшие чувствительность из-за неудобной позы запястья. Чтобы лишний раз не сорваться, я смотрел не на Пожирателей, голос одного из которых прямо-таки сочился злорадством, а на портрет Дамблдора. Созерцание, однако, только добавило вопросов, ответов на которые у меня не было.       Почему он молчит? Почему прямо не скажет о том, КТО его убил? Почему Макгонагалл безропотно передала Хогвартс в руки Пожирателя?! Почему она позволила прийти в школу тем, кто ещё недавно (полгода не прошло!) кидался отнюдь не шуточными проклятиями в учеников?       Внутренний голос подсказывал мне, что сейчас Орден Феникса не в силах открыто выступить против и Министерства, и Пожирателей, но видеть собственными глазами, как одна из самых сильных волшебниц без сопротивления подчиняется клевретам Волан-де-Морта — тяжело…       Мириться с происходящим и держать в узде злость помогало ощущение прохладного дыхания Гермионы на коже моей шеи, напоминавшее о том, что я отвечаю не только за свою, но и за ее жизнь. И когда Кэрроу решил испытать свое гнилое чувство юмора на профессоре Флитвике, чувство ответственности подействовало куда сильнее бодрящего зелья.       — Меч Гриффиндора. Где он?       Вопрос Снейпа заставил меня непроизвольно шагнуть вниз на ещё одну ступеньку. Гермиона, словно приклеенная, спустилась следом и тут же сжала мой локоть, контролируя правую руку. Вспыхнувшее было раздражение, вызванное действиями подруги, не помешало мне дождаться реплики Макгонагалл. Неужели она скажет Снейпу, где находится меч?       — У истинного гриффиндорца, Снейп…       Уклончивый ответ волшебницы разом и успокоил меня, и бросил в жар. Сейчас, в этой комнате, Макгонагалл была единственной, кто знал, где хранится меч Гриффиндора. Что, если Кэрроу будут ее пытать, или Снейп не станет церемониться и воспользуется легилименцией? Тогда я просто не смогу остаться в стороне…       Дамблдор, прежде с безучастным видом восседавший в кресле и глядевший куда-то за окно, слегка повернул голову к лестнице. Он что, пытался найти взглядом нас с Гермионой?       — У истинного директора этого замка.       Едва заметное движение головы Дамблдора, похожее на короткий кивок, подтвердило мигом вспыхнувшую мысль — меч спрятан в его могиле!

* * *

      Северус       Стоило Макгонагалл и Найту уйти, как я повернулся к портрету Дамблдора, не выпуская из рук палочки. Он знает, что Поттер здесь, ведь мальчишка не упустит возможности побеседовать с любимым директором. Лоэнгрин заметил Поттера на лестнице, следовательно, путь наверх для меня закрыт. Удивительно, что Избранный не поспешил напасть тотчас, как только мы остались в кабинете вдвоем, да и сейчас моя спина прямо напрашивается, чтобы в неё запустили проклятие. Чего же он ждёт?!       — Северус, — прозвучал, наконец, сдержанный голос Альбуса. Покойный директор склонил голову, приветствуя меня, и устало прикрыл глаза — играем на публику, Дамблдор? Впрочем, как всегда. — Поздравляю с назначением. Конечно, эта должность — далеко не место преподавателя Защиты от Темных искусств, которого ты так долго добивался, но, согласись, она имеет целый ряд преимуществ.       Не слишком вслушиваясь в его слова, я подошёл к окну и прикрыл глаза, стараясь разобраться в эмоциях притаившихся на лестнице гриффиндорцев. Без сомнения, Поттер явился сюда не в одиночестве, потому что кто-то удерживал вспыльчивого мальчишку от бездумного геройства.       