Небо

Савада спустился на подвальный этаж вместе с Хаято, зная, что для кого-то из них эта тренировка будет серьёзным испытанием. Ни один из Хранителей ещё не видел пределов его силы, но Тсуна и не собирался пока что её раскрывать. Меньше знаешь — крепче спишь. И это же касается и самого Тсунаеши. Он не знает, в какие руки может попасть информация о его истинной чистой силе, о той силе, что способна превысить силу Джотто Примо, его пра-пра-прадеда, что считался сильнейшим боссом Вонголы и на которого Тсуна был похож, как две капли воды, не только внешностью, но и характером. Потому он снова пьёт пилюли для входа в режим Предсмертной Воли, зажигая перчатки и освобождая силу. Практически тут же проявляется Гоуст, чтобы его хозяин не тратил лишние силы. — Нет, Гоуст. Я буду драться. Ты отдохни. Мы с тобой немного позже потренируемся, да? — Тсуна присаживается рядом с ним, почесывая за ушком и тот медленно пропадает. — Десятый! — тут же возмущается Хаято. — Я бы смог победить с Гоустом. — Его оскорбляло, что Босс считает его неспособным одолеть его вместе с фамиляром. Но он никогда и не видел бой Гоуста. Чаще всего дрался волк лишь тогда, когда Савада был ранен или не мог себе позволить использовать большое количество силы. — Хаято, для начала я должен увидеть и почувствовать твою силу, потом уже решим, будешь ты драться с Гоустом или нет. Сейчас я не знаю о твоих возможностях, но хорошо знаю о том, что смесь всех видов пламени Гоуста, которую он концентрирует внутри себя, вымещает огромную силу, с которой мне по первой приходилось бороться, чтобы его приручить. Это все-таки дикий волк. — Тсуна тут же открывает коробочку с Натсом, выпуская его себе на плечо, напротив же него появляется Урри. Но не котенок, которой она предстаёт обычно, а большой сильный гепард. — Значит, вот она, сила смешанного пламени. Та же реакция, что и с Солнцем. Думаю, теперь это её постоянное состояние. — Тсуна кинул Хаято одну из своих коробочек Неба. — Попробуй. Мне интересно, значит ли это, что теперь ты можешь открывать и мои. Хаято подхватил брошеную ему коробочку, зажигая пламя и выпуская его в коробочку. Но, увы, ничего не произошло. Шкатулка не открылась и явно даже не собиралась этого делать. Савада улыбнулся, подходя и забирая ее. — Значит, нет. — Но… Разве… — растерялся Хаято, глядя на небесную коробочку, — разве я не должен суметь её открыть? — Думаю, что нет. Скорее всего, это так не работает. Моё пламя, конечно, течёт по всему твоему телу, сплетаясь потоками и по рукам, и по ногам, однако это не означает, что оно будет той же силы, что и моё. Оно скорее как вспомогательное и поддерживающее. Есть вероятность, что при правильном его использовании и будущих тренировках, ты сможешь достичь довольно высокого уровня силы и поднять свой боевой потенциал. Тсуна напал первым, заставляя Хаято защищаться и атаковать, раскрывая на полную границы его силы. Они кружили по залу, соединяясь в яростных атаках и защитных выпадах, пока Хаято не достал лук Джи Арчери, своего великого предшественника. Один выстрел из этого лука, равный по силе Х-Баннеру едва не разнес не только стену, в которую попал Хаято, вместо ловкого Тсунаеши, но и голову Хранителя, использовавшего лук на полную, но все ещё неспособного его контролировать. Отдача от чистой силы разрушительного атрибута Урагана буквально вбила Хаято в стену, оставляя его без сознания. Именно этого Савада и боялся, когда не отпустил Хаято на задание без проверки его силы. Тсуна за доли секунды оказался рядом с ним, садясь рядом и проверяя состояние Хранителя. Голову он, действительно, ранил, но серьёзной эта травма не была. Гоуст появился рядом с Тсуной, помогая ему с Хранителем. Гокудера скоро оказался на спине призрачного волка. Пока тот аккуратно нёс его в комнату, Тсунаеши шёл рядом с ним. Он знал, что Гоуст справится и сам, потому, оказавшись напротив поворота к комнате Кёи, резко сошёл с пути, сначала оповещая Рехея о необходимости зайти в комнату к Урагану, а затем заходя к Хибари и нисколько не смущаясь его «неподобающего» вида. Он уже давно к этому привык. — День добрый, Хибари-сан. Есть задание. — Тот лениво повернулся к парню, все так же сидя в кресле. — Ты меня разбудил. Победишь — приму задание. — Хибари… Достаточно. Одевайся и собирайся на задание. У меня сейчас нет времени, чтобы играть с тобой в драку. Тебе нужно найти человека, который является боссом семьи Джейн. От этого задания, возможно, зависит существование нашей семьи и альянса Вонголы. — В стаи сбиваются только слабаки… — повторил свою коронную фразу Кёя, поднимаясь с дивана и допивая заваренный чай. — Может, в стаи и сбиваются только слабаки, но назовёшь ли ты слабаком способного управлять этой стаей? — это был один из немногих разговоров, когда Облако видел строгого и серьёзного Босса, не настроенного играть. В итоге ему ничего не оставалось, кроме как фыркнуть. И не поспоришь ведь, когда Тсунаеши начал обращаться на «ты» даже к Облаку, которое всегда удостаивалось уважительного обращения Неба через «-сан» и на «вы». Хибари смерил Саваду презрительным взглядом, хмыкнул и принялся переодеваться. — Я жду от тебя доклада как только вернёшься. — Тсунаеши уже собирался выйти из комнаты, но, положив ладонь на дверь, немного повернул голову в сторону, протянув почти неслышно: — Ты только вернись в порядке. Мне хватило раненых Хранителей. Кёя хмыкнул, отворачиваясь к шкафу, чтобы травоядное не увидел, что на его лице расплывается улыбка. Он, как и любой другой из Хранителей Вонголы, ценил похвалу Неба. И сколько бы не выеживался, показывая иголки и пытаясь острить, он ценил свое место, защищая Саваду и выполняя его указания хладнокровно и безукоризненно. Савада Тсунаеши уже не раз показывал Кёе, насколько он силён сейчас и морально, и физически. Иногда, должен был признать Хибари, он ощущал дрожь перед величием этого человека, перед тем, как он умел, несмотря на всю свою ничтожность в подростковом возрасте, собрать вокруг себя сильную компанию, усилить семью и стать её беспрекословным лидер. Сопротивлялись — подавлял своей силой, спорили — убеждал, не терпя неповиновения, угрожали — парировал, указывая явно на то, чем рискуют те люди, в случае стычки с ним и его семьёй. Именно таким образом Тсунаеши сумел укрепить альянс Вонголы, не позволяя ни одной семье усомниться в силе Десятого.