Блок у парня был хотя и нестабильным, но достаточно крепким: просачивавшиеся из-под него тонкие нити гнева устремлялись ко мне, но, не успев задеть, возвращались обратно. Навык окклюменции у Избранного определенно вышел на новый уровень, однако импульсивность и едва контролируемая ярость нарушали цельность ментального щита, пробиваясь наружу и тем самым выдавая своего хозяина. Что ж, посмотрим как долго ты продержишься, Поттер.       Конечно, я не ожидал, что он заявится в школу именно сегодня, однако пока что все складывалось наилучшим образом: во-первых, я ещё в силах увести меч у него прямо из-под носа, а во-вторых — имею возможность присмотреть за тем, чтобы гриффиндорец покинул пределы замка живым и, желательно, невредимым. Вот только… уйти ли мне прямо сейчас, чтобы расчистить мальчишке путь? Или, наоборот, стоит задержаться, чтобы Поттер вынужден был улететь отсюда на метле, то бишь наиболее безопасным для себя способом (он ведь догадается призвать метлу на крышу директорской башни?). По школе бродят присланные Министерством маги, а он сейчас явно пребывает в раздрае и в таком состоянии разгуливать по замку без риска нарваться на неприятности попросту не способен.       Мне нужно время, чтобы изготовить копию меча, подменить ей настоящий клинок и предъявить эту самую копию Пожирателям, а оплошность в этом деле с моей стороны только подтвердит подозрения Темного Лорда. Извини, Поттер, но сегодня я не могу позволить тебе забрать завещанное тебе Дамблдором имущество.       Больше ничьих эмоций в кабинете я не уловил. Стоило ли сомневаться в том, кто сопровождал Избранного, зная, что Уизли в жизни не поставить такой гибкий и одновременно прочный блок? Да и странное поведение реки в моем сознании служило доказательством того, что это именно Грейнджер — поток явно ощущал близость создательницы…       Сжав зубы, я открыл глаза и сосредоточился на хижине Хагрида, а точнее — на дыме, что вился из трубы. Создав из него якорь для глаз, я заставил себя выбросить из головы мысли о Грейнджер и старался отследить малейшие изменения в состоянии Поттера — сейчас я мог ориентироваться лишь на его эмоции. Уходите же, скорее! Прочь!       — Настоятельно советую заглянуть в ванную комнату, — если Минерва, конечно, не сменила интерьер, — потому что у статуи Озерной феи поистине чудесный вокал, — внезапно заговорил Дамблдор. — Всегда подозревал, что она все же состояла в родстве с сиренами, хоть сама фея это категорически отрицает. Ну-ну, не хмурься, Северус. Ты и сам так подумаешь, стоит ей только запеть.       Болтовня Дамблдора раздражала — и тролль бы догадался, что он отвлекает меня, позволяя Гермионе и Избранному проскользнуть наверх и затаиться там. И действительно, стоило мне глубоко вдохнуть и начать про себя отсчет секунд, призвав все свое терпение, как Дамблдор умолк. Эмоций Поттера поблизости я тоже больше не чувствовал. Медленно выдохнув, я наложил на кабинет полог тишины и, обойдя директорский стол, остановился напротив портрета.       — Поттер не заберёт меч сегодня, — мой голос прозвучал резко и жёстко, потому что пускаться в объяснения не собирался — впрочем, как и искать одобрения у старика. Хватит и того, что его просто поставят в известность.       — Понимаю, Северус, — Альбус мягко улыбнулся, однако сожаление, мелькнувшее в его голубых глазах, не могло меня обмануть. — Уверен — ты знаешь, что делаешь.       Оставив его слова без ответа, я отвернулся. С его смертью я долго не смогу смириться, раз за разом переживая его гибель — а его портрет, видимо, полагает, что для очистки души, замаранной убийством, довольно одного ласкового взгляда! Сняв полог тишины, я наложил на кабинет сигнальные чары и направился к выходу.       Что ж, надеюсь, Поттер и Грейнджер справятся и без меня.

* * *

      Гермиона       Войдя в директорскую спальню, Поттер стянул с нас мантию-невидимку, а затем двумя взмахами палочки запер дверь. Лишь после этого Гарри, тяжело выдохнув, прислонился спиной к стене и, откинув голову, несколько раз стукнулся затылком. Оскалившись, он глухо зарычал, но тут же сполз по стене вниз, согнулся и закрыл лицо руками. Невозможность что-либо предпринять убивала его, а я, которую раздирали противоречивые эмоции, пыталась сообразить, каким должен быть наш следующий шаг. Не думать о Снейпе внизу, не думать о его назначении… не сейчас!       Спальня директора пока принадлежала Макгонагалл, о чем недвусмысленно свидетельствовали её очки для чтения на прикроватной тумбе, халат из шотландки и шаль на кресле и ночная рубашка с чепцом на кровати. Именно поэтому я потащила сюда Гарри — вряд ли Снейпу придет в голову подремать здесь немного перед обедом, да и, пока домовики не забрали чужие вещи, он в спальню и носа не сунет. Домовики!…       — Гарри! Нужно позвать Добби! — воскликнула я, повернувшись к Поттеру. Мой голос прозвучал на удивление громко, и я, испугавшись, что его можно услышать из кабинета, вскинула палочку и повесила над нами полог тишины. По-прежнему сидя на корточках, Гарри поднял голову и удивлённо уставился на меня. — Домовики могут трансгрессировать на территории замка! Добби вытащит нас отсюда!       Вспыхнувшая на лице Поттера радость почти сразу же сменилась угрюмостью.       — Мы не можем уйти с пустыми руками, — решительно заявил он, вставая. — Ты нашла книги о крестражах?       Наши приключения на лестнице сбили меня с толку, и я чуть не забыла о том, зачем мы здесь. И у нас большая проблема…       — Нашла, но снять их с полок может только директор, — ответила я, глядя, как Поттер привычно нарезает круги по комнате. — Вряд ли мы сумеем сейчас украсть палочку у Макгонагалл и, тем более, у Снейпа.       — У Снейпа? — удивлённо переспросил Гарри. Я в ответ пожала плечами:       — Все зависит от того, кто накладывал чары. Если они наложены замком — по умолчанию, то преимущество сейчас у магии Снейпа как у нового директора. А если их накладывала Макгонагалл, то хватит ее магического «оттиска».       — Подожди, — Поттер дернул головой и застыл, пытаясь проанализировать мои слова. — Магический оттиск?       — Именно, — я привычно закатила глаза, — похожая формула используется в заклинании печати на личных письмах или дневниках.       — И что же делать? — недоуменно вскинул брови Поттер. — Обратиться к Снейпу за помощью? Или пойти искать Макгонагалл?       — Нашёл время для шуток, — фыркнув, я огляделась и подошла к одному из шкафов. Поттер с удивлением наблюдал за мной.       — Думаю, пока идею с книгами стоит оставить, но мы найдём способ связаться с Макгонагалл и… Что ты делаешь? — увидев, что я открыла дверцы шкафа и заглянула внутрь, Гарри недоуменно вскинул брови.       — Многие волшебники пользуются зачарованной одеждой, которая впитывает магию хозяина и подстраивается под неё, — как могла лаконично ответила я. — Если нам повезёт, то мы сумеем достать книгу, воспользовавшись мантией Макгонагалл.       — А если нет?       Я пожала плечами, задумавшись.       — Тогда поищем другой способ. Лучше скажи — что ты думаешь о мече? По словам декана, он в могиле Дамблдора. Как его оттуда достать?       — Мы оставим его там, где он сейчас, — ответ парня застал меня врасплох. Резко развернувшись, я уставилась на него:       — Что, прости?       — Дамблдор подсказал, что послужит оружием против крестражей, — сухо объяснил Поттер. — Клыки василиска, что лежит в Тайной комнате.       — Клыки? — теперь настала моя очередь удивляться. Однако не успел парень ничего объяснить, как логическая цепочка в моей голове выстроилась сама и я, вместе с другом, ответила на свой вопрос: — Яд василиска!       — Яд в его клыках.       Прикусив язык, чтобы не начать лекцию о том, где именно, согласно современной биологии, находится у змей яд, я сказала:       — В любом случае, следует сперва позвать Добби, а потом думать, как забрать нужную книгу и стоит ли вообще делать это. — Мне казалось, что помимо указаний средств уничтожения, в книге можно найти и другие сведения о крестражах, а информация, как ни крути, лишней не бывает. Однако стоит ли рисковать прямо сейчас? И будут ли у нас ещё шансы сюда попасть?       Поттер замялся, размышляя. Не знаю, сколько ещё он собирался взвешивать все «за» и «против», но тут вещи на прикроватных тумбах и в шкафу начали постепенно исчезать, словно растворяясь в воздухе. Я подумала, что единственный шанс достать книгу вот-вот пойдет прахом, и выхватила из шкафа сразу несколько мантий, надеясь, что среди них найдется та, которая сама меняет фактуру ткани, фасон и цвет в зависимости от настроения хозяйки.       — Попробовать все же стоит, — буркнула я себе под нос, торопливо проверяя мантии на наличие магических плетений. Гарри тем временем вытащил и раскрыл карту Мародеров.       — Снейп ушёл! — воскликнул он, но тут же нахмурился. — А Алекто Кэрроу крутится поблизости. Что ей нужно?       — Главное, чтобы она не зашла в кабинет, — отыскав нужную мантию, я положила остальные на кровать и поспешила к выходу. Пока Снейпа нет, нужно грамотно распределить время и порядок действий. Если уж мантия Макгонагалл не поможет, то на Гарри в этом плане и подавно нечего надеяться. А вот несколько вопросов к бывшему директору были бы совсем не лишними.       — Гарри, иди к портрету Дамблдора, — распахнув дверь, я показала на лестницу. Пропустив парня вперед, бросила ему вслед: — Не забудь позвать Добби! Возможно, нам придётся уходить второпях.

* * *

      Снейп       Белая гробница на берегу озера…       Взгляд сам собой устремился к замку, а перед глазами возник образ Дамблдора, степенно шагавшего рядом со мной в опускающихся на землю сумерках…       Подавив непрошеное воспоминание и плотно укутав защитную сферу туманом, я резко взмахнул палочкой: «Дефодио!». Заклинание долота сработало, пробив землю, отчего в воздух поднялись пыль, клочки травы и мелкие камешки. Расчистив образовавшуюся воронку от грязи, я заметил блеснувшие у самого дна рукоять и гарду. Меч, лежащий у изголовья гробницы — Макгонагалл, все же, весьма предсказуема…       А вот того, что задумала другая гриффиндорка, так легко не разгадать. Что они с Поттером решат? Из окна башни птенцы Минервы наверняка видели, что я иду к озеру, поэтому едва ли сунутся сюда.       Станут ли они караулить меня в кабинете, чтобы попытаться забрать меч, или все же покинут школу? Сейчас мне оставалось надеяться лишь на таланты Дамблдора в деле убеждения и на здравомыслие Грейнджер. Бросив очередной взгляд на замок, я щёлкнул пальцами, призывая домового эльфа.