***

Собравшись, Кёя тут же вылетел в окно, словно большой кот, приземляясь на землю и вызывая ёжика из коробочки, что почти тут же обращается в наручники Алауди и помещается на поясе у Кеи, а затем из карты появляется и вечно следуемый за Облаком фамильяр. Хираги, большая летучья мышь, приземляющаясь без проблем на плечо Кёи и полностью прячущаяся за своими большими крыльями, всегда находился рядом с Кёей, ощущаемый им, но незаметный для чужого глаза. Хибари ловко перемещался между деревьями, скользя по теням и оставаясь незаметным для других, точно также, как и его Хираги. Проникнув мимо охраны с заднего прохода в городской архив, он направился на самые верхние этажи, где должен был находиться глава архива. Однако, само собой, главу и охраняли хорошо, так что проскользнуть мимо них не удалось бы и ему, а, учитывая отсутствие тренировки с Тсунаеши сегодня, то он немного заскучал и с хитрой ухмылкой принял решение пошуметь. Достав из коробочки тонфа, облаченные пламенем, он вышел из своего укрытия, ухмыльнувшись, и понесся с дикими глазами на первого врага, вырубая одного за другим, двигаясь ловко, словно чёрная пантера. Его стиль боя больше был похож на танец с тонфа. Таким образом вскоре он получил звание не только сильнейшего Хранителя Вонголы, но и Танцующей Пантеры, разрывающей своими когтями каждого, кто станет на пути его семьи. Оказавшись перед дверью главы в абсолютно пустом коридором, заполненном лишь едва дышащими охранниками, Облако зевнул. — Скучно. — Он с одного удара выбил дверь, глядя на напуганного главу архива. — Если вы отдадите мне нужную информацию, то я уйду быстро и… Вы не умрёте. «Возможно.» — сквозь мысли фыркнул Облако, глядя как дрожащий мужчина спрашивает его о необходимой информации и почти тут же выдаёт полную папку о деятельности нынешнего главы семьи Джейн, весь компромат и абсолютно все, что у него находилось в потайной комнате. В момент, как все оказывается на столе, с плеча Кёи слетает Хираги, обхватывая все со стола и пряча его в свою карту. — Ну живи. Пока что. — Облако разворачивается и выходит из кабинета мужчины, равнодушно направляясь к выходу и не обращая внимания на валяющихся людей. Они стали на пути Хибари Кёи, значит, спешили умереть. Он и так их помиловал почему-то. Ему просто так захотелось. Вот и все. Думать о том, что не хотел расстраивать Саваду, Облако отказался сразу. К особняку парень добрался так же быстро, как и раньше к архиву, но теперь уже заходил через центральную дверь, приняв помощь от прислуги и направившись к кабинету Савады, где тот должен был ждать его доклада. Правда, в кабинете его не оказалось, так что Хибари просто разместился в кресле напротив, взяв бокал с вином и дожидаясь Небо.