* * *

      Гарри       Стоило мне выйти из директорской спальни, я вдруг подумал: в сущности, как мало я знаю о Дамблдоре! Я ничего не знал о том, чем он занят, помимо школы, и не смог бы предсказать его реакцию на вопросы, которые собирался ему задать и которые он с полным основанием мог счесть бестактными. Разозлится он или растеряется, будет откровенен или станет избегать щекотливых моментов? И как преподнести уважаемому при жизни волшебнику свое намерение сунуть нос в его прошлое?       Мысли путались и, пока я пытался подобрать уместные фразы, чтобы начать разговор, то сам не заметил, как очутился у директорского стола, прямо перед портретом.       — Вижу, что случившееся потрясло тебя, Гарри, — раздался над моей головой голос бывшего директора. Я кивнул, соглашаясь.       — Удивило уж точно, но… — я огляделся, втайне надеясь, что Гермиона последовала за мной и сейчас подскажет мне правильные слова. — Недавно Рита Скитер написала о вас книгу…       — Ох, надеюсь, моя жизнь в ее изложении вышла более яркой и полной, чем в действительности. Не хотелось бы остаться в истории человеком скучным, — блеснув очками, улыбнулся Дамблдор. Ухмыльнувшись в ответ, я продолжил:       — Можно и так сказать, хотя, признаюсь, книги я ещё не читал.       — Хм, — задумчиво произнес Дамблдор. — Надо будет попросить Северуса почитать мне ее… Разумеется, только если в этом году у нового директора не будет такого плотного графика, как у меня в последнюю пару лет.       Имя Снейпа буквально резануло мой слух и, не сдержавшись, я со злостью пнул тумбу стола.       — Как вы можете так о нем говорить? Ведь он убил вас!       Выражение лица Дамблдора мгновенно изменилось, словно заледенев, и даже глаза превратились в два осколка синего льда. Признаюсь, меня это изумило не меньше, чем выбор нового директора Хогвартса. Такого Дамблдора прежде видеть мне не приходилось.       — Мальчик мой, иногда ситуация вынуждает нас примириться с действительностью. Не лучше ли извлечь выгоду из того, что есть, чем сокрушаться о том, на что мы повлиять не в силах?       Я сумел удержать гнев в рамках приличия. Внутри все буквально кипело от злости, и я отвернулся к окну, пытаясь отвлечься видом неторопливо плывущих по небу серых облаков.       — Ходят слухи, что вы когда-то дружили с Гриндевальдом, — вырвалось у меня. Слова эти подсказали переполнявшие меня раздражение и обида.       Терпение никогда не числилось среди моих добродетелей и, не выдержав паузы, возникшей после моей реплики, я обернулся к портрету. Дамблдор, нахмурившись, явно ждал продолжения моей речи. От возникшего ощущения неловкости язык буквально прилипал к небу, но, кашлянув, я продолжил:       — Говорят, вы оба увлекались Тёмными искусствами, и именно поэтому пострадала ваша сестра… — под пронизывающим взглядом директора мои щеки вспыхнули, а в горле застрял комок, но я все же сумел закончить: — Я понимаю, что далеко не все эти утверждения правдивы, но для меня важно именно ваше мнение.       Дамблдор еще не произнёс ни слова, а я уже все понял — в его глазах появилась печаль, губы дрогнули, и он как-то виновато осел в кресле, на высокую спинку которого откинулся.       — Не уверен, что сейчас подходящее время для того, чтобы обсуждать все это, мальчик мой, — помолчав, сказал он. — К тому же, боюсь, что у меня нет права опровергать подобные слухи. Однако никогда, вплоть до самого до конца дней, я не тянулся к тьме, но самонадеянно оправдывал свои поступки лишь одним…       — Чем же? — нетерпеливо поинтересовался я, краем уха услышав шаги на лестнице — мне показалось, что в присутствии Гермионы Дамблдор не станет откровенничать.       — Все, сделанное мной, совершено исключительно во имя общего блага, Гарри.

* * *

      Гермиона       Зайдя в библиотеку, я не стала ждать, пока загорятся все фонарики, а сразу пошла наверх — в конце лестницы, возле выхода на крышу, висела заключенная в рамку карта с подробным описанием содержимого шкафов и полок, причем с возможностью быстрого поиска в ней. Понять, как она работает, я смогла ещё до появления Поттера — следовало коснуться карты палочкой, вслух сказать, что именно ищешь, а затем произнести поисковое заклинание, после чего на карте появлялись не только список нужных книг и артефактов, но и подробная схема шкафов и полок, где находилось искомое. Отыскав на карте нужный шкаф, я обвязала руку мантией Макгонагалл и, спустившись на несколько ступеней, поглядела на своё отражение в зеркальной дверце шкафа.       — Что ж… — рассуждения вслух всегда помогали мне упорядочить мысли, кружившие в голове, словно летающие вокруг полки с книгами. — Внизу ничего, похожего на стремянку, нет. Хм… Допустим, я сумею транфигурировать лестницу, чтобы добраться до шкафа, но из чего именно?       Библиотека производила впечатление заполненной всяким хламом вперемешку с книгами, но ничего, годившегося в качестве материала для лестницы, не наблюдалось. Ну разве что деревянные перила, шедшие вдоль ступеней.       — Мерлина ради, Гермиона, ты решила сделаться плотником? — пробурчала я себе под нос, после чего взмахнула палочкой, собираясь разломать перила на несколько частей.       Грохот, с которым заклинание отскочило в каменную стену, испугал меня, а возникший передо мной негодующий домовой эльф застал меня врасплох — я отпрянула и, потеряв равновесие, рухнула на пятую точку, затем скатилась вниз, сбив с ног заодно и незваного гостя. Собственно, благодаря ему я сумела затормозить ногами и уцепиться замотанной в мантию рукой за те самые перила, а не покатилась кубарем, рискуя сломать себе что-нибудь.       — Добби? Откуда ты взялся?       — Добби просит прощения, но мисс Грейнджер нельзя портить вещи директора! — пропищал эльф, сползая с моих колен. Стряхнув пыль с довольно неаккуратного голубого свитера, когда-то связанного мной для него, Добби встал на ноги, упер кулачки в бока и возмущенно посмотрел на меня. Мысленно поблагодарив Гарри за то, что тот догадался прислать ко мне эльфа, я тоже поднялась и поправила намотанную на руку мантию.       — Я не собиралась ничего портить, — стараясь успокоить эльфа, я склонилась к нему и широко улыбнулась. — Я вернула бы все на место, но мне нужна одна книжка…       — А директор знает, что мисс Грейнджер хочет взять книгу? — подозрительно прищурившись, поинтересовался Добби.       — Нет-нет! — поспешно сказала я. Что ж, придётся выкручиваться, чтобы усыпить бдительность этого стража. — Понимаешь, Дамблдор давно разрешил мне ее взять, но я долго не могла прийти за ней, и только сейчас…       — Профессор Дамблдор? — огромные глаза эльфа стали, казалось, ещё больше, и я решила выжать из этой ситуации максимум.       — Да, видишь ли, эта книга нужна и Гарри, который ждёт меня внизу.       — Гарри Поттер, сэр, здесь?! — с восторгом воскликнул Добби, а я, продолжая улыбаться, закивала, словно китайский болванчик.       — Но мне нужно достать вон до той полки, чтобы взять книгу, — я показала на полку в шкафу тёмного дерева. — Ты сможешь помочь нам с Гарри? Может, где-нибудь поблизости есть приставная лестница или стремянка?       — Помочь Гарри Поттеру?! — видимо, эльф уже предвкушал встречу со своим героем, потому что выглядел он так, словно его мысли витали где-то в другом месте. — Добби поможет! Лестница не нужна! Добби достанет книгу для Гарри Поттера!       С облегчением выдохнув, я сняла с руки мантию и протянула ее Добби.       — На тот случай, если сразу у тебя не получится, — сказала я в ответ на недоуменный взгляд эльфа, и мысленно усмехнулась. Да уж, верных способов достать книгу теперь явно больше одного.

* * *

      Гарри       — Во имя общего блага? И что это означает? — растерянно сказал я. Услышав шорох за спиной, обернулся и увидел Гермиону, возле ног которой вертел ушастой головой Добби, переводя восторженный взгляд с меня на портрет Дамблдора и обратно.       — Добби?! — с удивлением воскликнул я и тут же вспомнил просьбу Гермионы, о которой успел забыть за время разговора с Дамблдором.       Добби радостно подпрыгнул на месте, затем подбежал к столу, поклонился портрету покойного директора и сразу после этого бросился ко мне.       — Гарри Поттер, сэр, Добби и мисс Грейнджер забрали книги для вас! Забрали! — воскликнул он и с гордым видом выпятил узенькую грудь. — Мисс Грейнджер хотела разнести в библиотеке все, чтобы достать книги, но Добби не дал ей этого сделать… правда, Добби не смог прикоснуться к ним, — заострённые уши эльфа при этих словах печально поникли, а его лицо выразило глубокое сожаление.       — Я же тебе говорила, что не собиралась ничего портить, — недовольно буркнула в ответ Гермиона и закатила глаза. В руках она держала бисерную сумочку и мантию Макгонагалл. Видимо, мой взгляд оказался достаточно красноречив, потому что, поймав его, подруга пояснила: — Мантия все же помогла, но оригиналы книг взять не удалось, и пришлось обойтись копиями.       — Да! Мисс Грейнджер подняла Добби в воздух, и Добби в одежде директора сумел забрать их! — Добби явно чувствовал себя героем. — А потом она подняла Добби снова, чтобы вернуть книги на место!       — Мисс Грейнджер, следует отдать вам должное, — вдруг произнёс Дамблдор с портрета. — С такой простотой и изяществом справиться с защитой, поставленной Минервой…       — Спасибо, сэр, — щеки Гермионы порозовели от похвалы покойного директора. — Думаю, профессор Макгонагалл не предполагала, что кто-то посягнёт на ее библиотеку, поэтому и не стала защищать её всерьез.       — Действительно, на моей памяти подобное случилось впервые, — улыбнулся Дамблдор и перевёл взгляд на меня. — Что же до твоего вопроса, Гарри, то скажу тебе так: в моем прошлом хватает как ошибок и сожалений, так и верных решений и рискованных шагов. Кое-что я сумел исправить, а другое навсегда останется среди моих грехов. Я мог бы сказать тебе, что слухи — ложь, однако почву для них когда-то удобрил я сам. И только тебе выбирать, как отнестись к тому, что тебе стало известно.       Возникла неловкая пауза. Язык чесался сказать нечто вроде: «Мое мнение о вас хуже не станет», но лицемерить у меня совести не хватило. И вообще — весь этот разговор, вместо того, чтобы прояснить некоторые моменты, только напустил больше тумана.       — Гарри, — раздался тихий голос Гермионы, которая стояла у стола и разглядывала карту Мародеров. — Снейп возвращается в замок, так что нам пора уходить.       Очнувшись, я встряхнулся и кивнул подруге, затем повернулся к эльфу и спросил:       — Добби, ты сможешь перенести нас в любое место в замке?       Добби кивнул и я, облегченно вздохнув, забрал карту со стола.       — Нам нужно в Тайную комнату, — сказал я, пока Гермиона оглядывала кабинет, проверяя его на предмет следов нашего присутствия, и протянул эльфу руку. Однако, услышав название комнаты, домовик испуганно отшатнулся и затряс головой.       — Добби очень жаль, но Добби не знает, что это за место, — виновато пропищал он и заозирался. Видимо, не найдя ничего, что годилось бы для наказания, эльф упал на колени и начал биться головой об пол, беспрестанно повторяя: — Добби не может! Добби плохой! Плохой эльф!       — Ничего страшного, Добби, — Гермиона с укоризной посмотрела на меня и, подхватив под руки, подняла домовика и, сжав ему плечи, заставила посмотреть себе в глаза. — Гарри ошибся. Нам нужно в женский туалет на втором этаже. Ты наверняка бывал там и сможешь нас туда перенести?       Добби понадобилась пара секунд, а потом он радостно пропищал:       — Добби знает это место! Добби перенесёт Гарри Поттера и мисс Грейнджер туда!       — Вот и отлично, — вздохнув, Гермиона отпустила эльфа. Выглядела она изрядно уставшей — что ж, день и впрямь был тяжёлым.       Взяв крохотную ручку Добби, я посмотрел на портрет Дамблдора.       — Что ж, профессор… — начал было я, но подобрать прощальных слов никак не удавалось.       — Удачи вам, дети мои, — мягко произнёс Дамблдор и махнул рукой на долю секунды раньше, чем вихрь трансгрессии закрутил нас.